Большое крыло: Тактика и споры Битвы за Британию

Введение

Большое крыло, также известное как «Балбо», — это тактика воздушного боя, предложенная во время битвы за Британию командующим 12-й группой вице-маршалом авиации Траффордом Ли Мэллори и действующим командиром эскадрильи Дугласом Бадером. Суть тактики заключалась во встрече с входящими бомбардировочными рейдами Люфтваффе силами, в форме клина из трех-пяти эскадрилий. В ходе битвы эту тактику применяло крыло Даксфорда под командованием Бадера. Название «Балбо» происходит от имени Итало Балбо, итальянского офицера ВВС и фашистского политического деятеля, известного тем, что до войны возглавлял крупные авиационные формации в дальних перелетах. В отличие от этого, используя тактику, разработанную сэром Хью Даудингом, Парк встречал рейды отдельными эскадрильями, которые он считал наиболее гибким и эффективным способом использования своих самолетов, особенно учитывая небольшую глубину проникновения Люфтваффе в британское воздушное пространство. Он применял тактику «удар и отход», когда вражеский рейд мог быть атакован последовательно несколькими эскадрильями. Эта тактика вызывала вопросы у многих подчиненных Парка, которые были обеспокоены большими потерями среди эскадрилий 11-й группы. В этой войне на истощение они хотели использовать более крупные формации для взаимной поддержки и снижения потерь.

