Корейская аристократия Янбан: история и трансформация статуса

Введение

Корейская аристократическая каста Янбан (hangul=양반) составляла традиционный правящий класс или дворянство династической Кореи в эпоху династии Чосон. Янбан состояли преимущественно из высокообразованных государственных служащих и военных чиновников – землевладельцев и неземлевладельцев, каждый из которых являл собой корейский конфуцианский идеал "ученого-чиновника". Они в основном были правительственными администраторами и бюрократами, которые руководили традиционной аграрной бюрократией средневековой и ранней Новой Кореи до конца династии в 1897 году. В более широком смысле, семьей и потомками чиновников, а также сельскими семьями, заявлявшими о таком происхождении, признавались как янбан. В современном корейском языке термин "янбан" используется в шутливой (и часто саркастической) форме для уничижительного обозначения человека. Любопытно, что то же слово используется и для обозначения чего-то лучшего ("A는 B에 비하면 양반이다", что означает "A намного лучше, чем B").

Обзор

В отличие от дворянских титулов в европейской и японской аристократии, которые передавались по наследству, бюрократический статус янбан присваивался законом тем, кто успешно сдал государственные экзамены на гражданскую службу – гвагео (хангуль=과거). Эта система была основана на имперских экзаменах, впервые введенных во время династии Корё в Корее. После успешной сдачи этих экзаменов, проверяющих знания конфуцианской классики, истории и поэзии, янбан обычно назначался на государственную должность. Формально считалось, что семья янбан, не давшая государственного чиновника в течение трех поколений, могла лишиться своего статуса и перейти в разряд простолюдинов. Однако это правило никогда не применялось на практике, но служило стимулом для янбанов усерднее готовиться к экзаменам. Теоретически, любой, за исключением крепостных крестьян, бэкчжонов (корейских неприкасаемых) и детей наложниц, мог сдать государственные экзамены и стать янбаном. Однако на деле лишь представители высших слоев общества – то есть дети янбанов – обладали достаточными финансовыми средствами и возможностями для подготовки к экзаменам, требующим многолетней учебы. Эти препятствия и финансовые ограничения фактически исключали большинство не-янбанских семей и представителей низших классов из борьбы за статус янбан, подобно ученым чиновникам в Китае. Статус янбан на провинциальном уровне был фактически наследственным. В начале династии Чосон, если в знатной семье никто не занимал государственную должность в течение четырех поколений, семья лишалась этого статуса. Однако правительство, испытывавшее финансовые трудности из-за войн XVI века и бедствий, вызванных Малым ледниковым периодом, ввело инструмент под названием Конмёнчхоп – возможность покупки и продажи государственных должностей, что привело к краху существующей кастовой системы. В результате, родословная, а не официальный пост, стала способом подтверждения дворянского статуса, и статус янбан приобрел наследственный характер. Принято было включать всех потомков чиновников в хянган (хангуль=향안) – документ, содержащий имена и родословные местных семей янбан. Хянган велся на основе кровного родства, и членство в нем могло быть прекращено в случае брака с представителями низших сословий, таких как торговцы. Хотя хянган не имел юридической поддержки со стороны государства, семьи, внесенные в него, пользовались социальным уважением как янбаны. Их главы домохозяйств имели обычное право участвовать в хянгсо (хангул=향소) – местном совете, через который они могли влиять на местную политику и администрацию. Сохраняя и используя социополитическую власть посредством местных институтов, таких как хянган и хянгсо, янбаны автоматически передавали свой статус потомкам в местных родах, независимо от занятия центральных должностей. Эти провинциальные роды дворян часто назывались джайсисачок (хангуль=재지사족), что означает «местные роды». Хотя юридически янбан означал высокопоставленных чиновников, на практике это понятие включало почти всех потомков первых янбанов и постепенно теряло свою юридическую точность. На протяжении всей истории Чосона монархия и янбаны существовали за счет труда низших классов, особенно сангминов, чья зависимость от земли в качестве арендаторов обеспечивала высшим классам возможность вести беззаботную жизнь – жизнь «ученых» господ. Однако, начиная с XVI века, янбан все чаще стал обозначать местные богатые семьи, которые считались потомками бывших высокопоставленных чиновников. По мере того как все больше людей стремились стать янбанами и постепенно добивались этого в конце периода Чосон, покупая статус янбан, привилегии и величие, связанные с этим понятием, постепенно исчезали. Оно даже приобрело пренебрежительный оттенок.

