Сэр Уильям Гуль: Жизнь и карьера английского врача

Введение

Английский врач (1816–1890)

Сэр Уильям Уитхи Галл, 1-й баронет (31 декабря 1816 – 29 января 1890) был английским врачом. Происходя из скромной семьи, он создал успешную частную практику и занимал должности губернатора больницы Гая, профессора физиологии и президента Клинического общества. В 1871 году, успешно вылечив принца Уэльского от тяжелого тифа, он был удостоен титула баронета и назначен одним из придворных врачей королевы Виктории. Галл внес значительный вклад в медицинскую науку, углубив понимание миксодемы, болезни Брайта, параплегии и нервной анорексии (термин для которой он впервые ввел). В 1970-х годах возникла теория заговора, связывающая его с масонством и королевским двором, утверждавшая, что Галл знал личность Джека Потрошителя или даже сам был убийцей. Исследователи отвергли эту теорию, поскольку на момент совершения убийств Галлу было 71 год и он страдал от проблем со здоровьем. Эта теория нашла отражение в различных художественных произведениях, например, в фильмах «Джек Потрошитель» (1988) и «Из ада» (2001), последний из которых основан на графическом романе.

Детство и ранние годы жизни

Уильям Витхи Галл родился 31 декабря 1816 года в Колчестере, Эссекс. Его отец, Джон Галл, был владельцем баржи и причальщиком и в возрасте тридцати восьми лет на момент рождения сына. Уильям родился на борту баржи отца, "Голобка" (The Dove), стоявшей на причале мельницы Сент-Осит-Милл в приходе Сент-Леонардс, Шордич. Девичья фамилия его матери была Чилвер, Элизабет, и ей было сорок лет, когда родился Уильям. Среднее имя Уильяма, Витхи, он получил в честь своего крестного отца, капитана Уитэя, друга и работодателя его отца, а также местного владельца баржи. Он был младшим из восьми детей, двое из которых умерли в младенчестве. Из пяти выживших братьев и сестер Уильяма, двое были братьями (Джон и Джозеф), а трое – сестрами (Элизабет, Мэри и Мария). Около четырех лет семья переехала в Торп-ле-Сокен, Эссекс. Его отец умер от холеры в Лондоне в 1827 году, когда Уильяму было десять лет, и был похоронен в Торп-ле-Сокен. После смерти мужа Элизабет Галл посвятила себя воспитанию детей, располагая крайне ограниченными средствами. Она была женщиной сильного характера, внушая детям пословицу: "Все, что стоит делать, стоит делать хорошо". Уильям Галл часто говорил, что настоящее образование получил от матери. Элизабет Галл была глубоко религиозной: по пятницам дети ели рыбу и рисовый пудинг на ужин, во время Великого поста она носила черное, а дни памяти святых строго соблюдались. В юности Уильям Галл вместе со своими старшими сестрами посещал местную дневную школу. Позже он учился в другой школе в том же приходе, которую вел местный священник. Уильям был учеником-дневником в этой школе до пятнадцати лет, после чего на два года стал пансионером. Именно тогда он впервые начал изучать латынь. Однако преподавание священника, по-видимому, было весьма ограниченным, и в семнадцать лет Уильям заявил, что больше не будет посещать занятия. Уильям стал помощником учителя в школе, которую вел мистер Эббот в Льюэсе, Сассекс. Он жил с учителем и его семьей, изучая и преподавая латынь и греческий язык. В это время он познакомился с ботаником Джозефом Вудсом и увлекся поиском необычных растений, что стало его хобби на всю жизнь. Тем временем его мать в 1832 году переехала в приход Бомон, соседствующий с Торп-ле-Сокен. После двух лет в Льюэсе, в возрасте девятнадцати лет, Уильям стал беспокойным и начал рассматривать другие профессии, в том числе работу на море. Местный викарий заинтересовался Уильямом и предложил ему возобновить изучение классических и других предметов в викариате в разные дни. Уильям согласился и продолжал заниматься по этой схеме в течение года. В дни, когда он был дома, он и его сестры гребли вниз по устью реки к морю, наблюдая за рыбаками и собирая образцы дикой природы из сетей прибрежных драг. Уильям изучал и каталогизировал собранные образцы, используя любые доступные книги. Это, по-видимому, пробудило в нем интерес к биологическим исследованиям, который пригодился ему в дальнейшей медицинской карьере. Желание изучать медицину стало определяющим в его жизни.

