Введение

Резолюция 242 (S/RES/242) была единогласно принята Советом Безопасности ООН 22 ноября 1967 года в результате Шестидневной войны. Она была принята в соответствии с главой VI Устава ООН. Резолюция была предложена британским послом лордом Карадоном и являлась одним из пяти проектов, находившихся на рассмотрении. В преамбуле отмечается "недопустимость приобретения территорий в результате войны и необходимость достижения справедливого и прочного мира на Ближнем Востоке, в котором каждое государство в регионе могло бы жить в безопасности". Оперативный параграф первый "подтверждает, что осуществление принципов Устава требует установления справедливого и прочного мира на Ближнем Востоке, который должен включать применение следующих двух принципов:

(i) Вывод израильских вооруженных сил с территорий, оккупированных в ходе последнего конфликта;
(ii) Прекращение всех заявлений о претензиях или состоянии войны и уважение и признание суверенитета, территориальной целостности и политической независимости каждого государства в регионе и их права жить в мире в пределах безопасных и признанных границ, свободных от угроз и актов силы". Египет, Иордания, Израиль и Ливан вступили в консультации со специальным представителем ООН по вопросам реализации резолюции 242. После осуждения резолюции в 1967 году Сирия "условно" приняла ее в марте 1972 года. Сирия официально приняла резолюцию 338 Совета Безопасности ООН о прекращении огня в конце войны Судного дня (в 1973 году), которая включала в себя резолюцию 242. 1 мая 1968 года израильский посол при ООН изложил позицию Израиля в Совете Безопасности: "Мое правительство заявило о своей поддержке резолюции Совета Безопасности, направленной на достижение соглашения об установлении справедливого и прочного мира. Я также уполномочен подтвердить, что мы готовы добиваться согласия с каждым арабским государством по всем вопросам, включенным в эту резолюцию". Резолюция 242 является одной из наиболее часто упоминаемых резолюций по арабо-израильскому конфликту и послужила основой для последующих переговоров между сторонами, которые привели к заключению мирных договоров между Израилем и Египтом (1979) и Иорданией (1994), а также к соглашениям с палестинцами в 1993 и 1995 годах.

Преамбула

Вторая ссылка в преамбуле гласит: "Подчеркивая недопустимость приобретения территории в результате войны и необходимость стремиться к справедливому и прочному миру, в котором каждое государство в регионе может жить в безопасности". Срижита Джа и Акшадха Мишра отметили, что "до 1945 года аннексия путем завоевания являлась допустимым способом приобретения территории". После Первой мировой войны статья 10 Устава Лиги Наций ограничила (но не отменила) концепцию права завоевания, то есть члены Лиги Наций не были обязаны сохранять "территориальную целостность и существующую политическую независимость" государства, ведущего агрессивную войну. После Второй мировой войны статья 2 Устава Организации Объединенных Наций требует от всех членов "воздерживаться в международных отношениях от угрозы силой или ее применения против территориальной целостности или политической независимости любого государства, либо каким-либо другим образом, несовместимым с целями Организации Объединенных Наций". Майкл Линк утверждает, что статья 2 Устава воплощает в себе преобладающий правовой принцип, согласно которому "права собственности, полученные в результате завоевания, невозможны". Он отмечает, что этот принцип был выражен в многочисленных международных конференциях, доктринах и договорах, начиная с конца XIX века. Линк приводит в качестве примеров Первую международную конференцию американских государств 1890 года, Доктрину Стимсона Соединенных Штатов 1932 года, резолюцию Лиги Наций 1932 года о японской агрессии в Китае, Декларацию Буэнос-Айреса 1936 года и Атлантическую хартию 1941 года. Сурья Шарма отмечает, что согласно Уставу ООН, война в целях самообороны не может привести к приобретению права собственности в результате завоевания. Он подчеркивает, что даже если война является законной по своему происхождению, она не может выходить за рамки допустимой самообороны.

