Всё так, Дживс (Vsyo tak, Dzhivs)

Введение

Роман 1934 года П. Г. Вудхауса "Правый Хо, Дживс" – роман П. Г. Вудхауса, второй полнометражный роман, в котором фигурируют популярные персонажи Дживс и Берти Вустер, после "Спасибо, Дживс". Впервые он был опубликован в Великобритании 5 октября 1934 года издательством Herbert Jenkins в Лондоне, а в Соединенных Штатах 15 октября 1934 года издательством Little, Brown and Company в Бостоне под названием "Brinkley Manor". Права на публикацию были также проданы журналу Saturday Evening Post, где роман выходил в серийном виде с 23 декабря 1933 года по 27 января 1934 года, а в Англии – в журнале Grand Magazine с апреля по сентябрь 1934 года. Вудхаус начал планировать это продолжение еще во время работы над "Спасибо, Дживс". Основное действие романа разворачивается в поместье Бринкли-Корт, принадлежащем тете Берти Далии, и в нем появляются вновь и вновь встречающиеся персонажи Гасси Финк-Ноттл и Мадлен Бассетт. В романе также фигурируют друг Берти Тэппи Глоссоп и его кузина Анжела Трэверс, а также знаменитый шеф-повар Бринкли-Корт Анатоль.

