Поль Пеллио: французский синолог и исследователь Центральной Азии

Введение

Французский синолог и востоковед (1878–1945)

Поль Эжен Пелио (28 мая 1878 – 26 октября 1945) – французский синолог и востоковед, наиболее известный своими экспедициями в Центральную Азию и получением в своё распоряжение множества важных китайских текстов, таких как рукописи из Дуньхуаня.

Ранние годы и карьера

Пол Пеллио родился 28 мая 1878 года в Париже, Франция, и изначально планировал сделать карьеру иностранного дипломата. В соответствии с этим, он изучал английский язык в средней школе в Сорбонне, а затем мандаринский китайский в École des Langues Orientales Vivantes (Школа живых восточных языков). Пеллио был способным учеником и завершил трехлетний курс мандаринского языка всего за два года. Его быстрый прогресс и успехи привлекли внимание синолога Эдуарда Шаваннеса, заведующего кафедрой китайского языка в Коллеж де Франс, который подружился с Пеллио и стал его наставником. Шаваннес также познакомил Пеллио с заведующим кафедрой санскрита в Коллеже – Сильвеном Леви. Пеллио начал заниматься под руководством этих двух ученых, которые поощряли его выбрать научную карьеру вместо дипломатической. В начале 1900 года Пеллио переехал в Ханой, чтобы занять должность научного сотрудника в École Française d'Extrême Orient (EFEO, «Французская школа Дальнего Востока»). В феврале того же года Пеллио был отправлен в Пекин (современный Пекин) для поиска и покупки китайских книг для библиотеки школы. В июле-августе 1900 года Пеллио оказался втянутым в осаду иностранных легаций во время Боксерского восстания. Однажды, во время перемирия, Пеллио совершил дерзкий одиночный вылазку к штабу повстанцев, где своей смелостью и свободным владением мандаринским языком сумел произвести впечатление на осаждающих и добиться от них свежих фруктов для тех, кто находился внутри легации. За свое поведение во время осады, а также за захват вражеского флага в бою, он был награжден орденом Почётного легиона по возвращении в Ханой. В 1901 году, когда ему было всего 23 года, Пеллио был назначен профессором китайского языка в EFEO. Пеллио оставался в Ханое до 1904 года, когда вернулся во Францию для подготовки к представлению EFEO на Международной конференции востоковедов 1905 года в Алжире. Находясь во Франции, Пеллио был выбран для руководства археологической миссией, спонсируемой правительством, в Китайский Туркестан (современный Синьцзян). Группа отправилась в июне 1906 года и провела несколько лет в экспедиции (см. ниже). К тому времени, когда экспедиция достигла Дунхуана, Пеллио выучил монгольский, арабский, персидский, тюркские языки, тибетский и санскрит, среди прочих, что оказалось бесценным при изучении многочисленных некитайских предметов среди рукописей Дунхуана в пещерах Могао.

Paul Pelliot was born on 28 May 1878 in Paris, France, and initially intended to pursue a career as a foreign diplomat. Accordingly, he studied English as a secondary school student at La Sorbonne, then studied Mandarin Chinese at the École des Langues Orientales Vivantes (School of Living Oriental Languages). Pelliot was a gifted student, and completed the school's three year Mandarin course in only two years. His rapid progress and accomplishments attracted the attention of the Sinologist Édouard Chavannes, the chair of Chinese at the Collège de France, who befriended Pelliot and began mentoring him. Chavannes also introduced Pelliot to the Collège's Sanskrit chair, Sylvain Lévi. Pelliot began studying under the two men, who encouraged him to pursue a scholarly career instead of a diplomatic one. In early 1900, Pelliot moved to Hanoi to take up a position as a research scholar at the École Française d'Extrême Orient (EFEO, "French School of the Far East"). In February of that year, Pelliot was sent to Peking (modern Beijing) to locate and buy Chinese books for the school's library. Between July and August 1900, Pelliot was caught up in the siege of the foreign legations during the Boxer Rebellion. At one point, during a ceasefire, Pelliot made a daring one man foray to the rebels' headquarters, where he used his boldness and fluency in Mandarin to impress the besiegers into giving him fresh fruit for those inside the legation. For his conduct during the siege, as well as for capturing an enemy flag during the fighting, he was awarded the Légion d'Honneur upon his return to Hanoi. In 1901, when only 23 years old, Pelliot was made a professor of Chinese at the EFEO. Pelliot stayed in Hanoi until 1904, when he returned to France in preparation for representing the EFEO at the 1905 International Conference of Orientalists in Algiers. While in France, Pelliot was chosen to direct a government sponsored archaeological mission to Chinese Turkestan (modern Xinjiang). The group departed in June 1906 and spent several years in the field (see below). By the time the expedition reached Dunhuang, Pelliot had learned Mongolian, Arabic, Persian, the Turkic languages, Tibetan, and Sanskrit, among others, which proved invaluable while examining the many non Chinese items among the Dunhuang manuscripts inside the Mogao caves.

