Введение

Богиня рассвета в протоиндоевропейской мифологии, или восстановленное протоиндоевропейское имя богини рассвета в протоиндоевропейской мифологии. Считается, что она была одним из важнейших божеств, которому поклонялись протоиндоевропейцы, благодаря последовательности её характеристики в последующих традициях и значимости богини Ушас в Ригведе. Её атрибуты не только смешивались с атрибутами солнечных богинь в некоторых более поздних традициях, особенно с балтийским солнечным божеством Сауле, но и впоследствии расширились, оказав влияние на женские божества в других мифологиях.

Этимология

Реконструированное протоиндоевропейское название рассвета, , происходит от словесного корня ('светить', 'красно светиться', 'пламя'), расширенного суффиксом. Тот же корень также лежит в основе слова 'золото', , унаследованного в латинском aurum, древнепрусском ausis и литовском áuksas. Слово для рассвета как метеорологического явления также сохранилось в балто-славянском *auṣ(t)ro (литовский aušrà 'рассвет', 'утренний свет', протославянский *ȕtro 'утро', 'рассвет', старославянский za ustra 'утром'), в санскрите uṣar ('рассвет') или в древнегреческом αὔριον ('завтра'). Производное наречие, , означающее "восток", отражается в латышском àustrums ('восток'), авестанском ušatara ('восток'), италийском (сравните латинский auster 'южный ветер, юг'), старославянском ustrŭ ('лето') и германском *austeraz (старонорвежский austr, английский east, средневерхненемецкий oster). Тот же корень, по-видимому, сохранился в балтийских названиях северо-восточного ветра: лит. aūštrinis и латышский austrenis, austrinis, austrinš. Также связаны древненорвежский Austri, описанный в "Гилфагиннинге" как один из четырех карликов, охраняющих четыре стороны света (при этом он представляет восток), и Austrvegr ('Восточный путь'), засвидетельствованный в средневековой германской литературе.

Эпифеты

Общий эпитет, связанный с Зарей, — дочь бога неба. Когнаты, происходящие от формульного выражения, встречаются в следующих традициях: «Дочь Неба» в Ригведе (как эпитет Ушас), «Дочь Зевса» (вероятно, связанная с Эосом в догомеровской Греции), «Дочь Диеваса» (эпитет, перенесенный на богиню Солнца в литовском фольклоре). Также в северноалбанских народных верованиях Пренде, богиня зари, считается дочерью бога неба Зоя.

Вечное возрождение

Богиня рассвета иногда изображается как вечно юная, а её приход – как вечное возрождение. Она именуется ἠριγένεια («рано рождённая», «рожденная утром») как эпитет Эос в древнегреческой «Илиаде», а древнеиндийская «Ригведа» описывает Ушас, дочь Дьяуса, рожденной из узды, которой обузданы Ашвины – божественные близнецы, запряженные в колесницу солнца.