Земля за мир

В резолюции также содержится призыв к реализации формулы "земли в обмен на мир", предусматривающей израильский вывод из "территорий", оккупированных в 1967 году, в обмен на мир с соседними государствами. Это был важный шаг на тот момент, учитывая, что до мирного договора между Египтом и Израилем в 1979 году мирных договоров между Израилем и каким-либо арабским государством не существовало. Формула "земля в обмен на мир" послужила основой для мирного договора между Египтом и Израилем, в рамках которого Израиль вывел свои войска с Синайского полуострова (а Египет отказался от своих претензий на сектор Газа в пользу Организации освобождения Палестины). Иордания отказалась от своих претензий на Западный берег реки Иордан в пользу Организации освобождения Палестины и подписала мирный договор с Израилем в 1994 году, установивший реку Иордан в качестве границы Иордании. На протяжении 1990-х годов велись израильско-сирийские переговоры о нормализации отношений и выводе израильских войск с Голанских высот. Однако мирный договор заключен не был, главным образом из-за стремления Сирии вернуть и сохранить 25 квадратных километров территории в долине реки Иордан, захваченной ею в 1948 году и оккупированной до 1967 года. Поскольку Организация Объединенных Наций признает только границы, существовавшие в 1948 году, сирийская позиция не находит широкой поддержки за пределами арабского мира и при разрешении вопроса о Голанских высотах. В резолюции ООН палестинцы не упоминаются специально. Соединенное Королевство признало объединение Западного берега реки Иордан с Трансиорданией. Лорд Карафон заявил, что стороны исходили из того, что вывод войск с оккупированных территорий, предусмотренный резолюцией, применим и к Восточному Иерусалиму. "Тем не менее, будущее Иерусалима настолько важно, что можно утверждать, что нам следовало специально рассмотреть этот вопрос в Резолюции 1967 года. Сейчас это легко сказать, но я уверен, что если бы мы попытались поднять или решить вопрос об Иерусалиме как об отдельной проблеме в то время, наша задача по достижению единогласного решения была бы значительно сложнее, если не невозможна". Государственный секретарь США Мадлен Олбрайт заявила Совету Безопасности ООН в 1994 году: "Мы не поддерживаем определение территорий, оккупированных Израилем в 1967 году, как "оккупированных палестинских территорий". По мнению моего правительства, такая формулировка может быть истолкована как признание суверенитета, вопрос, который, как Израиль, так и ООП согласились, должен быть решен в ходе переговоров об окончательном статусе территорий. Если бы эта формулировка появилась в оперативных пунктах резолюции, позвольте мне быть ясным: мы бы воспользовались своим правом вето. Фактически, сегодня мы голосуем против резолюции в Комиссии по положению женщин именно потому, что она подразумевает, что Иерусалим является "оккупированной палестинской территорией". Палестинцы были представлены Организацией освобождения Палестины в переговорах, приведших к соглашениям в Осло. Они предполагали "постоянное урегулирование на основе резолюции 242 Совета Безопасности". Основной посыл соглашений в Осло заключался в конечном создании палестинской автономии на части или всей территории, захваченной в ходе Шестидневной войны, в обмен на признание Израиля со стороны палестинцев. Однако министр иностранных дел Палестинской автономии Набиль Шаат заявил: "Будет ли государство провозглашено сейчас или после освобождения, его границы должны соответствовать границам на 4 июня 1967 года. Мы не примем государство без границ или с границами, основанными на резолюции 242 ООН, которую мы считаем больше не актуальной. Напротив, резолюция 242 стала использоваться Израилем как предлог для промедления". Совет Безопасности впоследствии принял резолюцию 1515 (2003), в которой напомнил о резолюции 242 и поддержал "дорожную карту" Ближневосточного квартета к достижению постоянного двухгосударственного решения израильско-палестинского конфликта. План "квартета" предусматривает прямые двусторонние переговоры в рамках всеобъемлющего урегулирования арабо-израильского конфликта на основе резолюций 242, 338, 1397, 1515, 1850 Совета Безопасности ООН и Мадридских принципов. "Квартет" неоднократно заявлял, что единственным жизнеспособным решением израильско-палестинского конфликта является соглашение, которое положит конец оккупации, начавшейся в 1967 году; решит все вопросы, касающиеся окончательного статуса, как это было определено сторонами ранее; и удовлетворит стремления обеих сторон к независимым государствам, создав два государства для двух народов – Израиль и независимое, сопредельное и жизнеспособное государство Палестина, сосуществующие в мире и безопасности. 14 апреля 2004 года президент США Джордж Буш заявил премьер-министру Израиля Ариэлю Шарону: "Соединенные Штаты подтверждают свою твердую приверженность безопасности Израиля, включая безопасные и обороняемые границы". Израильские официальные лица утверждают, что линия прекращения огня 1967 года не является обороняемой границей, поскольку в самой узкой точке Израиль будет иметь ширину всего девять миль, подвергаться обстрелам с возвышенностей Западного берега реки Иордан и не сможет предотвратить контрабанду из Иордании через долину реки Иордан. Таким образом, израильские официальные лица настаивают на корректировке границ окончательного статуса с учетом соображений безопасности. Резолюция 1860 (2009) напомнила о резолюции 242 и подчеркнула, что сектор Газа является неотъемлемой частью территории, оккупированной в 1967 году, и будет частью палестинского государства.

