Введение

Конвенция о биологическом оружии (BWC), или Конвенция о биологическом и токсинном оружии (BTWC), – это договор о разоружении, который эффективно запрещает биологическое и токсинное оружие, запрещая его разработку, производство, приобретение, передачу, накопление и применение. Полное название договора – Конвенция о запрещении разработки, производства и накопления запасов бактериологического (биологического) и токсинного оружия и о его уничтожении. По состоянию на февраль 2023 года участниками договора стали 185 государств. Конвенция о биологическом оружии считается установившей прочную глобальную норму против биологического оружия. Эта норма отражена в преамбуле договора, где утверждается, что применение биологического оружия было бы "неприемлемо для человеческой совести". Это также подтверждается тем фактом, что ни одно государство в настоящее время не заявляет о наличии или стремлении к обладанию биологическим оружием, либо о признании его применения в войне законным. В связи с быстрыми достижениями в области биотехнологий эксперт в области биозащиты Даниэль Герштейн назвал Конвенцию о биологическом оружии "важнейшим договором о контроле над вооружениями двадцать первого века". Однако эффективность Конвенции ограничена недостаточной институциональной поддержкой и отсутствием формального механизма проверки соблюдения.

История

Хотя история биологической войны насчитывает более шести столетий, начиная с осады Каффы в 1346 году н.э., международные ограничения в отношении биологической войны начались лишь с Женевского протокола 1925 года, который запрещает использование, но не владение или разработку химического и биологического оружия. После ратификации Женевского протокола ряд стран сделали оговорки относительно его применимости и использования в ответных мерах. В связи с этими оговорками на практике он представлял собой соглашение лишь о "невмешательстве первым". В частности, это не помешало нескольким государствам начать и расширить программы наступательного биологического оружия, включая Соединенные Штаты (активные с 1943 по 1969 год) и Советский Союз (активные с 1920-х годов по крайней мере до 1992 года). Американская система биологического оружия была прекращена в 1969 году президентом Никсоном, когда он опубликовал свое заявление о политике и программах в области химической и биологической защиты. В заявлении безусловно прекращались все наступательные программы США по биологическому оружию. Когда Никсон прекратил программу, ее бюджет составлял 300 миллионов долларов в год. Конвенция о биологическом оружии (КБО) была разработана в качестве дополнения к Женевскому протоколу и велась в Конференции Комитета по разоружению в Женеве с 1969 по 1972 год, после завершения переговоров по Договору о нераспространении ядерного оружия. Важным было британское предложение 1968 года о раздельном рассмотрении химического и биологического оружия и первоочередном ведении переговоров по конвенции о биологическом оружии. Переговоры получили дополнительный импульс, когда Соединенные Штаты решили в одностороннем порядке прекратить свою программу наступательного биологического оружия в 1969 году и поддержать британское предложение. Заключительный этап переговоров был достигнут, когда Соединенные Штаты и Советский Союз представили идентичные, но отдельные проекты текста КБО 5 августа 1971 года. КБО относительно коротка – всего 15 статей. Со временем договор был истолкован и дополнен дополнительными политически обязывающими соглашениями и договоренностями, достигнутыми его государствами-участниками на восьми последующих Конференциях по пересмотру.