Цвета

Широко распространенной характеристикой рассвета является его «блеск»; он обычно описывается как «вестник света». Различные родственные названия, связанные с богиней рассвета, действительно происходят от праиндоевропейского корня, означающего «светиться», «сиять». Ведическая Ушас описывается как бханти Усасах («сияние рассвета»), авестанская Уша – как уши бамия («сияющий рассвет»), а греческая Эос – как φαινόλις («приносящая свет»), φαεσίμβροτος («сияющая на смертных») или λαμπρο φαής («ярко сияющая»), что засвидетельствовано в Орфическом гимне к рассвету. Рассвет обычно ассоциируется с естественными цветами рассвета: золотым, шафрановым, красным или багряным. В Ригведе рассвет «золотоцвета» (híraṇya varṇā), в «Любовях» Овидия – «золотой желтый» (flāua), а в гомеровской формуле – «золотой трон» (χρυσόθρονος). В латвийских народных песнях Сауле и её дочери одеты в шали, сотканные из золотой нити, а Сауле носит золотые туфли, что перекликается с описанием Эос Сапфо как «золотоногая» (χρυσοπέδιλλος). Эос также изображается «одетой в шафран» (κροκόπεπλος) в гомеровских стихах, в то время как Ушас носит пурпурную (розово-красную) одежду и «блестящую золотую» вуаль. Индуистская богиня также описывается как красный рассвет, сияющий издалека: «красная, как кобылица», она выпускает «алые лучи света», «запрягает красных коней в свою колесницу» или «привязывает красных коров» в Самаведе. Шафран, красный и пурпурный цвета также связаны с рассветом в поэзии латинского поэта Овидия. Например, в «Энеиде» море или волны краснеют (rubescebat), когда Аврора спускается с высокого неба, «блестя желтизной» (fulgebat lutea) в своей «розовой колеснице» (in roseis bigis). Овидий описывает её «лиловую руку» (purpurea manu) и «шафрановые волосы» (croceis Aurora capillis). В «Метаморфозах» рассвет движется на «шафрановых колесах», а в его поэме «Фасты» рассказывается об Авроре, «шафрановой матери Мемнона» (Memnonis lutea mater), прибывающей на розовых конях (in roseis equis) и «с её розовым светильником» (cum roseam lampada) изгоняющей звёзды ночи. В «Золотом осле» Апулей изображает движение Авроры, когда она начинает взмывать в небо «в пурпурных украшениях» (poenicantibus phaleris Aurora roseum). Древнегреческий поэт Нонн называет рассвет «увенчанным розой» (ῥοδοστεφέος, rhodostephéos) в своей поэме «Дионисиака». В книге Лукреция «О природе вещей», книга V, латинское божество Матер Матута «распространяет розовое утро» (roseam Matuta auroram differt), а автор поэтически описывает восход солнца, то есть изменение цветов от красного к золотому на рассвете (aurea cum primum matutina rubent radiati lumina solis). В Орфическом гимне (77/78) богиня Эос описывается как «румянящаяся» или «краснеющая» (ἐρυθαινομένη). В литовской традиции солнце изображается как «золотое колесо» или «золотой круг», скатывающийся с горы на закате. Также в латвийских загадках и песнях Сауле ассоциируется с красным цветом, как бы указывая на «огненную природу» солнца: закат и восход солнца приравниваются к розовому венку и распустившейся розе из-за их круглой формы. По словам русского фольклориста Александра Афанасьева, образ Рассвета в славянской традиции разнообразен: в сербской народной песне она описывается как дева, сидящая на серебряном троне в воде, с ногами жёлтого цвета и золотыми руками; в русской поговорке богиня Зоря призывается как красная девица (красная девица 'красная девица'); в другой истории «красная девица» Зоря сидит на золотом стуле и держит серебряный диск или зеркало (отождествляемое с солнцем); в другой – дева сидит на белом раскалённом камне (Алатырь) в Буяне, ткёт красный шёлк в одной версии, или «розовопёрстая» Зоря, с её золотой иглой, ткёт по небу завесу в розовых и «багряных» цветах, используя нить из «жёлтой руды». Она также изображается как прекрасная златоволосая царица, живущая в золотом царстве «на краю Белого Света» и гребущая по морям своим золотым веслом и серебряной лодкой.

Движения

часто описывается как танец: Ушас надевает вышитую одежду «как танцовщица» (nṛtūr iva), у Эос есть «танцевальные места» (χοροί) вокруг её дома на востоке, Сауле изображается танцующей в своих позолоченных ботинках на серебряном холме, а её балтийская соседка, богиня Аушрине, как говорят, танцует на камне для людей в первый день лета. Согласно болгарской традиции, в день святого Иоанна солнце танцует и «крутит мечами» (испускает лучи света), в то время как в Литве Солнце (отождествляемое с женским началом) едет на колеснице к своему мужу, Луне, «танцуя и излучая огненные искры» по пути. Раскрытая рука как образ солнечных лучей утром также может иметь протоиндоевропейское происхождение. Гомеровские выражения «розоворукий» (ῥοδόπηχυς) и «с розовыми пальцами заря» (ῥοδοδάκτυλος Ἠώς), а также формула Бакхилида «золоторукий» (χρυσοπαχύς) могут быть семантически сопоставлены с ведическими формулами «золоторукий» (híraṇyapāṇi) и «широкорукий» (pṛthúpāṇi). Они также схожи с латышскими поэтическими песнями, в которых пальцы бога Солнца описываются как «покрытые золотыми кольцами». По словам Мартина Л. Уэста, «часть с розовым цветом, вероятно, является греческой утонченностью». Другая черта, приписываемая Заре, заключается в том, что она «широко сияет» или «далеко сияет» – атрибут, возможно, засвидетельствованный в греческом теониме Эврифэсса («широко сияющая») и санскритском поэтическом выражении urviyắ ví bhāti («[Ушас] ярко сияет / широко освещает»).

