Введение

Английская детская писательница и редактор (1775–1851)

Мэри Марта Шервуд (урождённая Батт; 6 мая 1775 – 22 сентября 1851) была английской детской писательницей XIX века. Из более чем четырёхсот её произведений наиболее известны «История маленького Генри и его носильщика» (1814) и две серии – «История Генри Милнера» (1822–1837) и «История семьи Фэрчайлд» (1818–1847). Её евангелизм пронизывал ранние работы, но поздние произведения затрагивают типичные викторианские темы, такие как семейная жизнь. Мэри Марта Батт вышла замуж за капитана Генри Шервуда и на одиннадцать лет переехала в Индию. Она обратилась к евангельскому христианству, открыла школы для детей офицеров армии и местных индийских детей, усыновляла заброшенных или осиротевших детей и основала приют. Её вдохновило написание художественной литературы для детей в военных лагерях. Её работы были хорошо приняты в Великобритании, куда Шервуды вернулись в 1816 году по медицинским причинам. Она открыла школу-интернат, редактировала детский журнал и опубликовала сотни трактатов, романов и других произведений для детей и бедных, что увеличило её популярность как в Соединенных Штатах, так и в Великобритании. Она умерла в 1851 году в Твикенхеме, Миддлсекс. Карьера Шервуд включала три периода: романтический (1795–1805), евангелический (1810 – ок. 1830), в течение которого она создала свои самые популярные и влиятельные работы, и пост-евангелический (ок. 1830–1851). Темы её творчества включали «её убеждение в изначальной испорченности человека», веру в то, что литература «имеет катехизическую ценность» для всех слоёв общества, убеждение в том, что «динамика семейной жизни» должна отражать основные христианские принципы, и её «резкую» антикатолическую позицию. В детстве, до шести лет, Шервуд сочиняла истории в голове, прежде чем научиться писать, и умоляла мать их переписывать. Её брат был её постоянным спутником. Шервуд и её сестра Люси Литтелтон получили широкое образование для девочек в конце XVIII века: Шервуд изучала латынь и греческий язык и ей разрешалось свободно читать в библиотеке отца. Шервуд утверждает в своей автобиографии, что к тринадцати годам она достигла своего окончательного роста, но мать продолжала одевать её как ребёнка, поэтому она пряталась в лесу с книгой и куклой. Несмотря на одинокое детство, ей, по-видимому, нравилось посещать школу мадам Сен-Кантен для девочек в Редингском аббатстве, которой руководили французские эмигранты, и которую также посещала Джейн Остин. В Бриджпорте Шервуд начала писать сентиментальные романы; в 1802 году она продала «Маргариту» за 40 фунтов стерлингов мистеру Хейзарду из Бата и «Историю Сьюзен Грей», роман в духе «Памелы», за 10 фунтов. Исследователь детской литературы Джиллиан Эйвери утверждает, что «Семья Фэрчайлд» была «такой же неотъемлемой частью английского детства, как Алиса позже». Хотя книга была популярна, сохранились некоторые свидетельства, указывающие на то, что читатели не всегда интерпретировали её так, как хотела Шервуд. Лорд Фредерик Гамильтон, например, пишет, что «там было много еды и питья; молитвы всегда можно было пропустить, и в ней было три-четыре очень ярких описания похорон». Хотя в XX веке «Семья Фэрчайлд» приобрела репутацию назидательной, в начале XIX века её считали восхитительно реалистичной. Шарлотта Мэри Йонг (1823–1901), критик, которая также писала детскую литературу, хвалила «восторг, с которым [Шервуд] описывает новые куклы» и «абсолютно сенсационную непослушность» детей. Большинство критиков XX века, в том числе Джордж Оруэлл, назвавший книгу «злой», осудили её жестокость, указав на моральный визит Фэрчайлдов к виселице с гниющим трупом, висящим на ней; но Катт и другие утверждают, что положительное изображение семьи в тексте, особенно акцент Шервуда на ответственности родителей за воспитание собственных детей, было важным для привлекательности книги. Она утверждает, что «влияние» Шервуда, через такие книги, как «Семья Фэрчайлд», «на структуру викторианской жизни трудно переоценить». «Семья Фэрчайлд» имела такой успех, что Шервуд написала два продолжения в 1842 и 1847 годах. Они отражали её меняющиеся ценности, а также ценности викторианской эпохи. Примечательно, что слуги в первой части, «которые почти являются частью семьи, в третьей части уступают место их сплетничающим и льстивым коллегам в прекрасном поместье». Наиболее существенным тематическим изменением в серии было исчезновение евангелизма. В то время как все уроки в первой части подчеркивают «человеческую испорченность» детей и побуждают читателя думать о загробной жизни, во второй и третьей частях на первый план выходят другие викторианские ценности, такие как «пристойность» и сыновнее послушание. Доусон описывает разницу с точки зрения снисходительности родителей; во второй и третьей частях родители Фэрчайлд используют более мягкие дисциплинарные методы, чем в первой.