William Withey Gull was born on 31 December 1816 in Colchester, Essex. His father, John Gull, was a barge owner and wharfinger and was thirty eight years old at the time of his son's birth. William was born aboard his barge The Dove, then moored at St Osyth Mill in the parish of Saint Leonards, Shoreditch. His mother's maiden name was Elizabeth Chilver and she was forty years old when William was born. William's middle name, Withey, came from his godfather, Captain Withey, a friend and employer of his father and also a local barge owner. He was the youngest of eight children, two of whom died in infancy. Of William's surviving five siblings, two were brothers (John and Joseph) and three were sisters (Elizabeth, Mary and Maria). When William was about four years old the family moved to Thorpe le Soken, Essex. His father died of cholera in London in 1827, when William was ten years old, and was buried at Thorpe le Soken. After her husband's death, Elizabeth Gull devoted herself to her children's upbringing on very slender means. She was a woman of character, instilling in her children the proverb "whatever is worth doing is worth doing well." William Gull often said that his real education had been given him by his mother. Elizabeth Gull was devoutly religious—on Fridays the children had fish and rice pudding for dinner; during Lent she wore black, and the Saints' days were carefully observed. As a young boy, William Gull attended a local day school with his elder sisters. Later, he attended another school in the same parish, kept by the local clergyman. William was a day boy at this school until he was fifteen, at which age he became a boarder for two years. It was at this time that he first began to study Latin. The clergyman's teaching, however, seems to have been very limited; and at seventeen William announced that he would not go any longer. William now became a pupil teacher in a school kept by a Mr. Abbott at Lewes, Sussex. He lived with the schoolmaster and his family, studying and teaching Latin and Greek. It was at this time that he became acquainted with Joseph Woods, the botanist, and formed an interest in looking for unusual plant life that would remain a lifelong pastime. His mother, meanwhile, had in 1832 moved to the parish of Beaumont, adjacent to Thorpe le Soken. After two years at Lewes, at the age of nineteen, William became restless and started to consider other careers, including working at sea. The local rector took an interest in William and proposed that he should resume his classical and other studies on alternate days at the rectory. William agreed, and would continue this routine for a year. On his days at home, he and his sisters would row down the estuary to the sea, watching the fishermen, and collecting wildlife specimens from the nets of the coastal dredgers. William would study and catalogue the specimens thus obtained, which he would study using whatever books as he could then procure. This seems to have awoken in him an interest in biological research that would serve him well in his later career in medicine. The wish to study medicine became the fixed desire of his life.

Ранняя карьера в медицине

Примерно в это время дядя местного викария, Бенджамин Харрисон, казначей больницы Гая, познакомился с Галлом и был впечатлен его способностями. Он пригласил его поступить в больницу Гая под своим покровительством, и в сентябре 1837 года, осенью, незадолго до своего двадцать первого дня рождения, Галл покинул дом и начал свою профессиональную деятельность. Для студентов-медиков было принято проходить обучение в больнице в качестве "учеников". Покровительство казначея предоставило Галлу две комнаты в больнице с ежегодным содержанием в размере 50 фунтов стерлингов. Галл, воодушевленный Харрисоном, решил максимально использовать предоставленную возможность и поставил перед собой цель выиграть все призы, на которые он мог претендовать в больнице в течение этого года. Ему это удалось. В течение первого года обучения в Гае, помимо основной учебы, он самостоятельно занимался греческим, латынью и математикой, а в 1838 году поступил в недавно основанный Лондонский университет. В 1841 году он получил степень бакалавра медицины и был удостоен отличий по физиологии, сравнительной анатомии, медицине и хирургии.

Брак и семья

18 мая 1848 года Галл женился на Сьюзан Энн Лейси, дочери полковника Дж. Дейкра Лейси из Карлайла. Вскоре после этого он покинул свои покои в больнице Гай и переехал в дом № 8 на Финсбери-сквер. У них было трое детей: Кэролайн Кэмерон Галл родилась в 1851 году в больнице Гай и умерла в 1929 году; она вышла замуж за Теодора Дайка Акленда (Оксфордский университет), члена Королевского колледжа врачей (FRCP), сына сэра Генри Акленда, 1-го баронета, члена Королевского общества (FRS). У них было двое детей: дочь (Айми Сара Агнес Дайк Акленд), умершая в младенчестве в 1889 году, и сын, Теодор Акленд (1890–1960), который стал директором школы Норвич. Кэмерон Галл родился около 1858 года в Бакхолде, Пангборн, графство Беркшир, и умер в младенчестве. Уильям Кэмерон Галл родился 6 января 1860 года в Финсбери, Миддлсекс, и умер в 1922 году. Он получил образование в Итонском колледже, унаследовал отцовский титул 2-го баронета Брук-стрит и впоследствии был избран либеральным юнионистом, членом парламента от Бэрнстапла с июля 1895 года по сентябрь 1900 года.

Поддержка женщин в медицине

В конце викторианской Британии женщинам не поощрялось поступление в медицинскую профессию. Сэр Уильям Галл изначально выступал против того, чтобы женщины становились врачами, но позже заявил, что изменил свое мнение и открыто осуждал эту предвзятость, возглавив усилия по улучшению перспектив женщин, желавших строить карьеру в медицине. В феврале 1886 года он председательствовал на собрании в Медицинском обществе на площади Кавендиш, чтобы учредить медицинскую стипендию для женщин. Эта стипендия получила название Мемориального фонда Хелен Придо, в честь Фрэнсис Хелен Придо, получившей степени M.B. и B.S. (Лондон), талантливой студентки-медика Лондонского университета, которая умерла от дифтерии в прошлом году, ранее выиграв выставку и золотую медаль по анатомии и получив диплом с отличием. Сообщалось, что Галл заявил, что ее академические успехи опровергли любые возражения против участия женщин в медицине, и выразил надежду, что стипендия приведет к либерализации взглядов и большему признанию женщин в профессии. Фонд был запущен с первоначальными пожертвованиями в размере 252 фунта 9 шиллингов; личный вклад Галла составил 10 гиней (10 фунтов 10 шиллингов). К середине 1890-х годов стипендия позволила выплачивать полугодовую премию в размере 50 фунтов стерлингов выпускнице Лондонской школы медицины для женщин, чтобы помочь ей завершить дальнейшее обучение.