Unlike noble titles in the European and Japanese aristocracies, which were conferred on a hereditary basis, the bureaucratic position of yangban was granted by law to yangban who meritoriously passed state sponsored civil service exams called gwageo (hangul=과거). This exam was modeled on the imperial examinations first started during the Goryeo dynasty of Korea. Upon passing these exams—which tested knowledge of the Confucian classics and history with poetry—several times, yangban was usually assigned to a government post. It was superficially decided that a yangban family that did not produce a government official for more than three generations could lose its status and become commoners. This superficial rule was never actually applied, but was a motivation rule for yangban to study harder. In theory, a member of any social class except indentured servants, baekjeongs (Korean untouchables), and children of concubines could take the government exams and become a yangban. In reality, only the upper classes—i. e., the children of yangban—possessed the financial resources and the wherewithal to pass the exams, for which years of studying were required. These barriers and financial constraints effectively excluded most non yangban families and the lower classes from competing for yangban status, just like scholar officials in China. Yangban status on a provincial level was de facto hereditary. In the early Joseon Dynasty, if no one from a noble family had held a government position for four generations, they were deprived of that position. However, the government, which was short of budget due to the wars of the 16th century and the disasters caused by the Little Ice Age, issued a tool called Gongmyeongcheop, a means of purchasing and selling government positions, and the existing caste system collapsed. As a result, genealogy, rather than official position, became a means of proving one's status as a nobleman, and the status of Yangban changed to a hereditary form. It was customary to include all descendants of the office holders in the hyangan (hangul=향안), a document that listed the names and lineages of local yangban families. The hyangan was maintained on blood basis, and one could be cut off from it if members of the family married social inferiors, such as tradesmen. Although the hyangan was not legally supported by government acts or statutes, the families listed in it were socially respected as yangban. Their householders had the customary right to participate in the hyangso (hangul=향소), a local council from which they could exercise influence on local politics and administration. By reserving and demanding socio political power through local instruments such as hyangan and hyangso, yangban automatically passed down their status to posterity in local magnate families, with or without holding central offices. These provincial families of gentility were often termed jaejisajok (hangul=재지사족), which means "the country families". while legally, yangban meant high ranking officials, in reality it included almost all descendants of the former and increasingly lost its legal exactitude. Throughout Joseon history, the monarchy and the yangban existed on the slave labor of the lower classes, particularly the sangmin, whose bondage to the land as indentured servants enabled the upper classes to enjoy a perpetual life of leisure—i. e., the life of "scholarly" gentlemen. However, from the sixteenth century onward yangban increasingly came to denote local wealthy families who were mostly believed to be the descendants of once high ranking officials. As more of the population aspired to become yangban and gradually succeeded in doing so in the late Joseon period by purchasing the yangban status, the privileges and splendor the term had inspired slowly vanished. It even gained a diminutive connotation.

История

Янбан были эквивалентом аристократии династии Чосон бывшим дворянам Корё, получившим образование в буддийских и конфуцианских науках. С приходом к власти генералов Ли в династии Чосон прежние распри и группировки были подавлены посредством решительной попытки внедрить административную организацию по всей Корее и создать новый класс аграрных чиновников. В состав янбан входили представители этого нового чиновничьего класса и бывшей знати Корё. Хотя формально доступные для всех, "государственные экзамены" (과거) соответствовали образу жизни и привычкам янбан, что создало полунаследственную меритократию, поскольку семьи янбан подавляющим большинством обладали необходимым образованием, временем для непрерывной учебы и значительными финансовыми ресурсами для успешной сдачи этих экзаменов. Янбан, подобно мандаринам, доминировали при королевском дворе и в армии досовременной Кореи и часто были освобождены от законов, включая налоговое законодательство. Они занимались различными отраслями, такими как книгопечатание, текстильная промышленность, производство резины, одежды и пива. Накопив богатство, они расширили свою деятельность в сектора, требующие технологической экспертизы, включая машиностроение, химическую промышленность, автомобилестроение и судостроение. Эти люди в меньшей степени пострадали от японской политики, такой как земельные кадастры и политика южной экспансии, и иногда даже извлекали из них выгоду, что позволяло им накапливать больше богатства, чем другие социальные слои. Однако к ним не относились так же, как к японской аристократии во время японского правления. Существовали ограничения, поскольку как социальные классы, так и предприятия оставались зависимыми от Японии, а прибыль возвращалась к японской элите. В отличие от распространенных представлений в корейской науке миньджун, после Корейской войны 25 июня влияние класса янбан и дискриминация в отношении простого народа сохранялись. В современной Корее янбан как социальный класс с юридическим статусом и земельными владениями больше не существует ни на севере, ни на юге. Тем не менее, тех, кто имеет хорошие связи в корейском обществе, иногда называют имеющими "янбанские" связи. Хотя эти утверждения могут иметь под собой основания, подобные ссылки обычно не подразумевают реального происхождения или родословной янбан. Сегодня янбан были заменены корейским правящим классом, то есть элитой бизнесменов и государственных деятелей, которые доминируют в стране благодаря своему богатству, власти и влиянию, осуществляемому через их семейные и социальные сети. (Это относится как к Северной, так и к Южной Корее, хотя элита Севера в основном состоит из военных.) Это слово также используется, по крайней мере, в Южной Корее, как распространенное обращение (иногда с явно негативным оттенком, отражающим негативное впечатление, которое классовая система и ее злоупотребления оставили на корейцах в целом) к пожилому, иногда ворчливому или упрямому мужчине. С течением многих лет влияние янбан ослабло по сравнению с предыдущими эпохами; однако, подобно дворянству в других регионах, они по-прежнему сохраняют значительное влияние благодаря остаткам своего превосходства и следам привилегий, возвышаясь над простым народом. В результате наследие выдающихся деятелей, таких как президенты Ли Сын Ман, Пак Чон Хи и Чон Ду Хван, а также крупных конгломератов, таких как Samsung, LG и DL, легко прослеживается. Это свидетельствует о роли класса янбан в формировании президентов и крупных корпораций, оставивших неизгладимый след в общественном ландшафте.

