Введение

Греческий медицинский текст, ок. 450–400 гг. до н.э.

Трактат «О древней медицине» (Περὶ Ἀρχαίας Ἰατρικῆς; лат. De vetere medicina) – пожалуй, наиболее интригующая и убедительная работа Гиппократова корпуса. Сам корпус представляет собой собрание примерно шестидесяти сочинений, охватывающих все сферы медицинской мысли и практики. Традиционно связываемый с Гиппократом (ок. 460–370 гг. до н.э.), отцом западной медицины, филологические данные указывают на то, что корпус создавался на протяжении нескольких столетий и стилистически свидетельствует о множестве авторов, работавших примерно в 450–400 гг. до н.э.

Гиппократ

Гиппократ родился примерно в 460 году до н.э. на острове Кос в Греции. Его считали учителем и врачом. Его имя встречается в около шестидесяти медицинских трудах, большинство из которых были написаны не им. Он известен своими высокими моральными стандартами в медицинской практике, особенно Клятвой Гиппократа, которую также написал не он сам. Гиппократ умер примерно в 375 году до н.э. в Ларисе, в Фессалии.

Главы 119

Автор отвечает сторонникам гипотетической теории, утверждая, что медицина имеет систематический характер, чтобы квалифицировать ее как техне (искусство, ремесло или наука). Эта подлинная техне зависит от знаний врача, полученных в результате непосредственного опыта, который позволяет ему как различать различные методы лечения, так и добиваться успеха в их умелом применении (1). Медицина не должна строиться на гипотезах или обобщениях; скорее она должна быть основана на опыте и открытиях. Она должна быть эмпирической в своей методологии. Поэтому в главе 2 автор утверждает, что принцип и метод медицины позволяют врачу делать открытия в течение длительного периода времени. Дисциплина должна быть гибкой и восприимчивой к новым открытиям. В главах 3–8 автор подтверждает утверждение о том, что медицина имеет метод открытия, давая отчет о происхождении и открытиях медицины. Он прослеживает его путь к режиму питания, полезному для больных, и замечает, что некоторые продукты не полезны ни для здоровых, ни для больных. Автор цитирует рассказы людей пятого века, которые страдали в результате своей грубой диеты. В результате были разработаны методы приготовления пищи, наиболее подходящей для создания здорового и цивилизованного человека. Он сравнивает это с медицинским открытием (3.4 6) и как таковое представляет собой общую техне. Автор устанавливает тесную методологическую параллель между кулинарией и медициной. При приготовлении пищи необходимо признать, что люди имеют природу, отличную от животных. Например, люди менее способны переваривать сырое мясо. Таким образом, при приготовлении и обработке мяса необходимо учитывать наиболее подходящие для человеческого метаболизма условия (3.5). Наиболее распространенным элементом между кулинарией и медициной является смешивание и смешение продуктов. Однако медицина требует большей дифференциации между типами пищи и классами людей, чтобы можно было определить и назначить правильные потребности в питании (5). Практикующий в конечном итоге приобретает мастерство приготовления пищи и способность определять класс людей, которым подается пища. В этом отношении кулинария и медицина – одно и то же (главы 7–8). Именно в главе 13 автор возвращается к своему анализу гипотезы оппонента. Его цель – изучить потенциальные последствия рассматриваемого принципа. Сторонники лечения противоположностями предполагают, что все болезни имеют свои корни в гуморах: горячем, холодном, влажном, сухом, и что лечение для каждой болезни является противоположностью причины. Автор представляет ситуацию, когда человек меняет свою пищу с приготовленной на сырую и в результате заболевает. Таким образом, причина данного заболевания связана с данным гумором, а лекарство – с противоположностью этого гумора. Следовательно, горячее лечит холод, а сухое – влажное. Автор считает это упрощением. Он утверждает, что приготовление пищи – это процесс, в ходе которого исходный сырой продукт теряет некоторые свои качества и приобретает другие путем смешивания и смешения (13.3). На людей влияет пища, которую они потребляют, потому что каждая пища обладает своими врожденными достоинствами. Важно, чтобы врач определил эти достоинства (14.1 2). Чтобы обрести такое знание, необходимо четко понимать природу человека. Человек, объясняет автор, содержит смесь многих гуморов. Когда гуморы сбалансированы или правильно смешаны, человек здоров, но когда они несбалансированы или неправильно смешаны, и один из них более концентрирован, чем другой, в результате возникают боль и болезни (14.4 6). В 15-й главе автор утверждает, что в то время как сторонники гуморальной медицины рассматривают пищу как чисто горячую, холодную, влажную или сухую, люди также обладают такими качествами, как сладкий или горький. Эти качества наносят серьезный вред организму. В главе 16 автор приводит ряд примеров из повседневного опыта. Например, при лихорадке горячие и холодные гуморы противодействуют друг другу в организме без необходимости медицинской помощи. Однако, как он указывает в 17-й главе, в некоторых случаях лихорадка не проходит. Это свидетельствует о том, что не только жар является причиной лихорадки. Должен быть какой-то другой врожденный фактор, ответственный за поддержание температуры. В главах 18 и 19 он продолжает развивать идею о том, что выздоровление от болезни происходит, когда происходит смешение и кокция гуморов. Кокция – это акт или процесс достижения более совершенного или желательного состояния. Важность кокции в теории автора также отражает его тесную аналогию между медициной и кулинарией. Подобно тому, как повар достигает кокции в пище, внешней по отношению к человеческому организму, так и врач достигает кокции телесных гуморов.

