Право на молчание: история и правовые основы.

Введение

Право отказаться отвечать на вопросы

Право на молчание – это правовой принцип, гарантирующий любому лицу право не отвечать на вопросы сотрудников правоохранительных органов или должностных лиц суда. Это право, признанное явно или по традиции, во многих правовых системах мира. Оно охватывает ряд вопросов, связанных с правом обвиняемого или подсудимого отказаться давать комментарии или отвечать на вопросы при допросе, как до, так и во время судебного разбирательства. Это может быть право избежать самообвинения или право хранить молчание при допросе. Данное право может предусматривать, что судья или присяжные не вправе делать неблагоприятные выводы на основании отказа подсудимого отвечать на вопросы до или во время судебного разбирательства, слушания или любой другой юридической процедуры. Это право составляет лишь небольшую часть совокупности прав подсудимого. Истоки права на молчание восходят к оспариванию церковных судов и их присяги ex officio, предпринятому сэром Эдвардом Коуком. В конце XVII века оно было закреплено в английском законодательстве как реакция на злоупотребления королевских инквизиций в этих судах. В Соединенных Штатах информирование подозреваемых об их праве хранить молчание и о последствиях отказа от него является ключевой частью предупреждения Миранды.

История

Ни причины, ни история права на молчание не вполне ясны. Латинский брокард *nemo tenetur se ipsum accusare* («никто не обязан обвинять себя») стал объединяющим призывом для религиозных и политических диссидентов, преследовавшихся в Звездной палате и Высокой комиссии Англии в XVI веке. Людей, представавших перед этими трибуналами, принуждали приносить присягу *ex officio*, клялись правдиво отвечать на вопросы, не зная, в чем их обвиняют. Это создало так называемую жестокую трилемму, в которой обвиняемые были вынуждены выбирать между совершением смертного греха лжесвидетельства (если лгали под присягой, чтобы защитить себя), суровым наказанием за неуважение к суду (если отказывались отвечать) или предательством своего «естественного» инстинкта самосохранения (если говорили правду, чтобы сдержать клятву). Вызов, брошенный сэром Эдвардом Коуком церковным судам и их присяге *ex officio*, считается источником права на молчание. Своим решением о том, что суды общего права могут издавать запреты на подобные присяги, и аргументами о том, что такие присяги противоречат общему праву (как это изложено в его *Reports* и *Institutes*), Коук «нанес решающий удар по присяге *ex officio* и Высокой комиссии». После парламентских революций конца XVII века, согласно некоторым историческим данным, право на молчание было закреплено в законе как реакция на злоупотребления королевских инквизиций в этих судах. Отказ от процедур Звездной палаты и Высокой комиссии в конечном итоге привел к возникновению принципа, согласно американскому юристу и эксперту в области доказательств Джону Генри Вигмору, «что никто не обязан обвинять себя по любому обвинению (независимо от того, насколько законно оно возбуждено) или в любом суде (не только в церковных или Звездной палате)». Во время английской Реставрации (с 1660 года) оно было расширено, чтобы включать «обычного свидетеля, а не только обвиняемого». Однако право на молчание не всегда было практической реальностью для всех обвиняемых в английских судах в течение некоторого времени после этого. Из-за ограниченного доступа к юридической помощи (часто зависящего от социального статуса обвиняемого), меняющегося стандарта доказывания и системы, в целом не доверяющей молчащим обвиняемым, обвиняемый в преступлении, который сохранял молчание, часто считался виновным и приговаривался к наказанию. Тем не менее, это оставалось основным правом обвиняемого и общепринятой практикой на протяжении последних столетий. В Англии практика судебного допроса обвиняемых на суде (в отличие от допроса до суда) окончательно не исчезла до XVIII века, но к XIX веку обвиняемым не разрешалось давать показания под присягой, даже если они этого хотели – это также рассматривалось как реакция на несправедливость Звездной палаты и Высокой комиссии. В странах, ранее входивших в состав Британской империи (таких как страны Содружества, Соединенные Штаты и Республика Ирландия), право на молчание оставалось закрепленным в традиции общего права, унаследованной от Англии, хотя оно больше не применяется в Англии и Уэльсе, где молчание может рассматриваться присяжными как признак вины. Следует отметить, что шотландское право, которое не происходит от английского права, а является полностью отдельным, по-прежнему поддерживает полное право на молчание. В США это право существовало еще до Американской революции. Однако оно считалось одной из важнейших гарантий защиты граждан от произвола государства и было закреплено в Пятой поправке к Конституции вместе со словами «надлежащая правовая процедура» (*due process*), которые впервые были упомянуты в статуте Эдуарда III в 1354 году и содержат аналогичную формулировку Пятой поправки. Право на молчание распространилось на многие страны Британской империи. Два различных, но расходящихся пути, по которым эти права развивались и действуют в англо-американской юриспруденции (один через права, выраженные в укоренившейся конституции, другой – в актах парламента, определяющих права или защиту в соответствии с общим правом), можно увидеть сегодня в странах Содружества, таких как Новая Зеландия, где сотрудники полиции по-прежнему обязаны по общему праву выдавать предупреждения «в стиле Миранды» (но которые совершенно не связаны с решением по делу Миранда в США) и информировать задержанных о том, что они не обязаны отвечать на какие-либо вопросы, но все, что они скажут (или сделают), может быть использовано в суде в качестве доказательства. Полиция также должна убедиться, что задержанные понимают эти права. Несоблюдение этого требования может поставить под угрозу уголовное преследование. Хотя формулировка немного отличается от используемой в США, намерение идентично и происходит из унаследованной правовой традиции. Однако, например, в Австралии любые показания обвиняемого, данные во время полицейского допроса под стражей, как правило, не принимаются в качестве доказательства, если они не подтверждаются, как правило, аудио- или видеозаписью. Австралийские полицейские носят нагрудные камеры в качестве стандартного оборудования и включают их при каждом взаимодействии, чтобы записывать и предоставлять такие доказательства. Как и в США, подозреваемые в некоторых странах Содружества также имеют право на присутствие адвоката во время допроса. В Соединенном Королевстве законы, которые были введены, обязывают информировать подозреваемых о праве хранить молчание, но также предупреждают, что любые сведения, которые они не раскроют во время допроса, но впоследствии будут использовать в суде, могут нанести ущерб их защите. Другими словами, в некоторых случаях могут быть сделаны выводы. Право на адвоката, которое также все больше закреплялось в США после Американской революции, давало подсудимым практический способ защиты, сохраняя молчание, а развитие современной полиции в начале XIX века впервые подняло вопрос о молчании до судебного разбирательства. Ключевое американское дело *Bram v. United States* проложило путь к распространению этого права на досудебные допросы, а практика «предупреждений Миранды» была установлена в США и в других странах после дела *Miranda v. Arizona* в 1966 году. Хотя изначально это было чуждо системам inquisitorial justice, право на молчание распространилось по континентальной Европе в той или иной форме в течение конца XX века благодаря развитию международного права, которое привело к всеобщему признанию определенных гарантий надлежащей правовой процедуры.

