Сравнительная психология: изучение поведения животных

Введение

Сравнительная психология – это раздел психологии, посвященный изучению поведения нечеловеческих животных.

Сравнительная психология – это научное изучение поведения и психических процессов нечеловеческих животных, особенно в связи с их филогенетической историей, адаптивным значением и развитием поведения. Термин «сравнительная психология» может использоваться в узком и широком смысле. В узком смысле он относится к изучению сходств и различий в психологии и поведении различных видов. В широком смысле сравнительная психология включает сравнения между различными биологическими и социокультурными группами, такими как виды, пол, стадии развития, возраст и этнические группы. Исследования в этой области охватывают множество различных вопросов, используют разнообразные методы и изучают поведение различных видов – от насекомых до приматов. Сравнительную психологию часто рассматривают как дисциплину, акцентирующую межвидовые сравнения, включая сравнения между человеком и животными. Однако некоторые исследователи полагают, что прямое сравнение не должно быть единственным фокусом сравнительной психологии, и что глубокое изучение поведения отдельного организма также желательно, если не более. Дональд Дьюсбери проанализировал работы нескольких психологов и их определения, и пришел к выводу, что целью сравнительной психологии является установление общих принципов, ориентированных как на проксимальные, так и на ультимативные причины поведения. Использование сравнительного подхода к изучению поведения позволяет оценить рассматриваемое поведение с четырех различных, взаимодополняющих точек зрения, предложенных Нико Тинбергеном. Во-первых, можно спросить, насколько широко распространено данное поведение среди видов (то есть, насколько часто оно встречается у разных видов животных?). Во-вторых, можно спросить, как это поведение способствует репродуктивному успеху особей, демонстрирующих его (то есть, приводит ли оно к тому, что животные производят больше потомства, чем особи, не проявляющие это поведение?). Теории, объясняющие ультимативные причины поведения, основаны на ответах на эти два вопроса. В-третьих, какие механизмы вовлечены в это поведение (то есть, какие физиологические, поведенческие и экологические компоненты необходимы и достаточны для его реализации?). В-четвертых, исследователь может задаться вопросом о развитии поведения у отдельной особи (то есть, какие этапы созревания, обучения и социального опыта должна пройти особь, чтобы проявить это поведение?). Теории, объясняющие проксимальные причины поведения, основаны на ответах на эти два вопроса. Подробнее о четырех вопросах Тинбергена можно узнать из соответствующих источников.

Comparative psychology is the scientific study of the behavior and mental processes of non human animals, especially as these relate to the phylogenetic history, adaptive significance, and development of behavior. The phrase comparative psychology may be employed in a narrow and a broad meaning. In its narrow meaning, it refers to the study of the
similarities and differences in the psychology and behavior of different species. In a broader meaning, comparative psychology includes comparisons between different biological and socio cultural groups, such as species, sexes, developmental stages, ages, and ethnicities. Research in this area addresses many different issues, uses many different methods and explores the behavior of many different species from insects to primates. Comparative psychology is sometimes assumed to emphasize cross species comparisons, including those between humans and animals. However, some researchers feel that direct comparisons should not be the sole focus of comparative psychology and that intense focus on a single organism to understand its behavior is just as desirable; if not more so. Donald Dewsbury reviewed the works of several psychologists and their definitions and concluded that the object of comparative psychology is to establish principles of generality focusing on both proximate and ultimate causation. Using a comparative approach to behavior allows one to evaluate the target behavior from four different, complementary perspectives, developed by Niko Tinbergen. First, one may ask how pervasive the behavior is across species (i. e. how common is the behavior between animal species?). Second, one may ask how the behavior contributes to the lifetime reproductive success of the individuals demonstrating the behavior (i. e. does the behavior result in animals producing more offspring than animals not displaying the behavior)? Theories addressing the ultimate causes of behavior are based on the answers to these two questions. Third, what mechanisms are involved in the behavior (i. e. what physiological, behavioral, and environmental components are necessary and sufficient for the generation of the behavior)? Fourth, a researcher may ask about the development of the behavior within an individual (i. e. what maturational, learning, social experiences must an individual undergo in order to demonstrate a behavior)? Theories addressing the proximate causes of behavior are based on answers to these two questions. For more details see Tinbergen's four questions.