Процесс переговоров и составления проекта

В документе Исследовательской службы Конгресса (CRS) приводятся цитаты из заявлений президента Джонсона в речи от 10 сентября 1968 года и госсекретаря Роджерса в речи от 9 декабря 1969 года: «Соединенные Штаты заявили, что границы должны быть согласованы и взаимно признаны, «не должны отражать итог завоеваний», и что корректировки границ, существовавших до 1967 года, должны быть «незначительными». Президент Картер запросил доклад Государственного департамента «для определения, имелись ли основания для израильской позиции о том, что резолюция не охватывала все оккупированные территории». В докладе Государственного департамента было заключено: «В Совете Безопасности была широко распространена поддержка концепции полного вывода войск, и только благодаря интенсивным усилиям США была принята резолюция, в которой в пункте о выводе войск использовалась неопределенная формулировка. В процессе достижения этого результата Соединенные Штаты четко дали понять арабским государствам и ряду других членов Совета Безопасности, что США предполагают лишь незначительные изменения линий прекращения огня 1949 года. Израиль не протестовал против такого подхода. Рут Лапидот описывает точку зрения, принятую Израилем, согласно которой резолюция позволяла Израилю сохранить «некоторые территории». Она утверждает: «Положение об установлении «безопасных и признанных границ» не имело бы смысла, если бы существовала обязанность вывести войска со всех территорий». Госсекретарь США Генри Киссинджер вспоминал, как впервые услышал, как кто-то ссылается на «каноническую формулировку резолюции 242 Совета Безопасности ООН, бормоча о необходимости справедливого и прочного мира в рамках безопасных и признанных границ». Он сказал, что эта фраза была настолько банальной, что он подумал, что оратор подшучивает над ним. Киссинджер отметил, что в то время он не осознавал, как поток слов, используемых для оправдания различных требований, скорее скрывал, чем прояснял основные позиции. Киссинджер сказал, что эти «противоречивые взгляды» препятствовали реальным переговорам и объяснил: согласие Иордании на резолюцию 242 было получено в 1967 году при обещании нашего посла в ООН Артура Голдберга, что в соответствии с ее условиями мы будем добиваться возвращения Западного берега Иордана с незначительными корректировками границ и что мы готовы использовать наше влияние для обеспечения роли Иордании в Иерусалиме. Однако, разговаривая с Генри Киссинджером, президент Ричард Никсон сказал: «Мы оба знаем, что они не могут вернуться к прежним границам [1967 года]. Но мы не должны, с другой стороны, говорить, что поскольку израильтяне выиграли эту войну, как они выиграли войну 1967 года, мы просто продолжим статус-кво. Это невозможно». Киссинджер ответил: «Я полностью согласен». Более того, президент Джеральд Форд заявил: «США также поддерживают позицию, что справедливый и прочный мир, который остается нашей целью, должен быть приемлем для обеих сторон. США не выработали окончательную позицию по границам. Если это произойдет, то будет уделено большое внимание позиции Израиля о том, что любое мирное соглашение с Сирией должно основываться на сохранении Израилем контроля над Голанскими высотами». Кроме того, госсекретарь Джордж Шульц заявил: «Израиль никогда не будет вести переговоры, исходя из линий раздела или границ 1967 года, и не вернется к ним». В письме госсекретаря Кристофера Нетаньяху говорится: «Я хотел бы еще раз подтвердить нашу позицию, что Израиль имеет право на безопасные и обороняемые границы, которые должны быть напрямую согласованы с его соседями». Ключевым аргументом в пользу толкования «некоторые территории» является утверждение о том, что британские и американские чиновники, участвовавшие в разработке резолюции, намеренно опустили определенный артикль, чтобы сделать ее менее обременительной для израильтян. Как сказал Джордж Браун, министр иностранных дел Великобритании в 1967 году: «Израильтяне к тому времени фактически, если не формально, аннексировали большие новые территории арабской земли, и число арабских беженцев