Завещание, исполнители завещания и завещания

Завещание сэра Уильяма Галла, с кодицилом, датировано 27 ноября 1888 года. Стоимость имущества составила 344 022 фунта стерлингов 19 шиллингов 7 пенсов – огромная сумма по тем временам. Исполнителями были назначены следующие лица: его жена, дама Сьюзан Энн Галл, его сын, сэр Уильям Кэмерон Галл, проживающий на Глостер-стрит, Портман-сквер (новый баронет), мистер Эдмунд Хобхаус и мистер Уолтер Барри Линдли. Согласно условиям завещания, каждому из действующих исполнителей было завещано 500 фунтов стерлингов; мисс Мэри Джексон – 100 фунтов стерлингов; каждой из двух племянниц – по 100 фунтов стерлингов; служанке леди Галл – 200 фунтов стерлингов; аманюенсе сэра Уильяма, мисс Сьюзан Спратт – 50 фунтов стерлингов; и ежегодная сумма в 32 фунта стерлингов 10 шиллингов его дворецкому Уильяму Брауну на протяжении всей его жизни. Табачница, украшенная драгоценными камнями, подаренная сэру Уильяму Галлу императрицей Евгенией, вдовой императора Наполеона III Франции, стала фамильной реликвией вместе с его подарочной посудой. Леди Галл было завещано остальное его столовое серебро, его картины, мебель и домашнее имущество, а также сумма в 3000 фунтов стерлингов и право пользования до конца своей жизни домом по адресу Брук-стрит, 74. Она также получила пожизненную ренту в размере 3000 фунтов стерлингов, начиная с 12 месяцев после смерти сэра Уильяма. Дочь сэра Уильяма, Кэролайн, получила 26 000 фунтов стерлингов в доверительное управление, в то время как его сын, сэр Уильям Кэмерон Галл, получил сумму в 40 000 фунтов стерлингов и всю недвижимость. Остаток личного имущества сэра Уильяма должен был быть передан в траст для приобретения недвижимости в Англии или Шотландии (но не в Ирландии), которая должна была быть добавлена к наследственному имуществу. Необычно, но завещание зарегистрировано дважды в реестре наследства – в 1890 и 1897 годах. Текст второй записи гласит:

Сэр Уильям Уитхи Галл, проживающий на Брук-стрит, 74, баронет, доктор медицинских наук, скончался 29 января 1890 года. Завещание выдано 8 января Эдмунду Хобхаусу, эсквайру. Имущество оценивается в 344 022 фунта стерлингов 19 шиллингов 7 пенсов. Предыдущая выдача – 1890 год. На полях записи рукой написано: "Double Probate Jan 1897" (Двойное подтверждение прав, январь 1897).

Нервная анорексия

Термин "нервная анорексия" впервые был установлен сэром Уильямом Галлом в 1873 году. В 1868 году он выступил с докладом перед Британской медицинской ассоциацией в Оксфорде, в котором упомянул "особую форму заболевания, встречающуюся преимущественно у молодых женщин и характеризующуюся крайней истощенностью". Галл отметил, что причину этого состояния установить не удалось, однако случаи, казалось, возникали в основном у молодых женщин в возрасте от шестнадцати до двадцати трех лет. В этом докладе Галл назвал это состояние апепсией истерической, но впоследствии изменил его на анорексию истерическую, а затем на анорексию нервозу. Пять лет спустя, в 1873 году, Галл опубликовал свою работу "Анорексия нервоза" (Apepsia Hysterica, Anorexia Hysterica), в которой описал три случая: мисс А, мисс Б и третий, не названный случай. В 1887 году он также зафиксировал случай мисс К., который стал последней из его медицинских работ, опубликованных при его жизни. Мисс А была направлена к сэру Уильяму Галлу ее врачом, мистером Келсоном Райтом из Клэпхема, Лондон, 17 января 1866 года. Ей было 17 лет, и она сильно истощилась, потеряв 33 фунта. Ее вес в это время составлял 5 камней 12 фунтов (82 фунта); ее рост – 5 футов 5 дюймов. Галл отметил, что она страдала аменореей почти год, но в остальном ее физическое состояние было в основном нормальным, с здоровым дыханием, нормальными звуками сердца и пульсом; не было ни рвоты, ни диареи; язык чистый, моча нормальная. Пульс был слегка снижен – от 56 до 60 ударов в минуту. Состояние заключалось в простом голодании, с полным отказом от животной пищи и почти полным отказом от всего остального. Галл назначил лекарства, включая препараты хины, биохлорид ртути, сироп йодида железа, сироп фосфата железа, цитрат хинина и изменения в диете, но без заметного успеха. Он отмечал случайные приступы сильного аппетита, но они были очень редкими и исключительными. Он также отметил, что она часто была беспокойной и активной, и подчеркнул, что это было "поразительным проявлением нервного состояния, поскольку казалось невероятным, что такое изможденное тело могло выдерживать физические нагрузки, которые ей нравились". В опубликованных медицинских работах Галла представлены изображения мисс А, демонстрирующие ее внешний вид до и после лечения (справа). Галл отметил ее постаревший вид в 17 лет:

The term "anorexia nervosa" was first established by Sir William Gull in 1873. In 1868, he had delivered an address to the British Medical Association at Oxford in which he referred to a "peculiar form of disease occurring mostly in young women, and characterised by extreme emaciation". Gull observed that the cause of the condition could not be determined, but that cases seemed mainly to occur in young women between the ages of sixteen and twenty three. In this address, Gull referred to the condition as Apepsia hysterica, but subsequently amended this to Anorexia hysterica and then to Anorexia nervosa. Five years later, in 1873, Gull published his work Anorexia Nervosa (Apepsia Hysterica, Anorexia Hysterica), in which he describes the three cases of Miss A, Miss B, and a third unnamed case. In 1887, he also recorded the case of Miss K, in what was to be the last of his medical papers to be published. Miss A was referred to Sir William Gull by her doctor, a Mr Kelson Wright, of Clapham, London on 17 January 1866. She was aged 17 and was greatly emaciated, having lost 33 pounds. Her weight at this time was 5 stones 12 pounds (82 pounds); her height was 5 ft 5 inches. Gull records that she had suffered from amenorrhoea for nearly a year, but that otherwise her physical condition was mostly normal, with healthy respiration and heart sounds and pulse; no vomiting nor diarrhoea; clean tongue and normal urine. The pulse was slightly low at between 56 and 60. The condition was that of simple starvation, with total refusal of animal food and almost total refusal of everything else. Gull prescribed remedies including preparations of cinchona, biochloride of mercury, syrup of iodide of iron, syrup of phosphate of iron, citrate of quinine and variations in diet without noticeable success. He observed occasional voracious appetite for very brief periods, but states that these were very rare and exceptional. He also records that she was frequently restless and active and notes that this was a "striking expression of the nervous state, for it seemed hardly possible that a body so wasted could undergo the exercise which seemed agreeable". In Gull's published medical papers, images of Miss A are shown that depict her appearance before and after treatment (right). Gull notes her aged appearance at age 17:

Заметно, что по мере выздоровления она выглядела намного моложе, что соответствовало ее возрасту – двадцати одному году; в то время как фотографии, сделанные в возрасте семнадцати лет, придавали ей вид ближе к тридцати. Мисс А находилась под наблюдением Галла с января 1866 года по март 1868 года, к тому времени она, казалось, полностью выздоровела, набрав вес с 82 до 128 фунтов. Мисс Б. была вторым случаем, подробно описанным Галлом в его работе "Анорексия нервоза". 8 октября 1868 года, в возрасте 18 лет, ее семья, подозревая туберкулез, обратилась к Галлу и планировала отправить ее на юг Европы на предстоящую зиму. Галл отметил, что ее истощенный вид был более выраженным, чем обычно наблюдается при туберкулезе. При физическом осмотре груди и живота он не обнаружил никаких отклонений, кроме низкого пульса – 50 ударов в минуту, но зафиксировал "особую беспокойность", которую было трудно контролировать. Мать сообщила, что "Она никогда не устает". Галл был поражен сходством этого случая со случаем мисс А, вплоть до деталей наблюдений за пульсом и дыханием. Мисс Б. лечилась у Галла до 1872 года, к тому времени наблюдалось заметное выздоровление, которое в конечном итоге завершилось. В своих медицинских работах Галл признает, что медицинское лечение, вероятно, не внесло существенного вклада в выздоровление, состоявшее, как и в предыдущем случае, из различных тонизирующих средств и питательной диеты. Мисс К. была доведена до сведения Галла доктором Личманом из Петерсфилда в 1887 году. Он зафиксировал детали в последней из своих медицинских работ, которые были опубликованы. Галл заметил, что замедленный пульс и дыхание, казалось, были общими факторами во всех наблюдаемых им случаях. Он также отметил, что это приводило к снижению температуры тела ниже нормы, и предложил применение внешнего тепла в качестве возможного метода лечения. Это предложение до сих пор является предметом дискуссий среди ученых. Галл также рекомендовал вводить пищу с интервалами, обратно пропорциональными периодам истощения и слабости. Он считал, что с наклонностями пациента ни в коем случае нельзя считаться; и что склонность врача потакать желаниям пациента ("Пусть она делает, что хочет. Не заставляйте ее есть."), особенно на ранних стадиях заболевания, опасна и должна быть пресечена. Галл заявил, что пришел к этому мнению, имея опыт работы со случаями анорексии нервозы, ранее склоняясь к удовлетворению желаний пациентов. Это бросало вызов более раннему пониманию причин хронической болезни Брайта. Симптомы болезни Брайта были описаны в 1827 году английским врачом Ричардом Брайтом, который, как и Галл, работал в больнице Гая. Работа доктора Брайта характеризовала симптомы как вызванные заболеванием, сосредоточенным на почках. Хроническая болезнь Брайта была более тяжелой формой, при которой поражаются и другие органы. В своем введении Галл и Саттон указывают на то, что доктор Брайт и другие "полностью признали, что зернистая сморщенная почка обычно связана с патологическими изменениями в других органах тела" и что эти сопутствующие изменения обычно объединялись и назывались "хронической болезнью Брайта". Преобладающим мнением в то время было то, что почка является основным пораженным органом, вызывающим состояние, которое распространяется на другие части тела и тем самым приводит к страданиям других органов. Галл и Саттон утверждали, что это предположение неверно. Они представили доказательства того, что заболевание также может возникать в других органах, и что ухудшение состояния почек является частью общего патологического изменения, а не его первичной причиной. В некоторых случаях, исследованных Галлом и Саттоном, почки были поражены лишь незначительно, в то время как состояние было гораздо более продвинутым в других органах. Основным выводом Галла и Саттона было то, что патологические изменения в артериях и капиллярах являются первичным и существенным состоянием патологического состояния, известного как хроническая болезнь Брайта с сморщенной почкой. Они заявили, что клиническая картина может варьироваться в зависимости от органов, которые поражены в первую очередь; нельзя ожидать, что состояние будет следовать простой и предсказуемой схеме.