Сюжет

Берти возвращается в Лондон после нескольких недель в Каннах, проведенных в компании своей тети Далии Трэверс, ее дочери Анжелы и ее восторженной, инфантильной подруги Мэделин Бассет. В отсутствие Берти, Дживс консультировал старого школьного друга Берти, Гасси Финка Нотла, робкого человека, не употребляющего алкоголь, с увлечением тритонами и лицом, как у рыбы, который влюблен в Мэделин, но слишком застенчив, чтобы сделать предложение. Дживс посоветовал Гасси посетить маскарад (по приглашению Мэделин), переодевшись Мефистофелем, полагая, что это придаст Гасси уверенности, чтобы признаться в своих чувствах. Этот план провалился из-за чрезмерной неуклюжести Гасси. Из-за острого разногласия по поводу нового смокинга Берти, Берти резко обвинил Дживса в провале Гасси и велел ему больше не давать ему советов. Гасси, хотя поначалу был расстроен тем, что Дживс больше не консультирует его, воспрянул духом, когда Берти сообщил ему, что поместье Бринкли-Корт, где проживает Мэделин, также является загородной резиденцией тети Берти Далии и дяди Тома, и что он (Берти) может легко получить для него (Гасси) приглашение присоединиться к ним. Оказалось, что тетя Далия потребовала, чтобы Берти приехал в Бринкли-Корт, чтобы произнести речь и вручить школьные призы ученикам местной гимназии. Решив избежать этой задачи и помочь Гасси добиться расположения Мэделин, Берти отправил Гасси в Бринкли-Корт вместо себя, где он получит возможность сблизиться с Мэделин и одновременно будет вынужден вручать школьные призы. Тетя Далия неохотно согласилась на это. Когда Берти узнал, что Анжела разорвала помолвку с Таппи Глоссопом, он почувствовал себя обязанным самому поехать в Бринкли-Корт, чтобы утешить тетю Далию. Помимо беспокойства о разорванной помолвке Анжелы, тетя Далия была встревожена тем, что проиграла 500 фунтов стерлингов в азартных играх в Каннах и теперь ей нужно попросить своего скупого мужа Тома возместить эту сумму, чтобы продолжить финансировать свой журнал, "Будуар Миледи". Берти возмутился, когда тетя Далия сказала, что единственная причина, по которой она благодарна Берти, заключается в том, что он привез Дживса. Когда Берти попытался дать ей совет, она категорически отказалась его выслушивать. Берти встретил Таппи на территории поместья, который рассказал ему, что они поссорились с Анжелой из-за того, что она сказала, что он поправляется, а Таппи не поверил ее рассказу о нападении акулы в Каннах. Берти посоветовал Таппи вернуть расположение Анжелы, отказавшись от ужина. Он дал аналогичный совет Гасси, чтобы тот проявил свою любовь к Мэделин, и тете Далии, чтобы вызвать сочувствие дяди Тома. Все последовали его советам; однако ни Анжела, ни Мэделин, ни Том не обратили на это внимания, и в результате возврат тарелок с нетронутой едой сильно рассердил темпераментного французского шеф-повара Анатоля, который подал заявление об уходе. Тетя Далия, естественно, обвинила Берти в этой катастрофе. Гасси все еще не мог признаться в любви к Мэделин, поэтому Берти пригласил ее на прогулку, чтобы подготовить почву для него. К сожалению, она неправильно истолковала его слова как предложение руки и сердца от его имени. К его облегчению, она сказала Берти, что не может выйти за него замуж, так как влюбилась в Гасси. Берти передал эту хорошую новость Гасси, но даже с этой поддержкой Гасси оставался слишком застенчивым, чтобы сделать предложение. Берти решил приободрить его, добавив бренди в апельсиновый сок. Гасси выпил в несколько раз больше бренди, чем планировал Берти. Под его влиянием Гасси успешно сделал предложение Мэделин. Затем он вручил призы школьникам, произнеся пьяную речь, ругая сотрудников и учеников. Мэделин, возмущенная, разорвала помолвку. Разбитый сердцем и все еще пьяный, Гасси сделал предложение Анжеле, чтобы насолить Мэделин; Анжела приняла его предложение, чтобы насолить Таппи. Ревность Таппи вспыхнула, и он бросился за Гасси по всему особняку, клянясь избить его до полусмерти. Мэделин сказала Берти, что выйдет за него вместо Гасси. Перспектива провести всю жизнь с бестолковой Мэделин ужасала Берти, но его личный кодекс чести не позволял ему оскорбить ее, отказавшись от своего "предложения" и отвергнув ее. Беспомощный перед лицом всего этого хаоса, Берти обратился к Дживсу за советом. Дживс предложил Берти позвонить в пожарную сигнализацию в полночь, чтобы Гасси и Таппи соответственно спасли Мэделин и Анжелу. Хотя Берти и сомневался, он последовал этому совету. Однако, когда все жители эвакуировали здание, ни одна из рассорившихся пар не примирилась. Когда они попытались вернуться в свои комнаты, они обнаружили, что все двери заперты; ни у кого не было ключей, и весь обслуживающий персонал отсутствовал на танцах. Естественно, Берти обвинили в том, что заставили группу провести остаток ночи на улице. Дживс предложил Берти проехать на велосипеде на танцы, чтобы забрать ключ у дворецкого. Берти сначала отказался, но был вынужден тетей Далией. Берти проехал девять миль до танцев, только чтобы узнать от дворецкого, что он оставил ключи у Дживса. В ярости от того, что совершил долгую и опасную поездку в темноте, Берти вернулся в Бринкли-Корт и обнаружил, что Мэделин и Гасси помирились, Анжела и Таппи тоже помирились, Анатоль отозвал заявление об уходе и согласился остаться, а дядя Том согласился одолжить тете Далии 500 фунтов стерлингов, которые ей нужны. Дживс объяснил, что его истинный план состоял в том, чтобы объединить всех рассорившихся в их презрении к Берти, заставив их провести ночь на улице, а затем в их коллективном веселье, обнаружив ключи сразу после того, как Берти уехал, тем самым сделав его путешествие бессмысленным. Хотя Берти был уставшим и измученным, он не мог спорить с результатами. Затем Дживс сказал, что случайно сжег смокинг Берти. Берти пришел в ярость, но согласился позволить Дживсу поступать по-своему.

