Натюрморт: История и особенности жанра

Введение

Тип живописи

Натюрморт (англ. Still life) – произведение искусства, изображающее преимущественно неодушевлённые предметы, как правило, обыденные вещи, которые могут быть как природного происхождения (пища, цветы, мёртвые животные, растения, камни, раковины и т. д.), так и созданными человеком (бокалы, книги, вазы, украшения, монеты, трубки и т. д.). Возникнув в эпоху Средневековья и в искусстве Древней Греции и Рима, натюрморт оформился как самостоятельный жанр и профессиональная специализация в западной живописи к концу XVI века и сохраняет свою значимость по сей день. Одним из преимуществ натюрморта является предоставляемая художнику свобода экспериментировать с композицией и расположением элементов. Натюрморт как особый жанр зародился в нидерландской живописи XVI и XVII веков, а английский термин "still life" происходит от голландского слова "stilleven". Ранние натюрморты, особенно до 1700 года, часто содержали религиозную и аллегорическую символику, связанную с изображёнными объектами. Позднее произведения в этом жанре создаются с использованием разнообразных медиа и технологий, таких как найденные предметы, фотография, компьютерная графика, а также видео и звук. К натюрморту относится изображение мёртвых животных, особенно дичи. Живые животные считаются произведением анималистической живописи, хотя на практике их часто изображали с натуры, используя мёртвые модели. Благодаря использованию растений и животных в качестве объектов изображения, категория натюрморта имеет общие черты с зоологической и, особенно, ботанической иллюстрацией. Однако в изобразительном искусстве работа не ставит целью лишь точное иллюстрирование объекта. Натюрморт занимал самую низкую ступень в иерархии жанров, но пользовался большой популярностью у покупателей. Помимо самостоятельного жанра натюрморта, живопись натюрморта включает в себя и другие типы живописи с выраженными элементами натюрморта, обычно символическими, а также "изображения, которые опираются на множество элементов натюрморта, чтобы, казалось бы, воспроизвести "сре́з жизни". Тромплей (trompe l'œil), призванный обмануть зрителя, заставив его поверить в реальность изображённой сцены, является специализированным видом натюрморта, обычно изображающим неодушевлённые и относительно плоские предметы.

A still life (: still lifes) is a work of art depicting mostly inanimate subject matter, typically commonplace objects which are either natural (food, flowers, dead animals, plants, rocks, shells, etc.) or human made (drinking glasses, books, vases, jewelry, coins, pipes, etc.). With origins in the Middle Ages and Ancient Greco Roman art, still life painting emerged as a distinct genre and professional specialization in Western painting by the late 16th century, and has remained significant since then. One advantage of the still life artform is that it allows an artist much freedom to experiment with the arrangement of elements within a composition of a painting. Still life, as a particular genre, began with Netherlandish painting of the 16th and 17th centuries, and the English term still life derives from the Dutch word stilleven. Early still life paintings, particularly before 1700, often contained religious and allegorical symbolism relating to the objects depicted. Later still life works are produced with a variety of media and technology, such as found objects, photography, computer graphics, as well as video and sound. The term includes the painting of dead animals, especially game. Live ones are considered animal art, although in practice they were often painted from dead models. Because of the use of plants and animals as a subject, the still life category also shares commonalities with zoological and especially botanical illustration. However, with visual or fine art, the work is not intended merely to illustrate the subject correctly. Still life occupied the lowest rung of the hierarchy of genres, but has been extremely popular with buyers. As well as the independent still life subject, still life painting encompasses other types of painting with prominent still life elements, usually symbolic, and "images that rely on a multitude of still life elements ostensibly to reproduce a 'slice of life. The trompe l'œil painting, which intends to deceive the viewer into thinking the scene is real, is a specialized type of still life, usually showing inanimate and relatively flat objects.

Предыстория и развитие

Still life paintings often adorn the interior of ancient Egyptian tombs. It was believed that food items and other objects depicted there would, in the afterlife, become real and available for use by the deceased. Ancient Greek vase paintings also demonstrate great skill in depicting everyday objects and animals. Peiraikos is mentioned by Pliny the Elder as a panel painter of "lowly" subjects, such as survive in mosaic versions and provincial wall paintings at Pompeii: "barbers' shops, cobblers' stalls, donkeys, edibles and similar subjects". Similar still lifes, more simply decorative in intent, but with realistic perspective, have also been found in the Roman wall paintings and floor mosaics unearthed at Pompeii, Herculaneum and the Villa Boscoreale, including the later familiar motif of a glass bowl of fruit. Decorative mosaics termed "emblema", found in the homes of rich Romans, demonstrated the range of food enjoyed by the upper classes, and also functioned as signs of hospitality and as celebrations of the seasons and of life. By the 16th century, food and flowers would again appear as symbols of the seasons and of the five senses. Also starting in Roman times is the tradition of the use of the skull in paintings as a symbol of mortality and earthly remains, often with the accompanying phrase Omnia mors aequat (Death makes all equal). These vanitas images have been reinterpreted throughout the last 400 years of art history, starting with Dutch painters around 1600. The popular appreciation of the realism of still life painting is related in the ancient Greek legend of Zeuxis and Parrhasius, who are said to have once competed to create the most lifelike objects, history's earliest descriptions of trompe l'œil painting. As Pliny the Elder recorded in ancient Roman times, Greek artists centuries earlier were already advanced in the arts of portrait painting, genre painting and still life. He singled out Peiraikos, "whose artistry is surpassed by only a very few. He painted barbershops and shoemakers' stalls, donkeys, vegetables, and such, and for that reason came to be called the 'painter of commonplace subjects'; yet these works are altogether delightful, and they were sold at higher prices than the greatest [paintings] of many other artists."

Still life paintings often adorn the interior of ancient Egyptian tombs. It was believed that food objects and other items depicted there would, in the afterlife, become real and available for use by the deceased. Ancient Greek vase paintings also demonstrate great skill in depicting everyday objects and animals. Peiraikos is mentioned by Pliny the Elder as a panel painter of "low" subjects, such as survive in mosaic versions and provincial wall paintings at Pompeii: "barbers' shops, cobblers' stalls, asses, eatables and similar subjects". Similar still life, more simply decorative in intent, but with realistic perspective, have also been found in the Roman wall paintings and floor mosaics unearthed at Pompeii, Herculaneum and the Villa Boscoreale, including the later familiar motif of a glass bowl of fruit. Decorative mosaics termed "emblema", found in the homes of rich Romans, demonstrated the range of food enjoyed by the upper classes, and also functioned as signs of hospitality and as celebrations of the seasons and of life. By the 16th century, food and flowers would again appear as symbols of the seasons and of the five senses. Also starting in Roman times is the tradition of the use of the skull in paintings as a symbol of mortality and earthly remains, often with the accompanying phrase Omnia mors aequat (Death makes all equal). These vanitas images have been re interpreted through the last 400 years of art history, starting with Dutch painters around 1600. The popular appreciation of the realism of still life painting is related in the ancient Greek legend of Zeuxis and Parrhasius, who are said to have once competed to create the most lifelike objects, history's earliest descriptions of trompe l'œil painting. As Pliny the Elder recorded in ancient Roman times, Greek artists centuries earlier were already advanced in the arts of portrait painting, genre painting and still life. He singled out Peiraikos, "whose artistry is surpassed by only a very few He painted barbershops and shoemakers' stalls, donkeys, vegetables, and such, and for that reason came to be called the 'painter of vulgar subjects'; yet these works are altogether delightful, and they were sold at higher prices than the greatest [paintings] of many other artists."

