Введение

Король Дании, Норвегии и Англии XI века.

Будучи датским принцем, Кнут завоевал английский трон в 1016 году после столетий активности викингов в северо-западной Европе. Его последующее восшествие на датский престол в 1018 году объединило короны Англии и Дании. Кнут стремился укрепить эту базу власти, объединив датчан и англичан культурными узами богатства и обычаев. После десятилетия конфликтов с противниками в Скандинавии, Кнут провозгласил себя королем Норвегии в Тронхейме в 1028 году. В 1031 году Малькольм II Шотландский также признал его власть, хотя англо-норвежское влияние на Шотландию было слабым и не сохранилось к моменту смерти Кнута. Господство над Англией обеспечило датчанам важную связь с морской зоной между островами Великобритании и Ирландии, где Кнут, как и его отец, проявлял большой интерес и оказывал значительное влияние на норвежских гэлов. Владение Кнутом английскими епархиями и континентальной датской епархией – на которую претендовала архиепископия Гамбурга-Бремена Священной Римской империи – являлось источником большого престижа и влияния в католической церкви и среди видных представителей христианского мира (ему удалось добиться значительных уступок, например, в отношении цены паллия для его епископов, хотя им все равно приходилось отправляться за ним в путешествие, а также в отношении пошлин, которые его подданные должны были платить по пути в Рим). После победы над Норвегией и Швецией в 1026 году, и по возвращении из Рима, где он присутствовал на коронации императора Священной Римской империи, Кнут в письме, предназначенном для своих подданных, именовал себя "королем всей Англии и Дании, а также норвежцев и части шведов". Средневековый историк Норман Кантор назвал его "самым эффективным королем в англосаксонской истории". Он широко известен в связи с легендой о короле Кнуте и приливе.

Высадка в Уэссексе

Согласно рукописи Питерборо Хроники, одному из основных свидетельств англосаксонской летописи, в начале сентября 1015 года "[Кнут] прибыл в Сандвич и немедленно обошел Кент, достигнув Уэссекса, пока не достиг устья реки Фром, и совершал набеги в Дорсете, Уилтшире и Сомерсете", начав кампанию такой интенсивности, какой не было со времен Альфреда Великого. Описание флота Кнута содержится в «Энкомии» королевы Эммы: "[Т]ам было так много различных видов щитов, что можно было поверить в присутствие войск всех народов. Золото сияло на носах кораблей, серебро также сверкало на судах разнообразных форм. Кто мог бы взглянуть на львов врага, ужасающих своим золотым блеском, на людей из металла, грозящих золотыми лицами, на быков на кораблях, несущих смерть, с рогами, сияющими золотом, и не испытать страха перед царем такой силы? Более того, в этой великой экспедиции не было ни рабов, ни освобожденных из рабства, ни людей низкого происхождения, ни ослабленных старостью; все они были благородны, все сильны мощью зрелого возраста, все достаточно подготовлены к любому виду боя, все настолько быстры, что презирали скорость всадников". В конце 1015 года Уэссекс, долгое время управляемый династией Альфреда и Этельреда, подчинился Кнуту, как и два года назад его отцу. В этот момент Эдрик Стреона, эалдорман Мерсии, перешел на сторону Кнута вместе с 40 кораблями и их экипажами, оставив Этельреда. Другим перебежчиком был Торкелл Высокий, вождь йомсвикингов, который сражался против вторжения викингов Свена Вилобородого и в 1012 году дал клятву верности англичанам. Объяснение этому измене лояльности можно найти в строфе «Йомсвикинга саги», где упоминаются два нападения на наемников Йомсборга, когда они находились в Англии, среди жертв был человек по имени Хеннинг, брат Торкелла. Если Flateyjarbók прав, говоря, что этот человек был наставником Кнута в детстве, это объясняет его принятие его верности – йомсвикинги в конечном итоге служили Йомсборгу. 40 кораблей, с которыми прибыл Эдрик, часто считают выходцами из Данелага, который, по-видимому, послал своего соперника из Нортумбрии, Тюрбранда Крепкого, чтобы уничтожить Утред и его дружину. Эйрик Хаконарсон, вероятно, с другим отрядом скандинавов, прибыл поддержать Кнута, и опытный норвежский ярл был поставлен во главе Нортумбрии. Принц Эдмунд оставался в Лондоне, все еще непокоренным за его стенами, и был избран королем после смерти Этельреда 23 апреля 1016 года.