Bertie returns to London from several weeks in Cannes spent in the company of his Aunt Dahlia Travers, her daughter Angela and her soppy, childish friend Madeline Bassett. In Bertie's absence, Jeeves has been advising Bertie's old school friend, Gussie Fink Nottle, a shy teetotaller with a passion for newts and a face like a fish, who is in love with Madeline but is too timid to propose. Jeeves advises Gussie attend a fancy dress ball (at Madeline’s invitation) dressed as Mephistopheles which Jeeves believes will give Gussie the confidence to confess his love. This plan fails, because of Gussie's excessive goofiness. Owing to a strong disagreement about Bertie’s new mess jacket, Bertie harshly blames Jeeves for Gussie’s failure and tells him not to offer any more advice to him. Gussie, though initially disturbed to hear Jeeves is no longer advising him, cheers up when Bertie tells him that Brinkley Court, where Madeline is staying, is also the country seat of Bertie's Aunt Dahlia and Uncle Tom, and that he (Bertie) can easily get him (Gussie) an invitation to join her there. It happens that Aunt Dahlia had demanded that Bertie come to Brinkley Court to make a speech and present the school prizes to students at the local grammar school. Determined to avoid this task and to assist Gussie's wooing, Bertie sends Gussie to Brinkley Court in his place where he will have the chance to get close to Madeline, and also be forced to distribute the school prizes instead of himself. Aunt Dahlia begrudgingly agrees to this. When Bertie hears that Angela has broken off her engagement to Tuppy Glossop, he feels obliged to go down to Brinkley Court himself, to comfort Aunt Dahlia. In addition to her worrying about Angela's broken engagement, Aunt Dahlia is anxious because she has lost £500 gambling at Cannes, and now needs to ask her miserly husband Tom to replace the money in order to keep financing her magazine, Milady's Boudoir. Bertie takes umbrage when Aunt Dahlia says the only reason she’s grateful Bertie came is because he brought Jeeves. When Bertie tries to offer her advice she vigorously refuses to let him speak. Bertie finds Tuppy in the grounds who tells him he and Angela fell out due to Angela saying he was getting fat and Tuppy not believing she was attacked by a shark in Cannes. Bertie advises Tuppy to regain Angela's sympathy by refusing his dinner. He offers similar advice to Gussie, to show his love for Madeline and to Aunt Dahlia to arouse Uncle Tom’s sympathy. All take his advice; however, neither Angela, nor Madeline nor Tom notice, and the resulting return of plates of untasted food severely upsets Aunt Dahlia's temperamental prized French chef Anatole, who gives notice to quit. Aunt Dahlia understandably blames Bertie for this disaster. Gussie still cannot confess his love to Madeline, so Bertie invites her for a walk to soften her up for him. Unfortunately she misinterprets his words as a marriage proposal on his own behalf. To his relief, she tells Bertie she cannot marry him, as she has fallen in love with Gussie. Bertie relays the good news to Gussie, but even with this encouragement, Gussie remains too timid to propose. Bertie decides to embolden him by lacing his orange juice with brandy. Gussie ends up imbibing many times more brandy than Bertie had intended. Under its influence, Gussie successfully proposes to Madeline. He then presents the prizes to the schoolboys, with a drunken speech, berating the staff and pupils. Madeline, disgusted, breaks the engagement. Heartbroken and still drunk, Gussie proposes to Angela in order to score off Madeline; Angela accepts his proposal in order to score off Tuppy. Tuppy's jealousy is aroused and he chases Gussie all around the mansion, vowing to beat him within an inch of his life. Madeline tells Bertie she will marry him instead of Gussie. The prospect of spending his life with the drippy Madeline appalls Bertie, but his personal code of chivalry will not allow him to insult her by withdrawing his "proposal" and turning her down. Helpless in the face of all this chaos, Bertie appeals to Jeeves for advice. Jeeves suggests that Bertie ring the fire bell at midnight so Gussie and Tuppy will respectively rescue Madeline and Angela. Although skeptical, Bertie follows this advice. However, when all the residents have evacuated the building, none of the estranged couples appear reconciled. When they try to return to bed, they find that all the doors are locked; no one has the keys, and all staff members away at a dance. Naturally, Bertie is blamed for the group being forced to spend the rest of the night outside. Jeeves suggests that Bertie ride a bicycle to the staff dance to retrieve the key from the butler. Bertie initially refuses but is forced by Aunt Dahlia. Bertie cycles the nine miles to the dance only to be told by the butler that he left the keys with Jeeves. Furious at having taken a long, dangerous ride in the dark, Bertie returns to Brinkley Court, and finds that Madeline and Gussie have made up, Angela and Tuppy have also made up, Anatole has withdrawn his notice and agreed to stay on, and Uncle Tom has agreed to lend Aunt Dahlia the £500 she needs. Jeeves explains that his true plan was to unite all the estranged parties in their contempt for Bertie by forcing them so spend the night outside and then in their collective amusement by finding the keys just after Bertie left, thus making his journey pointless. Though tired and aching, Bertie cannot argue with the results. Jeeves then says that he accidentally burned Bertie's mess jacket. Bertie is incensed, but agrees to let Jeeves have his way.

