Структурный функционализм в социологической теории.

Введение

Социологическая теория общества

Структурный функционализм, или просто функционализм, – это "подход к построению теории, рассматривающий общество как сложную систему, части которой взаимодействуют для поддержания солидарности и стабильности". Этот подход анализирует общество с макроуровневой перспективы, то есть фокусируется на социальных структурах, формирующих общество в целом. Он изучает как социальную структуру, так и социальные функции. Функционализм рассматривает общество как целое, с точки зрения функций его составных элементов, таких как нормы, обычаи, традиции и институты. Распространенная аналогия, известная как органическая или биологическая аналогия, популяризированная Гербертом Спенсером, представляет эти части общества как "органы" человеческого тела, работающие для нормального функционирования "организма" в целом. В наиболее общем виде, он подчеркивает "стремление как можно более точно определить влияние каждой особенности, обычая или практики на функционирование предположительно стабильной и сплоченной системы". Для Талкотта Парсонса "структурный функционализм" обозначал определенный этап в методологическом развитии социальных наук, а не конкретное научное направление.

Роберт Мертон

Роберт К. Мертон внес важные уточнения в функционалистскую мысль. Мертон, как правило, делал акцент на теории среднего уровня, а не на всеобъемлющей теории, что позволило ему конкретно учитывать некоторые ограничения в подходах Парсонса. Мертон считал, что любая социальная структура, вероятно, имеет множество функций, некоторые из которых более очевидны, чем другие. Он также разработал концепцию девиантного поведения и разграничил явные и скрытые функции. Явные функции относятся к признанным и намеренным последствиям любой социальной модели. Скрытые функции относятся к непризнанным и непреднамеренным последствиям любой социальной модели. Это связано с тем, что не все структуры функциональны для общества в целом. Некоторые практики функциональны лишь для доминирующего индивида или группы. Аффинальные связи с родителем, через которого не прослеживается происхождение, рассматриваются как лишь дополнительные или вторичные (Фортес ввел понятие «дополнительного родства»), в то время как отсчет родства по линии происхождения считается основной организующей силой социальных систем. Благодаря сильному акценту на однолинейном происхождении эта новая теория родства получила название «теории происхождения». Теория происхождения сразу же вызвала критику. Многие африканские племенные общества довольно хорошо соответствовали этой стройной модели, однако африканисты, такие как Пол Ричардс, также утверждали, что Фортес и Эванс-Притчард намеренно преуменьшали внутренние противоречия и чрезмерно подчеркивали стабильность местных родовых систем и их значение для организации общества. Игнорировались личные интересы, маневры, манипуляции и конкуренция. Более того, теория происхождения не учитывала значимость брака и аффинальных связей, которые подчеркивались структурной антропологией Леви-Стросса, в ущерб чрезмерному акценту на роли происхождения. По словам Лича: «Очевидная важность, придаваемая матрилатеральным и аффинальным родственным связям, не столько объясняется, сколько игнорируется». Во многом эта теорема вытекает из более раннего структурного функционализма, однако обе теоремы значительно расходятся друг с другом. Хотя обе придерживаются фундаментального убеждения, что социальная структура состоит из множества взаимозависимых систем отсчета, биологические функционалисты критикуют структурный взгляд на необходимость социальной солидарности и коллективного сознания в функционирующей системе. Примером этого может служить вера в удачу как в сущность; в то время как чрезмерная вера в удачу может привести к нежелательным последствиям, таким как крупный проигрыш в азартных играх, биологический функционализм утверждает, что вновь обретенная способность игрока осуждать удачу позволит ему избежать личной ответственности, тем самым служа практической и индивидуальной цели. В этом смысле биологический функционализм утверждает, что, хотя в жизни часто происходят негативные события, не отвечающие никаким практическим потребностям, укоренившаяся когнитивно-психологическая мотивация стремилась к положительному результату, несмотря на его возможный провал.