значительно возросло. Было ясно, что Израиль или, по крайней мере, многие его лидеры, действительно хотели навсегда колонизировать большую часть этой недавно аннексированной арабской территории, особенно долину Иордана, Иерусалим и другие чувствительные районы. Это привело меня к активной деятельности в Организации Объединенных Наций, которая привела к почти чуду – единогласному принятию знаменитой резолюции – резолюции 242 – Советом Безопасности. В ней провозглашается «недопустимость приобретения территорий в результате войны» и подтверждается необходимость «гарантирования территориальной неприкосновенности и политической независимости каждого государства в регионе». В ней призывается к «выводу израильских войск с территорий, оккупированных во время недавнего конфликта». В ней не призывается к выводу израильских войск с «этих» территорий, недавно оккупированных, и не используется слово «всех». Было бы невозможно принять резолюцию, если бы любое из этих слов было включено, но она определяет рамки, в которых должны проходить переговоры о мирном урегулировании. Каждая сторона должна быть готова к компромиссам: резолюция не пытается точно определить, на что именно, поскольку именно об этом должны вестись переговоры о мирном договоре». Лорд Карафон, главный автор резолюции, придерживается несколько иного взгляда. Его внимание, по-видимому, сосредоточено на том, что отсутствие определенного артикля призвано не допустить закрепления «неудовлетворительной» границы, существовавшей до 1967 года, а не позволить Израилю сохранить земли, захваченные силой. Взаимно согласованная корректировка границ допускается: «Зная неудовлетворительный характер линии 1967 года, я не был готов использовать формулировку в резолюции, которая сделала бы эту линию постоянной. Тем не менее, необходимо еще раз сказать, что основным принципом было «недопустимость приобретения территории в результате войны», и это означало, что не может быть оправдания аннексии территории на арабской стороне линии 1967 года только потому, что она была завоевана в войне 1967 года. Разумным способом определения постоянных «безопасных и признанных» границ было бы создание Пограничной комиссии и заслушивание обеих сторон, а затем вынесение беспристрастных рекомендаций по новой линии границы, разумеется, с учетом принципа «недопустимости». Артур Дж. Голдберг, еще один из разработчиков резолюции, утверждал, что резолюция 242 не определяет степень вывода войск и добавил, что этот вопрос должен быть предметом переговоров между сторонами: «Мистер Майкл Стюарт, государственный секретарь по иностранным делам Содружества, в ответе на вопрос в парламенте 9 декабря 1969 года: «Как я уже объяснял, в жизненно важной резолюции 242 Совета Безопасности Организации Объединенных Наций содержится ссылка как на вывод войск с территорий, так и на безопасные и признанные границы. Как я уже говорил в Палате представителей, мы считаем, что эти две вещи следует рассматривать одновременно, и что пропуск слова «все» перед словом «территории» является преднамеренным». Мистер Джозеф Дж. Сиско, помощник госсекретаря, 12 июля 1970 года (NBC «Meet the Press»): «Эта резолюция не говорила о «выводе на линии 5 июня». Резолюция гласила, что стороны должны вести переговоры для достижения соглашения по так называемым окончательным безопасным и признанным границам. Другими словами, вопрос об окончательных границах является предметом переговоров между сторонами». Мистер Сиско активно участвовал в разработке резолюции в качестве помощника госсекретаря по международным организационным вопросам в 1967 году. Президент Линдон Б. Джонсон: «Пятое, кризис подчеркивает важность уважения политической независимости и территориальной целостности всех государств региона. Мы подтвердили этот принцип в разгар этого кризиса. Мы подтверждаем его снова сегодня от имени всех. Этот принцип может быть эффективным на Ближнем Востоке только на основе мира между сторонами. Страны региона на протяжении 20 лет имели лишь хрупкие и нарушенные линии перемирия. Сейчас им нужны признанные границы и другие договоренности, которые дадут им…»