Средневековье и ранний ренессанс

К 1300 году, начиная с Джотто и его учеников, натюрморт возродился в виде вымышленных ниш на религиозных настенных росписях, изображающих повседневные предметы. На протяжении Средних веков и эпохи Возрождения натюрморт в западном искусстве оставался преимущественно дополнением к христианским религиозным сюжетам, неся в себе религиозный и аллегорический смысл. Это особенно заметно в работах художников Северной Европы, чье увлечение детализированным оптическим реализмом и символизмом заставляло их уделять большое внимание общему посланию своих картин. Художники, такие как Ян ван Эйк, часто использовали элементы натюрморта как часть иконографической программы. В позднем Средневековье элементы натюрморта – в основном цветы, но также животные и иногда неодушевленные предметы – изображались с возрастающим реализмом в рамках иллюминированных рукописей, разрабатывая модели и технические приемы, которые впоследствии использовались художниками при создании более крупных изображений. Существовало значительное пересечение между художниками, создававшими миниатюры для рукописей, и теми, кто писал картины на досках, особенно в ранней нидерландской живописи. Часослов Екатерины Клевской, предположительно созданный в Утрехте около 1440 года, является одним из выдающихся примеров этой тенденции: его границы украшены необычайным разнообразием предметов, включая монеты и рыболовные сети, подобранных для дополнения текста или основного изображения в конкретном месте. Фламандские мастерские в конце столетия еще больше усилили натурализм элементов оформления. Готические гобелены с изображением множества цветов (millefleur) – еще один пример растущего интереса к точным изображениям растений и животных. Наиболее известным примером является серия «Дама и единорог», разработанная в Париже около 1500 года и сотканная во Фландрии. Развитие техники масляной живописи Яном ван Эйком и другими художниками Северной Европы позволило изображать повседневные предметы в гиперреалистичной манере благодаря медленному высыханию, смешиванию и возможности нанесения слоев масляных красок. Среди первых, кто освободился от религиозного подтекста, были Леонардо да Винчи, создавший акварельные этюды фруктов (около 1495 года) в рамках своего неустанного изучения природы, и Альбрехт Дюрер, также выполнивший точные цветные рисунки флоры и фауны. Портрет Петруса Кристоса, изображающий невесту и жениха, посещающих ювелира, является типичным примером переходного натюрморта, сочетающего религиозный и светский контент. Хотя послание в основном аллегорическое, фигуры пары реалистичны, а изображенные предметы (монеты, сосуды и т.д.) написаны с высокой точностью, однако ювелир на самом деле является изображением святого Элигия, а предметы несут глубокий символический смысл. Другой подобный тип живописи – семейный портрет, сочетающий фигуры с накрытым столом, символизирующий благочестие изображенных людей и их благодарность Богу за его дары. Примерно в это же время на внешней стороне створок частных религиозных картин стали писать простые натюрморты, лишенные фигур (но не аллегорического смысла). Якопо де Барбари пошел еще дальше, создав «Натюрморт с куропаткой и перчатками» (1504) – одну из самых ранних подписанных и датированных картин в жанре trompe l'œil, содержащую минимальный религиозный подтекст.

By 1300, starting with Giotto and his pupils, still life painting was revived in the form of fictional niches on religious wall paintings which depicted everyday objects. Through the Middle Ages and the Renaissance, still life in Western art remained primarily an adjunct to Christian religious subjects, and convened religious and allegorical meaning. This was particularly true in the work of Northern European artists, whose fascination with highly detailed optical realism and symbolism led them to lavish great attention on their paintings' overall message. Painters like Jan van Eyck often used still life elements as part of an iconographic program. In the late Middle Ages, still life elements, mostly flowers but also animals and sometimes inanimate objects, were painted with increasing realism in the borders of illuminated manuscripts, developing models and technical advances that were used by painters of larger images. There was considerable overlap between the artists making miniatures for manuscripts and those painting panels, especially in Early Netherlandish painting. The Hours of Catherine of Cleves, probably made in Utrecht around 1440, is one of the outstanding examples of this trend, with borders featuring an extraordinary range of objects, including coins and fishing nets, chosen to complement the text or main image at that particular point. Flemish workshops later in the century took the naturalism of border elements even further. Gothic millefleur tapestries are another example of the general increasing interest in accurate depictions of plants and animals. The set of The Lady and the Unicorn is the best known example, designed in Paris around 1500 and then woven in Flanders. The development of oil painting technique by Jan van Eyck and other Northern European artists made it possible to paint everyday objects in this hyper realistic fashion, owing to the slow drying, mixing, and layering qualities of oil colours. Among the first to break free of religious meaning were Leonardo da Vinci, who created watercolour studies of fruit (around 1495) as part of his restless examination of nature, and Albrecht Dürer who also made precise coloured drawings of flora and fauna. Petrus Christus' portrait of a bride and groom visiting a goldsmith is a typical example of a transitional still life depicting both religious and secular content. Though mostly allegorical in message, the figures of the couple are realistic and the objects shown (coins, vessels, etc.) are accurately painted but the goldsmith is actually a depiction of St. Eligius and the objects heavily symbolic. Another similar type of painting is the family portrait combining figures with a well set table of food, which symbolizes both the piety of the human subjects and their thanks for God's abundance. Around this time, simple still life depictions divorced of figures (but not allegorical meaning) were beginning to be painted on the outside of shutters of private devotional paintings. Jacopo de' Barbari went a step further with his Still Life with Partridge and Gauntlets (1504), among the earliest signed and dated trompe l'œil still life paintings, which contains minimal religious content.

XVI век

Хотя большинство натюрмортов после 1600 года были относительно небольшими картинами, важным этапом в развитии жанра стала традиция, в основном сосредоточенная в Антверпене, "монументального натюрморта" – больших полотен, включавших обилие натюрмортных элементов с фигурами и часто животными. Её заложил Питер Аэрцен, чей "Мясная лавка со Святым семейством, подающим милостыню" (1551, ныне в Уппсале) представил этот тип картины, поражающей и сегодня. Другой пример – "Мясная лавка" племянника Аэрсена Йоахима Бёккелера (1568), с реалистичным изображением сырого мяса, доминирующим на переднем плане, в то время как сцена на заднем плане передает опасности пьянства и распутства. Тип очень больших кухонных или рыночных сцен, разработанный Питером Аэрценом и его племянником Йоахимом Бёккелером, обычно изображает изобилие еды, кухонную утварь, натюрморт и крепких фламандских кухарок. Вдали часто можно различить небольшую религиозную сцену, или добавляется тема, такая как Четыре времени года, чтобы возвысить сюжет. Этот вид крупномасштабных натюрмортов продолжал развиваться во фламандской живописи после разделения Северной и Южной Нидерландов, но был редок в голландской живописи, хотя другие работы в этой традиции предвосхищали жанр "весёлой компании". Постепенно религиозный подтекст уменьшался по размеру и значимости в этом типе живописи, хотя моральные уроки продолжали присутствовать как скрытый смысл. Одной из немногих итальянских работ в этом стиле является трактовка той же темы Аннибале Карраччи в 1583 году – "Мясная лавка", которая начинает отказываться от моральных посылов, как и другие "кухонные и рыночные" натюрморты этого периода. Винченцо Кампи, вероятно, привнес антверпенский стиль в Италию в 1570-х годах. Традиция продолжалась в следующем веке, с несколькими работами Рубенса, который в основном поручал исполнение натюрмортов и животных специалистам, таким как Франс Снайдерс и его ученик Ян Фит. К второй половине XVI века сформировалась самостоятельная натюрмортная живопись. В XVI веке наблюдался взрыв интереса к природе и создание роскошных ботанических энциклопедий, фиксирующих открытия Нового Света и Азии. Это также стимулировало развитие научной иллюстрации и классификации образцов. Природные объекты стали цениться как отдельные объекты изучения, оторванные от религиозных или мифологических ассоциаций. В это время зародилась и ранняя наука о лекарственных травах, как практическое применение этих новых знаний. Кроме того, состоятельные покровители начали финансировать коллекции животных и минералов, создавая обширные кабинеты редкостей. Эти образцы служили моделями для художников, стремившихся к реализму и новизне. Ракушки, насекомые, экзотические фрукты и цветы стали предметом коллекционирования и торговли, а новые растения, такие как тюльпан (ввезенный в Европу из Турции), изображались на натюрмортах. Бурный рост садоводства вызвал широкий интерес в Европе, и художники использовали это, создавая тысячи натюрмортных картин. В некоторых регионах и дворах существовали особые предпочтения. Например, изображение цитрусовых было особой страстью двора Медичи во Флоренции. Это широкое распространение природных образцов и растущий интерес к научной иллюстрации по всей Европе привели к почти одновременному появлению современных натюрмортных картин около 1600 года. На рубеже веков испанский художник Хуан Санчес Котан стал пионером испанского натюрморта, создавая сурово спокойные картины с изображением овощей, прежде чем в сороковые годы, в 1603 году, поступить в монастырь, после чего он писал религиозные сюжеты.