Экспедиция в Центральную Азию

Экспедиция Пелио покинула Париж 17 июня 1906 года. В его команду входили три человека: доктор Луи Вайлянт, армейский медицинский офицер, и Шарль Нуэтт, фотограф. На борту поезда в Самарканде французы встретили барона Густава Маннергейма, полковника Российской Императорской Армии и последнего царского агента в Большой Игре. Пелио согласился разрешить армейскому офицеру, замаскированному под этнографического коллекционера, путешествовать вместе с его экспедицией. Маннергейм на самом деле выполнял секретную миссию для царя Николая II, чтобы собрать сведения о реформах и модернизации династии Цин. Царь рассматривал возможность вторжения России в Западный Китай. Пелио полностью поддержал участие Маннергейма и даже предложил себя в качестве информатора российскому Генеральному штабу. Взамен француз потребовал бесплатного проезда по Транскаспийской железной дороге, личной и конфиденциальной выплаты в размере десяти тысяч франков и казачьего сопровождения. Эти требования были удовлетворены, а оплата даже удвоилась. Экспедиция отправилась в Китайский Туркестан по железной дороге через Москву и Ташкент в Андижан, откуда они пересели на лошадей и телеги до Оша. Оттуда они пересекли горы Алай на юге Кыргызстана через перевалы Талдык и Иркештам в Китай. Недалеко от города Гулча экспедиция встретила Курманджан Датку, знаменитую мусульманскую королеву Алай, и сфотографировалась с ней. Маннергейм и Пелио не сошлись характерами и расстались через два дня после выхода из Иркештамского перевала. Французская команда прибыла в Кашгар в конце августа, остановившись у российского генерального консула (преемника Николая Петровского). Пелио поразил местных китайских чиновников своим свободным владением китайским языком (одним из тринадцати языков, на которых он говорил). Его усилия вскоре окупились, когда его команда начала получать припасы (например, юрту), которые ранее считались недоступными. Его первой остановкой после Кашгара был Тумчук. Оттуда он отправился в Кучу, где обнаружил документы на исчезающем кучеанском языке. Эти документы позже были переведены Сильвеном Леви, бывшим учителем Пелио. После Кучи Пелио отправился в Урумчи, где встретил герцога Лана, чей брат был одним из лидеров Боксерского восстания. Герцог Лан, занимавший должность заместителя начальника пекинской жандармерии и участвовавший в осаде, находился в постоянной ссылке в Урумчи. В Урумчи Пелио узнал от герцога Лана о находке рукописей в оазисе Дунхуан на Шелковом пути. Их воссоединение было одновременно радостным и печальным. Пелио находился во французской легации в Пекине, когда герцог Лан и его солдаты осаждали иностранцев во время Боксерского восстания. Они вспоминали старые времена и пили шампанское. Герцог Лан также подарил Пелио образец рукописи из Дунхуана. Осознавая её древность и археологическую ценность, Пелио немедленно отправился в Дунхуан, но прибыл туда спустя несколько месяцев после того, как этот район посетил венгерский британский исследователь Аурель Штайн. В Дунхуане Пелио удалось получить доступ к тайной комнате аббата Ван, где хранилось огромное количество средневековых рукописей. Штайн впервые увидел рукописи в 1907 году и приобрел значительное их количество. Однако Штайн не владел китайским языком и не мог выборочно приобретать и вывозить документы в Великобританию. Пелио, напротив, в совершенстве владел классическим китайским и многими другими центральноазиатскими языками и в апреле 1908 года три недели с невероятной скоростью изучал рукописи. Пелио выбрал наиболее ценные рукописи, и Ван, заинтересованный в продолжении ремонта своего монастыря, согласился продать их Пелио за 500 таэлей (примерно эквивалент 11 000 долларов США в 2014 году).