Жилье

Еще одна общая черта богини рассвета – ее обитель, обычно расположенная на острове в Океане, или иногда в восточном доме. В греческой мифологии Эос описывается живущей «за потоками Океана, на краю земли». Более точное местоположение указано в «Одиссее» Гомера: в своем рассказе Одиссей сообщает слушателям, что остров Ээя – это «место, где находится жилище ранней зари и ее танцующие лужайки, и восход солнца». В славянском фольклоре дом Зорь иногда считался на Буяне (или Буяне) – океаническом островном рае, где обитало Солнце вместе со своими слугами, северным, западным и восточным ветрами. Авеста упоминает мифическую восточную гору Ушидам («Дом рассвета»). В Яснасах также упоминается гора Ушидарна, возможно, означающая «рассветная трещина» (как существительное) или «с красноватыми трещинами» (как прилагательное). В литовском мифе человек по имени Иосиф очарован Aušrinė, появляющейся в небе, и отправляется на поиски «второго солнца», которым на самом деле является дева, живущая на острове в море и имеющая волосы, подобные Солнцу. В балтийском фольклоре Сауле живет в серебряном замке на краю моря, расположенном где-то на востоке. В народных песнях Сауле погружается на дно озера, чтобы спать ночью, в серебряной колыбели «в белой морской пене».

Перевозчик

Рассвет часто изображается управляющим каким-либо транспортным средством, вероятно, изначально повозкой или подобным средством для перевозки, но определенно не колесницей, поскольку эта технология появилась позже в культуре Синташта (2100–1800 гг. до н.э.), обычно ассоциируемой с индоиранскими народами. В «Одиссее» Эос однажды предстает в образе возницы, а ведическая Ушас запрягает в ярмо красных быков или коров, что, вероятно, является образными метафорами для красных облаков или лучей, видимых на рассвете. В «Энеиде» Вергилия и в классических упоминаниях из греческой эпической поэзии и росписи ваз транспортное средство изображается как бига или розовая квадрига, либо как сверкающая колесница, запряженная золотисто-красными лошадьми. Согласно албанским народным верованиям, богиня рассвета Пренде пересекает небо в своей колеснице, запряженной ласточками, называемыми Pulat e Zojës – «Птицы Госпожи», которые связаны с колесницей радугой (Ylberi), которую люди также называют Brezi или Shoka e Zojës – «Пояс Госпожи». Сауле, богиня солнца, отождествляемая с Рассветом, также управляет каретой с медными колесами, «блестящей медной колесницей» или золотой колесницей, запряженной неутомимыми лошадьми, или «прелестной маленькой санкой» (kamaņiņa), сделанной из рыбьих костей. Сауле также описывается как ведущая свою сияющую карету к своему мужу, Луне, или золотую лодку. В латвийской народной песне Сауле вешает свою сверкающую корону на дерево вечером и садится в золотую лодку, чтобы отправиться в плавание.