It will be noticeable that as she recovered she had a much younger look, corresponding indeed to her age, twenty one; whilst the photographs, taken when she was seventeen, give her the appearance of being nearer thirty. Miss A remained under Gull's observation from January 1866 to March 1868, by which time she seemed to have made a full recovery, having gained in weight from 82 to 128 pounds. Miss B was the second case described in detail by Gull in his Anorexia nervosa paper. She was referred to Gull on 8 October 1868, aged 18, by her family who suspected tuberculosis and wished to take her to the south of Europe for the coming winter. Gull noted that her emaciated appearance was more extreme than normally occurs in tubercular cases. His physical examination of her chest and abdomen discovered nothing abnormal, other than a low pulse of 50, but he recorded a "peculiar restlessness" that was difficult to control. The mother advised that "She is never tired". Gull was struck by the similarity of the case to that of Miss A, even to the detail of the pulse and respiration observations. Miss B was treated by Gull until 1872, by which time a noticeable recovery was underway and eventually complete. Gull admits in his medical papers that the medical treatment probably did not contribute much to the recovery, consisting, as in the former case, of various tonics and a nourishing diet. Miss K was brought to Gull's attention by a Dr. Leachman, of Petersfield, in 1887. He records the details in the last of his medical papers to be published. Gull observed that slow pulse and respiration seemed to be common factors in all the cases he had observed. He also observed that this resulted in below normal body temperature and proposed the application of external heat as a possible treatment. This proposal is still debated by scientists today. Gull also recommended that food should be administered at intervals varying inversely with the periods of exhaustion and emaciation. He believed that the inclination of the patient should in no way be consulted; and that the tendency of the medical attendant to indulge the patient ("Let her do as she likes. Don't force food. "), particularly in the early stages of the condition, was dangerous and should be discouraged. Gull states that he formed this opinion after experience of dealing with cases of anoerexia nervosa, having previously himself been inclined to indulge patients' wishes. that challenged the earlier understanding of the causes of chronic Bright's Disease. The symptoms of Bright's Disease had been described in 1827 by the English physician Richard Bright who, like Gull, was based at Guy's Hospital. Dr. Bright's work characterised the symptoms as caused by a disease centred on the kidney. Chronic Bright's disease was a more severe variant, where other organs are also affected. In their introduction, Gull and Sutton point out that Dr. Bright and others "have fully recognised that the granular contracted kidney is usually associated with morbid changes in other organs of the body" and that these co existent changes were commonly grouped together and termed "chronic Bright's disease." The prevailing opinion at the time was that the kidney was the organ primarily affected, inducing a condition that would spread to other parts of the body and thereby cause other organs to suffer. Gull and Sutton argued that this assumption was incorrect. They presented evidence to show that the diseased state could also originate in other organs, and that the deterioration of the kidney is part of the general morbid change, rather than the primary cause. In some cases examined by Gull and Sutton, the kidney was only marginally affected while the condition was far more advanced in other organs. Gull and Sutton's main conclusion was that the morbid change in the arteries and capillaries was the primary and essential condition of the morbid state known as chronic Bright's disease with contracted kidney. They stated that the clinical history may vary according to the organs primarily and chiefly affected; the condition could not be expected to follow a simple and predictable pattern.