Осада Лондона

Кнут повернул на юг, и датская армия, по-видимому, разделилась: часть воевала с Эдмундом, который вырвался из Лондона до завершения окружения города Кнутом и ушел собирать войско в Уэссексе, традиционном сердце английской монархии. Другая часть датской армии осадила Лондон, возведя валы на северном и южном флангах и прорыв канала через берега Темзы к югу от города, чтобы их драккары могли перерезать сообщения вверх по реке. Битва произошла при Пенселвуде в Сомерсете – вероятно, на холме в лесу Селвуд, – а затем при Шерстоне в Уилтшире, длившаяся два дня, но не принесшая победы ни одной из сторон. Эдмунд смог временно снять осаду с Лондона, обратив врага в бегство и разгромив его после переправы через Темзу у Брентфорда. Понеся значительные потери, он отступил в Уэссекс, чтобы собрать свежие силы, и датчане вновь осадили Лондон, но после очередной безуспешной попытки штурма отступили в Кент, подвергаясь нападениям англичан, и сражение произошло при Отфорде. В это время Эдрик Стреона перешел на сторону короля Эдмунда, а Кнут отплыл на север через эстуарий Темзы в Эссекс и, от места высадки кораблей, двинулся вверх по реке Оруэлл, чтобы разорить Мерсию.

Лондон захвачен по договору

18 октября 1016 года армия Эдмунда настигла датчан во время их отступления к кораблям, что привело к битве при Ассандуне, произошедшей либо в Ашиндоне на юго-востоке, либо в Ашдоне на северо-западе Эссекса. В последовавшей схватке Эдрик Стреона, возвращение которого на сторону англичан, возможно, было лишь обманом, вывел свои силы из боя, предопределив решающее поражение англичан. Эдмунд бежал на запад, а Кнут преследовал его в Глостершир, где, вероятно, состоялась еще одна битва близ леса Дина, так как Эдмунд был союзником некоторых валлийцев. На острове близ Дирхерста раненый Кнут и Эдмунд встретились для переговоров о мире. Было согласовано, что все земли Англии к северу от Темзы переходят во владение датского принца, а южные земли, вместе с Лондоном, остаются под контролем английского короля. После смерти Эдмунда право на правление всем королевством должно было перейти к Кнуту. Эдмунд умер 30 ноября, всего через несколько недель после заключения соглашения. Некоторые источники утверждают, что Эдмунд был убит, хотя обстоятельства его смерти остаются неизвестными. Вестсаксы признали Кнута королем всей Англии, и в 1017 году он был коронован архиепископом Кентерберийским Лифингом в Лондоне.

Король Англии

Кнут правил Англией почти два десятилетия. Защита, которую он обеспечил от набегов викингов – многие из которых находились под его началом – восстановила благосостояние, которое все больше ухудшалось с возобновления викинговских нападений в 980-х годах. В свою очередь, англичане помогли ему установить контроль над большей частью Скандинавии. При его правлении Англия не подвергалась серьезным внешним угрозам.

Консолидация и Danegeld

Будучи датским королем Англии, Кнут быстро устранил любого потенциального соперника из числа выживших представителей могущественной династии Уэссекс. Первый год его правления был отмечен казнями ряда английских знатнейших, которых он считал заслуживающими подозрения. Сын Этельреда, Эдвиг Этелинг, бежал из Англии, но был убит по приказу Кнута. Сыновья Эдмунда Айронсайда также бежали за границу. Сыновья Этельреда от Эммы Нормандской оказались под защитой своих родственников в Нормандском герцогстве. В июле 1017 года Кнут женился на королеве Эмме, вдове Этельреда и дочери Ричарда I, герцога Нормандии. В 1018 году, собрав дань (данегельды), составившую колоссальную сумму в 72 000 фунтов стерлингов, собранную по всей стране, и дополнительно 10 500 фунтов стерлингов, изъятых из Лондона, Кнут выплатил жалование своей армии и отправил большинство воинов домой. Он оставил 40 кораблей и их экипажи в качестве постоянного гарнизона в Англии. Ежегодный налог, известный как херегельд (армейная плата), собирался по той же системе, которую Этельред ввел в 1012 году для вознаграждения скандинавов, находившихся на его службе. Кнут развил существовавшую в Англии практику объединения нескольких графств под управлением одного эалдормана, разделив таким образом страну на четыре крупных административных единицы, чьи границы основывались на территории самых крупных и устойчивых из отдельных королевств, существовавших до объединения Англии. Должностные лица, ответственные за эти провинции, получили титул ярлов – скандинавский титул, уже использовавшийся локально в Англии и теперь повсеместно заменивший титул эалдормана. Вессекс первоначально оставался под личным контролем Кнута, Нортумбрия – под управлением Эрика Хлатира, Восточная Англия – Торкеля Высокого, а Мерсия – в руках Эдрика Стреоны. Это первоначальное распределение власти оказалось недолговечным. Хронически вероломный Эадрик был казнен в течение года после восшествия Кнута на престол, хотя неизвестно, произошло ли это у английских или датских берегов. Он сам упоминает о трудностях в своем письме 1019 года (в Англию, из Дании), написанном от имени короля Англии и Дании. Эти события, по всей видимости, связаны со смертью Харальда. Кнут заявляет, что подавлял оппозицию, чтобы обеспечить свободу Дании для оказания помощи Англии.