Главы 2024

В главе 20 автор отвергает теории о природе человека, связанные с Эмпедоклом и досократической философией, как не имеющие отношения к медицинской практике. Он утверждает, что эти теории больше тяготеют к философии и искусству письма, чем к медицине. Автор полагает, что теория о природе человека должна основываться на медицине, посредством наблюдения за человеческим организмом в естественной среде. Он критикует мыслителей, подобных Эмпедоклу, которые пытались дать такое понимание посредством своих космологических теорий. С практической точки зрения, для эффективности медицины врачу необходимо знать истинную природу человека, которую следует определять через его связь с пищей, питьем и другими аспектами, касающимися человеческого организма (20.3). Следовательно, врач должен понимать состав пищи и ее воздействие на тело пациента, которого он лечит. В главах 22–24 автор распространяет теорию о природе, включая в нее строение тела. Он также расширяет свою теорию познания, выступая за использование аналогий для постижения того, что нельзя непосредственно наблюдать в человеческом организме.

Главы 912

В главах 9–12 автор утверждает, что существует закономерная связь между опытом и знаниями врача и его способностью практиковать врачебное искусство. Чем больше общих и специальных знаний приобретает врач, тем точнее его диагностические и терапевтические навыки, включая подготовку и назначение лекарств или средств. Это критически важно, поскольку одна и та же болезнь проявляется по-разному у каждого пациента, и лечение должно соответствовать индивидуальным симптомам, а не общим. Это также применимо к диетическим мерам. Таким образом, при приготовлении и применении лекарств или диетических мер необходимо учитывать не только количество и качество препарата или средства, но и время его применения, которое должно соответствовать ритмам организма. Автор утверждает, что врач должен опираться на реакцию конкретного пациента на лечение. Это действительно сложный процесс, требующий от врача как образования, так и точности. Гиппократ утверждает, что даже если древнее искусство врачевания "не обладает точностью во всем, но, благодаря рассуждениям, смогло прийти из глубокого невежества к почти совершенной точности, я считаю гораздо более уместным удивляться его открытиям, сделанным блестяще, правильно и не случайно".

Дата

Даты, предложенные Шифским для трактата «О древней медицине», охватывают период с 440 по примерно 350 год до н.э. Однако существует ряд аргументов, убедительно свидетельствующих в пользу датировки концом V века до н.э. Ссылка автора на Эмпедокла (490–430 гг. до н.э.) как на источник метода, который он критикует, указывает на то, что произведение было написано вскоре после периода наибольшей активности Эмпедокла. Чувство новизны и признание преимуществ технологий, свойственные автору, характерны для мыслительной традиции конца V века до н.э. Идея о том, что человечество благодаря технологиям вышло из состояния варварства, находит параллели в трагедии Софокла «Антигона», созданной в V веке до н.э. Более того, критика автора письменных трудов софистов о медицине, как не имеющих отношения к истинному искусству врачевания, перекликается с дискуссией, поднятой Сократом в V веке до н.э. в диалоге «Федон». Наконец, интерес трактата к «явлениям в небесах и под землей» также отражен в комедии Аристофана «Облака» (424 г. до н.э.) и в «Апологии» Платона.

Влияние

Существует два основных подхода при обсуждении влияний, оказавших воздействие на трактат – влияние философии на медицину или наоборот. Ханс Диллер пытался доказать, что на точку зрения автора больше всего повлиял Платон. Людвиг Эдельштейн утверждал, что автор описывает «гиппократовский эмпиризм» – «методологическую позицию, характеризующуюся отказом от любых обобщений и являющуюся результатом влияния протагорейского релятивизма на медицинскую мысль». Сторонники идеи влияния в обратном направлении, от медицины к философии, полагали, что труд «О древней медицине» повлиял на Протагора. Однако, возможно, что различные мыслители могли независимо друг от друга прийти к схожим выводам в отношении естественной философии и практики.

Авторство

С момента работы Эмиля Литре в девятнадцатом веке трактат «О древней медицине» подвергался тщательному анализу в попытках ответить на так называемый «гиппократический вопрос» – вопрос о том, какие произведения из гиппократовского корпуса принадлежат перу Гиппократа. Литре был ученым, наиболее активно отстаивавшим авторство Гиппократа в отношении трактата «О древней медицине». Он полагал, что именно это произведение упоминается Платоном в диалоге «Федр». Однако, основываясь на имеющихся сведениях – кратком описании в анонимном папирусе Londinensis и нескольких упоминаниях у Платона и Аристотеля – трудно реконструировать историческую личность Гиппократа. Исходя из информации, содержащейся в трактате «О древней медицине», дать окончательный ответ на гиппократический вопрос невозможно.