Позиция США

19 июня 1967 года президент Джонсон провозгласил пять принципов, включая «земли в обмен на мир», которые, по его мнению, составляли основу любого урегулирования ближневосточного кризиса Организацией Объединенных Наций. Он пообещал, что правительство США «приложит все усилия для достижения мира на всех форумах, на всех уровнях и в любое время». 12 июля 1967 года госсекретарь Раск объявил, что позиция США по ближневосточному кризису была изложена в заявлении президента от 19 июня и что это заявление служит основой для справедливого и равноправного урегулирования между арабскими государствами и Израилем. 16 августа 1967 года израильский МИД заявил, что Израиль согласен с принципами, изложенными президентом 19 июня, и подчеркнул, что любая резолюция будет неприемлема, если она будет отклоняться от этих принципов. 9 июня 1967 года министр иностранных дел Израиля Эбан заверил Артура Голдберга, посла США в ООН, что Израиль не стремится к территориальным приобретениям и не имеет «колониальных» амбиций. Госсекретарь Раск подчеркнул правительству Израиля, что мировое сообщество не примет никакого урегулирования с Иорданией, если оно не предоставит Иордании особый статус в Старом городе Иерусалима. США также предполагали, что Иордания получит большую часть Западного берега реки Иордан, поскольку эта территория рассматривалась как иорданская. 3 ноября 1967 года посол Голдберг, в сопровождении господина Сиско и господина Педерсена, встретился с королем Иордании Хусейном. Голдберг заявил, что США привержены принципам политической независимости и территориальной целостности и готовы подтвердить их как в двустороннем порядке, так и публично в резолюции Совета Безопасности. Голдберг сказал, что США верят в территориальную целостность, вывод войск и признание безопасных границ. Он отметил, что принцип территориальной целостности имеет два важных аспекта: вывод войск на признанные и безопасные границы для всех стран, не обязательно совпадающие со старыми линиями перемирия, и взаимность при корректировках. Уолт Ростоу сообщил президенту Джонсону, что госсекретарь Раск объяснил господину Эбану, что поддержка США безопасных и постоянных границ не означает поддержку США территориальных изменений. В протоколе встречи заместителя госсекретаря Юджина Ростова с израильским послом Хармоном зафиксировано, что Ростоу четко дал понять, что США считают необходимым переход от соглашений о перемирии к условиям мира, что потребует некоторой корректировки линий перемирия, как это предусмотрено в соглашениях о перемирии. Ростоу сказал Хармону, что он уже подчеркнул министру иностранных дел Эбану, что США ожидают, что основное направление урегулирования будет связано с обеспечением безопасности и демилитаризацией, а не с существенными изменениями линий перемирия. Хармон заявил, что израильская позиция заключается в том, что Иерусалим должен быть открытым городом с единой администрацией, но интересы Иордании в Иерусалиме могут быть учтены посредством договоренностей, включая вопрос о «суверенитете». Ростоу сказал, что правительство США предполагает (и Хармон подтвердил), что, несмотря на публичные заявления об обратном, позиция правительства Израиля по Иерусалиму соответствует той, которую неоднократно высказывали Эбан, Хармон и Эврон, а именно, что Иерусалим является предметом переговоров. Посол Голдберг проинформировал короля Хусейна об американских гарантиях в отношении территориальной целостности. Голдберг сказал, что США не рассматривают Иорданию как страну, состоящую только из Восточного берега, и что США готовы поддержать возвращение Западного берега Иордании с незначительными корректировками границ. США будут использовать свое влияние для получения компенсации Иордании за любую территорию, от которой ей придется отказаться. Наконец, хотя США в принципе не согласны с позицией Иордании по Иерусалиму и с позицией Израиля по Иерусалиму, США готовы использовать свое влияние для обеспечения роли Иордании в Иерусалиме. Госсекретарь Раск сообщил президенту Джонсону, что он подтвердил обещание Голдберга королю Хусейну относительно территориальной целостности. Во время последующей встречи президента Джонсона, короля Хусейна и госсекретаря Раска Хусейн сказал, что формулировка резолюции, призывающая к выводу войск с оккупированных территорий, может быть истолкована как требование к египтянам вывести войска из Газы, а к иорданцам – с Западного берега. Он отметил, что такая возможность прозвучала в выступлении премьер-министра Эшколя, в котором утверждалось, что как Газа, так и Западный берег являются «оккупированными территориями». Президент согласился и пообещал поговорить с послом Голдбергом о внесении слова «израильские» в эту статью. Посол Голдберг сообщил королю Хусейну, что, учитывая законные опасения и предложения арабских стран, США готовы добавить слово «израильские» перед словом «Вооруженные силы» в первом операционном абзаце. В исследовании Государственного департамента отмечается, что во время встречи 8 ноября с президентом Джонсоном, который был проинформирован госсекретарем Раском об американской интерпретации, иорданский монарх спросил, когда израильские войска будут выведены с большей части оккупированных территорий. Президент ответил: «Через шесть месяцев».