Государственный дух

Кнута обычно вспоминают как мудрого и успешного короля Англии, хотя это представление может быть отчасти обусловлено его благосклонным отношением к Церкви, хранящей исторические записи. Соответственно, его и сегодня считают религиозным человеком, несмотря на то, что он состоял в, возможно, греховных отношениях с двумя женами и жестоко обращался со своими противниками-христианами. Во время его правления Кнут объединил английское и датское королевства, и скандинавские и саксонские народы пережили период доминирования в Скандинавии, а также на Британских островах. Его военные кампании за рубежом изменили баланс сил в пользу Англии, направив драккары к берегам Скандинавии. Он восстановил законы короля Эдгара, чтобы узаконить существование Данелага и обеспечить деятельность скандинавов в целом. Кнут вновь ввел в действие существующие законы, издав ряд прокламаций для урегулирования распространенных жалоб, доведенных до его сведения, включая: "О наследовании по закону" и "О геротах и рельефах". Он также укрепил денежную систему, начав чеканку монет, равных по весу тем, что использовались в Дании и других частях Скандинавии. Он издал сборники законов, известные как I Кнута и II Кнута, хотя, по-видимому, они были в основном составлены Вульфстаном Йоркским. В его королевском дворе служили как англичане, так и скандинавы.

Король Дании

Харальд II умер в 1018 году, и Кнут отправился в Данию, чтобы утвердить свои права на датскую корону, заявив в письме 1019 года (см. выше) о своем намерении предотвратить нападения на Англию. Похоже, существовала оппозиция ему со стороны датчан, и нападение, которое он совершил на вендов Померании, могло быть с этим связано. В этой экспедиции, по крайней мере, один из англичан Кнута, Годвин, очевидно, завоевал доверие короля, возглавив лично ночной рейд против вэндишского лагеря. Предположительно, укрепив свою власть над датским престолом, Кнут вернулся в Англию в 1020 году. Он назначил Ульфа ярла, мужа своей сестры Эстрид Свенсдаттер, регентом Дании, дополнительно доверив ему своего юного сына от королевы Эммы, Хартакнута, которого он определил наследником своего королевства. Изгнание Торкелла Высокого в 1021 году можно рассматривать в связи с нападением на вендов. После смерти Олафа Скотконунга в 1022 году и восшествия на шведский престол его сына Анунда Якоба, что привело к союзу Швеции с Норвегией, возникла необходимость продемонстрировать силу Дании в Балтийском море. Йомсборг, легендарная крепость йомсвикингов (предположительно расположенная на острове у побережья Померании), вероятно, был целью экспедиции Кнута. Успешно продемонстрировав свои намерения доминировать в скандинавских делах, Кнут, по-видимому, примирился с Торкеллом в 1023 году. Когда норвежский король Олаф Харальдссон и Анунд Якоб воспользовались занятостью Кнута в Англии и начали нападать на Данию, Ульф дал датским свободным крестьянам повод принять Хартакнута, еще ребенка, в качестве короля. Этот обман привел к тому, что Ульф стал править королевством в качестве регента. Получив известие об этих событиях, Кнут отплыл в Данию, чтобы восстановить свою власть и разобраться с Ульфом, который затем вернулся к повиновению. В битве при Хельгеа, известной также как битва у реки Хельгеа, Кнут и его воины сразились с норвежцами и шведами у устья реки Хельгеа, вероятно, в 1026 году, и очевидная победа утвердила Кнута в качестве доминирующего лидера в Скандинавии. Переход Ульфа-узурпатора на сторону Кнута и его участие в битве не принесли ему прощения. Некоторые источники утверждают, что между тестом и зятем возник спор во время игры в шахматы на пиру в Роскилде, и на следующий день, в Рождество 1026 года, один из дружинников Кнута убил ярла с его благословения в Троицкой церкви, предшественнице собора в Роскилде.