Robert K. Merton made important refinements to functionalist thought. Merton tended to emphasize middle range theory rather than a grand theory, meaning that he was able to deal specifically with some of the limitations in Parsons' thinking. Merton believed that any social structure probably has many functions, some more obvious than others. He also developed the concept of deviance and made the distinction between manifest and latent functions. Manifest functions referred to the recognized and intended consequences of any social pattern. Latent functions referred to unrecognized and unintended consequences of any social pattern. This is because not all structures are functional for society as a whole. Some practices are only functional for a dominant individual or a group. Affinal ties with the parent through whom descent is not reckoned, however, are considered to be merely complementary or secondary (Fortes created the concept of "complementary filiation"), with the reckoning of kinship through descent being considered the primary organizing force of social systems. Because of its strong emphasis on unilineal descent, this new kinship theory came to be called "descent theory". With no delay, descent theory had found its critics. Many African tribal societies seemed to fit this neat model rather well, although Africanists, such as Paul Richards, also argued that Fortes and Evans Pritchard had deliberately downplayed internal contradictions and overemphasized the stability of the local lineage systems and their significance for the organization of society. People's self interest, manoeuvring, manipulation and competition had been ignored. Moreover, descent theory neglected the significance of marriage and affinal ties, which were emphasized by Lévi Strauss's structural anthropology, at the expense of overemphasizing the role of descent. To quote Leach: "The evident importance attached to matrilateral and affinal kinship connections is not so much explained as explained away." In many ways, the theorem derives from the longer established structural functionalism, yet the two theorems diverge from one another significantly. While both maintain the fundamental belief that a social structure is composed of many interdependent frames of reference, biological functionalists criticise the structural view that a social solidarity and collective conscience is required in a functioning system. An example of this is the belief in luck as an entity; while a disproportionately strong belief in good luck may lead to undesirable results, such as a huge loss in money from gambling, biological functionalism maintains that the newly created ability of the gambler to condemn luck will allow them to be free of individual blame, thus serving a practical and individual purpose. In this sense, biological functionalism maintains that while bad results often occur in life, which do not serve any pragmatic concerns, an entrenched cognitive psychological motivation was attempting to create a positive result, in spite of its eventual failure.

Упадок

Структурный функционализм достиг пика своего влияния в 1940-х и 1950-х годах, а к 1960-м годам пришел в стремительный упадок. К 1980-м годам его место в Европе заняли более конфликтно-ориентированные подходы, а в последнее время – структурализм. Хотя некоторые критические подходы также приобрели популярность в Соединенных Штатах, основное направление дисциплины вместо этого сместилось к множеству эмпирически ориентированных теорий среднего уровня, лишенных единой теоретической основы. Для большинства социологов функционализм теперь "ушел в прошлое, как додо". По мере ослабления влияния функционализма в 1960-х годах, лингвистический и культурный повороты привели к появлению множества новых направлений в социальных науках: "По мнению Гидденса, ортодоксальный консенсус завершился в конце 1960-х и 1970-х годов, когда общая позиция, разделяемая различными конкурирующими точками зрения, уступила место и была заменена ошеломляющим разнообразием конкурирующих перспектив. Это третье поколение социальной теории включает в себя феноменологически вдохновленные подходы, критическую теорию, этнометодологию, символический интеракционизм, структурализм, постструктурализм, а также теории, написанные в традиции герменевтики и философии обыденного языка". Несмотря на отсутствие в эмпирической социологии, функционалистские темы оставались заметными в социологической теории, особенно в работах Лумана и Гидденса. Однако наблюдаются признаки зарождающегося возрождения, поскольку функционалистские положения в последнее время получили поддержку благодаря развитию многоуровневой теории отбора и эмпирическим исследованиям того, как группы решают социальные дилеммы. Недавние достижения в эволюционной теории, особенно работы биолога Дэвида Слоана Уилсона и антропологов Роберта Бойда и Питера Ричерсона, предоставили веские аргументы в пользу структурного функционализма в форме многоуровневой теории отбора. В рамках этой теории культура и социальная структура рассматриваются как дарвиновская (биологическая или культурная) адаптация на групповом уровне.