Though most still lifes after 1600 were relatively small paintings, a crucial stage in the development of the genre was the tradition, mostly centred on Antwerp, of the "monumental still life", which were large paintings that included great spreads of still life material with figures and often animals. This was a development by Pieter Aertsen, whose A Meat Stall with the Holy Family Giving Alms (1551, now Uppsala) introduced the type with a painting that still startles. Another example is "The Butcher Shop" by Aertsen's nephew Joachim Beuckelaer (1568), with its realistic depiction of raw meats dominating the foreground, while a background scene conveys the dangers of drunkenness and lechery. The type of very large kitchen or market scene developed by Pieter Aertsen and his nephew Joachim Beuckelaer typically depicts an abundance of food with a kitchenware still life and burly Flemish kitchen maids. A small religious scene can often be made out in the distance, or a theme such as the Four Seasons is added to elevate the subject. This sort of large scale still life continued to develop in Flemish painting after the separation of the North and South, but is rare in Dutch painting, although other works in this tradition anticipate the "merry company" type of genre painting. Gradually, religious content diminished in size and placement in this type of painting, though moral lessons continued as sub contexts. One of the relatively few Italian works in the style, Annibale Carracci's treatment of the same subject in 1583, Butcher's Shop, begins to remove the moral messages, as did other "kitchen and market" still life paintings of this period. Vincenzo Campi probably introduced the Antwerp style to Italy in the 1570s. The tradition continued into the next century, with several works by Rubens, who mostly sub contracted the still life and animal elements to specialist masters such as Frans Snyders and his pupil Jan Fyt. By the second half of the 16th century, the autonomous still life evolved. The 16th century witnessed an explosion of interest in the natural world and the creation of lavish botanical encyclopædias recording the discoveries of the New World and Asia. It also prompted the beginning of scientific illustration and the classification of specimens. Natural objects began to be appreciated as individual objects of study apart from any religious or mythological associations. The early science of herbal remedies began at this time as well, which was a practical extension of this new knowledge. In addition, wealthy patrons began to underwrite the collection of animal and mineral specimens, creating extensive cabinets of curiosities. These specimens served as models for painters who sought realism and novelty. Shells, insects, exotic fruits and flowers began to be collected and traded, and new plants such as the tulip (imported to Europe from Turkey), were celebrated in still life paintings. The horticultural explosion was of widespread interest in Europe and artist capitalized on that to produce thousands of still life paintings. Some regions and courts had particular interests. The depiction of citrus, for example, was a particular passion of the Medici court in Florence, Italy. This great diffusion of natural specimens and the burgeoning interest in natural illustration throughout Europe, resulted in the nearly simultaneous creation of modern still life paintings around 1600. At the turn of the century the Spanish painter Juan Sánchez Cotán pioneered the Spanish still life with austerely tranquil paintings of vegetables, before entering a monastery in his forties in 1603, after which he painted religious subjects.

XVII век

Известные академики начала XVII века, такие как Андреа Сакки, считали, что жанровая живопись и натюрморт не обладают той "значимостью", которая необходима для признания живописи великой. Влиятельная формулировка 1667 года Андре Фелибиена, историографа, архитектора и теоретика французского классицизма, стала классическим изложением теории иерархии жанров для XVIII века: "Celui qui fait parfaitement des paysages est au dessus d'un autre qui ne fait que des fruits, des fleurs ou des coquilles". Тот, кто создает совершенные пейзажи, выше того, кто пишет лишь фрукты, цветы или раковины. Тот, кто изображает живых животных, более ценен, чем тот, кто представляет только мертвые и неподвижные вещи; и поскольку фигура человека – самое совершенное творение Бога на земле, то несомненно и то, что тот, кто подражает Богу, изображая человеческие фигуры, намного превосходит всех остальных.