Путешествие в Рим

Его враги в Скандинавии были покорены, и, по-видимому, в свободное время Кнут смог принять приглашение стать свидетелем восшествия на престол в Риме императора Священной Римской империи Конрада II. Он оставил свои дела на севере и отправился из Дании на коронацию на Пасху 1027 года, что было бы весьма престижно для правителей Европы в Средние века. По возвращении он написал свое письмо 1027 года, как и письмо 1019 года, информируя своих подданных в Англии о своих намерениях из-за границы и провозглашая себя "королем всей Англии и Дании, норвежцев и части шведов". В соответствии со своей ролью христианского короля, Кнут говорит, что отправился в Рим, чтобы покаяться в грехах, помолиться об искуплении и безопасности своих подданных, а также договориться с Папой о сокращении расходов на паллий для английских архиепископов и о разрешении соперничества между архиепископствами Кентерберийским и Гамбург-Бременским за первенство над датскими епархиями. Он также стремился улучшить условия для паломников и купцов на пути в Рим. По его собственным словам: "Роберт" в тексте Кнута, вероятно, является опечаткой, обозначающей Рудольфа, последнего правителя независимого Бургундского королевства. Таким образом, торжественное слово Папы, Императора и Рудольфа было дано в присутствии четырех архиепископов, двадцати епископов и "неисчислимого множества герцогов и знатных вельмож", что позволяет предположить, что это произошло до завершения церемоний. Во времена христианства король, пользующийся благосклонностью Бога, мог рассчитывать на правление счастливым королевством. Однако эти монеты обычно считаются копиями монет, отчеканенных в Дании. В Сигтуне также были найдены монеты, на которых указано, что шведский король Олаф Скотконунг был королем Англии. Кнут также заявил о своем намерении отправиться в Данию, чтобы обеспечить мир между скандинавскими королевствами, что соответствует рассказу Иоанна Ворчестерского о том, что в 1027 году Кнут узнал о недовольстве некоторых норвежцев и отправил им золото и серебро, чтобы заручиться их поддержкой в его притязаниях на трон. В 1028 году Кнут отплыл из Англии в Норвегию, в город Тронхейм, с флотом из пятидесяти кораблей. Король Олаф Харальдссон не смог оказать серьезного сопротивления, поскольку его знать была подкуплена Кнутом и (по словам Адама Бременского) из-за его склонности арестовывать их жен по подозрению в колдовстве. Кнут был коронован королем Англии, Дании и Норвегии, а также части Швеции. Он доверил ярлство Ладе прежней династии ярлов, Хокону Эрикссону, а Эйрик Хаконарсон, вероятно, к тому времени уже умер. Хокон, возможно, был графом Нортумбрии после Эрика. Хокон, член семьи, испокон веков враждебно относившейся к независимым норвежским королям и являвшийся родственником Кнута, уже владел островами с ярлством Ворчестер, возможно, с 1016 по 1017 год. Морские пути через Ирландское море и Гебридские острова вели к Оркнейским островам и Норвегии и играли центральную роль в амбициях Кнута по господству над Скандинавией и Британскими островами. Хокон должен был стать наместником Кнута в этой стратегической цепи, а завершающим этапом стало его назначение королевским заместителем в Норвегии после изгнания Олафа Харальдссона в 1028 году. К сожалению, он утонул в кораблекрушении в Пентлендском проливе (между Оркнейскими островами и материковым побережьем) в конце 1029 или начале 1030 года. После смерти Хокона Олаф Харальдссон вернулся в Норвегию с шведами в своей армии. Он погиб от рук своих соотечественников в битве при Стиклестаде в 1030 году. Последующая попытка Кнута править Норвегией без ключевой поддержки Трондеярлов, через Эльфгифу Нортгемптонскую и его старшего сына от нее, Свена Кнутссона, не увенчалась успехом. Этот период известен как Время Эльфгифу в Норвегии, отмеченное тяжелым налогообложением, восстанием и восстановлением прежней норвежской династии под руководством незаконнорожденного сына святого Олафа, Магнуса Доброго.