Позвоночник и паралепсия

Параплегия – это состояние, обычно являющееся следствием повреждения спинного мозга. Это было давним интересом Галла, восходящим как минимум к его трем гулстонианским лекциям 1848 года, озаглавленным «О нервной системе, параплегии и шейной параплегии – гемиплегии». Галл разделил параплегию на три группы: спинальную, периферическую и энцефалическую, где спинальная группа относилась к параличам, вызванным повреждением спинного мозга; периферическая группа включала расстройства, возникающие при одновременном нарушении функции нескольких частей нервной системы; а энцефалическая группа включала частичные параличи, вызванные нарушением функции центральной нервной системы, возможно, связанным с нарушением кровоснабжения или сифилитическим состоянием. Основная работа Галла по параплегии была опубликована в период с 1856 по 1858 год. Вместе с французским неврологом Шарлем Эдуардом Браун-Секардом его работа впервые позволила понять симптомы параплегии в контексте преобладающего, ограниченного понимания патологии спинного мозга. Он представил серию из 32 случаев, включая аутопсии в 29 из них, чтобы сопоставить клинические и патологические признаки. Однако он признал, что ничто не является более сложным, чем «определение причины у постели больного». Патологическое размягчение и воспаление иногда были очевидны, но во многих случаях очевидная этиология не была обнаружена. По его мнению, возможно, придется искать «атомические», в отличие от «анатомических», причин. Он описал два типа частичных поражений: одно, ограниченное сегментом спинного мозга, а другое – распространяющееся продольно в одном из его столбов. Он заметил и был озадачен дегенерацией задних столбов, которая могла вызывать «неспособность регулировать двигательную силу». Галл признавал, что боли в пояснице редко отсутствуют при внешнем сжатии, часто указывая на вовлечение мозговых оболочек. Он полагал, что паралич нижних конечностей может быть следствием заболеваний мочевого пузыря и почек («мочевая параплегия»). Инфекция мочевого пузыря была источником воспалительного флебита, распространявшегося от тазовых вен к позвоночным венам. Обнаружен менингит с миелитом, который связывали с воздействием холода или переутомлением. В пяти травматических случаях позвоночный столб часто, но не всегда, был сломан и мог сдавливать спинной мозг. Он зафиксировал один случай у 33-летней женщины с пролапсом грудного диска, сдавливающего спинной мозг, без очевидной травмы. У семи из 32 пациентов были обнаружены опухоли; у двух были метастазы из почек и легких. У двух были внутримозговые опухоли шейного отдела, а у одной, медсестры из больницы Гая, вероятно, была кистозная астроцитома. Более ранние работы ирландского врача Роберта Бентли Тодда (1847), Эрнеста Хорна и Морица Генриха Ромберга (1851) описывали Tabes dorsalis и отмечали атрофию спинного мозга, но в важной работе Галл также подчеркнул вовлечение заднего столба в параплегию с сенсорной атаксией [12]. Fort Wayne Weekly Gazette (25 апреля 1895) и Ogden Standard, Юта, сообщили о предполагаемом разговоре между Уильямом Гриром Харрисоном, известным гражданином Сан-Франциско, и доктором Говардом из Лондона. По словам Говарда, убийца был «врачом с хорошей репутацией», чья жена была встревожена его странным поведением в период убийств в Уайтчепеле. Она сообщила о своих подозрениях некоторым коллегам-медикам своего мужа, которые, допросив его и обыскав дом, «нашли достаточные доказательства убийства» и поместили его в психиатрическую лечебницу. Вариации второй статьи появились в Williamsport Sunday Grit (12 мая 1895 года); Hayward Review, Калифорния (17 мая 1895 года); и Brooklyn Daily Eagle (28 декабря 1897 года). В статье утверждалось: «Личность этого воплощенного дьявола была установлена некоторое время назад», и что убийца был «безумным врачом, страдающим от безумной, неконтролируемой эротической мании». В ней повторяются некоторые детали из предыдущего отчета, добавляя, что доктор Говард «был одним из дюжины лондонских врачей, которые в составе комиссии по психическим заболеваниям рассматривали дело своего коллеги-врача, ибо, наконец, было окончательно доказано, что ужасный Джек Потрошитель был врачом с хорошей репутацией и пользовался покровительством лучшего общества в Вест-Энде Лондона». В статье далее утверждается, что проповедник и спиритуалист Роберт Джеймс Лиз сыграл ведущую роль в аресте врача, используя свои экстрасенсорные способности, чтобы узнать, что убийца Уайтчепела жил в доме в Мэйфэйре. Он убедил полицию войти в дом выдающегося врача, который якобы был переведен…