Голландская и фламандская живопись

Натюрморт сформировался как самостоятельный жанр в Нижних странах в последней четверти XVI века. Английский термин "still life" происходит от голландского "stilleven", в то время как в романских языках (а также в греческом, польском, русском и турецком) обычно используются термины, означающие "мертвая натура". Живопись Ранних Нидерландов XV века развила высоко иллюзионистские приемы как в станковой живописи, так и в иллюминированных рукописях, где обрамления часто содержали сложные изображения цветов, насекомых и, как в "Часослове Екатерины Клевской", большое разнообразие предметов. Когда иллюминированная рукопись уступила место печатной книге, те же навыки стали применяться в научной ботанической иллюстрации; Нижние страны лидировали в Европе как в ботанике, так и в ее изображении в искусстве. Фламандский художник Йорис Хофнагель (1542–1601) создавал акварельные и гуашевые картины цветов и других натюрмортных композиций для императора Рудольфа II, а также множество гравюрных иллюстраций для книг (часто затем раскрашенных вручную), таких как "Florilegium" Ганса Коллерта, изданный Плантеном в 1600 году. Около 1600 года цветочные картины маслом стали своего рода увлечением; Карел ван Мандер сам написал несколько работ и отмечает, что другие художники северного маньеризма, такие как Корнелис ван Харлем, также занимались этим. Ни одна сохранившаяся цветочная композиция, выполненная ими, не известна, но сохранилось множество работ ведущих специалистов – Яна Брюгеля Старшего и Амброзиуса Босхарта, оба работавших в Южных Нидерландах. В то время как художники на Севере имели ограниченные возможности для создания религиозной иконографии, которая долгое время была их основным занятием – изображения религиозных сюжетов были запрещены в голландской реформистской протестантской церкви – продолжающаяся северная традиция детального реализма и скрытых символов привлекала растущий голландский средний класс, который заменял Церковь и государство в качестве главных покровителей искусства в Нидерландах. К этому добавилась голландская страсть к садоводству, особенно к тюльпанам. Эти два взгляда на цветы – как на эстетические объекты и как на религиозные символы – объединились, создав очень сильный рынок для этого типа натюрморта. Натюрморт, как и большинство голландского искусства, обычно продавался на открытых рынках или через дилеров, или художниками в их мастерских, и редко заказывался; поэтому художники обычно сами выбирали тему и композицию. Этот тип натюрморта был настолько популярен, что большая часть техники голландской цветочной живописи была кодифицирована в трактате 1740 года "Groot Schilderboeck" Герарда де Лайресса, в котором давались обширные советы по цвету, композиции, манере письма, подготовке образцов, гармонии, перспективе и т.д. Символика цветов развивалась со времен раннего христианства. Наиболее распространенные цветы и их символические значения включают: роза (Дева Мария, мимолетность, Венера, любовь); лилия (Дева Мария, девственность, женская грудь, чистота помыслов или справедливость); тюльпан (броскость, благородство); подсолнечник (верность, божественная любовь, преданность); фиалка (скромность, сдержанность, смирение); аквилегия (меланхолия); мак (сила, сон, смерть). Что касается насекомых, бабочка символизирует преображение и воскресение, стрекоза – мимолетность, а муравей – усердие и внимание к урожаю. Фламандские и голландские художники также развивали и возродили древнегреческую традицию натюрморта "trompe l'œil", в частности, имитацию природы или мимезис, которую они называли "bedriegertje" ("маленький обман"). В католических Южных Нидерландах был разработан жанр гирляндных картин. Около 1607–1608 годов антверпенские художники Ян Брюгель Старший и Хендрик ван Бален начали создавать эти картины, состоящие из изображения (обычно религиозного), окруженного пышным натюрмортным венком. Картины были результатом сотрудничества двух специалистов: художника, пишущего натюрморты, и фигуриста. Даниэль Сегерс развил этот жанр дальше. Первоначально служившие для религиозного поклонения, гирляндные картины стали чрезвычайно популярными и широко использовались в качестве украшения домов. Особым жанром натюрморта был так называемый "pronkstilleven" (голландский для "парадный натюрморт"). Этот стиль роскошной натюрмортной живописи был разработан в 1640-х годах в Антверпене фламандскими художниками, такими как Франс Снайдерс и Адриан ван Утрехт. Они писали натюрморты, подчеркивающие изобилие, изображая разнообразие предметов, фруктов, цветов и дичи, часто вместе с живыми людьми и животными. Этот стиль вскоре был принят художниками из Голландской республики. Особенно популярными в этот период были "vanitas" (тщетность) – картины, в которых роскошные композиции из фруктов и цветов, книг, статуэток, ваз, монет, ювелирных изделий, картин, музыкальных и научных инструментов, военных знаков отличия, тонкого серебра и хрусталя сопровождались символическими напоминаниями о непостоянстве жизни. Кроме того, череп, песочные часы или карманные часы, догорающая свеча или книга с перелистываемыми страницами служили морализаторским посланием о мимолетности чувственных удовольствий. Часто некоторые из фруктов и цветов сами начинали портиться или увядать, чтобы подчеркнуть ту же мысль. Другим типом натюрморта, известным как "ontbijtjes" ("завтраки"), было буквальное изображение деликатесов, которыми могла наслаждаться знать, а также религиозное напоминание об избежании чревоугодия. Около 1650 года Самюэль ван Хогстратен написал одну из первых "wall rack pictures" (картин с настенной полкой) – натюрморты "trompe l'œil", на которых предметы привязаны, приколоты или каким-либо другим образом прикреплены к настенной доске, тип натюрморта, очень популярный в Соединенных Штатах в XIX веке. Другой вариант – натюрморт "trompe l'œil", изображающий предметы, связанные с определенной профессией, как, например, картина Корнелиса Норбертуса Гисбрехта "Мольберт художника с фруктовой композицией", на которой изображены все инструменты ремесла художника. Также популярной в первой половине XVII века была живопись большого ассортимента образцов в аллегорической форме, например, "пять чувств", "четыре континента" или "четыре времени года", изображающих богиню или аллегорическую фигуру в окружении соответствующих природных и созданных человеком предметов. Популярность картин "vanitas" и других форм натюрморта вскоре распространилась из Голландии во Фландрию и Германию, а также в Испанию и Францию. Производство натюрмортов в Нидерландах было огромным, и они широко экспортировались, особенно в Северную Европу; в самой Британии их почти не производили. Немецкий натюрморт тесно следовал голландским образцам; Георг Флегель был пионером чистого натюрморта без фигур и создал композиционное новшество – размещение детализированных предметов в шкафах, буфетах и витринах, а также создание одновременных множественных видов.

Still life developed as a separate category in the Low Countries in the last quarter of the 16th century. The English term still life derives from the Dutch word stilleven while Romance languages (as well as Greek, Polish, Russian and Turkish) tend to use terms meaning dead nature. 15th century Early Netherlandish painting had developed highly illusionistic techniques in both panel painting and illuminated manuscripts, where the borders often featured elaborate displays of flowers, insects and, in a work like the Hours of Catherine of Cleves, a great variety of objects. When the illuminated manuscript was displaced by the printed book, the same skills were later deployed in scientific botanical illustration; the Low Countries led Europe in both botany and its depiction in art. The Flemish artist Joris Hoefnagel (1542–1601) made watercolour and gouache paintings of flowers and other still life subjects for the Emperor Rudolf II, and there were many engraved illustrations for books (often then hand coloured), such as Hans Collaert's Florilegium, published by Plantin in 1600. Around 1600 flower paintings in oils became something of a craze; Karel van Mander painted some works himself, and records that other Northern Mannerist artists such as Cornelis van Haarlem also did so. No surviving flower pieces by them are known, but many survive by the leading specialists, Jan Brueghel the Elder and Ambrosius Bosschaert, both active in the Southern Netherlands. While artists in the North found limited opportunity to produce the religious iconography which had long been their staple—images of religious subjects were forbidden in the Dutch Reformed Protestant Church—the continuing Northern tradition of detailed realism and hidden symbols appealed to the growing Dutch middle classes, who were replacing Church and State as the principal patrons of art in the Netherlands. Added to this was the Dutch mania for horticulture, particularly the tulip. These two views of flowers—as aesthetic objects and as religious symbols— merged to create a very strong market for this type of still life. Still life, like most Dutch art work, was generally sold in open markets or by dealers, or by artists at their studios, and rarely commissioned; therefore, artists usually chose the subject matter and arrangement. So popular was this type of still life painting, that much of the technique of Dutch flower painting was codified in the 1740 treatise Groot Schilderboeck by Gerard de Lairesse, which gave wide ranging advice on colour, arranging, brushwork, preparation of specimens, harmony, composition, perspective, etc. The symbolism of flowers had evolved since early Christian days. The most common flowers and their symbolic meanings include: rose (Virgin Mary, transience, Venus, love); lily (Virgin Mary, virginity, female breast, purity of mind or justice); tulip (showiness, nobility); sunflower (faithfulness, divine love, devotion); violet (modesty, reserve, humility); columbine (melancholy); poppy (power, sleep, death). As for insects, the butterfly represents transformation and resurrection while the dragonfly symbolizes transience and the ant hard work and attention to the harvest. Flemish and Dutch artists also branched out and revived the ancient Greek still life tradition of trompe l'œil, particularly the imitation of nature or mimesis, which they termed bedriegertje ("little deception"). In the Catholic Southern Netherlands the genre of garland paintings was developed. Around 1607–1608, Antwerp artists Jan Brueghel the Elder and Hendrick van Balen started creating these pictures which consist of an image (usually devotional) which is encircled by a lush still life wreath. The paintings were collaborations between two specialists: a still life and a figure painter. Daniel Seghers developed the genre further. Originally serving a devotional function, garland paintings became extremely popular and were widely used as decoration of homes. A special genre of still life was the so called pronkstilleven (Dutch for 'ostentatious still life'). This style of ornate still life painting was developed in the 1640s in Antwerp by Flemish artists such as Frans Snyders and Adriaen van Utrecht. They painted still lifes that emphasized abundance by depicting a diversity of objects, fruits, flowers and dead game, often together with living people and animals. The style was soon adopted by artists from the Dutch Republic. Especially popular in this period were vanitas paintings, in which sumptuous arrangements of fruit and flowers, books, statuettes, vases, coins, jewelry, paintings, musical and scientific instruments, military insignia, fine silver and crystal, were accompanied by symbolic reminders of life's impermanence. Additionally, a skull, an hourglass or pocket watch, a candle burning down or a book with pages turning, would serve as a moralizing message on the ephemerality of sensory pleasures. Often some of the fruits and flowers themselves would be shown starting to spoil or fade to emphasize the same point. Another type of still life, known as ontbijtjes or "breakfast paintings", represent both a literal presentation of delicacies that the upper class might enjoy and a religious reminder to avoid gluttony. Around 1650 Samuel van Hoogstraten painted one of the first wall rack pictures, trompe l'œil still life paintings which feature objects tied, tacked or attached in some other fashion to a wall board, a type of still life very popular in the United States in the 19th century. Another variation was the trompe l'œil still life depicted objects associated with a given profession, as with the Cornelis Norbertus Gysbrecht's painting "Painter's Easel with Fruit Piece", which displays all the tools of a painter's craft. Also popular in the first half of the 17th century was the painting of a large assortment of specimens in allegorical form, such as the "five senses", "four continents", or "the four seasons", showing a goddess or allegorical figure surrounded by appropriate natural and human made objects. The popularity of vanitas paintings, and these other forms of still life, soon spread from Holland to Flanders and Germany, and also to Spain and France. The Netherlandish production of still lifes was enormous, and they were very widely exported, especially to northern Europe; Britain hardly produced any itself. German still life followed closely the Dutch models; Georg Flegel was a pioneer in pure still life without figures and created the compositional innovation of placing detailed objects in cabinets, cupboards, and display cases, and producing simultaneous multiple views.