Влияние на западные морские пути

В 1014 году, когда Кнут готовился к повторному вторжению в Англию, битва при Клонтарфе столкнула армии, выстроенные на полях перед стенами Дублина. Маэль Морда мак Мурчада, король Ленстера, и Сигтригг Силькбород, правитель норвежско-гэльского королевства Дублин, отправили посланников во все королевства викингов с просьбой о помощи в их восстании против Брайана Борумы, Верховного короля Ирландии. Сигурд Могучий, ярл Оркнейский, получил командование всеми войсками норманнов, а Верховный король обратился за помощью к Альбаннах, во главе которых стоял Домналл мак Эймин мейк Каиннига, Мормер Мар. Ленстерский союз норманнов и гэлов был разбит, и оба военачальника, Сигурд и Маэль Морда, погибли. Брайан, его сын, внук и Мормер Домналл также были убиты. Союз Сигтригга был расторгнут, хотя он остался жив, и верховная власть над Ирландией вернулась к Уи Нейлл, вновь под предводительством Маэль Сехнайлла мак Домнайлла. Для викингов Дублина в зоне Ирландского моря наступил короткий период свободы, и политический вакуум ощущался во всей Западной морской зоне Североатлантического архипелага. Среди тех, кто стремился заполнить эту пустоту, выделялся Кнут, "чье лидерство в Скандинавии давало ему уникальное влияние на западные колонии, а контроль над их торговыми путями обеспечивал экономическое преимущество политическому господству". Монеты, чеканенные королем в Дублине, Силькбородом, с четырёхлистником Кнута, выпущенные примерно в 1017–25 годах, иногда заменяли надпись на монете именем Кнута и провозглашали его правителем либо "Дублина", либо "среди ирландцев" – это свидетельствует о влиянии Кнута. Дополнительным доказательством служит упоминание о Сихтрике, дуксе, в трех хартиях Кнута. В одном из своих стихотворений придворный поэт Кнута Сигватр Тордарсон рассказывает, что знаменитые князья приносили Кнуту свои головы и покупали мир. В этом стихотворении Олаф Харальдссон упоминается в прошедшем времени, поскольку он погиб в битве при Стиклестаде в 1030 году. Следовательно, после этого и консолидации Норвегии Кнут отправился в Шотландию с войском, а флот – в Ирландское море в 1031 году, чтобы принять без кровопролития подчинение трех шотландских королей: Маэлкольма, будущего короля Маэлбета и Йехмарка. Один из этих королей, Йехмарк, мог быть Эхмаркахом мак Рагнайллом, вождем Уи Имайр и правителем морского королевства в Ирландском море, в состав владений которого входила Галлоуэй. Тем не менее, похоже, что Малкольм мало подчинялся власти Кнута, и влияние на Шотландию ослабло к моменту смерти Кнута. Использование термина "ирландцы" здесь, вероятно, относится к королевствам Галл Гхаэдил, а не к гэльским королевствам. Это "напоминает о предполагаемой деятельности Свейна Вилобородого в Ирландском море и рассказе Адама Бременского о его пребывании у rex Scothorum (? короля ирландцев) [&] и также может быть связано с Йехмарком, который подчинился в 1031 году [&] и может иметь отношение к отношениям Кнута с ирландцами".