Резюме основных статей

Статья I: Ни при каких обстоятельствах не разрабатывать, производить, накапливать, приобретать или хранить биологическое оружие. Статья II: Уничтожить или перенаправить в мирные цели биологическое оружие и связанные с ним ресурсы до присоединения. Статья III: Не передавать и ни в коем случае не оказывать помощь, поощрение или стимулирование кому-либо в приобретении или хранении биологического оружия. Статья IV: Принять любые необходимые национальные меры для реализации положений Конвенции о биологическом оружии на национальном уровне. Статья V: Обязуются проводить двусторонние и многосторонние консультации и сотрудничать в решении любых проблем, которые могут возникнуть в отношении целей или применения Конвенции о биологическом оружии. Статья VI: Имеют право обращаться в Совет Безопасности Организации Объединенных Наций с просьбой о расследовании предполагаемых нарушений Конвенции о биологическом оружии и обязуются сотрудничать в проведении любого расследования, инициированного Советом Безопасности. Статья VII: Оказывать помощь государствам, которые подверглись опасности в результате нарушения Конвенции о биологическом оружии. Статья X: Обязуются содействовать и имеют право участвовать в максимально возможном обмене оборудованием, материалами и информацией в мирных целях. Остальные статьи касаются совместимости Конвенции о биологическом оружии с Женевским протоколом 1925 года (статья VIII), переговоров о запрещении химического оружия (статья IX), внесения поправок (статья XI), конференций по рассмотрению (статья XII), срока действия (статья XIII, 1), выхода из Конвенции (статья XIII, 2), присоединения к Конвенции, правительств-депозитариев и условий вступления в силу (статья XIV, 1–5), а также языков (статья XV).

Статья V: Консультации и сотрудничество

Статья V требует от государств-участников консультироваться друг с другом и сотрудничать при разрешении споров, касающихся цели или применения Конвенции о биологическом оружии. Второй запрос был направлен в 2022 году по инициативе Российской Федерации.

Статья VI: Жалоба о предполагаемом нарушении BWC

Статья VI позволяет государствам-участникам обращаться с жалобой в Совет Безопасности Организации Объединенных Наций в случае подозрения нарушения другого государством своих обязательств по договору. В 2022 году Российская Федерация подала одну официальную жалобу на основании статьи VI.

Статья VII: Помощь после нарушения BWC

Статья VII обязывает государства-участники оказывать содействие государствам, которые направляют соответствующий запрос, если Совет Безопасности ООН установит, что они подверглись опасности вследствие нарушения Конвенции о биологическом оружии. Несмотря на то, что ни одно государство никогда не обращалось с просьбой о применении статьи VII, в последние годы ей уделяется все больше внимания, отчасти из-за растущих свидетельств заинтересованности террористических организаций в приобретении биологического оружия, а также в связи с различными природными эпидемиями.

Статья X: Мирное сотрудничество

Статья X защищает право государств-участников обмениваться биологическими материалами, технологиями и информацией для использования в мирных целях.

Членство и присоединение к BWC

По состоянию на февраль 2023 года Конвенция о биологическом оружии (КБО) насчитывает 185 государств-участников, при этом Южный Судан является последним государством, присоединившимся к ней. Четыре государства подписали договор, но не ратифицировали его: Египет, Гаити, Сомали и Сирия. Еще восемь государств не подписали и не присоединились к договору: Чад, Коморские Острова, Джибути, Эритрея, Израиль, Кирибати, Микронезия и Тувалу. Также существует Договор о нераспространении ядерного оружия, в котором участвуют 191 государство. Государства могут стать участниками КБО посредством ратификации, присоединения или правопреемства в соответствии со своими национальными конституционными процедурами, которые часто требуют одобрения парламентом. Ратификация применяется к государствам, которые ранее подписали договор до его вступления в силу в 1975 году. На Второй конференции по рассмотрению в 1986 году государства-участники КБО договорились укрепить договор путем обмена ежегодными мерами по укреплению доверия (МУД). Эти политически обязывающие отчеты направлены на предотвращение или уменьшение двусмысленности, сомнений и подозрений, а также на улучшение международного сотрудничества в области мирных биологических исследований.