Критика

В 1960-х годах функционализм подвергся критике за неспособность объяснить социальные изменения или структурные противоречия и конфликты (и поэтому его часто называли «теорией консенсуса»). Кроме того, он игнорирует неравенство, включая расовое, гендерное и классовое, которые порождают напряженность и конфликты. Опровержение второй критики функционализма, заключающейся в том, что он статичен и не имеет концепции изменения, уже было представлено выше, с заключением, что, хотя теория Парсонса допускает изменения, это упорядоченный процесс изменений [Парсонс, 1961:38], динамическое равновесие. Следовательно, называть теорию Парсонса о обществе статической неточно. Действительно, она делает акцент на равновесии и поддержании или быстром восстановлении социального порядка, но это обусловлено временем, в которое писал Парсонс (после Второй мировой войны и в начале холодной войны). Общество находилось в состоянии потрясений, и страх был повсеместным. В то время социальный порядок был критически важен, и это отражается в склонности Парсонса продвигать равновесие и социальный порядок, а не социальные изменения. Более того, Дюркгейм отдавал предпочтение радикальной форме гильдейского социализма наряду с функционалистическими объяснениями. Также марксизм, признавая социальные противоречия, все еще использует функционалистические объяснения. Эволюционная теория Парсонса описывает дифференциацию и реинтеграцию систем и подсистем и, следовательно, по крайней мере временный конфликт перед реинтеграцией (там же). «Тот факт, что функциональный анализ одни могут рассматривать как по своей сути консервативный, а другие – как радикальный, позволяет предположить, что он не является ни тем, ни другим по своей сути». Более серьезная критика включает эпистемологический аргумент о том, что функционализм является тавтологичным, то есть он пытается объяснить развитие социальных институтов исключительно посредством обращения к эффектам, которые им приписываются, тем самым объясняя их циклически. Однако Парсонс при создании своей теории непосредственно опирался на многие концепции Дюркгейма. Безусловно, Дюркгейм был одним из первых теоретиков, объяснивших явление с точки зрения его функции для общества. Он утверждал, что «определение функции необходимо для полного объяснения явления». Однако Дюркгейм проводил четкое различие между историческим и функциональным анализом, говоря: «Когда предпринимается объяснение социального явления, мы должны искать отдельно эффективную причину, которая его производит, и функцию, которую оно выполняет». Это устраняет детерминизм, критиковавшийся ранее. Коэн утверждает, что вместо потребностей общество обладает диспозиционными фактами: характеристиками социальной среды, которые поддерживают существование определенных социальных институтов, но не вызывают их.

In the 1960s, functionalism was criticized for being unable to account for social change, or for structural contradictions and conflict (and thus was often called "consensus theory"). Also, it ignores inequalities including race, gender, class, which cause tension and conflict. The refutation of the second criticism of functionalism, that it is static and has no concept of change, has already been articulated above, concluding that while Parsons' theory allows for change, it is an orderly process of change [Parsons, 1961:38], a moving equilibrium. Therefore, referring to Parsons' theory of society as static is inaccurate. It is true that it does place emphasis on equilibrium and the maintenance or quick return to social order, but this is a product of the time in which Parsons was writing (post World War II, and the start of the cold war). Society was in upheaval and fear abounded. At the time social order was crucial, and this is reflected in Parsons' tendency to promote equilibrium and social order rather than social change. Furthermore, Durkheim favoured a radical form of guild socialism along with functionalist explanations. Also, Marxism, while acknowledging social contradictions, still uses functionalist explanations. Parsons' evolutionary theory describes the differentiation and reintegration systems and subsystems and thus at least temporary conflict before reintegration (ibid). "The fact that functional analysis can be seen by some as inherently conservative and by others as inherently radical suggests that it may be inherently neither one nor the other." Stronger criticisms include the epistemological argument that functionalism is tautologous, that is it attempts to account for the development of social institutions solely through recourse to the effects that are attributed to them and thereby explains the two circularly. However, Parsons drew directly on many of Durkheim's concepts in creating his theory. Certainly Durkheim was one of the first theorists to explain a phenomenon with reference to the function it served for society. He said, "the determination of function is necessary for the complete explanation of the phenomena." However Durkheim made a clear distinction between historical and functional analysis, saying, "When the explanation of a social phenomenon is undertaken, we must seek separately the efficient cause which produces it and the function it fulfills." This removes the determinism criticized above. Cohen argues that rather than needs a society has dispositional facts: features of the social environment that support the existence of particular social institutions but do not cause them.