Pelliot's expedition left Paris on 17 June 1906. His three man team included Dr. Louis Vaillant, an Army medical officer, and Charles Nouette, a photographer. Aboard the train in Samarkand, the Frenchmen met Baron Gustaf Mannerheim, a colonel in the Russian Imperial Army and the last Tsarist agent in the Great Game. Pelliot had agreed to allow the army officer, disguised as an ethnographic collector, to travel with his expedition. Mannerheim was actually carrying out a secret mission for Tsar Nicholas II to collect intelligence on the reform and modernization of the Qing Dynasty. The Tsar was assessing the possibility of a Russian invasion of Western China. Pelliot fully endorsed Mannerheim's participation, and even offered himself as an informant to the Russian General Staff. In return, the Frenchman demanded free passage on the Trans Caspian Railway, a personal and confidential payment of ten thousand francs and a Cossack escort. These were granted, and the payment even doubled. The expedition traveled to Chinese Turkestan by rail through Moscow and Tashkent to Andijan, where they mounted horses and carts to Osh. From here, they travelled across the Alai Mountains of southern Kyrgyzstan over the Taldyk Pass and Irkeshtam Pass to China. Near the town of Gulcha, the expedition met Kurmanjan Datka, the famed Muslim Queen of Alai and posed for a photograph with her. Mannerheim and Pelliot did not get along, and parted ways two days after leaving Irkeshtam Pass. The French team arrived in Kashgar at the end of August, staying with the Russian consul general (the successor to Nikolai Petrovsky). Pelliot amazed the local Chinese officials with his fluent Chinese (only one of the 13 languages he spoke). His efforts were to pay off shortly, when his team began obtaining supplies (like a yurt) previously considered unobtainable. His first stop after leaving Kashgar was Tumxuk. From there, he proceeded to Kucha, where he found documents in the lost language of Kuchean. These documents were later translated by Sylvain Lévi, Pelliot's former teacher. After Kucha, Pelliot went to Ürümqi, where they encountered Duke Lan, whose brother had been a leader of the Boxer Rebellion. Duke Lan, who was the deputy chief of the Peking gendarmerie and participated in the siege, was in permanent exile in Ürümqi. In Ürümqi, Pelliot heard about a find of manuscripts at the Silk Road oasis of Dunhuang from Duke Lan. The two had a bittersweet reunion. Pelliot had been in the French legation in Peking while Duke Lan and his soldiers were besieging the foreigners during the Boxer Rebellion. They reminisced about old times and drank champagne. Duke Lan also presented Pelliot with a sample Dunhuang manuscript. Recognizing its antiquity and archaeological value, Pelliot quickly set off for Dunhuang, but arrived there months after the Hungarian British explorer Aurel Stein had already visited the site. At Dunhuang, Pelliot managed to gain access to Abbot Wang's secret chamber, which contained a massive hoard of medieval manuscripts. Stein had first seen the manuscripts in 1907 and had purchased a large number of them. However, Stein had no knowledge of the Chinese language, and had no way to be selective in which documents he purchased and took back to Britain. Pelliot, on the other hand, had an extensive command of Classical Chinese and numerous other Central Asian languages, and spent three weeks during April 1908 examining manuscripts at breakneck speed. Pelliot selected what he felt were the most valuable of the manuscripts, and Wang, who was interested in continuing the refurbishment of his monastery, agreed to sell them to Pelliot for a price of 500 taels (roughly equivalent to US$11,000 in 2014).