Эффективность

После битвы за Британию Ли-Мэллори так и не получил реальной возможности использовать Большое крыло в оборонительных целях, и оно быстро трансформировалось из оборонительного в наступательное формирование — Бадер в конечном итоге возглавил одно из этих новых крыльев в масштабных разведывательных полетах над Францией. До сих пор ведутся споры об эффективности «Большого крыла» в ходе битвы. Хотя Ли-Мэллори и Бадер утверждали о его большом успехе, послевоенный анализ показывает, что фактическое число сбитых крылом немецких самолетов, вероятно, составляло лишь малую часть заявленного (заявки «Большого крыла» даже в то время не были убедительными). 15 сентября 1940 года «Большое крыло» дважды поднималось на перехват входящих рейдов и заявило о 52 сбитых, восьми предположительно сбитых и других поврежденных самолетах. (По немецким данным, было потеряно шесть самолетов). Некоторые старшие офицеры, такие как Ли-Мэллори и Шолто Дуглас, хотели верить в эти заявления, чтобы использовать «Большое крыло» в качестве политического инструмента против Даудинга. Это, по-видимому, подтверждает идею о том, что для «Большого крыла» «не хватало врага», крыло имело слишком высокую концентрацию самолетов в одном воздушном пространстве в поисках целей. Можно утверждать, что 12-я группа имела больше времени для переброски истребителей на позиции, но даже это ей не удалось. Когда 11-я группа была доведена до предела и нуждалась в поддержке, из-за задержки, вызванной 12-й группой, аэродромы 11-й группы остались без защиты. Это было связано не только с потерей времени на формирование «Большого крыла», но и с тем, что командиры 12-й группы не следовали инструкциям 11-й группы и, следовательно, прибыли не в то место. 12-я группа не только не поддержала 11-ю группу, но и оставила свои собственные аэродромы без защиты; значительная часть воздушного пространства Великобритании осталась незащищенной, пока Ли-Мэллори и Бадер испытывали свою теорию «Большого крыла». Время, затраченное на формирование «Большого крыла», также приводило к потере топлива, а в сочетании с ограниченной дальностью полета истребителей сокращало время нахождения в зоне боевых действий. Когда 10-я группа была попрошена обеспечить прикрытие 11-й группе в аналогичной ситуации, это было сделано, и аэродромы 11-й группы были защищены. Потери «Большого крыла» были значительно ниже, чем в меньших формированиях, что говорит о том, что оно действительно извлекало выгоду из защиты в количестве. «Большое крыло» неизменно вступало в бой с противником над Северным Лондоном, где немецкий истребительный эскорт находился на пределе своей дальности и эффективности. Следовательно, «Большое крыло» совершало очень мало перехватов, и, как следствие, можно было ожидать меньших потерь с обеих сторон. Тактика Парка (которая включала в себя эпизодическое использование двух- и трехэскадрильного звена) была правильной для тех условий, в которых ему приходилось сражаться. Самый весомый аргумент против «Большого крыла» в битве за Британию заключается в том, что без четкого представления о цели, как о собравшемся над Францией рейсе, «Большому крылу» было невозможно подняться в воздух и сформироваться вовремя для его перехвата. Другой аргумент против использования «Большого крыла» из Даксфорда заключался в том, что это никогда не было серьезным тактическим предложением. Оно было сформировано после телефонного разговора между Ли-Мэллори и Бадером, и не было никакого планирования, протоколов для его работы или обсуждения (тем более согласия) в рамках командования истребителей. Ли-Мэллори не подвергал сомнению заявления Бадера и не критически оценивал результаты «Большого крыла». Для старшего командира принимать на веру слова неопытного младшего офицера и приверженность такому плохо спланированному эксперименту в критический момент — сомнительно. Перехваты «Большого крыла» происходили только в течение короткого периода времени в сентябре, когда Люфтваффе перешли от военных целей и аэродромов к дневным налетам на Лондон. Бомбардировщики Люфтваффе были наиболее уязвимы, когда находились на пределе дальности сопровождения истребителей Messerschmitt Bf 109, и многие немецкие истребители уже израсходовали топливо в бою с самолетами 11-й группы над Кентом. Однако, когда 15 сентября «Большое крыло» столкнулось с Люфтваффе, оно оказало огромное психологическое воздействие. Получив от своих командиров информацию о том, что у Королевских ВВС осталось всего 50 истребителей, экипажи Люфтваффе постоянно подвергались атакам во время перелета над Кентом, и затем, прямо на пределе дальности сопровождения, столкнулись с еще одной формацией из 60 самолетов Королевских ВВС над Лондоном. Это привело к дальнейшей деморализации в Люфтваффе. Одна из причин такого уровня неожиданности заключалась в том, что недавний крупный разведывательный полет Люфтваффе встретил мало сопротивления, что подтвердило уверенность руководства Люфтваффе в том, что осталось мало истребителей Королевских ВВС; на самом деле Парк распознал этот полет как уловку, чтобы поднять его истребители в воздух; при отсутствии угрозы бомбардировки он держал свои истребители на земле. Хотя «Большое крыло» не было эффективной боевой тактикой, оно, наряду с явной манипуляцией статистикой, стало политическим инструментом для тех, кто выступал против Даудинга. Даудинг конфликтовал с Хью Тренчардом (основателем Королевских ВВС) еще во время Первой мировой войны, когда оба были командирами Королевского летного корпуса. Тренчард ушел в отставку ко Второй мировой войне, но оставался маршалом Королевских ВВС и по-прежнему оказывал влияние на высшем уровне в Королевских ВВС. Он поддерживал теорию «ударного удара», когда воздушная атака велась встречной атакой бомбардировщиками, а не обороной истребителями, и эту точку зрения разделяли многие старшие офицеры Королевских ВВС и Министерства авиации. Несмотря на эту политику Королевских ВВС, Даудинг получил достаточную политическую поддержку для создания эффективного оружия, командования истребителей, которое и выиграло битву за Британию. В 1940 году (и, возможно, на протяжении всей войны) командование бомбардировщиков ни в коем случае не могло нанести Германии «ударный удар», поэтому сторонники бомбардировщиков были серьезно смущены успехом командования истребителей. «Сдержанная» личность Даудинга и нежелание участвовать в этой политической борьбе также способствовали его падению. Провал «Большого крыла» был дымовой завесой, использованной его политическими врагами, чтобы свергнуть его. Понятно, что Даудинг не стал сопротивляться, учитывая стресс, который он испытывал большую часть года, сначала для сохранения командования истребителей, а затем для надзора за длительной битвой на истощение против Люфтваффе.