Южная Европа

В испанском искусстве бодегон – это натюрморт, изображающий продукты из кладовой, такие как еда, дичь и напитки, часто расположенные на простой каменной плите, а также картина с одной или несколькими фигурами, но со значительными элементами натюрморта, обычно действие происходит на кухне или в таверне. Начиная с эпохи барокко, такие картины стали популярны в Испании во второй четверти XVII века. Традиция живописи натюрморта, по-видимому, зародилась и была гораздо более распространена в современных Нидерландах, то есть в сегодняшней Бельгии и Нидерландах (тогда фламандских и голландских художников), чем когда-либо в южной Европе. Северные натюрморты имели множество поджанров: завтрак дополнялся тромплей-ль, цветочным букетом и ванитас. В Испании было гораздо меньше заказчиков для подобных работ, но популярным стал тип «завтрака», с несколькими предметами еды и посуды, расставленными на столе. Испанский натюрморт, также называемый бодегоном, отличался строгостью. Он отличался от голландского натюрморта, который часто изображал богатые застолья, окруженные роскошными тканями или стеклом. Дичь на испанских картинах часто представлена просто мертвыми животными, ожидающими снятия шкуры. Фрукты и овощи не подвергались обработке. Фон – мрачный или состоит из простых деревянных геометрических фигур, что часто создает ощущение сюрреализма. Даже если голландские и испанские натюрморты часто несли в себе скрытый моральный смысл, эта строгость, которую некоторые сравнивают с суровостью испанских плато, словно отвергает чувственные удовольствия, изобилие и роскошь голландских натюрмортов. Хотя итальянская живопись натюрморта (на итальянском языке называемая natura morta, «мертвая натура») набирала популярность, она исторически оставалась менее престижной, чем живопись «высокого стиля» на исторические, религиозные и мифологические сюжеты. С другой стороны, успешные итальянские художники, работающие в жанре натюрморта, получали достаточно заказов при жизни. Более того, женщины-художницы, хотя их было немного, часто выбирали или были ограничены живописью натюрморта; Джованна Гарцони, Лаура Бернаскони, Мария Тереза ван Тилен и Феде Галиция – яркие примеры. Многие ведущие итальянские художники, работавшие в других жанрах, также создавали натюрморты. В частности, Караваджо применил свой влиятельный стиль натурализма к натюрморту. Его «Корзина с фруктами» (ок. 1595–1600) – один из первых примеров чистого натюрморта, точно изображенного и расположенного на уровне глаз. Хотя картина не несет явного символического значения, она принадлежала кардиналу Федерико Борромео и, возможно, ценилась как по религиозным, так и по эстетическим причинам. Ян Брейгель написал свой «Большой миланский букет» (1606) для того же кардинала, утверждая, что он создал его «fatta tutti del natturel» (полностью из натуры), и взимал дополнительную плату за приложенные усилия. Эти работы были лишь частью обширной коллекции натюрмортов кардинала, дополненной его большой коллекцией редкостей. Среди других итальянских натюрмортов «Кухарка» Бернардо Строцци – это «кухонная сцена» в голландском стиле, представляющая собой одновременно подробный портрет кухарки и дичь, которую она готовит. Аналогично, одна из немногих натюрмортных картин Рембрандта, «Маленькая девочка с мертвыми павлинами», сочетает в себе похожий симпатичный женский портрет с изображениями дичи. В католической Италии и Испании чистые ванитас были редкостью, и специалистов по натюрморту было гораздо меньше. В Южной Европе чаще использовался мягкий натурализм Караваджо и меньше внимания уделялось гиперреализму по сравнению с североевропейскими стилями. Во Франции художники, работающие в жанре натюрморта (nature morte), находились под влиянием как северной, так и южной школ, заимствуя элементы из ванитас Нидерландов и сдержанных композиций Испании.

In Spanish art, a bodegón is a still life painting depicting pantry items, such as victuals, game, and drink, often arranged on a simple stone slab, and also a painting with one or more figures, but significant still life elements, typically set in a kitchen or tavern. Starting in the Baroque period, such paintings became popular in Spain in the second quarter of the 17th century. The tradition of still life painting appears to have started and was far more popular in the contemporary Low Countries, today Belgium and Netherlands (then Flemish and Dutch artists), than it ever was in southern Europe. Northern still lifes had many subgenres; the breakfast piece was augmented by the trompe l'œil, the flower bouquet, and the vanitas. In Spain there were much fewer patrons for this sort of thing, but a type of breakfast piece did become popular, featuring a few objects of food and tableware laid on a table. Still life painting in Spain, also called bodegones, was austere. It differed from Dutch still life, which often contained rich banquets surrounded by ornate and luxurious items of fabric or glass. The game in Spanish paintings is often plain dead animals still waiting to be skinned. The fruits and vegetables are uncooked. The backgrounds are bleak or plain wood geometric blocks, often creating a surrealist air. Even while both Dutch and Spanish still life often had an embedded moral purpose, the austerity, which some find akin to the bleakness of some of the Spanish plateaus, appears to reject the sensual pleasures, plenitude, and luxury of Dutch still life paintings. Even though Italian still life painting (in Italian referred to as natura morta, "dead nature") was gaining in popularity, it remained historically less respected than the "grand manner" painting of historical, religious, and mythic subjects. On the other hand, successful Italian still life artists found ample patronage in their day. Furthermore, women painters, few as they were, commonly chose or were restricted to painting still life; Giovanna Garzoni, Laura Bernasconi, Maria Theresa van Thielen, and Fede Galizia are notable examples. Many leading Italian artists in other genre, also produced some still life paintings. In particular, Caravaggio applied his influential form of naturalism to still life. His Basket of Fruit (c. 1595–1600) is one of the first examples of pure still life, precisely rendered and set at eye level. Though not overtly symbolic, this painting was owned by Cardinal Federico Borromeo and may have been appreciated for both religious and aesthetic reasons. Jan Bruegel painted his Large Milan Bouquet (1606) for the cardinal, as well, claiming that he painted it 'fatta tutti del natturel' (made all from nature) and he charged extra for the extra effort. These were among many still life paintings in the cardinal's collection, in addition to his large collection of curios. Among other Italian still life, Bernardo Strozzi's The Cook is a "kitchen scene" in the Dutch manner, which is both a detailed portrait of a cook and the game birds she is preparing. In a similar manner, one of Rembrandt's rare still life paintings, Little Girl with Dead Peacocks combines a similar sympathetic female portrait with images of game birds. In Catholic Italy and Spain, the pure vanitas painting was rare, and there were far fewer still life specialists. In Southern Europe there is more employment of the soft naturalism of Caravaggio and less emphasis on hyper realism in comparison with Northern European styles. In France, painters of still lifes (nature morte) were influenced by both the Northern and Southern schools, borrowing from the vanitas paintings of the Netherlands and the spare arrangements of Spain.

