Введение

Одно из элементов искупления греха в иудаизме

Покаяние (/tʃuvɑː/; תשובה "возвращение") – один из элементов искупления греха в иудаизме. Иудаизм признает, что каждый человек время от времени совершает грехи, но люди могут прекратить или свести к минимуму подобные случаи в будущем, раскаявшись в прошлых проступках. Таким образом, основная цель покаяния в иудаизме – это этическая самотрансформация. Маймонид определяет суть покаяния следующим образом: Еврейский кающийся традиционно известен как баал-тешува.

Когда покаяться

Надо покаяться немедленно. В Талмуде приводится притча о том, как раввин Элиэзер наставлял своих учеников: "Покайтесь за день до смерти". Ученики учтиво спросили, возможно ли знать день своей смерти, на что раввин Элиэзер ответил: "Тем более, следовательно, нужно покаяться сегодня, чтобы не умереть завтра". В силу понимания иудаизмом ежегодного процесса Божьего Суда, евреи верят, что Бог особенно благосклонен к покаянию в период с начала месяца Элул и до Десяти дней покаяния (включая Рош ха-Шана и Йом Кипур), а согласно Каббале – и в Хошана Рабба. Другое благоприятное время для покаяния – это конец жизни.

Эффекты

В Талмуде обсуждается духовный уровень человека, совершившего тшуву (баал-тешува). Согласно одному мнению, этот уровень ниже, чем у "полностью праведного" человека, который никогда не грешил. Однако, по другому мнению, он даже выше, чем у полностью праведного человека. Талмуд содержит два утверждения о силе раскаяния в преобразовании прошлых грехов: если человек раскаивается из страха, то преднамеренные грехи превращаются в непреднамеренные. Но если человек раскаивается из любви, то преднамеренные грехи фактически становятся заслугами. Первое утверждение легко понять: если человек совершил грех, не осознавая его последствий (например, наказания), а затем осознал, то грех был совершен в состоянии неполного знания. Второе утверждение труднее понять, и ему даются различные толкования. По мнению Йосефа Дова Соловейчика, смысл в том, что человек, раскаивающийся из любви, отправляется в путь самопреобразования, используя боль от своей неудачи как стимул для самосовершенствования. Таким образом, масштаб первоначального греха в конечном итоге отражается в масштабе тех добродетелей, которые раскаявшийся развивает в ответ.