Paraplegia is a condition usually resulting from injury to the spinal cord. This was a long term interest of Gull's dating back at least to his three Goulstonian lectures of 1848, titled On the nervous system, Paraplegia and Cervical paraplegia – hemiplegia. Gull divided paraplegia into three groups: spinal, peripheral, and encephalic, where the spinal group related to paralyses caused by damage to the spinal cord; the peripheral group comprised disorders that occur when multiple parts of the nervous system fail simultaneously; and the encephalic group comprised partial paralyses caused by a failure of the central nervous system, possibly related to failure of the blood supply or a syphilitic condition. Gull's main work on paraplegia was published between 1856 and 1858. Along with the French neurologist Charles Édouard Brown Séquard, his work enabled paraplegic symptoms to be understood in context with the prevailing, limited understanding of spinal cord pathology, for the first time. He presented a series of 32 cases, including autopsies in 29 instances, to correlate the clinical and pathological features. He acknowledged, however, that nothing was more difficult than "the determination at the bedside, of the causes". Pathologically softening and inflammation were sometimes evident, but in many instances no obvious aetiology was found. One might have to seek for 'atomical' as distinguished from 'anatomical' causes, he speculated. He described two types of partial lesions, one confined to a segment of the spinal cord, the other extending longitudinally in one of its columns. He noticed and was puzzled by degenerations of the posterior columns that could cause an 'inability to regulate motor power'. Gull recognised girdle pain as seldom absent from extrinsic compression, often signifying meningeal involvement. Paralysis of the lower extremities could, he thought, be consequent upon diseases of the bladder and kidneys ('urinary paraplegia'). The bladder infection was the source of inflammatory phlebitis extending from pelvic to spinal veins. Meningitis with myelitis was found and attributed to exposure to cold or fatigue. In five traumatic cases, the vertebral column was often but not invariably fractured and could compress the cord. He recorded one instance in a 33 year old woman of a thoracic disk prolapse compressing the cord, without evident trauma. Tumours also figured in seven of his 32 patients; two were metastatic from kidney and lung. Two had intramedullary cervical tumours, and one, a Guy's Hospital nurse, probably had a cystic astrocytoma. Earlier work by the Irish physician Robert Bentley Todd (1847), Ernest Horn, and Moritz Heinrich Romberg(1851) had described Tabes dorsalis and noted atrophy of the spinal cord, but in an important paper, Gull also stressed the involvement of the posterior column in paraplegia with sensory ataxia [12]. the Fort Wayne Weekly Gazette (25 April 1895) and the Ogden Standard, Utah. It reported an alleged conversation between William Greer Harrison, a prominent San Francisco citizen, and a Dr Howard of London. According to Howard, the murderer was a "medical man of high standing" whose wife had become alarmed by his erratic behaviour during the period of the Whitechapel murders. She conveyed her suspicions to some of her husband's medical colleagues who, after interviewing him and searching the house, "found ample proofs of murder" and committed him to an asylum. Variations of the second article appeared in the Williamsport Sunday Grit (12 May 1895); the Hayward Review, California (17 May 1895); and the Brooklyn Daily Eagle (28 December 1897). This article comments: "the identity of that incarnate fiend was settled some time ago" and that the murderer was "a demented physician afflicted with wildly uncontrollable erotic mania." It repeats some of the details in the earlier report, adding that Dr Howard "was one of a dozen London physicians who sat as a commission in lunacy upon their brother physician, for at last it was definitely proved that the dread Jack the Ripper was a physician in high standing and enjoying the patronage of the best society in the West End of London." The article goes on to allege that the preacher and spiritualist Robert James Lees played a leading role in the physician's arrest by using his clairvoyant powers to divine that the Whitechapel murderer lived in a house in Mayfair. He persuaded police to enter the house, the home of a distinguished physician, who was allegedly removed to a private insane asylum in Islington under the name of Thomas Mason. Meanwhile the disappearance of the physician was explained by announcing his death and faking a funeral – "an empty coffin, which now reposes in the family vaults in Kensal Green, is supposed to contain the mortal remains of a great West End physician, whose untimely death all London mourned." (This detail does not correspond with Sir William Gull, who was buried in the churchyard at Thorpe le Soken in Essex.) The identity of the Dr Howard who is alleged to have provided the information for the first article was never established. On 2 May 1895, the Fort Wayne Weekly Gazette published a follow up quoting William Greer as reaffirming the accuracy of the story, and describing Dr. Howard as a "well known London physician who passed through San Francisco on a tour of the world several months ago". A further follow up article in the London People on 19 May 1895, written by Joseph Hatton, identified him as Dr. Benjamin Howard, an American doctor who had practised in London during the late 1880s. The article was shown to Dr. Benjamin Howard on a return visit to London in January 1896, prompting a strong letter of denial published in The People on 26 January 1896:

In this publication my name is dishonourably associated with Jack the Ripper – and in such a way – as if true – renders me liable to shew cause to the British Medical Council why my name with three degrees attached should not be expunged from the Official Register. Unfortunately for the Parties of the other part – there is not a single item of this startling statement concerning me which has the slightest foundation in fact. Beyond what I may have read in the newspapers, I have never known anything about Jack the Ripper. I have never made any public statement about Jack the Ripper – and at the time of the alleged public statement by me I was thousands of miles distant from San Francisco where it was alleged that I made it.

1970 Статья криминалиста (Томас Стоуэлл)

Доктор Томас Элдон Александр Стоуэлл, член Ордена Британской империи, доктор медицинских наук, член Королевского колледжа хирургов опубликовал в журнале "Криминолог" статью под названием "'Джек Потрошитель' – Решение?". Стоуэлл был младшим коллегой доктора Теодора Дайка Акленда, зятя Галла. Он утверждает, что один из пациентов Галла был убийцей Уайтчепела. Он называет убийцу "S" на протяжении всей статьи, ни разу не называя его имени, но личность "S" общепризнанно считается принцем Альбертом Виктором, герцогом Кларенс и Авондейл, внуком королевы Виктории и наследником престола. Стоуэлл пишет: "S" был наследником власти и богатства. Его бабушка, пережившая его, была весьма строгой викторианской матерью семейства. Его отец, титул которого он унаследовал, был космополитичным гомосексуалистом и много сделал для повышения международного авторитета Англии. [В 21 год он] был произведен в офицеры. Он ушел в отставку вскоре после облавы на ряд помещений на Кливленд-стрит, которые посещали аристократы и состоятельные гомосексуалисты. Стоуэлл, по всей видимости, разработал свою теорию, используя личные документы сэра Уильяма Галла в качестве основного источника. Однако это нельзя подтвердить, поскольку Стоуэлл умер через несколько дней после публикации своей статьи, а его семья сожгла его бумаги. Галл (который упоминался в статье) предположительно оставил документы, показывающие, что "S" умер не от пневмонии, как сообщалось, а от третичного сифилиса. Стоуэлл утверждает, что "S" заразился сифилисом в Вест-Индии во время кругосветного путешествия в конце подросткового возраста, и именно эта болезнь вызвала состояние безумия, приведшее к убийствам. Он продолжает утверждать, что "S" был признан Галлом невменяемым и помещен в частную психиатрическую лечебницу, из которой он сбежал и совершил последнее и самое жестокое убийство Мэри Джейн Келли в ноябре 1888 года. Затем он достаточно оправился, чтобы совершить пятимесячный круиз, после чего случился рецидив, и он умер "в загородном доме своего отца" от "бронхопневмонии".