XVIII век

В XVIII веке в значительной степени продолжалось совершенствование формул XVII века, и объемы производства снизились. В стиле рококо цветочные украшения стали гораздо более распространенными на фарфоре, обоях, тканях и резной деревянной мебели, поэтому покупатели предпочитали, чтобы их картины содержали фигуры для контраста. Одним из изменений стал новый энтузиазм среди французских художников, которые теперь составляют значительную часть наиболее выдающихся мастеров, в то время как англичане по-прежнему довольствовались импортом. Жан-Батист Шарден писал небольшие и простые композиции из еды и предметов в тончайшем стиле, который опирался на голландских мастеров Золотого века и оказал значительное влияние на композиции XIX века. Изображения мертвой дичи оставались популярными, особенно для охотничьих домиков; большинство специалистов также писали живых животных. Жан-Батист Удри сочетал великолепную передачу текстуры меха и перьев с простыми фонами, часто просто белыми, как стена кладовой, обработанная известью, что выгодно подчеркивало их. К XVIII веку во многих случаях религиозные и аллегорические коннотации натюрмортов были отброшены, а картины с кухонной утварью превратились в продуманные изображения разнообразных цветов и форм, демонстрирующие повседневные продукты. Французская аристократия нанимала художников для создания щедрых и экстравагантных натюрмортов, украшавших их обеденные столы, также лишенных морализаторского посыла ванитас их голландских предшественников. Любовь рококо к искусственности привела к росту признания во Франции живописи тромплей-ёй (фр. "обмануть глаз"). В натюрмортах Жана-Батиста Шардена используются различные техники, от голландского реализма до более мягких гармоний. Большая часть творчества Анны Валлейер-Костер была посвящена языку натюрморта, развивавшемуся в XVII и XVIII веках. В эти века жанр натюрморта занимал самое низкое место в иерархической лестнице. Валлейер-Костер обладала особым даром, благодаря которому ее картины были привлекательны. Это были "смелые, декоративные линии композиций, богатство красок и имитируемые текстуры, а также виртуозное мастерство иллюзионизма в изображении широкого разнообразия объектов, как природных, так и искусственных".

The 18th century to a large extent continued to refine 17th century formulae, and levels of production decreased. In the Rococo style floral decoration became far more common on porcelain, wallpaper, fabrics and carved wood furnishings, so that buyers preferred their paintings to have figures for a contrast. One change was a new enthusiasm among French painters, who now form a large proportion of the most notable artists, while the English remained content to import. Jean Baptiste Chardin painted small and simple assemblies of food and objects in a most subtle style that both built on the Dutch Golden Age masters, and was to be very influential on 19th century compositions. Dead game subjects continued to be popular, especially for hunting lodges; most specialists also painted live animal subjects. Jean Baptiste Oudry combined superb renderings of the textures of fur and feather with simple backgrounds, often the plain white of a lime washed larder wall, that showed them off to advantage. By the 18th century, in many cases, the religious and allegorical connotations of still life paintings were dropped and kitchen table paintings evolved into calculated depictions of varied colour and form, displaying everyday foods. The French aristocracy employed artists to execute paintings of bounteous and extravagant still life subjects that graced their dining table, also without the moralistic vanitas message of their Dutch predecessors. The Rococo love of artifice led to a rise in appreciation in France for trompe l'œil (French: "trick the eye") painting. Jean Baptiste Chardin's still life paintings employ a variety of techniques from Dutch style realism to softer harmonies. The bulk of Anne Vallayer Coster's work was devoted to the language of still life as it had been developed in the course of the seventeenth and eighteenth centuries. During these centuries, the genre of still life was placed lowest on the hierarchical ladder. Vallayer Coster had a way about her paintings that resulted in their attractiveness. It was the "bold, decorative lines of her compositions, the richness of her colours and simulated textures, and the feats of illusionism she achieved in depicting wide variety of objects, both natural and artificial"

Конец XVIII века и падение Французской монархии закрыли двери для "эпохи" натюрмортов Валлейер-Костер и открыли их для ее нового стиля цветочных композиций. Утверждается, что это был пик ее карьеры и то, чем она наиболее известна. Однако также утверждалось, что цветочные картины не имели существенного значения для ее карьеры. Тем не менее, эта коллекция включала цветочные этюды, выполненные маслом, акварелью и гуашью. Хотя картины Эдуара Мане были написаны по образцу ранних натюрмортов Шардена, они отличаются сильной тональностью и явно тяготеют к импрессионизму. Анри Фантен-Латур, используя более традиционную технику, был известен своими изысканными цветочными композициями и зарабатывал на жизнь почти исключительно живописью натюрмортов для коллекционеров. Однако только после окончательного упадка академической иерархии в Европе и подъема импрессионистов и постимпрессионистов техника и цветовая гармония одержали победу над сюжетом, и натюрморт снова стал активно практиковаться художниками. В ранних натюрмортах Клод Моне проявляется влияние Фантен-Латура, но он одним из первых нарушает традицию темного фона, который Пьер Огюст Ренуар также отбрасывает в "Натюрморте с букетом и веером" (1871) с ярким оранжевым фоном. В импрессионистских натюрмортах полностью отсутствует аллегорическое и мифологическое содержание, как и тщательно проработанная детализация. Импрессионисты вместо этого сосредоточились на экспериментах с широкими, энергичными мазками, тональными значениями и расположением цвета. Импрессионисты и постимпрессионисты вдохновлялись цветовыми схемами природы, но переосмысливали ее, используя собственные цветовые гармонии, которые иногда оказывались поразительно неестественными. Как говорил Гоген, "Цвета имеют свое собственное значение". Также экспериментировали с вариациями перспективы, такими как узкая обрезка и высокие углы, как в картине "Фрукты на подставке" Густава Кайлеботта, которую в то время высмеивали как "выставку фруктов с высоты птичьего полета". Картины Винсента Ван Гога "Подсолнухи" – одни из самых известных натюрмортов XIX века. Ван Гог использует преимущественно желтые тона и довольно плоскую манеру письма, чтобы внести незабываемый вклад в историю натюрморта. Его "Натюрморт с мольбертом" (1889) – это автопортрет в форме натюрморта, в котором Ван Гог изобразил множество предметов из своей личной жизни, включая трубку, простую еду (лук), вдохновляющую книгу и письмо от брата, разложенные на его столе, без изображения самого себя. Он также написал свою версию картины ванитас "Натюрморт с открытой Библией, свечой и книгой" (1885). Ко второй половине XIX века Мартин Джонсон Хид представил американскую версию картины среды обитания или биотопа, помещающую цветы и птиц в имитированную природную среду. Американская живопись тромплей-ёй также процветала в этот период, созданная Джоном Хаберле, Уильямом Майклом Харнеттом и Джоном Фредериком Пето. Пето специализировался на ностальгических настенных полках, а Харнетт достиг высочайшего уровня гиперреализма в своих живописных празднованиях американской жизни через знакомые предметы.