Стиль

Как и в предыдущем романе «Спасибо, Дживс», «Правый Хо, Дживс» использует мятеж Берти против Дживса для создания сильного сюжетного конфликта, который сохраняется на протяжении большей части истории. Писатель Кристин Томпсон называет эти два романа «бунтарским периодом» Берти, который заканчивается, когда Дживс вновь утверждает свой авторитет в конце «Правого Хо, Дживс». Этот период служит переходом между динамичным развитием событий в рассказах и более поздними романами о Дживсе, которые обычно используют более эпизодическую структуру решения проблем. Хотя в рассказах Вудхауса сохраняются элементы эдвардианской эпохи, например, популярность джентльменских клубов, таких как Клуб Дронов, тем не менее, встречаются отсылки к современным событиям, что создает ощущение текучести времени. Например, в «Правом Хо, Дживс», главе 17, Берти делает современную ссылку на эксперименты по ядерному делению:

«Я читал в газете на днях о тех ребятах, которые пытаются расщепить атом, и суть в том, что они совершенно не представляют, что произойдет, если у них это получится. Может быть, все будет в порядке. А может, и нет. И, несомненно, парню было бы неловко, если бы, расщепив атом, он вдруг обнаружил, что дом идет в дым, а его самого разрывает на части». Когда Берти Вустер взволнован, он иногда невольно допускает ложкинги, как это происходит в главе 12: «Туп, Туши! – то есть, Туш, Таппи!». Берти иногда использует перенесенный эпитет, используя прилагательное для определения существительного, а не соответствующее наречие для определения глагола в предложении, как в следующей цитате из главы 17: «Это был самый жаркий день лета, и хотя кто-то приоткрыл окно или два, атмосфера оставалась отчетливой и своеобразной». Вудхаус часто использует популярные детективные клише не к месту ради комического эффекта, как в главе 15: «Вскоре сзади нас в ночи раздался треск разбитой тарелки с бутербродами, сопровождаемый сдержанными ругательствами сильного человека в гневе». Вудхаус часто использует скачки как источник образов. Например, Берти описывает, как он, его тетя Далия и дворецкий Сеппингс спешат в комнату Анатоля в главе 20, пародируя репортаж о скачках. Например, Берти замечает, что «я отложил тарелку и поспешил за ней, а Сеппингс последовал галопом», и что на вершине первого лестничного пролета тетя Далия «должна была лидировать примерно на полдюжины корпусов и все еще отбивалась от моего вызова, когда завернула на второй». Юмор в речи французского повара тети Далии Анатоля происходит от сочетания неформальных британских и американских выражений с реальными или вымышленными заимствованиями из французского языка. Наиболее обширный пример речи Анатоля – его тирада в главе 20. Процитирую часть его речи: «О, горячо! Вы спрашиваете, что это? Слушайте. Обратите немного внимания. Я лег спать, но не очень хорошо сплю, и вскоре просыпаюсь и смотрю вверх, и вижу, что кто-то корчит рожи на меня через разбитое окно». Анатоль похож на Дживса, будучи высококомпетентным слугой, потеря которого является постоянной угрозой, хотя Анатоль, хотя и упоминается часто, не появляется ни в одной другой истории; это отличие отличает его от Дживса. Дживс иногда принижает Берти способами, которые слишком тонки для Берти, чтобы заметить, но очевидны для читателей. Например, в главе 3, когда Берти озадачен тем, что тетя Далия приглашает его в Бринкли-Корт, поскольку он только что провел с ней двухмесячный отпуск. Берти говорит Дживсу:

I was reading in the paper the other day about those birds who are trying to split the atom, the nub being that they haven't the foggiest as to what will happen if they do. It may be all right. On the other hand, it may not be all right. And pretty silly a chap would feel, no doubt, if having split the atom he suddenly found the house going up in smoke and himself being torn limb from limb. When stirred, Bertie Wooster sometimes unintentionally employs spoonerisms, as he does in chapter 12: "Tup, Tushy!—I mean, Tush, Tuppy!". Bertie occasionally uses a transferred epithet, using an adjective to modify a noun rather than using the corresponding adverb to modify the verb of the sentence, as in the following quote in chapter 17: "It was the hottest day of the summer, and though somebody had opened a tentative window or two, the atmosphere remained distinctive and individual". Wodehouse often uses popular detective story clichés out of place for humorous effect, as in chapter 15: "Presently from behind us there sounded in the night the splintering crash of a well kicked plate of sandwiches, accompanied by the muffled oaths of a strong man in his wrath". Wodehouse frequently uses horse racing as a source of imagery. For example, Bertie describes how he, his Aunt Dahlia, and the butler Seppings rush to Anatole's room in chapter 20 in a parody of race reporting. For instance, Bertie remarks that "I put down my plate and hastened after her, Seppings following at a loping gallop" and that at the top of the first flight of stairs, Aunt Dahlia "must have led by a matter of half a dozen lengths, and was still shaking off my challenge when she rounded into the second". The humour in the speech of Aunt Dahlia's French cook Anatole comes from the combination of informal British and American expressions with real or imaginary loan translations from French. The most extensive example of Anatole's speech is his diatribe in chapter 20. To quote part of his speech: "Hot dog! You ask me what is it? Listen. Make some attention a little. Me, I have hit the hay, but I do not sleep so good, and presently I wake and up I look, and there is one who makes faces against me through the dashed window". Anatole is similar to Jeeves, being a highly competent servant whose loss is a constant threat, though Anatole, while mentioned frequently, does not make an appearance in any other story; this distance differentiates him from Jeeves. Jeeves sometimes denigrates Bertie in ways which are too subtle for Bertie to perceive, but obvious to readers. For example, in chapter 3, when Bertie is puzzled after Aunt Dahlia invites him to Brinkley Court, since he has just spent a two month vacation with her. Bertie says to Jeeves:

«Но почему, Дживс? Да черт возьми, она только что провела со мной почти два месяца». «Да, сэр». «И многие считают, что средняя доза для взрослого – два дня». «Да, сэр. Я понимаю вашу точку зрения. Тем не менее, миссис Трэверс кажется очень настойчивой». Ответ Дживса, «Я понимаю вашу точку зрения», несет в себе иронию, которую Берти, по-видимому, не замечает. Однако, поскольку Дживс неизменно остается на службе у Берти, эта цитата предполагает, что Дживс терпит и даже наслаждается обществом Берти больше, чем его друзья и родственники. В романе тетя Далия использует выражение «oom beroofen», которое происходит от немецкого «unberufen» и означает «постучать по дереву». Вудхаус ранее использовал слово «beroofen» в «The Gem Collector» (1909).

Предыстория

Книга посвящена Реймонду Нидхэму К.С. "с любовью и восхищением". Нидхэм представлял Водхауза в налоговом споре и выиграл это дело. По словам исследователя творчества Водхауза Ричарда Усборна, Нидхэму пришлось отговорить Водхауза от первоначального, более вызывающего посвящения: "Раймонду Нидхэму К.С., который обратил в бегство налоговых инспекторов, когда они уже держали меня за горло и обчищали кошелек" или что-то в этом роде. Водхаус, к слову, даже подружился с налоговым инспектором, участвовавшим в этом деле.

История публикаций

В журнале Saturday Evening Post рассказ был проиллюстрирован Генри Рэли. Позже рассказ был опубликован в журнале "Men Only" в апреле 1936 года. Вместе с "Неподражаемым Дживсом" и "Очень даже хорошо, Дживс", роман вошел в сборник "Жизнь с Дживсом", изданный в 1981 году Penguin Books.