Neither the reasons nor the history behind the right to silence are entirely clear. The Latin brocard nemo tenetur se ipsum accusare ('no man is bound to accuse himself') became a rallying cry for religious and political dissidents who were prosecuted in the Star Chamber and High Commission of 16th century England. People coming before these tribunals were forced to make the ex officio oath by which they swore to truthfully answer the questions to be put before them without knowing what they were being accused of. This created what has been termed the cruel trilemma whereby these accused were forced to choose between committing the mortal sin of perjury (if they lied under oath to protect themselves), harsh punishment for contempt of court (if they refused to answer), or betraying their "natural" duty of self preservation (if they told the truth to honour their oath). Sir Edward Coke's challenge to the ecclesiastical courts and their ex officio oath is seen as the origin of the right to silence. With his decision that common law courts could issue writs of prohibition against such oaths and his arguments that such oaths were contrary to the common law (as found in his Reports and Institutes), Coke "dealt the crucial blow to the oath ex officio and to the High Commission". After the parliamentary revolutions of the late 17th century, according to some historical accounts, the right to silence became established in the law as a reaction to the excesses of the royal inquisitions in these courts. The rejection of the procedures of the Courts of Star Chamber and High Commission eventually resulted in the emergence of the principle, according to US jurist and law of evidence expert John Henry Wigmore, "that no man is bound to incriminate himself, on any charge (no matter how properly instituted), or in any Court (not merely in the ecclesiastical or Star Chamber tribunals)". It was extended during the English Restoration (from 1660 on) to include "an ordinary witness, and not merely the party charged". However, the right to silence was not always a practical reality for all accused in the English courts for some period afterwards. With limited access to legal counsel (often depending on the social status of the accused), a shifting standard of proof, and a system generally distrustful of silent defendants, a criminal accused who remained silent was often believed to be guilty and was sentenced. Nevertheless, it remained a basic right available to the accused and has been an accepted practice over the past few centuries. In England, the practice of judicial questioning of accused persons at trial (as distinct from questioning prior to trial), did not really disappear until well into the 18th century, but by the 19th century, the accused were not allowed to give evidence on oath even if they wanted to – also said to be a reaction to the inequities of the Star Chamber and High Commission. In countries formerly part of the British Empire (such as Commonwealth nations, the United States and the Republic of Ireland) the right to silence has remained enshrined in the common law tradition inherited from England, although it no longer applies in England and Wales, where remaining silent can be considered a sign of guilt by juries. NB Scots law, which is not derived from English law but wholly separate, still upholds the full right to silence. In the US, the right existed prior to the American Revolution. However, it was considered one of the most important safeguards protecting citizens against arbitrary actions of the state, and was enshrined in the Fifth Amendment to the Constitution, along with the words "due process", which was first mentioned in a statute of Edward III in 1354 and contains similar wording to the Fifth Amendment. The right to silence spread to many nations of the British Empire. The two different but diverging paths along which these rights evolved and operate in Anglo American jurisprudence (one through rights expressed in an entrenched constitution, the other in Acts of Parliament specifying rights or protections at common law) can be seen today in Commonwealth nations like New Zealand, where police officers are still required at common law to issue "Miranda style" warnings (but which are completely unrelated to the US Miranda warning ruling) and inform arrested persons that they do not have to answer any questions but that whatever they do say (or do) can be used in court as evidence. The police must also determine whether the arrested persons understand these rights. Any failure to do so can jeopardize a criminal prosecution. While differing slightly from the wording used in the US, the intent is identical and comes from the inherited tradition of law. However, in Australia for instance, anything said by the accused under police questioning while in custody will generally not be accepted into evidence unless it is corroborated, generally by audio or video record. Australian police all wear chest cams as part of their standard issue, and turn them on with every interaction, so that they record and provide such evidence. As in the US, suspects in some Commonwealth countries are also entitled to have counsel present during questioning. In the United Kingdom, laws introduced, have the suspects told they have the right to remain silent, but are now also cautioned that anything they do not reveal in questioning, but later rely upon in court may harm their defence. In other words, in some cases inferences can be drawn. The right to counsel, which also became increasingly entrenched in the US following the American Revolution, gave defendants a practical method of mounting a defense while remaining silent, and the development of the modern police force in the early 19th century opened up the question of pretrial silence for the first time. The key American case of Bram v. United States paved the way for the right to be extended to pretrial questioning, and the practice of "Miranda warnings" became established in the US and elsewhere following the case of Miranda v. Arizona in 1966. While initially alien to inquisitorial justice systems, the right to silence spread across continental Europe, in some form, throughout the late 20th century, due to developments in international law which had an increasing universalisation of certain due process protections.

Во всем мире

Предупреждения о праве хранить молчание производятся примерно в 108 странах мира.