The end of the eighteenth century and the fall of the French monarchy closed the doors on Vallayer Coster's still life 'era' and opened them to her new style of florals. It has been argued that this was the highlight of her career and what she is best known for. However, it has also been argued that the flower paintings were futile to her career. Nevertheless, this collection contained floral studies in oil, watercolour and gouache. Though patterned on the earlier still life subjects of Chardin, Édouard Manet's still life paintings are strongly tonal and clearly headed toward Impressionism. Henri Fantin Latour, using a more traditional technique, was famous for his exquisite flower paintings and made his living almost exclusively painting still life for collectors. However, it was not until the final decline of the Academic hierarchy in Europe, and the rise of the Impressionist and Post Impressionist painters, that technique and colour harmony triumphed over subject matter, and that still life was once again avidly practiced by artists. In his early still life, Claude Monet shows the influence of Fantin Latour, but is one of the first to break the tradition of the dark background, which Pierre Auguste Renoir also discards in Still Life with Bouquet and Fan (1871), with its bright orange background. With Impressionist still life, allegorical and mythological content is completely absent, as is meticulously detailed brushwork. Impressionists instead focused on experimentation in broad, dabbing brush strokes, tonal values, and colour placement. The Impressionists and Post Impressionists were inspired by nature's colour schemes but reinterpreted nature with their own colour harmonies, which sometimes proved startlingly unnaturalistic. As Gauguin stated, "Colours have their own meanings." Variations in perspective are also tried, such as using tight cropping and high angles, as with Fruit Displayed on a Stand by Gustave Caillebotte, a painting which was mocked at the time as a "display of fruit in a bird's eye view." Vincent van Gogh's "Sunflowers" paintings are some of the best known 19th century still life paintings. Van Gogh uses mostly tones of yellow and rather flat rendering to make a memorable contribution to still life history. His Still Life with Drawing Board (1889) is a self portrait in still life form, with Van Gogh depicting many items of his personal life, including his pipe, simple food (onions), an inspirational book, and a letter from his brother, all laid out on his table, without his own image present. He also painted his own version of a vanitas painting Still Life with Open Bible, Candle, and Book (1885). By the second half of the 19th century, Martin Johnson Heade introduced the American version of the habitat or biotope picture, which placed flowers and birds in simulated outdoor environments. The American trompe l'œil paintings also flourished during this period, created by John Haberle, William Michael Harnett, and John Frederick Peto. Peto specialized in the nostalgic wall rack painting while Harnett achieved the highest level of hyper realism in his pictorial celebrations of American life through familiar objects.

Двадцатый век

Первые четыре десятилетия XX века стали периодом исключительного художественного брожения и революции. Авангардные движения быстро развивались и перекрывались в стремлении к нефигуративной, полной абстракции. Натюрморт и другое изобразительное искусство продолжали развиваться и корректироваться до середины века, когда полная абстракция, как демонстрируют капельные картины Джексона Поллока, устранила все узнаваемые элементы. В начале столетия в искусстве оформилось несколько тенденций. В 1901 году Поль Гоген написал «Натюрморт с подсолнухами», отдав дань памяти своему другу Ван Гогу, скончавшемуся одиннадцать лет назад. Группа, известная как Les Nabis, включавшая Пьера Боннара и Эдуарда Вуйяра, восприняла гармонические теории Гогена и добавила элементы, вдохновленные японскими гравюрами, в свои натюрморты. Французский художник Одилон Редон также создал значимые натюрморты в этот период, особенно с цветами. Анри Матисс еще больше упростил изображение объектов натюрморта, сведя его к смелым, плоским контурам, заполненным яркими цветами. Он также упростил перспективу и ввел многоцветные фоны. В некоторых его натюрмортах, таких как «Натюрморт с баклажанами», стол с предметами почти теряется среди красочных узоров, заполняющих остальную часть комнаты. Другие представители фовизма, такие как Морис де Вламинк и Андре Деран, продолжили исследовать чистый цвет и абстракцию в своих натюрмортах. Поль Сезанн нашел в натюрморте идеальный инструмент для своих революционных исследований в области геометрической организации пространства. Для Сезанна натюрморт был основным способом отхода от иллюстративной или миметической функции живописи к демонстрации элементов цвета, формы и линии – важного шага к абстрактному искусству. Более того, эксперименты Сезанна можно рассматривать как непосредственное влияние на развитие кубистского натюрморта в начале XX века. Адаптируя смещение плоскостей и осей Сезанна, кубисты приглушили цветовую палитру фовистов и сосредоточились на деконструкции объектов в чистые геометрические формы и плоскости. Между 1910 и 1920 годами кубисты, такие как Пабло Пикассо, Жорж Брак и Хуан Грис, создали множество натюрмортных композиций, часто включавших музыкальные инструменты, выдвинув натюрморт на передний план художественных инноваций, почти впервые. Натюрморт также стал темой первых синтетических кубистских коллажей, таких как овальная картина Пикассо «Натюрморт с креслом» (1912). В этих работах объекты натюрморта перекрываются и смешиваются, едва сохраняя узнаваемые двухмерные формы, теряя индивидуальную текстуру поверхности и сливаясь с фоном, достигая целей, почти противоположных традиционному натюрморту. Натюрморты Фернана Леже ввели использование обильного белого пространства и цветных, четко очерченных, перекрывающихся геометрических форм для создания более механического эффекта. Отвергая сплющивание пространства кубистами, Марсель Дюшан и другие члены движения дада пошли по радикально иному пути, создавая трехмерные «готовые объекты» в виде натюрмортных скульптур. В рамках восстановления некоторого символического значения натюрморта футуристы и сюрреалисты помещали узнаваемые объекты натюрморта в свои фантастические пейзажи. В натюрмортах Жоана Миро предметы кажутся невесомыми и парят в едва намеченном двухмерном пространстве, и даже горы изображены простыми линиями. Голландский художник М.К. Эшер, наиболее известный своей детализированной, но неоднозначной графикой, создал «Натюрморт и улицу» (1937) – свою обновленную версию традиционного голландского натюрморта. В Англии Элиот Ходжкин использовал темпера для своих очень детализированных натюрмортных картин. Когда американские художники XX века познакомились с европейским модернизмом, они начали интерпретировать натюрмортные мотивы, сочетая американский реализм и кубистскую абстракцию. Типичными американскими натюрмортами этого периода являются картины Джорджии О’Кифф, Стюарта Дэвиса и Марсдена Хартли, а также фотографии Эдварда Уэстона. Ультракрупные цветочные картины О’Кифф раскрывают как физическую структуру, так и эмоциональный подтекст лепестков и листьев беспрецедентным образом. В Мексике, начиная с 1930-х годов, Фрида Кало и другие художники создали свой собственный стиль сюрреализма, используя местные продукты и культурные мотивы в своих натюрмортах. Начиная с 1930-х годов, абстрактный экспрессионизм значительно упростил натюрморт, сведя его к сырым изображениям формы и цвета, пока к 1950-м годам полная абстракция не доминировала в мире искусства. Однако поп-арт 1960-х и 1970-х годов изменил эту тенденцию и создал новую форму натюрморта. Многие работы поп-арта (например, «Банки супа Кэмпбелл» Энди Уорхола) основаны на натюрморте, но их истинный предмет чаще всего – это коммерческий образ представленного продукта, а не сам физический объект натюрморта. «Натюрморт с аквариумом с золотыми рыбками» (1972) Роя Лихтенштейна сочетает чистые цвета Матисса с поп-иконографией Уорхола. «Обед за столом» (1964) Уэйна Тибодо изображает не обед одной семьи, а конвейер стандартизированных американских продуктов питания. Движение нео-дада, включая Джаспера Джонса, вернулось к трехмерному изображению повседневных бытовых предметов, чтобы создать свой собственный стиль натюрморта, как в работах Джонса «Бронза с краской» (1960) и «Дом дурака» (1962). Авигдор Арика, начавший как абстракционист, интегрировал уроки Пита Мондриана в свои натюрморты, как и в другие свои работы; восстанавливая связь с традициями старых мастеров, он достиг модернистского формализма, работая за один сеанс и при естественном освещении, благодаря чему предмет часто возникал в неожиданной перспективе. Значительный вклад в развитие натюрмортной живописи в XX веке внесли русские художники, среди них Сергей Оципов, Виктор Тетерин, Евгения Антипова, Геворк Котианц, Сергей Захаров, Таисия Афонина, Майя Копитцева и другие. В то же время, расцвет фотореализма в 1970-х годах вновь утвердил иллюзионистское изображение, сохраняя при этом часть посыла поп-арта о слиянии объекта, изображения и коммерческого продукта. Типичными в этом отношении являются картины Дона Эдди и Ральфа Гоингса.