Yangban were the Joseon Dynasty equivalent of the former Goryeo nobles who had been educated in Buddhist and Confucian studies. With the succession of the Yi generals in the Joseon dynasty, prior feuds and factions were quelled through a decisive attempt to instill administrative organization throughout Korea and create a new class of agrarian bureaucrats. The individual yangban included members of this new class of bureaucrats and former Goryeo nobility. While ostensibly open to all, the "civil service exams" (과거) catered to the lifestyle and habits of the yangban, which created a semi hereditary meritocracy, as yangban families overwhelmingly possessed the minimum education, uninterrupted study time and immense financial resources to pass such exams. The yangban, like the Mandarins before them, dominated the Royal Court and military of pre Modern Korea and often were exempt from laws including those relating to taxes. They ventured into various industries such as printing, textiles, rubber, clothing, and brewing. Accumulating wealth, they expanded their ventures into sectors requiring technological expertise, including machinery, chemicals, automobiles, and shipbuilding. These individuals were less affected by Japanese policies such as land surveys and the Southern Expansion Policy, and sometimes even benefited from them, allowing them to accumulate wealth more than other social strata. However, they did not receive the same treatment as the Japanese aristocracy under Japanese rule. There were limitations as both social classes and businesses remained dependent on Japan, and the profits flowed back to the Japanese upper class. Unlike popular narratives in Korean minjung scholarship, after the Korean War on June 25th, the influence of the Yangban class and discrimination against the common people persisted. In modern day Korea, the yangban as a social class with legal status and landed wealth no longer exists either in the north or the south. Nevertheless, those who are well connected in Korean society are sometimes said to have "yangban" connections. Though these claims may have some merit, such references are not usually intended to suggest any real yangban lineage or ancestry. Today, the yangban have been replaced by the Korean ruling class, i. e., an elite class of business and government elites, who dominate the country through their wealth, power and influence channeled through their familial and social networks. (This applies to North and South Korea, though the North's elite class is largely military based.) The word is also used, at least in South Korea, as a common reference (sometimes with distinctly negative connotations, reflecting the negative impression the class system and its abuses left on Koreans as a whole) to an older, sometimes cantankerous/stubborn man. Over the course of many years, Yangban has waned compared to previous eras; however, akin to nobles in other regions, they still maintain a formidable presence thanks to the remnants of their superiority and vestiges of privilege, standing significantly above the common populace. As a result, the legacies of prominent figures such as Presidents Syngman Rhee, Park Chung hee, and Chun Doo hwan, along with major conglomerates like Samsung, LG, and DL, are easily discernible. This is a testament to how the Yangban class has played a role in producing presidents and major corporations, leaving a lasting impact on the societal landscape.

"Я не могу быть здесь, чтобы быть здесь".

Зрелая красноватая хурма, помещенная посреди стола, выглядит соблазнительно аппетитной. Хотя это и не мандарин и не цитрон, она достойна того, чтобы взять её домой с собой. Однако, поскольку некому будет обрадоваться, даже если её принести домой, об этом становится грустно.