Австралия

В Австралии нет конституционной защиты права на молчание, но оно широко признается в законах штатов и федеральных уголовных кодексах и рассматривается судами как важное право общего права и часть привилегии против самообвинения. В целом, подозреваемые в совершении преступлений в Австралии имеют право отказаться отвечать на вопросы, задаваемые им полицией до суда, и отказаться давать показания в суде. Как правило, судьи не могут давать указания присяжным выводить неблагоприятные заключения из молчания обвиняемого (Petty v R), однако существуют исключения из этого правила, в частности, в делах, которые полностью основаны на косвенных доказательствах, о которых может свидетельствовать только обвиняемый (Weissensteiner v R). Это исключение было отменено в штате Виктория статьями 42 и 44 Закона о рекомендациях присяжным заседателям 2015 года. Данное право не распространяется на юридические лица (EPA v Caltex). В Австралии право на молчание берет начало в правиле «компаньона» общего права. Основной принцип заключается в том, что неблагоприятные выводы о виновности обвиняемого не могут быть сделаны, если он/она не отвечает на вопросы полиции. Хотя это и является положением общего права, оно подкрепляется различными законодательными нормами. Некоторые расследования могут лишить права на молчание, например, расследования, проводимые Независимой комиссией по борьбе с коррупцией.

Бангладеш

Статья 33 Конституции Бангладеш рассматривает права арестованных и задержанных лиц; право на молчание не упоминается ни в Конституции, ни в Уголовном кодексе Бангладеш, за исключением статьи 35(4) Конституции, которая защищает лиц от самооговора. Статья 33 Конституции Бангладеш обязывает органы, осуществляющие арест, информировать обвиняемого о предъявленных ему обвинениях до его задержания, а также предписывает представить задержанного в ближайший суд в течение 24 часов.

Китай

Право на молчание не гарантируется законом в Китае. Статья 93 Уголовно-процессуального закона гласит, что "подозреваемый должен правдиво отвечать на вопросы следователей, однако он имеет право отказаться отвечать на вопросы, не имеющие отношения к делу". Но с 1996 года, в результате поправок к Уголовно-процессуальному закону, статья 15 устанавливает, что "строго запрещается вымогательство признаний с применением пыток, сбор доказательств путем угроз, подкупа, обмана или иными незаконными способами, а также принуждение кого-либо к самооговору". В 2012 году закон был вновь изменен с включением положений, защищающих права человека. Китай признал право на защиту от самооговора, и принудительные признания запрещены законом. Подписание Международного пакта о гражданских и политических правах в 1998 году также гарантирует китайским гражданам право не свидетельствовать против себя, однако данный пакт в Китае не ратифицирован.

Чехия

Чешская Республика защищает право на молчание двумя положениями в Хартии основных прав и свобод. Статья 37, пункт 1 гласит, что "каждый имеет право отказаться давать показания, если это может повлечь за собой уголовное преследование его самого или близкого лица". В статье 40, пункт 4, говорится, что "обвиняемый имеет право отказаться от дачи показаний; его/ее ни в коем случае нельзя лишать этого права".

Гонконг

Право на молчание защищено в соответствии с общим правом. "Правила и инструкции по допросу подозреваемых и составлению протоколов допроса" (Правила и инструкции), опубликованные тогдашним секретарем по безопасности в 1992 году, устанавливают, что подозреваемому должно быть сообщено предостережение, напоминающее о его праве хранить молчание во время допроса. Текст предостережения может быть зачитан на английском, кантонском или мандаринском языках: "Вы не обязаны что-либо говорить, если не желаете этого, однако все, что вы скажете, может быть записано и использовано в качестве доказательства". Это аналогично предостережению, которое использовалось в Англии и Уэльсе до принятия Закона об уголовном правосудии и общественном порядке 1994 года. По словам Джессики Уингкай Чиу (趙穎琦), в то время аспирантки Гонконгского университета, закон не устанавливает четкую процедуру для правоохранительных органов по уведомлению о праве на молчание.

Индия

Конституция Индии гарантирует каждому лицу право не свидетельствовать против себя в соответствии со статьей 20 (3): "Никто, обвиняемый в совершении преступления, не должен быть принужден к даче показаний, которые могут его же и обличить". Общепризнано, что право на молчание предоставлено обвиняемому в силу решения по делу Нандини Сатпати против П. Л. Дани; никто не может насильственно получать показания от обвиняемого, который имеет право хранить молчание, но лишь в судебном процессе. Неясно, может ли обвиняемый воспользоваться своим правом на молчание во время допроса должностными лицами. В 2010 году Верховный суд установил, что принудительный наркоанализ, картирование мозга и полиграф нарушают статью 20 (3) Конституции.