ООП

На следующий день после принятия Резолюции 242 Организация освобождения Палестины (ООП) отвергла ее как "фундаментально и серьезно несовместимую с арабским характером Палестины, сущностью палестинского вопроса и правом палестинского народа на свою родину", а также как "разочаровывающую надежды арабской нации и игнорирующую ее национальные устремления [и] игнорирующую существование палестинского народа и его право на самоопределение". Сменив Национальную хартию 1964 года, разработанную первым Палестинским национальным советом (ПНС), пересмотренная Национальная хартия была разработана четвертым ПНС в Каире в июле 1968 года. На 12-м ПНС в Каире 8 июня 1974 года ООП приняла Десятипунктную программу. Некоторые радикальные группировки отделились и сформировали Фронт отторжения. В тот же день ПНС рекомендовал исполнительному комитету ООП принять участие в Женевском процессе. Подтверждая свой отказ от резолюции ООН 242, ООП должна была действовать в рамках "структуры, отличной от структуры резолюции 242". Программа, являясь компромиссом со сторонниками отторжения, стала первым официальным документом ООП, в котором предполагалась возможность решения о двух государствах. Хотя Израиль вряд ли примет такие условия, документ предлагал компромисс. По мнению исследователя Шауля Мишаля, это был "реальный сдвиг в позиции ООП в отношении оккупированных территорий; недвусмысленная поддержка вооруженной борьбы с тех пор дополнялась готовностью рассмотреть политические средства". Несмотря на то, что Фронт отторжения был меньшинством, его создание позволило утверждать, что ООП не представляет всех палестинцев и, следовательно, не должна участвовать в Женеве. 22 ноября 1974 года резолюция 3236 Генеральной Ассамблеи Организации Объединенных Наций признала право палестинского народа на самоопределение, национальную независимость и суверенитет в Палестине. Она также признала ООП единственным законным представителем палестинского народа и предоставила ей статус наблюдателя в Организации Объединенных Наций. В 1975 году, в рамках соглашения "Синай II", Киссинджер пообещал Израилю, что Соединенные Штаты не будут взаимодействовать с ООП, пока она не признает право Израиля на существование и не примет резолюции 242 и 338 Совета Безопасности ООН. Кэмп-Дэвидские соглашения 1978 года предприняли попытку решить палестинскую проблему, но прямого палестинского представительства по-прежнему не было. Палестинская декларация независимости 1988 года содержала призыв ПНС к многосторонним переговорам на основе резолюции 242 Совета Безопасности ООН, позднее известной как "Исторический компромисс", подразумевающий принятие решения о двух государствах и отказ от оспаривания легитимности Государства Израиль. ПНС призывал только к выводу войск из арабского Иерусалима и "оккупированных арабских территорий". Вместе с последующими заявлениями Ясира Арафата в Женеве это было принято Соединенными Штатами в качестве основы для диалога. На Мадридской конференции 1991 года Израиль по-прежнему отказывался напрямую взаимодействовать с ООП, и палестинцы вошли в состав совместной делегации с Иорданией. Наконец, в Декларации принципов 1993 года и последующих израильско-палестинских соглашениях Израиль и ООП признали друг друга и согласовали мандат, опираясь на резолюции 242 и 338.

Реализация

23 ноября 1967 года Генеральный секретарь назначил Гуннара Ярринга специальным посланником для ведения переговоров с заинтересованными сторонами о выполнении резолюции, получившей название миссия Ярринга. Правительства Израиля, Египта, Иордании и Ливана признали назначение Ярринга и согласились участвовать в его посреднической деятельности, хотя и имели различные толкования ключевых положений резолюции. Правительство Сирии отклонило миссию Ярринга, считая, что предварительным условием для каких-либо переговоров является полный вывод израильских войск. Переговоры под эгидой Ярринга продолжались до 1973 года, но не дали результатов. После 1973 года миссия Ярринга была заменена двусторонними и многосторонними мирными конференциями.