The first four decades of the 20th century formed an exceptional artistic ferment and revolution period. Avant garde movements rapidly evolved and overlapped in a march towards nonfigurative, total abstraction. The still life and other representational art continued to evolve and adjust until mid century when total abstraction, as exemplified by Jackson Pollock's drip paintings, eliminated all recognizable content. The century began with several trends taking hold in art. In 1901, Paul Gauguin painted Still Life with Sunflowers, his homage to his friend Van Gogh who had died eleven years earlier. The group known as Les Nabis, including Pierre Bonnard and Édouard Vuillard, took up Gauguin's harmonic theories and added elements inspired by Japanese woodcuts to their still life paintings. French artist Odilon Redon also painted notable still life during this period, especially flowers. Henri Matisse reduced the rendering of still life objects even further to little more than bold, flat outlines filled with bright colours. He also simplified perspective and introduced multi colour backgrounds. In some of his still life paintings, such as Still Life with Eggplants, his table of objects is nearly lost amidst the other colourful patterns filling the rest of the room. Other exponents of Fauvism, such as Maurice de Vlaminck and André Derain, further explored pure colour and abstraction in their still life. Paul Cézanne found in still life the perfect vehicle for his revolutionary explorations in geometric spatial organization. For Cézanne, still life was a primary means of taking painting away from an illustrative or mimetic function to one demonstrating independently the elements of colour, form, and line, a major step towards Abstract art. Additionally, Cézanne's experiments can be seen as leading directly to the development of Cubist still life in the early 20th century. Adapting Cézanne's shifting of planes and axes, the Cubists subdued the colour palette of the Fauves and focused instead on deconstructing objects into pure geometrical forms and planes. Between 1910 and 1920, Cubist artists like Pablo Picasso, Georges Braque, and Juan Gris painted many still life compositions, often including musical instruments, bringing still life to the forefront of artistic innovation, almost for the first time. Still life was also the subject matter in the first Synthetic Cubist collage works, such as Picasso's oval "Still Life with Chair Caning" (1912). In these works, still life objects overlap and intermingle, barely maintaining identifiable two dimensional forms, losing individual surface texture, and merging into the background—achieving goals nearly opposite to those of traditional still life. Fernand Léger's still life introduced the use of abundant white space and coloured, sharply defined, overlapping geometrical shapes to produce a more mechanical effect. Rejecting the flattening of space by Cubists, Marcel Duchamp and other members of the Dada movement, went in a radically different direction, creating 3 D "ready made" still life sculptures. As part of restoring some symbolic meaning to still life, the Futurists and the Surrealists placed recognizable still life objects in their dreamscapes. In Joan Miró's still life paintings, objects appear weightless and float in lightly suggested two dimensional space, and even mountains are drawn as simple lines. Dutch artist M. C. Escher, best known for his detailed yet ambiguous graphics, created Still life and Street (1937), his updated version of the traditional Dutch table still life. In England Eliot Hodgkin was using tempera for his highly detailed still life paintings. When 20th century American artists became aware of European Modernism, they began to interpret still life subjects with a combination of American realism and Cubist derived abstraction. Typical of the American still life works of this period are the paintings of Georgia O'Keeffe, Stuart Davis, and Marsden Hartley, and the photographs of Edward Weston. O'Keeffe's ultra closeup flower paintings reveal both the physical structure and the emotional subtext of petals and leaves in an unprecedented manner. In Mexico, starting in the 1930s, Frida Kahlo and other artists created their own brand of Surrealism, featuring native foods and cultural motifs in their still life paintings. Starting in the 1930s, abstract expressionism severely reduced still life to raw depictions of form and colour, until by the 1950s, total abstraction dominated the art world. However, pop art in the 1960s and 1970s reversed the trend and created a new form of still life. Much pop art (such as Andy Warhol's "Campbell's Soup Cans") is based on still life, but its true subject is most often the commodified image of the commercial product represented rather than the physical still life object itself. Roy Lichtenstein's Still Life with Goldfish Bowl (1972) combines the pure colours of Matisse with the pop iconography of Warhol. Wayne Thiebaud's Lunch Table (1964) portrays not a single family's lunch but an assembly line of standardized American foods. The Neo dada movement, including Jasper Johns, returned to Duchamp's three dimensional representation of everyday household objects to create their own brand of still life work, as in Johns' Painted Bronze (1960) and Fool's House (1962). Avigdor Arikha, who began as an abstractionist, integrated the lessons of Piet Mondrian into his still lifes as into his other work; while reconnecting to old master traditions, he achieved a modernist formalism, working in one session and in natural light, through which the subject matter often emerged in a surprising perspective. A significant contribution to the development of still life painting in the 20th century was made by Russian artists, among them Sergei Ocipov, Victor Teterin, Evgenia Antipova, Gevork Kotiantz, Sergei Zakharov, Taisia Afonina, Maya Kopitseva, and others. By contrast, the rise of Photorealism in the 1970s reasserted illusionistic representation, while retaining some of Pop's message of the fusion of object, image, and commercial product. Typical in this regard are the paintings of Don Eddy and Ralph Goings.

21 век

В течение 20-го и 21-го веков понятие натюрморта расширилось за пределы традиционных двухмерных форм искусства, таких как живопись, и проникло в видеоарт и трехмерные формы, включая скульптуру, перформанс и инсталляцию. Некоторые работы в смешанной технике используют найденные предметы, фотографию, видео и звук, а порой и занимают пространство от пола до потолка, заполняя собой целую галерейную комнату. Благодаря видео, художники по натюрморту вовлекают зрителя в свои произведения. С развитием компьютерной эры и компьютерного и цифрового искусства, понятие натюрморта включило в себя и цифровые технологии. Компьютерная графика потенциально расширила арсенал техник, доступных художникам. Для создания синтетических натюрмортов используются трехмерная и двухмерная компьютерная графика с трехмерными фотореалистичными эффектами. Например, графические редакторы включают фильтры, которые можно применять к двухмерной векторной или растровой графике на прозрачных слоях. Художники также копировали или визуализировали трехмерные эффекты, чтобы вручную добиться фотореалистичности без использования фильтров.