Израиль

В Израиле, согласно статьям 28 (Выслушивание аргументов задержанного) и 31 (Разъяснение прав задержанному) Закона об уголовном судопроизводстве (Исполнительная власть – аресты) 1996 года, сотрудник, проводящий допрос/арест подозреваемого, обязан надлежащим образом предупредить его о том, что он не обязан говорить что-либо, что может его скомпрометировать, и что все сказанное им может быть использовано против него. В соответствии с израильским законодательством, использование права хранить молчание в большинстве случаев может рассматриваться как косвенное доказательство, и этот факт также необходимо разъяснить подозреваемому. Кроме того, сотрудник обязан проинформировать подозреваемого о его праве уведомить члена семьи или знакомого и адвоката о его аресте, о его праве на защиту и о максимальном сроке задержания до его освобождения или представления судье. Израильское законодательство не признает доктрину "Плодов отравленного дерева", и недостатки в процедуре сбора доказательств влияют лишь на их доказательственную силу. Однако в уголовном апелляционном деле № 5121/98 по делу Иссахарова против военного прокурора суд в составе девяти судей постановил, что признание подсудимого, полученное без надлежащего предупреждения о праве на защиту, не может считаться добровольным и осознанным и не было принято судом.

Япония

Согласно статье 38 Конституции Японии, никто не обязан свидетельствовать против себя.

Латвия

В Латвии в Уголовно-процессуальном законе (Kriminālprocesa likums) (статьи 60.2, 150, 265 и другие) закреплено право любого лица, в отношении которого возбуждено уголовное производство или возникли подозрения, на молчание. При аресте и до первого допроса лица, в отношении которого возникло какое-либо (официальное или неофициальное) подозрение в рамках уголовного дела, это лицо должно быть предупреждено о его праве не свидетельствовать против себя и о том, что все сказанное им может быть использовано против него в уголовном производстве. Свидетели, потерпевшие и лица, чьи имущественные права были затронуты уголовным производством, имеют право не свидетельствовать против себя и своих родственников и не предоставлять какую-либо информацию, которая прямо или косвенно может привести к самоинкриминации или инкриминации их родственников. Отказ от дачи показаний или ответов на вопросы, основанный на праве не свидетельствовать против себя, не может быть использован против этого лица каким-либо образом или рассматриваться как доказательство вины. Ни один судья, прокурор, следователь или иной государственный орган не вправе делать какие-либо неблагоприятные выводы в отношении лица, реализующего свое право не свидетельствовать против себя. За пределами уголовного производства право не свидетельствовать против себя признается давним неписаным общепризнанным принципом права во всех квазиуголовных (например, в сфере административных правонарушений) и публичных процессах, что неоднократно подтверждалось судебной практикой и прецедентами.

Испания

В Испании, согласно статье 520.2 Закона о уголовном судопроизводстве (Ley de Enjuiciamiento Criminal), подозреваемого необходимо проинформировать об обвинениях, послуживших основанием для его задержания, а также о причинах лишения свободы. Кроме того, лицу должны быть разъяснены следующие права:

Право хранить молчание, отвечать только на выбранные им вопросы или заявить о желании давать показания только перед судьей. Право не свидетельствовать против себя и не признавать свою вину. Право на защиту адвоката, выбранного самостоятельно или назначенного государством, который будет оказывать ему помощь на слушаниях и следственных действиях. Право уведомить члена семьи или выбранное им лицо о задержании и месте своего нахождения в любой момент разбирательства. Иностранные граждане имеют право связаться со своим консульством в Испании. Право на бесплатные услуги переводчика, если иностранный гражданин не владеет испанским языком. Право на медицинское освидетельствование судебно-медицинским экспертом.

Единый кодекс военного правосудия

Члены Вооруженных сил Соединенных Штатов подчиняются Единому кодексу военного правосудия (UCMJ). В соответствии с UCMJ, присягнувшие военнослужащие, независимо от того, являются ли они рядовыми, унтер-офицерами или офицерами, имеют право не свидетельствовать против себя, право, которое было установлено за 16 лет до решения Верховного суда по делу "Миранда против Аризоны". Статья 31 UCMJ содержит существенные гарантии защиты от принуждения к самообвинению, однако она несколько отличается от предупреждения "Миранда" и, по сути, предоставляет более широкую защиту.