Введение

Британская аристократка, антиквар и археолог (1776–1839)

Леди Хестер Люси Стенхоуп (12 марта 1776 – 23 июня 1839) была британской авантюристкой, писательницей, антикваром и одной из самых известных путешественниц своего времени. Ее раскопки в Аскалоне в 1815 году считаются первыми, в которых были применены современные археологические принципы, а использование ею средневекового итальянского документа описывается как «одно из самых ранних применений текстовых источников полевыми археологами». Ее письма и мемуары прославили ее как исследовательницу.

Ранние годы

Стэнхоуп была старшим ребенком Чарльза Стэнхоупа, 3-го графа Стэнхоупа, от его первой жены, леди Хестер Питт. Она родилась в поместье отца в Шевенинге и жила там до начала 1800 года, когда была отправлена жить к своей бабушке, Гестер Питт, графине Чатхэм, в Бертон-Пинсент. В августе 1803 года она переехала в дом своего дяди, Уильяма Питта-младшего, чтобы вести его хозяйство и быть его хозяйкой. Находясь на посту премьер-министра Великобритании, неженатый Питт нуждался в помощи в политической и светской жизни. Леди Гестер занимала почетное место за его столом и помогала принимать гостей, снискав известность своей красотой и умением вести беседу. Когда Питт уходил в отставку, она служила его личным секретарем. Она также была главным инициатором создания садов в замке Уолмер во время его пребывания на должности лорда-хранителя Пяти портов. После смерти Питта в январе 1806 года Великобритания назначила ей ежегодную пенсию в размере 1200 фунтов стерлингов. После некоторого времени, проведенного на площади Монтегю в Лондоне, она переехала в Уэльс, а затем окончательно покинула Великобританию в феврале 1810 года после смерти своего брата. Серия любовных разочарований, возможно, побудила ее к решению отправиться в длительное морское путешествие. Ее бывший возлюбленный, Гранвилл Левесон-Гоуэр, 1-й граф Гранвилл, женился на другой женщине в 1809 году, а племянница Стэнхоуп (Вильгельмина Паулетт, герцогиня Кливлендская) подозревала, что она и генерал-лейтенант сэр Джон Мур, с которым Стэнхоуп поддерживала теплую переписку во время его участия в Пиренейской войне, могли подумывать о браке до его гибели в бою в том же году.

Жизнь за границей

В феврале 1810 года Стенхоуп покинула Портсмут вместе со своим братом Джеймсом Гамильтоном Стенхоупом, который сопровождал ее до Родоса. В ее свите были ее врач и будущий биограф Чарльз Льюис Мерьон, а также служанки Элизабет Уильямс и Энн Фрай. На Родосе она встретила Майкла Брюса, авантюриста и впоследствии члена парламента, который стал ее возлюбленным и спутником в путешествиях. По преданию, когда их компания прибыла в Афины, поэт лорд Байрон, университетский друг Брюса, бросился в море, чтобы поприветствовать их. Позже Байрон описал Стенхоуп как "опасную вещь – остроумную женщину" и заметил, что она "с пренебрежением относилась к общепринятым нормам как в разговоре, так и в поступках". Он также утверждал, что отказался от спора о правах женщин со Стенхоуп (блестящим собеседником), потому что "слишком презираю женский пол, чтобы с ним препираться". Из Афин компания Стенхоуп отправилась в Стамбул, столицу Османской империи. Они планировали продолжить путь в Каир, который только недавно вынырнул из хаоса, последовавшего за вторжением Наполеона в Египет и последовавшими за ним международными конфликтами.

Путешествие на Ближний и Средний Восток

По пути в Каир корабль попал в шторм и потерпел крушение у берегов Родоса. Лишившись всего имущества, путешественники одолжили турецкую одежду. Стэнхоуп отказалась носить вуаль, предпочтя одежду турецкого мужчины: халат, тюрбан и тапочки. Когда британский фрегат доставил их в Каир, она продолжала носить наряды, совершенно не соответствующие английской женщине: она приобрела фиолетовый бархатный халат, вышитые брюки, жилет, куртку, седло и саблю. В этом костюме она отправилась на встречу с пашой. Из Каира она продолжила свои путешествия и за два года посетила Гибралтар, Мальту, Ионические острова, Пелопоннес, Афины, Константинополь, Родос, Египет, Палестину, Ливан и Сирию. Она решила посетить город Пальмиру, несмотря на то, что путь пролегал через пустыню, населенную враждебными бедуинами. Она переоделась в бедуина и взяла с собой караван из 22 верблюдов для перевозки багажа. Эмир Маханна эль-Фадель принял ее, и она стала известна как "Королева Гестер".