История

Ученый IX века аль-Джахиз написал работы о социальной организации и методах коммуникации таких животных, как муравьи. В XI веке арабский писатель Ибн аль-Хайтам (Альхазен) написал «Трактат о влиянии мелодий на души животных» – раннюю работу, посвященную воздействию музыки на животных. В трактате он демонстрирует, как можно ускорить или замедлить шаг верблюда с помощью музыки, и приводит другие примеры влияния музыки на поведение животных, проводя эксперименты с лошадьми, птицами и рептилиями. Вплоть до XIX века большинство ученых в западном мире продолжали считать музыку исключительно человеческим феноменом, но последующие эксперименты подтвердили точку зрения Ибн аль-Хайтама о том, что музыка действительно оказывает влияние на животных. Чарльз Дарвин сыграл центральную роль в развитии сравнительной психологии; считается, что психологию следует рассматривать в категориях «до» и «после» Дарвина из-за его огромного влияния. Теория Дарвина привела к ряду гипотез, одна из которых заключалась в том, что факторы, отличающие человека, такие как более высокие умственные, моральные и духовные способности, можно объяснить эволюционными принципами. В ответ на резкую оппозицию дарвинизму возникло «анекдотическое движение» во главе с Джорджем Романом, который стремился доказать, что животные обладают «зачатками человеческого разума». К концу XIX века существовало несколько ученых, чьи работы также оказали значительное влияние. Дугласа Александра Сполдинга называли «первым экспериментальным биологом», и хотя с этим в целом соглашались, реальных изменений не произошло. Он повторил свои утверждения через десять лет, но и это не принесло результатов. Тем временем в Европе этилогия добивалась успехов в изучении множества видов и широкого спектра поведения. Между этими двумя дисциплинами существовала напряженность, где требовалось сотрудничество, но сравнительные психологи в основном отказывались расширять свой кругозор. Эта ситуация завершилась триумфом этиологии над сравнительной психологией, кульминацией которого стала Нобелевская премия, присужденная этологам, а также публикация множества информативных книг и телевизионных программ об этиологических исследованиях, которые стали широко известны и читаемы в Соединенных Штатах. В настоящее время сравнительная психология в Соединенных Штатах находится в состоянии упадка. На протяжении всей долгой истории сравнительной психологии неоднократно предпринимались попытки внедрить более строгий подход, при котором аналогичные исследования проводятся на животных разных видов, а результаты интерпретируются с учетом их различного филогенетического или экологического происхождения. Поведенческая экология 1970-х годов заложила более прочную базу знаний, на которой могла развиваться настоящая сравнительная психология. Однако более широкое использование термина «сравнительная психология» закреплено в названиях научных обществ и академических журналов, не говоря уже о сознании психологов других специализаций, поэтому название этой области вряд ли исчезнет полностью. Постоянный вопрос, с которым сталкиваются сравнительные психологи, – это относительный интеллект различных видов животных. Действительно, некоторые ранние попытки создать подлинную сравнительную психологию включали оценку того, насколько хорошо животные разных видов могут осваивать различные задачи. Эти попытки провалились; оглядываясь назад, можно увидеть, что они были недостаточно сложными, либо в анализе требований различных задач, либо в выборе видов для сравнения. В частности, сравнительные исследователи сталкиваются с проблемами, связанными с индивидуальными различиями, различиями в мотивации, различиями в подкреплении, различиями в сенсорных функциях, различиями в двигательных способностях и видовой типичной предрасположенностью (то есть некоторые виды эволюционировали, чтобы быстрее осваивать определенные виды поведения, чем другие). Исследование (1933) было направлено на изучение наследственности и влияния окружающей среды на молодых приматов. Они обнаружили, что шимпанзе по имени Гуа, воспитанный в другой семье, лучше распознавал человеческие запахи и одежду, а младенец Келлоггов (Дональд) лучше распознавал людей по лицам. Исследование было завершено через девять месяцев после того, как младенец начал имитировать звуки Гуа. Нечеловеческие приматы также использовались для изучения развития языка по сравнению с развитием человека. Например, Гарднер (1967) успешно обучил самку шимпанзе по имени Уошоу 350 словам на американском языке жестов. Уошоу впоследствии передала часть этих знаний своим приемным детенышам, Лули. Критика освоения Уошоу языка жестов была сосредоточена на степени ее фактического понимания того, что она жестикулировала. Ее жесты могли быть основаны просто на ассоциации, чтобы получить награду, такую как еда или игрушка. Другие исследования пришли к выводу, что обезьяны не понимают лингвистическую информацию, но могут формировать предполагаемое значение передаваемого сообщения. Сообщается, что все большие обезьяны обладают способностью аллоспецифической символической продукции. Интерес к изучению приматов возрос с развитием исследований когнитивных способностей животных. Также все больше изучаются другие животные, считающиеся умными. Примеры включают различные виды врановых, попугаев – особенно жако – и дельфинов. Алекс (Avian Learning EXperiment) – хорошо известный случай (1976–2007), разработанный Пепперберг, которая обнаружила, что африканский серый попугай Алекс не только имитировал вокализации, но и понимал концепции «то же самое» и «разное» между объектами. Изучение нечеловеческих млекопитающих также включало изучение собак. Благодаря своему домашнему характеру и индивидуальности собаки тесно жили с людьми, и поэтому были признаны и далее исследованы параллели в коммуникации и когнитивном поведении. Джоли Маскерони и его коллеги (2008) показали, что собаки могут заражаться человеческой зевотой, и предположили, что у собак есть уровень эмпатии, что является предметом оживленных споров. Пиллей и Рейд обнаружили, что бордер-колли по имени Чейзер смог успешно идентифицировать и принести 1022 различных предмета/игрушки.