Евангельская трактатная литература в 1820-х и 1830-х годах

В 1820-х и 1830-х годах Шервуд написала множество трактатов для бедных. Как и ее романы для среднего класса, они "учили урокам личной стойкости, упования на Провидение и принятия своего земного положения". Подчеркивая индивидуальный опыт и личные отношения с Богом, они предостерегали читателей от объяснения своих успехов или неудач "более масштабными экономическими и политическими силами". В этом они были схожи с трактатами из серии "Cheap Repository Tracts", многие из которых были написаны Ханной Мор. Как утверждает Линда Петерсон, исследовательница женской литературы XIX века, трактаты Шервуд используют библейскую "интерпретационную рамку" для подчеркивания преходящести земных вещей. Например, в "Поездке на коляске по улицам Лондона" (1819) Джулии разрешают ходить по магазинам с матерью только при условии, что она будет "вести себя благоразумно на улице" и "не предаваться своим желаниям". Она не может сдержать обещание и с жадностью заглядывает в витрины каждого магазина, умоляя мать купить ей все, что она видит. Мать, в свою очередь, разрешает ей выбрать по одному предмету в каждом магазине. Джулия, в восторге, выбирает синие атласные сапоги, перочинный нож, новую шляпу с цветами и другие вещи, пока они не доходят до похоронного бюро. Там ее настроение резко падает, и она осознает мораль урока, озвученную матерью, когда выбирает гроб: "Ибо живущая в удовольствиях мертва, будучи жива" (1 Тимофею 5:6).

Антикатолицизм в 1830-х годах

Антикатолицизм Шервуд наиболее очевидно проявляется в её произведениях 1820-х и 1830-х годов. В 1820-е годы в Британии католики добивались расширения гражданских прав, и именно тогда Шервуд написала свои наиболее резкие критические работы, направленные против них. После принятия Римско-католического закона об облегчении положения 1829 года Шервуд и многие разделявшие её взгляды опасались влияния, которое католики могли приобрести в правительстве, и написали романы «Виктория» (1833), «Настоятельница» (1833) и «Монах из Сими» (1834), чтобы проиллюстрировать предполагаемые опасности католицизма. В романе «Монах» повествование ведётся от первого лица и рассказывает о решении Эдмунда Этерингтона отречься от англиканской церкви и перейти в католическую. Будучи монахом, он высмеивает своих собратьев, замышляет убийство и растлевает молодую женщину. Некоторые евангелисты не разделяли её точку зрения на католическую эмансипацию и были обеспокоены этими книгами; один евангелистский критик назвал роман «Монах из Сими» «несправедливым и неубедительным».

Колониализм

Находясь в Индии, Шервуд написала серию текстов, основанных на колониальной жизни. Ее самая популярная книга, «История маленького Генри и его носильщика» (1814), рассказывает о юном британском мальчике, который на смертном одре обращает в христианство Бузи, индийца, заботившегося о нем на протяжении всего детства. Книга имела огромный успех, достигнув 37 изданий к 1850 году и была переведена на французский, немецкий, испанский, хиндустани, китайский и сингальский языки. Повествование Шервуд сочетает в себе реализм и сентиментальность, знакомя читателей с индустанскими словами и описаниями того, что она считала подлинной индийской жизнью. Как объясняет Катт, «с этой работой некролог (который неизменно подчеркивал обращение и христианскую смерть) приобрел оттенок романтики». Шервуд также написала сопутствующую историю под названием «Маленькая Люси и ее Дхае» (1825), повествующую схожую историю. В книге «Индийский паломник» (1818) проявляются религиозные предубеждения Шервуд: «Мусульмане и иудеи пользуются более благосклонным отношением, чем индусы, из-за их веры в единого Бога, но римским католикам не уделяется больше внимания, чем индуистским идолопоклонникам». Хотя «Индийский паломник» никогда не издавался в Индии, он пользовался популярностью в Британии и Америке. Шервуд также писала тексты для индийских слуг британских семей в стиле британских произведений для бедных. Одним из таких текстов была «Ая и леди» (1813), в которой ая, или служанка, «изображена как хитрая, эгоистичная, ленивая и ненадежная. Ее работодатели хорошо осведомлены о ее недостатках, но терпят ее». Более чуткое и реалистичное изображение индийцев появляется в «Последних днях Бузи» (1842), продолжении «Истории маленького Генри и его носильщика», где обращенный Бузи изгоняется из своей семьи и общины после принятия христианства. В своих произведениях Шервуд демонстрирует чувство превосходства над жителями Индии; поэтому субконтинент в ее работах предстает как морально развращенная земля, нуждающаяся в реформах. Она написала «Историю Джорджа Десмонда» (1821), чтобы предупредить молодых людей об опасностях эмиграции в Индию. Книги Шервуд сформировали мировоззрение нескольких поколений молодых британцев. По словам Катта, изображения Индии, созданные Шервудом, были одними из немногих, доступных молодым британским читателям; эти дети «приобрели твердое убеждение в правоте миссий, которые, внушая искреннюю заботу и подлинную доброту к чужому народу, за который Британия несла ответственность, полностью уничтожили любое скрытое уважение к индийским традициям». Используя постколониальный анализ, Нандини Бхаттачарья подчеркивает сложную взаимосвязь между евангелизмом Шервуд и ее колониализмом. Она утверждает, что евангельские истории Шервуд демонстрируют глубокое колониальное «недоверие к феминизированной активности», представленное умирающим ребенком в «Маленьком Генри и его носильщике». Генри «подрывает фантазию колониалиста об универсальной идентичности, создавая субальтерную идентичность, которая имитирует и разрушает эту фантазию». Но в конечном счете, как утверждает Бхаттачарья, Шервуд не создает ни полностью колониалистический, ни постколониальный текст; смерть таких детей, как Генри, исключает любую возможность для развития альтернативного сознания.

