Введение

Художественное направление

Постцифровое, в художественной практике, – это позиция, которая больше ориентирована на человеческое, чем на цифровое, схожая с концепцией "нецифрового", предложенной в 1995 году, где технологии и общество развиваются за рамки цифровых ограничений, чтобы достичь полностью текучей мультимедийной реальности, свободной от артефактов цифровых вычислений (шума квантования, пикселизации и т.п.). Постцифровое связано с нашими стремительно меняющимися и изменяющимися отношениями с цифровыми технологиями и формами искусства. Если рассматривать текстовую парадигму консенсуса, то возникает выбор: либо "постцифровое" общество обладает имманентным смыслом, либо оно вписывается в парадигму консенсуса, включающую искусство как целостное явление.

Теория

Джорджио Агамбен (2002) описывает парадигмы как вещи, которыми мы мыслим, а не вещи, о которых мы мыслим. Как и компьютерная эпоха, постцифровое также является парадигмой, но, подобно постгуманизму, понимание постцифрового не стремится описать жизнь после цифровой, а скорее пытается осмыслить сегодняшнюю возможность исследовать последствия цифрового и компьютерной эпохи. Если компьютерная эпоха расширила человеческие возможности, предлагая одновременно привлекательные и странные протезы, то постцифровое может предоставить парадигму, с помощью которой возможно изучить и понять это расширение. В книге «Будущее искусства в постцифровую эпоху» Мел Алексенберг определяет «постцифровое искусство» как произведения, обращающиеся к гуманизации цифровых технологий посредством взаимодействия между цифровыми, биологическими, культурными и духовными системами, между киберпространством и реальным пространством, между воплощенными медиа и смешанной реальностью в социальной и физической коммуникации, между высокотехнологичными и высокочувственными переживаниями, между визуальным, тактильным, слуховым и кинестетическим медиаопытом, между виртуальной и дополненной реальностью, между корнями и глобализацией, между автоэтнографией и нарративами сообществ, а также между веб-проектами, созданными с помощью вики-искусства, и произведениями, созданными с использованием альтернативных медиа посредством участия, взаимодействия и сотрудничества, в которых переопределяется роль художника, и между тактильным искусством и NFT. Мел Алексенберг указывает, что постцифровую эпоху определил в журнале Wired директор MIT Media Lab Николас Негропонте: «Как воздух и питьевая вода, о цифровом мы замечаем только в его отсутствие, а не в его присутствии. Примите это: цифровая революция завершена».

Музыка

Ким Касконе использует этот термин в своей статье «Эстетика неудачи: "постцифровые" тенденции в современной компьютерной музыке». Он начинает статью с цитаты кибер-футуролога Николаса Негропонте из MIT Media Lab: «Цифровая революция завершилась». Касконе затем описывает то, что он рассматривает как «постцифровую» траекторию развития в музыке, также известной как глитч или микросаунд, отмечая, что «теперь, когда электронная коммерция стала неотъемлемой частью деловой среды западного мира, а Голливуд производит цифровой контент гигабайтами, сама цифровая технология перестала быть столь привлекательной для композиторов». Японский теоретик Рёта Мацумото адаптирует постцифровый дискурс Ким Касконе к особенностям японской культуры, интерпретируя японскую социальную структуру как постцифровую, возникшую после краха капиталистического накопления и последующего слияния их традиций с технологиями цифровой эпохи. В книге «Искусство после технологий» Морис Бенаюн рассматривает возможные направления развития «постцифрового» искусства, учитывая, что цифровое перенасыщение изменило весь социально-экономический и художественный ландшафт, и позиция художника будет меняться, стремясь уйти от технологической сферы, но не в силах полностью от неё отказаться. От низких технологий к биотехнологиям и критическому слиянию – критическое вторжение вымысла в реальность – новые формы искусства возникают в цифровую эпоху.