The 9th century scholar al Jahiz wrote works on the social organization and communication methods of animals like ants. The 11th century Arabic writer Ibn al Haytham (Alhazen) wrote the Treatise on the Influence of Melodies on the Souls of Animals, an early treatise dealing with the effects of music on animals. In the treatise, he demonstrates how a camel's pace could be hastened or slowed with the use of music, and shows other examples of how music can affect animal behavior, experimenting with horses, birds and reptiles. Through to the 19th century, a majority of scholars in the Western world continued to believe that music was a distinctly human phenomenon, but experiments since then have vindicated Ibn al Haytham's view that music does indeed have an effect on animals. Charles Darwin was central in the development of comparative psychology; it is thought that psychology should be spoken in terms of "pre " and "post Darwin" because his contributions were so influential. Darwin's theory led to several hypotheses, one being that the factors that set humans apart, such as higher mental, moral and spiritual faculties, could be accounted for by evolutionary principles. In response to the vehement opposition to Darwinism was the "anecdotal movement" led by George Romanes who set out to demonstrate that animals possessed a "rudimentary human mind". Near the end of the 19th century, several scientists existed whose work was also very influential. Douglas Alexander Spalding was called the "first experimental biologist", and although it was generally agreed with, no real change took place. He repeated the charges a decade later, again with no results. In the meantime, in Europe, ethology was making strides in studying a multitude of species and a plethora of behaviors. There was friction between the two disciplines where there should have been cooperation, but comparative psychologists refused, for the most part, to broaden their horizons. This state of affairs ended with the triumph of ethology over comparative psychology, culminating in the Nobel Prize being given to ethologists, combined with a flood of informative books and television programs on ethological studies that came to be widely seen and read in the United States. At present, comparative psychology in the United States is moribund. Throughout the long history of comparative psychology, repeated attempts have been made to enforce a more disciplined approach, in which similar studies are carried out on animals of different species, and the results interpreted in terms of their different phylogenetic or ecological backgrounds. Behavioral ecology in the 1970s gave a more solid base of knowledge against which a true comparative psychology could develop. However, the broader use of the term "comparative psychology" is enshrined in the names of learned societies and academic journals, not to mention in the minds of psychologists of other specialisms, so the label of the field is never likely to disappear completely. A persistent question with which comparative psychologists have been faced is the relative intelligence of different species of animal. Indeed, some early attempts at a genuinely comparative psychology involved evaluating how well animals of different species could learn different tasks. These attempts floundered; in retrospect it can be seen that they were not sufficiently sophisticated, either in their analysis of the demands of different tasks, or in their choice of species to compare. Specifically, comparative researchers encounter problems associated with individual differences, differences in motivation, differences in reinforcement, differences in sensory function, differences in motor capacities, and species typical preparedness (i. e. some species have evolved to acquire some behaviors quicker than other behaviors). (1933) aimed to look at heredity and environmental effects of young primates. They found that a cross fostered chimpanzee named Gua was better at recognizing human smells and clothing and that the Kelloggs' infant (Donald) recognised humans better by their faces. The study ended nine months after it had begun, after the infant began to imitate the noises of Gua. Nonhuman primates have also been used to show the development of language in comparison with human development. For example, Gardner (1967) successfully taught the female chimpanzee Washoe 350 words in American Sign Language. Washoe subsequently passed on some of this teaching to her adopted offspring, Loulis. A criticism of Washoe's acquisition of sign language focused on the extent to which she actually understood what she was signing. Her signs may have just been based on an association to get a reward, such as food or a toy. Other studies concluded that apes do not understand linguistic input, but may form an intended meaning of what is being communicated. All great apes have been reported to have the capacity of allospecific symbolic production. Interest in primate studies has increased with the rise in studies of animal cognition. Other animals thought to be intelligent have also been increasingly studied. Examples include various species of corvid, parrots—especially the grey parrot—and dolphins. Alex (Avian Learning EXperiment) is a well known case study (1976–2007) which was developed by Pepperberg, who found that the African gray parrot Alex did not only mimic vocalisations but understood the concepts of same and different between objects. The study of non human mammals has also included the study of dogs. Due to their domestic nature and personalities, dogs have lived closely with humans, and parallels in communication and cognitive behaviours have therefore been recognised and further researched. Joly Mascheroni and colleagues (2008) demonstrated that dogs may be able to catch human yawns and suggested a level of empathy in dogs, a point that is strongly debated. Pilley and Reid found that a Border Collie named Chaser was able to successfully identify and retrieve 1022 distinct objects/toys.