Прием

The Times (5 октября 1934): "По принципу, что 'разлитое молоко не вернешь', Вустер, как обычно, добавляет еще несколько галлонов молока человеческой бестолковости и ждет последствий. Когда, наконец, Дживс появляется, разрешив первоначальный конфликт к своему удовлетворению, молодой хозяин платит обычную цену за свои благие намерения – в этот раз совершенно бессмысленную 18-мильную поездку на велосипеде в темноте. К его возвращению Дживс справился с делом, повсюду царит счастливый конец, и мистер Вудхаус в очередной раз доказал, что все происходит ради самого комичного в самом абсурдном из миров. Джеральд Гулд, The Observer (21 октября 1934): "Об бессмертном мистере Вудхаусе, создателе бессмертного Дживса, остается лишь повторить неизменно невероятное и неизменно верное – 'Он становится все лучше и лучше'. Если раньше мы лишь улыбались, то теперь мы хохочем до колик. 'Правый Хо, Дживс' – это, как выразился сам автор о смокинге, 'один непрерывный крик от начала и до конца'. New York Times Book Review (28 октября 1934): "Дживс и Берти Вустер предстают здесь во всей своей красе. Не преуменьшая, 'Поместье Бринкли' – подлинный триумф, выполненный в лучших традициях мастера. Забавный Вустер, по случаю событий, описанных в этой истории, посчитал, что у Дживса (первого джентльмена среди джентльменов) помутился рассудок. Поэтому он взялся наводить порядок в чужой жизни. К счастью, Дживс пошел с ним. В качестве свахи Берти был энергичен, но совершенно бездарен". В 1996 году Джон Ле Карре включил это произведение в список своих любимых романов, заявив: "Ни одна библиотека, даже самая скромная, не будет полной без зачитанной до дыр копии 'Правый Хо, Дживс' П. Г. Вудхауса, содержащей бессмертную сцену с Гасси Финком Ноттлом, пьяным в стельку, вручающим призы восхищенным ученикам гимназии Маркет Снодсбери". Стивен Фрай в статье под названием "Что за восторг! Мой герой, П. Г. Вудхаус" (18 января 2000 года) отмечает популярность произведения, особенно эпизода с вручением призов: "Мастерски написанный эпизод, в котором Гасси Финк Ноттл вручает призы в гимназии Маркет Снодсбери, часто включается в сборники великой комической литературы и нередко описывается как самый смешной, непрерывный отрывок в английском языке. Однако я настоятельно рекомендую вам отправиться в библиотеку или книжный магазин и приобрести полный роман 'Правый Хо, Дживс', где вы встретите его в полном контексте и увидите, как он оживает еще более ярко". В конце 2020 года Фрай озвучил эту книгу и еще четыре романа о Дживсе для Audible. Ричард Усборн в своей книге "Плюм соус: Справочник по П. Г. Вудхаусу" (2003) утверждает, что "церемония вручения призов – это настоящий пир, вероятно, лучшие и наиболее часто антологируемые две главы Вудхауса". В интернет-опросе 2009 года "Правый Хо, Дживс" был признан лучшей комедийной книгой английского писателя. В июле 2012 года редакторы Christian Science Monitor Педер Зейн и Элизабет Дрейк включили "Правый Хо, Дживс" в десятку лучших комедийных произведений в мировой литературе, поставив его на десятое место.

