Введение

Новый класс – полемический термин, используемый критиками государств советского типа для обозначения привилегированного правящего класса, состоящего из бюрократов и функционеров коммунистической партии, возникшего в этих государствах. Группа, известная в Советском Союзе как номенклатура, в целом соответствует теории нового класса. Ранее этот термин применялся и к другим формирующимся слоям общества. Теория нового класса Милована Джиласа также широко использовалась антикоммунистическими обозревателями в западном мире для критики коммунистических государств в период холодной войны. «Красная буржуазия» – уничижительный синоним термина «новый класс», предложенный левыми критиками и движениями, такими как студенческие демонстрации 1968 года в Белграде. Термин «новый класс» также используется в постиндустриальной социологии конца 1960-х годов.

Анализ Милована Джиласа

Теория нового класса была разработана Милованом Джиласом, вице-президентом Федеративной Народной Республики Югославии при Иосипе Брозе Тито, который участвовал с Тито в Югославской народно-освободительной войне, но впоследствии был отстранен им, когда Джилас начал выступать за демократические и эгалитарные идеалы, которые, по его мнению, лучше соответствовали тому, какими должны быть социализм и коммунизм. Между этими двумя людьми существовали также личные разногласия, и Тито считал, что Джилас подрывает его руководство. Теорию нового класса можно рассматривать как противопоставление теориям определенных правящих коммунистов, таких как Иосиф Сталин, утверждавших, что их революции и/или социальные реформы приведут к исчезновению любого правящего класса как такового. Джилас, будучи членом коммунистического правительства, заметил, что члены партии занимают место правящего класса – проблему, которую, по его мнению, следует решить посредством революции. Основную работу по своей теории нового класса Джилас завершил в середине 1950-х годов. Находясь в тюрьме, он опубликовал ее в 1957 году на Западе под названием «Новый класс: анализ коммунистической системы». Джилас утверждал, что специфическая связь нового класса со средствами производства заключается в коллективном политическом контроле, а форма собственности нового класса – в политическом контроле. По мнению Джиласа, новый класс стремится не только к расширенному материальному воспроизводству, чтобы политически оправдать свое существование перед рабочим классом, но и к расширенному воспроизводству политического контроля как форме собственности самой по себе. Это можно сравнить с капиталистом, стремящимся к увеличению капитала посредством роста фондового рынка, даже если сам фондовый рынок не всегда отражает увеличение стоимости произведенных товаров. Джилас использовал этот аргумент о формах собственности, чтобы объяснить, почему новый класс стремится к парадам, маршам и зрелищам, несмотря на то, что эта деятельность снижает уровень материальной производительности. Джилас полагал, что новый класс медленно осознает себя как класс. Достигнув полного самосознания, первым шагом станет массивная индустриализация для укрепления внешней безопасности власти нового класса от иностранных или альтернативных правящих классов. В схеме Джиласа это соответствовало 1930-м и 1940-м годам в Советском Союзе. Поскольку в этот период новый класс подчиняет все остальные интересы своей собственной безопасности, он без колебаний проводит чистки и казнят своих членов, чтобы достичь своей главной цели – безопасности как правящего класса. После достижения безопасности новый класс проводит политику умеренности по отношению к своим членам, фактически предоставляя материальные блага и свободу мысли и действий внутри нового класса, пока эта свобода не будет использована для подрыва власти нового класса. Джилас определил этот период как период правления Хрущева в Советском Союзе. Из-за возникновения политических конфликтов внутри нового класса возможны дворцовые перевороты или популистские революции, как это произошло в Польше и Венгрии соответственно. В конечном итоге Джилас предсказал период экономического спада, поскольку политическое будущее нового класса было консолидировано вокруг застоявшейся программы коррупции и личных интересов в ущерб другим социальным классам. Это можно интерпретировать как предсказание так называемой «Эры застоя» при Леониде Брежневе. Джилас также подверг резкой критике советскую империалистическую практику за нарушение национального суверенитета стран Восточной Европы и неравноправный обмен ценами в торговле между СССР и этими республиками. Он предсказал, что эти страны будут стремиться к большему суверенитету и независимости от тоталитарной коммунистической империалистической системы. Это можно интерпретировать как предсказание Революций 1989 года. Джилас также предсказал, что титоистское сопротивление СССР и развитие национального коммунизма в конечном итоге приведут к отказу от коммунизма и краху международного коммунистического порядка в целом. Хотя Джилас утверждал, что новый класс является социальным классом с особой связью со средствами производства, он не утверждал, что этот новый класс связан с самовоспроизводящимся способом производства. Это утверждение, в рамках марксистской теории, предполагает, что общества советского типа в конечном итоге либо откатятся к капитализму, либо переживут социальную революцию в направлении подлинного социализма. Это можно рассматривать как предсказание падения Советского Союза. В книге Роберта Д. Каплана «Балканские призраки: путешествие сквозь историю» (1993) также содержится беседа с Джиласом, который использовал свою модель для предвидения многих событий, последовавших за этим в бывшей Югославии. Джилас также утверждал, что коммунистическое общество имеет три фазы: революционную, догматическую и недегматическую. Новый класс не исчезает, несмотря на попытки смягчить коммунистическую практику, такие как югославское самоуправление трудящихся или отказ от сталинистской тоталитарной политики при «оттепели» Хрущева. Джилас утверждал, что эти смягчения – лишь уступки коммунистической бюрократии, чтобы умиротворить рабочий класс и, таким образом, укрепить власть нового класса. Марксисты, такие как Эрнест Мандель, критиковали Джиласа за игнорирование существования новой социально-экономической системы, которую нельзя согласовать со старой классовой системой.

Сходство с другими анализами

Михаил Бакунин в своих дебатах с Марксом в рамках Международного товарищества рабочих в середине и конце XIX века обращал внимание на то, что бюрократия может стать новым классом угнетателей в социалистических государствах. Эта идея была подхвачена после русской революции анархистами, такими как Пётр Кропоткин и Нестор Махно, а также некоторыми марксистами. В 1911 году Роберт Микельс впервые сформулировал «железный закон олигархии», описывающий формирование бюрократических иерархий в, казалось бы, эгалитарных и демократических социалистических партиях. Позже эту мысль развил один из лидеров русской революции, Лев Троцкий, в своей теории вырожденного рабочего государства. Мао Цзэдун также разработал собственную версию этой идеи в ходе движения по социалистическому воспитанию, чтобы критиковать Коммунистическую партию Китая при Лю Шаоци. Несмотря на различные точки зрения, эти люди на протяжении десятилетий демонстрировали определенное базовое согласие в этом вопросе. «Новый класс» Джиласа также сопоставим с профессионально-управленческим классом, наблюдаемым в развитых капиталистических обществах. Фактически, начиная со знаменитых работ Джеймса Бернхема, существует целая традиция, утверждающая о весьма тревожном сближении, особенно между китайским и западным политическим строем в этом отношении.

Джон Кеннет Гэлбрейт и постиндустриальная социология

Канадский американский экономист Джон Кеннет Галбрейт также писал о схожем явлении при капитализме – возникновении технократического слоя – в книгах «Новое индустриальное общество» и «Богатое общество». Теория новой классовой модели, описывающая новые социальные группы в постиндустриальных обществах, приобрела популярность в 1970-х годах, когда специалисты в области социальных и политических наук отметили, как формирование этих новых групп определялось постматериалистическими ценностями в их стремлении к политическим и социальным целям. Новые классовые темы больше не связаны напрямую с необходимостью обеспечения экономической безопасности.