Познание животных

Исследователи, изучающие когнитивные способности животных, заинтересованы в понимании психических процессов, управляющих сложным поведением, и значительная часть их работы сопоставима с работой когнитивных психологов, изучающих людей. Например, существует множество исследований с животными, посвященных вниманию, категоризации, формированию понятий, памяти, пространственному мышлению и оценке времени. Многие исследования в этих и других областях напрямую или косвенно связаны с поведением, важным для выживания в естественной среде, таким как навигация, использование орудий и числовые навыки. Таким образом, сравнительная психология и когнитивная психология животных – это во многом пересекающиеся области исследований.

Расстройства поведения животных

Ветеринарные врачи признают, что для понимания и оптимизации поведения и здоровья животного, содержащегося в неволе или одомашненного, необходимо учитывать его психологическое состояние. Распространенными причинами расстройств поведения у животных в неволе или домашних питомцев являются недостаток стимуляции, неподходящая стимуляция или перестимуляция. Эти состояния могут приводить к расстройствам, непредсказуемому и нежелательному поведению, а иногда и к физическим симптомам и заболеваниям. Например, крысы, длительное время подвергающиеся воздействию громкой музыки, в конечном итоге развивают нежелательное поведение, сравнимое с человеческим психозом, например, кусание хозяев. Считается, что поведение собак при недостаточной стимуляции во многом зависит от породы, а также от индивидуального характера животного. Например, известно, что хаски могут разрушать сады и дома, если им не предоставляется достаточная физическая активность. Собаки также подвержены психологическим травмам в случае насилия. Жестокое обращение может сделать их опасными. Систематическое изучение расстройств поведения животных опирается на исследования в области сравнительной психологии, включая ранние работы по обуславливанию и инструментальному научению, а также на этологические исследования естественного поведения. Однако, по крайней мере, в отношении хорошо знакомых домашних животных, оно также основывается на опыте, накопленном людьми, тесно работающими с этими животными.