Археологическая экспедиция

По словам Шарля Мерьона, она приобрела средневековый итальянский манускрипт, переписанный из записей монастыря где-то в Сирии. Согласно этому документу, под руинами мечети в портовом городе Тель-Ашкелон, находившемся в руинах на протяжении 600 лет, был спрятан огромный клад. Ей удалось убедить османские власти разрешить ей провести раскопки на этом месте. Губернатору Яффы Мухаммеду Абу Наббуту было приказано сопровождать её. Это положило начало первым археологическим раскопкам в Палестине. Хотя ей и не удалось обнаружить сокровищницу, о которой сообщалось, содержащую три миллиона золотых монет, раскопки выявили безголовую мраморную статую высотой около двух метров. В поступке, который может показаться странным, учитывая её скрупулёзность при проведении раскопок, Стенхоуп приказала разбить статую "на тысячу кусков" и сбросить в море. Её экспедиция подготовила почву для будущих раскопок и развития туризма в этом районе.

Жизнь среди ливанцев

Леди Гестер поселилась недалеко от Сидона, города на побережье Средиземного моря, в современном Ливане, примерно на полпути между Тиром и Бейрутом. Она жила сначала в заброшенном монастыре Мар-Элиас в деревне Абра, а затем в другом монастыре, Дейр-Машмуше, к юго-западу от резиденции Каса Джеззин. Ее спутница, мисс Уильямс, и лечащий врач, доктор Чарльз Мерьон, оставались с ней некоторое время; но мисс Уильямс умерла в 1828 году, а Мерьон уехал в 1831 году, вернувшись лишь для последнего визита с июля 1837 года по август 1838 года. Когда Мерьон вернулся в Англию, леди Гестер переехала в отдаленный заброшенный монастырь в Джоуне, деревне в восьми милях от Сидона, где и прожила до самой смерти. Ее жилище, известное местным жителям как Дахр-эль-Сит, располагалось на вершине холма. Мерьон предположил, что ей нравился дом из-за его стратегического положения: «дом на вершине конического холма, откуда было видно всех прибывающих и отбывающих». Поначалу ее приветствовал эмир Башир Шихаб II, но со временем она предоставила убежище сотням беженцев, спасавшихся от междоусобных распрей друзов и межрелигиозных столкновений, и навлекла на себя его неприязнь. В новом месте она обладала почти неограниченной властью над окружающими районами и фактически стала правительницей региона. Ее влияние на местное население было настолько велико, что Ибрагим-паша, готовясь к вторжению в Сирию в 1832 году, стремился заручиться ее нейтралитетом. Свое превосходство она поддерживала благодаря своему властному характеру и вере в то, что она обладает даром предвидения. Она поддерживала переписку с влиятельными людьми и принимала любопытных посетителей, которые специально приезжали, чтобы увидеть ее. Оказавшись в серьезных долгах, она использовала свою английскую пенсию для погашения задолженности перед кредиторами в Сирии. Со второй половины 1830-х годов она все больше уходила от мира, и ее слуги начали воровать ее вещи, поскольку она все меньше и меньше могла управлять своим хозяйством в своем уединенном состоянии. Возможно, Стэнхоуп страдала от тяжелой депрессии; также высказывалось предположение, что она преждевременно постарела. В любом случае, в последние годы жизни она перестала принимать посетителей до наступления темноты и даже тогда показывала им только руки и лицо. Она носила тюрбан, скрывающий ее обритую голову. Леди Гестер умерла во сне в 1839 году. Она умерла в нищете; Эндрю Бонар и Роберт Мюррей М'Шейн, посетившие этот регион спустя несколько недель, сообщили, что после ее смерти в доме не было найдено ни единой пара.

Мемуары

В 1846 году, спустя несколько лет после ее смерти, доктор Мерьон опубликовал три тома "Воспоминаний леди Гестер Стенхоуп", изложенных ею в "Беседах с врачом". В следующем году вышли еще три тома "Путешествий леди Гестер Стенхоуп", завершающие ее мемуары, записанные ее врачом.