After the Battle of Britain Leigh Mallory never really had a chance to use the Big Wing defensively again, and it quickly mutated from a defensive to an offensive formation—Bader eventually led one of these new wings on massive fighter sweeps over France. To this day there is debate over the effectiveness of the "Big Wing" as it was used during the Battle. Although Leigh Mallory and Bader argued it was a great success, post war analysis suggests the actual number of German aircraft shot down by the wing was probably a fraction of those claimed (the claims for the Big Wing were never credible even at the time. On 15 September 1940, the Big Wing was scrambled twice against incoming raids and claimed 52 kills, eight probables and others damaged. (German records showed that six aircraft were lost). Some senior officers like Leigh Mallory and Sholto Douglas wanted to believe these claims so that they could use the Big Wing as a political tool against Dowding. This would seem to support the idea that, for a "Big Wing", there were "not enough enemy to go around"; the Wing had too high a concentration of aircraft in the same air space looking for targets. It could be argued that 12 Group had more time to get fighters into position but even then it failed to do so. When 11 Group was stretched to its limits and required support, due to the delay imposed by 12 Group, 11 Group airfields were left undefended. This was due not only to time wasted in forming up the Big Wing but also due to 12 Group commanders not following 11 Group's instructions and thus arriving in the wrong place. Not only did 12 Group fail to support 11 Group, they left their own airfields undefended; a large portion of UK airspace was left undefended while Leigh Mallory and Bader tested their Big Wing theory. The time taken to form a Big Wing also wasted fuel and combined with the limited range of the fighters, reduced time over the combat zone. When 10 Group was asked to provide cover for 11 Group in similar circumstances, it was provided and 11 Group airfields defended. Casualties for the "Big Wing" were significantly lower than in the smaller formations—suggesting that they did indeed benefit from protection in numbers. The "Big Wing" invariably joined combat with the enemy over Northern London, where the German fighter escort was at the very limit of its range and effectiveness. Consequently, the Big Wing also made very few interceptions, and as a result lower casualties would be expected on both sides. Park's tactics (which had included the occasional use of two and three squadron wings) were correct for the conditions he had to fight under. The most powerful argument against the Big Wing in the Battle of Britain is that without a clear idea of a target as a raid assembled over France, it was impossible for the Big Wing to get airborne and form up in time to meet it. Another argument against the use of the Duxford Big Wing was that it was never a serious tactical proposition. It was formed after a telephone discussion between Leigh Mallory and Bader and there was no planning, protocols for its operation or discussion (let alone agreement) within Fighter Command. Leigh Mallory did not question Bader's claims or critically assess the Big Wing's results. For a senior commander to take the word of an inexperienced junior officer and commit to such a poorly planned experiment at a critical time is questionable. The interceptions by the Big Wing only occurred over a short period of time in September, when the Luftwaffe switched from military targets and airfields to daylight raids on London. The Luftwaffe bombers were at their most vulnerable when they were at the limit of the range of the escorting Messerschmitt Bf 109s and many German fighters had already expended their fuel in combat with 11 Group aircraft over Kent. However, when encountered by the Luftwaffe on 15 September, the Big Wing had an immense psychological impact. Having been told that the RAF was down to its last 50 fighters by their leaders, Luftwaffe aircrew were continuously attacked on the run over Kent, only to be confronted by a further formation of 60 RAF aircraft over London, just as their escort reached the limit of their range. This led to further demoralization in the Luftwaffe. One reason for this level of surprise was that a recent large Luftwaffe fighter sweep had encountered little resistance, confirming the Luftwaffe leaders' belief that there were few RAF fighters left; in fact Park had recognised this fighter sweep as a ruse to get his fighters into the air; with no threat of bombing he had kept his fighters on the ground. While not effective as a fighting tactic, the Big Wing, along with some blatant manipulation of statistics, worked as a political tool for those against Dowding. Dowding had clashed with Hugh Trenchard (founder of the RAF) while both were Royal Flying Corps commanders during the First World War. Trenchard was retired by the Second World War but was a Marshal of the RAF and still influential at the highest level in the RAF. He supported the theory of the "knock out blow", where air attack was fought by counter attack with bombers, not defence by fighters and this view was shared by many senior RAF and Air Ministry personnel. Despite this RAF policy, Dowding got enough political support to build up Fighter Command into a very effective weapon, the weapon that won the Battle of Britain. In 1940 (and arguably throughout the war) Bomber Command was in no way capable of delivering a knock out blow to Germany, so the pro bomber advocates were severely embarrassed by the success of Fighter Command. Dowding's "stuffy" personality and unwillingness to fight this political battle also contributed to his downfall. The Big Wing débâcle was a smokescreen manipulated by his political enemies to bring him down. It is understandable that Dowding did not fight back given the stress he had been under for the best part of a year, first to conserve Fighter Command, then to oversee the long battle of attrition against the Luftwaffe.

Упражнение "Большое крыло"

Использование большого крыла в составе 11-й группы изучалось истребительным командованием в ходе штабных учений, проведенных Ли Мэллори в январе 1941 года. Целью было продемонстрировать превосходство крупных соединений, опираясь на обстоятельства реальной атаки на секторы Кенли, Биггин-Хилл и Хорнчерч 6 сентября 1940 года. Ли Мэллори допустил просчеты в организации операции, позволив налету пройти беспрепятственно, в результате чего аэродромы Кенли и Биггин-Хилл подверглись "бомбардировке", пока их самолеты оставались на земле. Один из бывших диспетчеров Парка объяснил ему ошибки Ли Мэллори. Он ответил, что в следующий раз поступит лучше, и что если произойдет крупномасштабный налет, он позволит ему достичь цели и перехватит его массированными силами на обратном пути во Францию. Он полагал, что противник будет настолько разгромлен, что больше не предпримет новых налетов.