1973 "Джек Потрошитель" (мини-сериал BBC)

В 1973 году BBC показала мини-сериал "Джек Потрошитель" из шести частей, выполненный в формате документальной драмы. В сериале, сценарий к которому написали Элвин Джонс и Джон Ллойд, для изображения расследования убийств в Уайтчепеле были использованы вымышленные детективы – главный инспектор Чарльз Барлоу и инспектор Джон Уотт из полицейской драмы "Мягко, мягко". Сериал не пришел к единому заключению, но примечателен тем, что впервые публично представил историю, выдвинутую Джозефом "Хобо" Сиккертом, предположительно незаконнорожденным сыном художника Уолтера Сиккерта. Эта теория утверждает, что премьер-министр лорд Солсбери вступил в сговор с королевой Викторией и высокопоставленными масонами, включая старших офицеров полиции, с целью убийства нескольких женщин, знавших о существовании незаконнорожденного католического наследника престола, рожденного принцем Альбертом Виктором. Согласно этой теории, убийства совершил сэр Уильям Галл при помощи кучера Джона Нетли. Позднее Сикерт сам опроверг эту историю в интервью газете Sunday Times от 18 июня 1978 года. Он заявил: "Это была мистификация; я все это придумал" и добавил, что это была "чудовищная ложь".

1976 "Джек Потрошитель: Окончательное решение" (Стивен Найт)

Стивен Найт был репортером газеты East London Advertiser, который взял интервью у Джозефа Сикерта после выхода сериала на BBC. Он был настолько убежден в правдивости этой истории, что написал книгу – «Джек Потрошитель: Окончательное решение», – в которой история Сикерта представлена как главный вывод. Книга послужила источником вдохновения для ряда художественных произведений, связанных с убийствами в Уайтчепеле. Найт провел собственное расследование, в ходе которого установил, что кучер по имени Джон Нетли действительно существовал, что в октябре 1888 года в Странде был сбит неустановленный ребенок, и что в 1892 году человек по имени "Никли" пытался покончить с собой, утопившись с Вестминстерского моста. Ему также предоставили доступ к материалам Министерства внутренних дел, благодаря чему ряд современных полицейских отчетов впервые стали общедоступными. Утверждение Найта о том, что сэр Уильям Галл и другие были высокопоставленными масонами, вызывает споры. Найт пишет:
Невозможно установить, были ли некоторые из менее известных персонажей в истории Сикерта масонами. Главные герои, безусловно, были таковыми. Уоррен, Галл и Солсбери достигли значительных высот в масонской иерархии. Солсбери, чей отец был заместителем Великого Магистра всей Англии, был настолько влиятелен, что в 1873 году в его честь была основана новая ложа. Заседания ложи Солсбери проходили в главном масонском центре Англии – здании масонского общества на Грейт Квин-стрит в Лондоне. Это утверждение опровергает Джон Хэмилл, бывший библиотекарь Объединенной Великой ложи Англии (впоследствии директор по коммуникациям). Хэмилл пишет:
Тезис Стивена Найта основан на утверждении, что ключевые фигуры – премьер-министр лорд Солсбери, сэр Чарльз Уоррен, сэр Джеймс Андерсон и сэр Уильям Галл – были высокопоставленными масонами. Найт знал, что его утверждение ложно, поскольку в 1973 году он позвонил мне из библиотеки и попросил подтвердить их членство. После продолжительных поисков я сообщил ему, что масоном был только сэр Чарльз Уоррен. К сожалению, он решил проигнорировать этот ответ, поскольку он разрушал его теорию.

Stephen Knight was a reporter for the East London Advertiser who interviewed Joseph Sickert following the BBC series. He was sufficiently convinced by the story to write a book – Jack the Ripper: The Final Solution – which proposes the Sickert story as its central conclusion. The book provides the inspiration for a number of fictional works related to the Whitechapel murderers. Knight undertook his own research, which established that there really was a coachman named John Netley; that an unnamed child was knocked down in the Strand in October 1888 and that a man named "Nickley" attempted suicide by drowning from Westminster Bridge in 1892. He was also provided with access to Home Office files, from which a number of contemporary police reports were made public for the first time. Knight's claim that Sir William Gull, along with various others, was a high ranking Freemason, is disputed. Knight writes:
It is impossible to find out if some of the lesser known people in Sickert's story were Masons. The chief characters certainly were. Warren, Gull, and Salisbury were all well advanced on the Masonic ladder. Salisbury, whose father had been Vice Grand Master of All England, was so advanced that in 1873 a new Lodge was consecrated in his name. The Salisbury Lodge met at the premier Masonic venue in England, the Freemasons' Hall in Great Queen Street, London. This claim is refuted by John Hamill, former Librarian for the Freemasons' United Grand Lodge of England (subsequently the Director of Communications). Hamill writes:
The Stephen Knight thesis is based upon the claim that the main protagonists, the Prime Minister Lord Salisbury, Sir Charles Warren, Sir James Anderson and Sir William Gull were all high ranking Freemasons. Knight knew his claim to be false for, in 1973, I received a phone call from him in the Library, in which he asked for confirmation of their membership. After a lengthy search I informed him that only Sir Charles Warren had been a Freemason. Regrettably, he chose to ignore this answer as it ruined his story.