The Times (5 October 1934): "On the principle that 'spilt milk blows nobody any good,' Wooster, as usual, spills a few additional gallons of the milk of human imbecility, and awaits the consequences. When, at last, Jeeves clocks in, having resolved the initial discord to his own satisfaction, the young master pays the customary penalty for his good intentions—on this occasion a wholly futile bicycle ride of 18 miles in the dark. When he returns, Jeeves has done the trick, the place is stiff with happy endings, and Mr. Wodehouse has shown once again that all is for the funniest in the most ludicrous of worlds". Gerald Gould, The Observer (21 October 1934): "Of the immortal Mr. Wodehouse, creator of the immortal Jeeves, it remains only to say the ever incredible and ever true—'He gets better and better.' Whereas one used to smile, one now rocks and aches with laughter. "Right Ho, Jeeves" is, in the phrase its author applies to a mess jacket, 'one long scream from start to finish'". New York Times Book Review (28 October 1934): "Jeeves and Bertie Wooster here show up at their balmiest and best. Not to put too fine a point on the matter, "Brinkley Manor" is an authentic triumph, in the master's best manner. The hilarious Wooster thought, on the occasion this story celebrates, that Jeeves (first gentleman among the world's gentlemen's gentlemen) had sprained his brain. So he took a turn at straightening out people's lives. Fortunately, Jeeves went along too. As a matchmaker Bertie was industrious but terrible". In 1996, John Le Carré listed the work among his all time favourite novels, stating: "No library, however humble, is complete without its well thumbed copy of "Right Ho, Jeeves," by P. G. Wodehouse, which contains the immortal scene of Gussie Fink Nottle, drunk to the gills, presenting the prizes to the delighted scholars of Market Snodsbury Grammar School". Stephen Fry, in an article titled "What ho! My hero, PG Wodehouse" (18 January 2000), remarks on the popularity of the work, especially the prize giving episode: "The masterly episode where Gussie Fink Nottle presents the prizes at Market Snodsbury grammar school is frequently included in collections of great comic literature and has often been described as the single funniest piece of sustained writing in the language. I would urge you, however, to head straight for a library or bookshop and get hold of the complete novel Right Ho, Jeeves, where you will encounter it fully in context and find that it leaps even more magnificently to life." In late 2020, Fry would narrate the book and four others in a Jeeves audiobook for Audible. Richard Usborne, in his book Plum Sauce: A P. G. Wodehouse Companion (2003), states that "the prize giving is a riot, probably the best sustained and most anthologised two chapters of Wodehouse". In a 2009 internet poll, Right Ho, Jeeves was voted number one in the "best comic book by English writer" category. In July 2012, Christian Science Monitor editors Peder Zane and Elizabeth Drake listed Right Ho, Jeeves as number ten in a list of the ten best comic works in all of literature.

Телевидение

История была адаптирована в эпизоды сериала "Дживс и Вустер" под названиями "Голодная забастовка" и "Вернется ли Анатоль в Бринкли-Корт?", которые впервые вышли в эфир 13 мая 1990 года и 20 мая 1990 года. Внесены некоторые изменения, в частности:

В оригинальном рассказе Дживс изначально предлагает Гасси набраться смелости, чтобы сделать предложение Мадлен, переодевшись Мефистофелем. Сюжетная линия с приглашениями на вечеринку была исключена из телесериала, но костюм позже появляется в эпизоде "Маскарад Бассетов". В оригинальном рассказе у Тома Трэверса есть пистолет, из которого он никогда не стреляет; в первом эпизоде у него дробовик, в который Берти случайно стреляет в люстру, после чего тетя Далия просит Берти пойти домой. Он возвращается в Бринкли-Корт во втором эпизоде. Анатоль покидает Бринкли-Корт между этими двумя эпизодами, и Дживса отправляют уговорить его вернуться. В эпизоде Берти узнает, что Дживс подмешал что-то в напиток Гасси, только после того, как сам это сделает. В оригинальном рассказе Гасси в конечном итоге решает выпить алкоголь и также невольно выпивает сок с добавками; в эпизоде он выпивает только сок с добавками. Спасаясь от Тэппи в эпизоде, Гасси не оказывается на крыше, как это изображено на обложке первого издания. В оригинальном рассказе Берти был вынужден ехать ночью на велосипеде без фонаря, и погода была ясной; в эпизоде у него есть фонарь, но идет сильный дождь.

Радио

В радиопостановке романа 1956 года на программе BBC Light Deryck Guyler сыграл Дживса, а Naunton Wayne – Берти Вустера. В 1973 году роман «Право, Дживс!» был адаптирован в радиодраму в рамках серии «Что Хо! Дживс» с Майклом Хордерном в роли Дживса и Ричардом Брайерсом в роли Берти Вустера. BBC Radio вновь адаптировало эту историю для радио в 1988 году. Дэвид Суше сыграл Дживса, а Саймон Каделл – Берти Вустера.