Неудача переговоров по протоколу проверки

В отличие от режимов контроля над химическим или ядерным оружием, в Конвенции о биологическом оружии (КБО) отсутствует как система проверки соблюдения государствами-участниками положений договора, так и отдельная международная организация для поддержки эффективной реализации конвенции. В ходе четырех заседаний в 1992 и 1993 годах VEREX рассмотрел 21 меру проверки, включая инспекции объектов, мониторинг соответствующей литературы и другие меры, осуществляемые на месте и вне его. Дополнительным стимулом послужили успешные переговоры по Конвенции о запрещении химического оружия, открытой для подписания в 1993 году. Специальная группа (Ad Hoc Group) провела 24 заседания в период с 1995 по 2001 год, в ходе которых велась разработка проекта протокола к КБО, предусматривающего создание международной организации и внедрение системы проверки. Однако на 24-м заседании Специальной группы в июле 2001 года администрация Джорджа Буша отклонила как проект протокола, распространенный председателем группы, так и весь подход, лежавший в основе этого проекта, что привело к срыву переговорного процесса. Многие аналитики, в том числе Мэтью Меселсон и Эми Смитсон, подвергли критике решение США, расценив его как подрыв международных усилий по нераспространению и противоречие риторике правительства США относительно предполагаемой угрозы биологического оружия со стороны Ирака и других противников США. В последующие годы неоднократно звучали призывы к возобновлению переговоров о протоколе проверки. Например, в ходе встречи экспертов в 2019 году "некоторые государства-участники подчеркнули срочность возобновления многосторонних переговоров, направленных на заключение недискриминационного, юридически обязывающего инструмента, касающегося мер проверки". Однако, поскольку "некоторые государства-участники не поддержали переговоры о протоколе к КБО", возвращение к переговорам представляется "нереалистичным и непрактичным". В декабре 2022 года государства-участники приняли решение о создании Рабочей группы по укреплению Конвенции, которая призвана, в числе прочего, рассмотреть вопросы, касающиеся мер проверки и соблюдения.

Несоблюдение

Ряд государств-участников Конвенции о биологическом оружии обвиняются в нарушении обязательств по конвенции путем разработки или производства биологического оружия. В связи с высокой степенью секретности, окружающей программы биологического оружия, примерно в то время, когда переговоры по Конвенции о биологическом оружии были завершены и договор был подписан в начале 1970-х годов, Советский Союз значительно расширил свою скрытую программу биологического оружия под контролем "гражданского" учреждения "Биопрепарат" в составе Советского Министерства здравоохранения. В советской программе было задействовано до 65 000 человек на нескольких сотнях объектов. Советские власти возложили вину за вспышку на употребление зараженного мяса и в течение многих лет отрицали какую-либо связь между инцидентом и исследованиями в области биологического оружия. Однако расследования показали, что вспышка была вызвана аварией на расположенном поблизости военном микробиологическом объекте, в результате которой произошел выброс аэрозоля возбудителя сибирской язвы. Подтверждая это заключение, президент России Борис Ельцин позже признал, что "причиной стали наши военные разработки". Западные обеспокоенности по поводу соблюдения Советским Союзом Конвенции о биологическом оружии возросли в конце 1980-х годов и были подкреплены информацией, предоставленной несколькими перебежчиками, включая Владимира Пасечника и Кена Алибека. Целью соглашения было раскрыть подробности советской программы биологического оружия и убедиться в полном прекращении всех связанных с ней видов деятельности.

Ирак

Начиная примерно с 1985 года, под руководством Саддама Хусейна Ирак начал разрабатывать оружие на основе сибирской язвы, ботулинического токсина, афлатоксина и других веществ, а также создавал средства доставки, включая бомбы, ракетные боеголовки, распылители аэрозолей и системы опрыскивания.

Технологические проблемы в области проверки биологического оружия

Существует несколько причин, по которым биологическое оружие особенно сложно поддаётся верификации. Во-первых, в отличие от химического и ядерного оружия, даже небольшие начальные количества биологических агентов могут быть использованы для быстрого производства военно-значимых объёмов. Во-вторых, биотехнологическое оборудование, а также опасные патогены и токсины нельзя полностью запретить, поскольку они также имеют законные мирные или оборонительные цели, включая разработку вакцин и медицинских терапий. Государства-участники Конвенции о биологическом оружии договорились на заседании государств-участников в 2018 году, которое было сокращено из-за недостатка финансирования, о пакете корректирующих финансовых мер, включая создание фонда оперативного капитала. Этот фонд финансируется за счёт добровольных взносов и обеспечивает краткосрочное финансирование для обеспечения непрерывности утверждённых программ и мероприятий.