Поздние произведения: викторианство

К 1830 году произведения Шервуд отошли от евангелизма и отразили более традиционные викторианские сюжеты и темы. Например, «Цыганские дети» (1826), возможно, вдохновленная «Гай-Маннерингом» Вальтера Скотта (1815), подчеркивает «человеческие привязанности». В 1835 году она написала готический роман для подростков под названием «Шенти-кузнец», который Катт называет «захватывающей и увлекательной историей» и использует тропы жанра: «потерянный наследник, разрушенный замок, скромные помощники и верный слуга, зловещие и таинственные цыгане, пленник и интрига». В 1835 году Шервуд опубликовала роман «Каролина Мордаунт» о молодой женщине, вынужденной стать гувернанткой. Ее родители умерли, когда она была маленькой, но, к счастью, родственники оплатили ее образование, чтобы она могла зарабатывать на жизнь. Роман прослеживает ее путь от легкомысленной и недовольной девушки до надежной и довольной женщины; она учится приспосабливаться к капризам гордой знати, нелепых литераторов и догматичных евангелистов. Она понимает, что в зависимом положении ей следует довольствоваться не полным счастьем. Однако, осознав это, она находит Бога, а в последней главе – идеального мужа, что в конечном итоге дарит ей почти полное счастье. Катт предполагает, что в этих произведениях Шервуд вдохновлялась Джейн Остин и Джейн Тейлор, заимствуя у них новый «живой, юмористический и сатирический тон». И в более поздних работах, таких как «Каролина Мордаунт», и в ее ранних евангельских текстах Шервуд следовала викторианскому принципу предписания гендерных ролей; в то время как ее более поздние работы очерчивали все более строгие и узкие роли для каждого пола, ее ранние работы, такие как «Семья Фэрчайлд», также предлагали определенные границы: Люси и Эмили учатся шить и вести домашнее хозяйство, в то время как Генри ухаживает за садом и изучает латынь.

Наследие

По мере секуляризации британской системы образования в конце XIX века евангельские книги Шервуд использовались главным образом для обучения бедных и в воскресных школах. Ее миссионерские истории были самыми влиятельными из всех ее произведений, поскольку, по мнению Катт, они "поддерживали миссионерский дух и увековечивали отцовское отношение к Индии, которое сохранялось в [XX веке], широко имитировались" и "способствовали развитию, к сожалению, ошибочного представления о расовом превосходстве из-за чрезмерного упрощения в произведениях некоторых последователей миссис Шервуд". Они оказали влияние на Шарлотту Марию Такер ("А. Л. О. Е.") и, возможно, даже на Редьярда Киплинга. В Соединенных Штатах ранние работы Шервуд пользовались популярностью и переиздавались вплоть до 1840-х годов; после этого начала формироваться традиция собственно американской детской литературы, с такими авторами, как Луиза Мэй Олкотт. Шервуд также сыграла важную роль в развитии идеологии викторианской семьи. Катт признает, что "всезнающий викторианский родитель был не творением миссис Шервуд, а самих викторианцев; тем не менее, изображая родителя как наместника Бога в семье, она заложила и взрастила эту идею". Распространенность темы смерти в ранних рассказах Шервуда и яркое изображение ее земных и потусторонних последствий часто вызывали презрение критиков XX века к ее произведениям. Однако рассказы Шервуда повлияли на стиль других писателей, таких как Чарльз Кингсли и Шарлотта Мэри Йонге. Предполагается, что Джон Раскин использовал Генри Милнера в качестве основы для своей автобиографии "Претерита" (1885–1889). Эксперименты Шервуд с различными жанрами позволили другим писателям разрабатывать инновационные формы детской художественной литературы. Ее творческое использование религиозных трактатов сделало литературу реформаторов более доступной и побудило радикалов, таких как Гарриет Мартино, использовать тот же жанр, хотя и с противоположными целями. Благодаря популярности произведений Шервуд и их влиянию на последующих писателей, Дженис Доусон пишет: "Хотя ее книги больше не пользуются широкой читательской аудиторией, она считается одним из наиболее значительных авторов детской литературы XIX века".