Лошади

Лошади рассвета упоминаются также в нескольких индоевропейских поэтических традициях. В "Одиссее" Гомера лошади Эос описываются как пара быстрых коней по имени Лампос и Фаэтон, а Бакхилид называет её «белокобыльной Зарей» (λεύκιππος Ἀώς). Иногда колесница изображается запряжённой золотисто-красными лошадьми. В ведийской традиции цвета коней Зари описываются как «бледно-красные, рыжеватые, желтоватые, красновато-жёлтые». Говорят, что лошади балтийской богини солнца Сауле белые; когда она начинает своё ночное путешествие по Мировому океану, её колесница превращается в лодку, и «Солнце несёт её лошадей», что означает, что «она останавливается, чтобы омыть своих лошадей в море». Исследования показывают, что выражения geltoni žirgeliai или dzelteni kumeliņi («золотые» или «жёлтые лошади»), встречающиеся в латышских дайнах, представляются как повторяющийся поэтический мотив.

Открыватель небесных дверей

часто изображается как открывающая двери или ворота своего отца, неба: балтийский стих pie Dieviņa namdurēm («у дверей дома Божьего»), в котором Сауле призывают открыть лошадям сына Божьего, лексически сопоставим с ведийским выражением dvā́rau Diváḥ («двери Неба»), которые Ушас открывает своим светом. Еще одна параллель может быть проведена с «блестящими дверями» (θύρας φαεινάς) дома Эоса, за которыми она запирает своего возлюбленного Титона, когда он стареет и увядает, как описано в «Гимне Афродите» Гомера. А в «Дионисике» Нонна богиня рассвета пробуждается от сна и покидает покой Кефала, чтобы «открыть врата восхода солнца» (ἀντολίης ὤιξε θύρας πολεμητόκος Ἠώς). Другие отражения могут присутствовать и в других индоевропейских традициях. В славянском фольклоре богиня рассвета Зоря Утренняя открывает ворота дворца для путешествия своего отца Даждьбога, славянского бога Солнца, в течение дня. Ее сестра Зоря Вечерняя, богиня сумерек, закрывает их в конце дня. В одном из отрывков Эдд, посвященном Делингру, скандинавскому божеству света, карлик произносит заклинание перед «дверями Делинга» (fyr Dellings durum), что, по-видимому, означает «на рассвете». Согласно исследованиям, литовский фольклор подтверждает схожую двойную роль светящихся божеств Вакарине и Аушрине, подобную славянским Зорям (хотя в нем отсутствует образ двери): Вакарине, Вечерняя Звезда, застелила постель для солнечной богини Сауле, а Аушрине, Утренняя Звезда, зажгла для нее огонь, когда она готовилась к новому дневному путешествию.

Нежелательный носитель света

В индоевропейских мифах Заря часто изображается как неохотная приносящая свет, за что её наказывают. Эта тема широко распространена в засвидетельствованных традициях: Эос и Аврора порой не желают покидать свою постель, Ушас наказывается Индрой за попытку опередить наступление дня, а Аусеклис не всегда восходила утром, так как, по преданию, её запирали в золотой палате или в Германии она шила бархатные юбки. Божественные Близнецы часто спасают Зарю от водной опасности, мотив, возникший из их роли солнечных коней.

Поэтическая и литургическая формулы

Выражение формульной поэзии можно обнаружить в протоиндоевропейском выражении ('наступает рассвет'), засвидетельствованном в литовских aušta и aũšti, латышском àust, авестском usaitī и санскритском ucchāti. Поэтическая формула «светлый рассвет» также засвидетельствована в индоиранской традиции: санскритское uchantīm usásam и юноавестское usaitīm uṣ̌ā̊ŋhəm. Также засвидетельствовано хапакс легоменон uşád bhiḥ (инструментальный падеж, множественное число). Другие следы корня присутствуют в зороастрийской молитве к рассвету Хошбам и в Ушахин гах (час рассвета), исполняемом между полуночью и рассветом. В персидской исторической и священной литературе, а именно в Бундахишне, в главе о генеалогии династии Каянидов, принцесса Франаг, находящаяся в изгнании со «Славой Фредона» после того, как избежала убийственных замыслов отца, обещает отдать своего первенца, Кая Апивеха, «Ошебаму». Ошебам, в свою очередь, спасает Франаг. В Яште о Заме, Ангеле щедрой Земли, содержится отрывок upaoṣ̌ā̊ŋhə («расположенный в розовом рассвете»), «гипостатическое производное от неатестированного *upa uṣ̌āhu ‘в утреннем свете’». Особый гимн, zorile («заря»), пели colindători (традиционные румынские певцы) во время похорон, умоляя рассвет не спешить уйти или прося их не допустить отхода души из этого мира. Слово имеет славянское происхождение, с термином «заря», присоединенным к румынскому артиклю le. Стефан Циммер предполагает, что валлийское литературное выражение ym bronn y dyd («на груди дня») является архаичной формулой, возможно, относящейся к богине рассвета, обнажившей свою грудь.