Отношения с церковью

Действия Кнута как завоевателя и его беспощадное обращение со свергнутой династией вызывали у него неловкость в отношениях с Церковью. Он был христианином еще до того, как стал королем – при крещении его назвали Ламбертом, хотя христианизация Скандинавии еще не была завершена. Его брак с Эммой Нормандской, несмотря на то, что он уже был женат на Эльфгифе Нортгемптонской, которую содержали на юге с поместьем в Эксетере, был еще одним противоречием церковному учению. Стремясь примириться со своими церковнослужителями, Кнут восстановил все английские церкви и монастыри, пострадавшие от викингов, и пополнил их казну. Он также строил новые церкви и был щедрым покровителем монастырских общин. Его родина, Дания, была восходящей христианской державой, и стремление укрепить религию оставалось сильным. Например, первой каменной церковью, построенной в Скандинавии, была церковь в Роскилле, около 1027 года, покровителем которой была сестра Кнута Эстрид. Трудно определить, проистекало ли отношение Кнута к Церкви из глубокой религиозной преданности или было лишь средством укрепления власти его режима над народом. В его панегирических стихах есть свидетельства уважения к языческой вере, которую его скальды охотно украшали скандинавской мифологией, в то время как другие вожди викингов настаивали на строгом соблюдении христианских догм, как святой Олаф. Однако он также проявлял стремление к признанию христианской нации в Европе. В 1018 году, по некоторым сведениям, он был в Кентербери по возвращении архиепископа Лифинга из Рима, чтобы получить от Папы наставления. Если эта хронология верна, то он, вероятно, отправился из Кентербери на Витен в Оксфорде, в присутствии архиепископа Йоркского Вульфстана, чтобы зафиксировать это событие. Его щедрые дары были широко распространены и часто обильны. Предоставлялись общественные земли, освобождение от налогов и реликвии. Церковь Христа, вероятно, получила права на важный порт Сандвич, а также освобождение от налогов, подтвержденное размещением их хартии на алтаре, и получила мощи святого Эльфхеа, что вызвало недовольство жителей Лондона. Еще одним местом, пользовавшимся благосклонностью короля, был Винчестер, уступавший Кентерберийской кафедре по богатству. В "Liber Vitae" Нового монастыря Кнут упоминается как благотворитель монастыря, и ему был вручен Винчестерский крест с 500 серебряными и 30 золотыми марками, а также реликвии различных святых. Старый монастырь получил святыню для мощей святого Бирина и, вероятно, подтверждение своих привилегий. Монастырь в Эвешеме, с аббатом Эльфвардом, предположительно родственником короля через Эльфгифу Леди (вероятно, Эльфгифу Нортгемптонскую, а не королеву Эмму, также известную как Эльфгифу), получил мощи святого Вигстана. Хотя некоторые англичане одобряли эту политику, которую его скальды называли "уничтожением сокровищ", бремя налогов ощущалось повсеместно. Его отношение к лондонской кафедре явно не было благосклонным. Монастыри в Или и Гластонбери, по-видимому, также не были в хороших отношениях. Другие дары были также сделаны его соседям. Среди них был дар Шартру, епископ которого писал: "Когда мы увидели дар, который ты нам послал, мы были поражены твоими знаниями и верой, ибо ты, о котором мы слышали как о языческом князе, теперь мы знаем, что ты не только христианин, но и щедрый даритель церквям и слугам Божьим". Известно, что он послал псалтирь и сакраментарий, изготовленные в Питерборо (знаменитом своими иллюстрациями), в Кельн, а также книгу, написанную золотом, среди других даров, Вильгельму Великому Аквитанскому. Эта золотая книга, по-видимому, предназначалась для поддержки аквитанских притязаний на святого Марциала, покровителя Аквитании, как на апостола. Важно отметить, что его получатель был страстным ремесленником, ученым и набожным христианином, а аббатство Святого Марциала было великой библиотекой и скрипторием, уступавшим только Клюнийскому. Вероятно, дары Кнута были гораздо обширнее, чем известно современным историкам. Путешествие Кнута в Рим в 1027 году – еще один признак его преданности христианской вере. Возможно, он отправился на коронацию Конрада II, чтобы улучшить отношения между двумя державами, но ранее он дал обет искать благосклонности святого Петра, хранителя ключей от небесного царства. Находясь в Риме, Кнут заключил соглашение с Папой о снижении платы, которую английские архиепископы должны были платить за получение паллия. Он также договорился о том, чтобы путешественники из его владений не подвергались несправедливым пошлинам и чтобы их безопасность обеспечивалась на пути в Рим и обратно. Есть некоторые свидетельства о втором путешествии в 1030 году.

Смерть и наследство

Кнут умер 12 ноября 1035 года в Шафтсбери, Дорсет. Его мать, королева Эмма, ранее проживавшая в Винчестере с частью домовой дружины своего сына, была вынуждена бежать в Брюгге во Фландрии под давлением сторонников другого сына Кнута, Свена, от Эльфгифы Нортгемптонской: Гарольд Харфут – регент в Англии в 1035–1037 годах (который впоследствии в 1037 году заявил права на английский трон и правил до своей смерти в 1040 году). Установление мира в Скандинавии позволило Хартакнуту в 1040 году самому претендовать на престол и восстановить положение своей матери. Он вновь объединил короны Дании и Англии до своей смерти в 1042 году. Дания погрузилась в период смуты и борьбы за власть между претендентом на престол Свеном Эстридссоном, сыном Ульфа, и норвежским королем, до смерти Магнуса в 1047 году. Если бы сыновья Кнута не умерли в течение десятилетия после его смерти, и если бы его единственная известная дочь Гунхильда, которая должна была выйти замуж за сына Конрада II Генриха III через восемь месяцев после его смерти, не умерла в Италии до того, как стать императрицей, правление Кнута вполне могло бы стать основой для полного политического союза между Англией и Скандинавией – империи, господствовавшей в Северном море и связанной родственными узами со Священной Римской империей.

Кости в Винчестере

Кнут был похоронен в Старом соборе, Винчестер.