Отношения между человеком и животными

Отношения между людьми и животными давно интересуют антропологов как один из путей к пониманию эволюции человеческого поведения. Сходство в поведении людей и животных иногда используется в попытках понять эволюционное значение определенных моделей поведения. Считается, что различия в обращении с животными отражают понимание обществом человеческой природы и места людей и животных в мироустройстве. Особый интерес представляет одомашнивание. Например, утверждается, что по мере одомашнивания животных люди стали относиться к ним как к собственности и начали воспринимать их как существ низшего порядка или принципиально отличных от людей. Ингольд отмечает, что во всех обществах дети должны учиться различать и отделять себя от других. В этом процессе незнакомцы могут восприниматься как "не люди", подобно животным. Ингольд цитирует Зигмунда Фрейда: "Дети не проявляют ни малейшего высокомерия, которое побуждает взрослых цивилизованных людей проводить резкую границу между своей природой и природой всех остальных животных. Дети не испытывают колебаний, позволяя животным считаться себе равными". Однако, с возрастом людям становится трудно признать, что они сами являются животными, поэтому они прибегают к категоризации, отделяя людей от животных, а животных – на диких и домашних, а домашних – на домашних питомцев и сельскохозяйственных животных. Такие разделения можно рассматривать как аналогичные категориям людей: кто принадлежит к человеческому сообществу, а кто нет – то есть является посторонним. В газете "Нью-Йорк Таймс" была опубликована статья, демонстрирующая психологические преимущества общения с животными, в частности, для детей и их питомцев. Было доказано, что наличие домашнего животного действительно улучшает социальные навыки детей. В статье доктор Сью Дошер, психолог, участвовавшая в исследовании, заявила: "Это сделало детей более отзывчивыми и готовыми делиться". Также было показано, что эти дети стали более уверенными в себе и способны проявлять больше эмпатии к другим детям. Кроме того, в журнале Social Science and Medicine было указано: "Случайный опрос 339 жителей города Перт, Западная Австралия, отобранных из трех пригородов и опрошенных по телефону, показал, что владение домашними животными положительно связано с определенными формами социального контакта и взаимодействия, а также с восприятием доброжелательности в районе. После корректировки демографических данных владельцы домашних животных получили более высокие баллы по шкалам социального капитала и гражданской активности". Результаты, подобные этим, позволяют нам понять, что владение домашним животным предоставляет возможности для соседского общения, наряду с множеством других шансов для социализации между людьми.

The relationship between humans and animals has long been of interest to anthropologists as one pathway to an understanding the evolution of human behavior. Similarities between the behavior of humans and animals have sometimes been used in an attempt to understand the evolutionary significance of particular behaviors. Differences in the treatment of animals have been said to reflect a society's understanding of human nature and the place of humans and animals in the scheme of things. Domestication has been of particular interest. For example, it has been argued that, as animals became domesticated, humans treated them as property and began to see them as inferior or fundamentally different from humans. Ingold remarks that in all societies children have to learn to differentiate and separate themselves from others. In this process, strangers may be seen as "not people", and like animals. Ingold quoted Sigmund Freud: "Children show no trace of arrogance which urges adult civilized men to draw a hard and fast line between their own nature and that of all other animals. Children have no scruples over allowing animals to rank as their full equals." With maturity however, humans find it hard to accept that they themselves are animals, so they categorize, separating humans from animals, and animals into wild animals and tame animals, and tame animals into house pets and livestock. Such divisions can be seen as similar to categories of humans: who is part of a human community and someone who is not—that is, the outsider. The New York Times ran an article that showed the psychological benefits of animals, more specifically of children with their pets. It has been proven that having a pet does in fact improve kids' social skills. In the article, Dr. Sue Doescher, a psychologist involved in the study, stated, "It made the children more cooperative and sharing." It was also shown that these kids were more confident with themselves and able to be more empathic with other children. Furthermore, in an edition of Social Science and Medicine it was stated, "A random survey of 339 residents from Perth, Western Australia were selected from three suburbs and interviewed by telephone. Pet ownership was found to be positively associated with some forms of social contact and interaction, and with perceptions of neighborhood friendliness. After adjustment for demographic variables, pet owners scored higher on social capital and civic engagement scales." Results like these let us know that owning a pet provides opportunities for neighborly interaction, among many other chances for socialization among people.