Наследие

Ученые предполагают, что римское имя Аврелий (первоначально Аусэлий, от сабинского слова, означающего «солнце») и этрусский бог солнца Усил (вероятно, имеющий оско-умбрийское происхождение) могут быть связаны с индоевропейским словом, обозначающим рассвет. Фигура в белорусской традиции по имени Аўсень (Аусэніс), связанная с приходом весны, предположительно, имеет родство с остатками этого корня и его производными, сохранившимися в средневековой ономастике. В средневековом французском некрологе XII века из Мойсака (Окситания) зафиксированы сложные имена германского происхождения, содержащие корни Aur (например, Auraldus) и Austr (например, Austremonius, Austrinus, Austris). Имена франкского происхождения засвидетельствованы в «полиптике» аббатства Сен-Жермен-де-Пре, содержащем aust (иногда host или ost) и austr (или ostr > французское out). Германские личные имена в Галисии и иберийские топонимы с приставками aus, astr и aust (> ost) также свидетельствуют о сохранении корня вплоть до средневековья. Персонаж по имени Гваурдур упоминается в мабиногионской повести о Кульхуче и Ольвене. Стефан Циммер предполагает, что это либо пережиток богини рассвета, либо имя, означающее «с цветом стали», поскольку gwawr может также означать «цвет, оттенок, тень». Это имя также встречается в Кану Анеирин в вариантах Гвардур, Гуаруд, Гуаурдур, (Г)варедур или (Г)валедур. Все они происходят от средневаллийского gwawr («рассвет»; также «герой, принц»). По мнению лингвиста Ранко Матасовича, последнее происходит от протокельтского *warī («восход, восток», среднеирландское fáir), которое, в свою очередь, восходит к индоевропейскому корню, обозначающему «весну». В албанских народных верованиях Пренде, которой поклонялись в северной Албании до недавнего времени, является богиней рассвета, чье имя восходит к индоевропейскому корню, означающему «она, которая приносит свет», от которого также, как считается, регулярно спускалась древнегреческая Персефáтта, вариант имени Персефона. В албанском фольклоре Пренде также называют Afër dita – албанская фраза, означающая «близкий день», «день близок» или «рассвет», – которая используется как местное название планеты Венеры: (h)ylli i dritës, Afërdita («звезда света, Afërdita» – то есть Венера, утренняя звезда) и (h)ylli i mbrëmjes, Afërdita («звезда вечера, Afërdita» – то есть Венера, вечерняя звезда). По мнению лингвиста Вацлава Блажека, албанское слово (h)yll («звезда») имеет вероятное конечное происхождение от корня, обозначающего «рассвет», в частности через слово, обозначающее «утренняя звезда», что подразумевает вполне естественную семантическую эволюцию «рассвет» > «утренняя звезда» > «звезда».

Влияния

По словам Майкла Витцеля, на японскую богиню рассвета Узуме, почитаемую в синтоизме, оказала влияние ведическая религия. Антрополог Кевин Туайт предположил, что грузинская богиня Дали также демонстрирует несколько параллелей с индоевропейскими богинями рассвета. Афродита, греческая богиня любви и страсти, может быть мифологическим потомком индоевропейской богини рассвета. Ученые отмечают сходства, основываясь на ее связи с небесным божеством в качестве отца (Зевса или Урана) и ее ассоциации с красным и золотым цветами. В «Илиаде» Афродита ранена смертным и ищет утешения у груди своей матери (Дионы). Диона рассматривается как женский аналог Зевса и, как считается, этимологически происходит от протоиндоевропейского корня.