Возвращение и последующие годы

Пельйо вернулся в Париж 24 октября 1909 года и столкнулся с ожесточенной кампанией клеветы, направленной против него и Эдуарда Шаваннеса. Находясь в Дунхуане, Пельйо написал подробный отчет о некоторых из наиболее ценных обнаруженных им документов и отправил его в Европу, где он был опубликован по прибытии. В своем отчете Пельйо включил обширные биографические и текстовые данные, а также точные даты, взятые из множества рукописей, которые он просматривал всего по несколько минут, а затем воспроизводил детали по памяти при написании отчета. Этот интеллектуальный подвиг был настолько поразителен, что многие, не знакомые с Пельйо и его феноменальной памятью, полагали, что он сфабриковал все рукописи и написал отчет, используя библиотеку справочных материалов. Пельйо публично обвиняли в растрате государственных средств и возвращении с поддельными рукописями. Кульминацией кампании стала статья Фернана Фардженеля (ум. 1918) из Collège libre des sciences sociales, опубликованная в декабре 1910 года в журнале La Revue Indigène. На банкете 3 июля 1911 года Пельйо ударил Фардженеля, после чего последовал судебный процесс. Обвинения не были опровергнуты до публикации в 1912 году книги венгерского британского исследователя Ауреля Стейна «Руины пустынного Катая». В своей книге Стейн подтвердил сведения Пельйо и дал понять, что оставил рукописи в Дунхуане после своего визита, что оправдало Пельйо и заставило замолчать его критиков. В 1911 году, в знак признания широты и уникальности научных заслуг Пельйо, Коллеж де Франс назначил его профессором и учредил специальную кафедру: кафедру языков, истории и археологии Центральной Азии. После смерти Пельйо эта кафедра оставалась незанятой, и он стал единственным человеком, когда-либо занимавшим ее. В 1920 году Пельйо присоединился к Анри Кордье в качестве соредактора престижного синологического журнала T'oung Pao, оставаясь на этой должности до 1942 года. После смерти Кордье в 1924 году Пельйо единолично редактировал T'oung Pao до 1932 года, когда к нему присоединился голландский синолог Й.Й.Л. Дюйвендак. Во время Первой мировой войны Пельйо служил французским военным атташе в Пекине. Он умер от рака в 1945 году. После его смерти говорили: «Без него синология останется сиротой». В парижском музее Гиме есть галерея, названная в его честь.

Pelliot returned to Paris on 24 October 1909 to a vicious smear campaign mounted against himself and Édouard Chavannes. While at Dunhuang, Pelliot had written a detailed account of some of the most valuable documents he had found and mailed it back to Europe, where it was published upon its arrival. In the report, Pelliot included extensive biographical and textual data and precise dates from many of the manuscripts, which he had examined for only a few minutes each and then later recalled their details from memory while writing his report. That intellectual feat was so astonishing that many who were unfamiliar with Pelliot and his prodigious memory believed he had faked all the manuscripts and written his report from a library full of reference books. Pelliot was publicly accused of wasting public money and returning with forged manuscripts. The campaign came to a head with a December 1910 article in La Revue Indigène by Fernand Farjenel (d. 1918) of the Collège libre des sciences sociales. At a banquet on 3 July 1911, Pelliot struck Farjenel, and a court case followed. The charges were not proven false until the Hungarian British explorer Aurel Stein's book, Ruins of Desert Cathay, appeared in 1912. In his book, Stein supported Pelliot's accounts and made it clear that he had left manuscripts behind in Dunhuang after his visit, which vindicated Pelliot and silenced his critics. In 1911, as recognition of Pelliot's broad and unique scholarship, the Collège de France made him a professor and created a special chair for him: the Chair of the Languages, History, and Archaeology of Central Asia. The chair was never filled after Pelliot's death, leaving him the only person to have ever held it. In 1920, Pelliot joined Henri Cordier as co editor of the preeminent sinological journal T'oung Pao, serving until 1942. After Cordier's death in 1924, Pelliot edited T'oung Pao alone until he was joined by Dutch sinologist J. J. L. Duyvendak in 1932. Pelliot served as French military attaché in Peking during World War I. He died of cancer in 1945. Upon his death, it was said "Without him, sinology is left like an orphan". The Guimet Museum in Paris has a gallery named after him.