Клеменс Мария Хофбауэр: Апостол Вены и сооснователь Редемптористов

Введение

Австрийский редемпторист и святой Клемент Мария Хофбауэр (Klemens Maria Hofbauer) (26 декабря 1751 – 15 марта 1820) был моравским отшельником, а затем священником Редемптористской конгрегации. Он распространил эту конгрегацию, основанную в Италии, к северу от Альп. За это его считают сооснователем конгрегации. Он был широко известен своей всей жизнью посвященной заботе о бедных в неспокойное время в Европе, которое оставило тысячи людей без средств к существованию. Он служил польскому народу до изгнания, после чего переехал в Австрию. Клемент Мария Хофбауэр почитается как святой в Католической церкви. Его называют апостолом Вены, где он является одним из сопокровителей, наряду со святым Колманом, святым Леопольдом и святым Петром Канизием.

Ранние годы

Родился Йоханнес ("Ханс") Хофбауэр в день святого Стефана (26 декабря) 1751 года в Тасвице (ныне Тасовице), в районе Зноймо Моравского края современной Чехии. Он был девятым из двенадцати детей Марии Стир и Павла Хофбауэра (Павел Дворжак изменил фамилию с чешского "Дворжак" на немецкий "Хофбауэр"). Его отец занимался скотоводством и был мясником. Отец Клемента Марии Хофбауэра умер, когда ему было шесть лет. В те времена у девятого ребенка из дюжины детей бедной вдовы в маленькой деревне было мало надежды поступить в семинарию или вступить в религиозный орден. Тем не менее, изучение латыни началось с местным приходским священником, что, по-видимому, уже указывало на призвание к священству, хотя впереди лежал долгий и трудный путь. Когда Хофбауэру было всего четырнадцать лет, дополнительные занятия резко прекратились из-за смерти пастора. Его преемник не нашёл времени для продолжения обучения.

Пекарь и отшельник

Хофбауэру пришлось оставить учёбу и освоить ремесло. В 1767 году его отправили в ученики в пекарню, расположенную в 8 км от столицы Зноймо (на немецком языке – Знаим). В 1770 году он устроился на работу в 9 км от Тасвица, в пекарню приората монастыря Лука каноников-регуляров премонстрантов, также известных как Белые каноны. В то время война и голод вынуждали многих обращаться за помощью в этот приорат. Хофбауэр трудился не покладая рук, чтобы накормить людей, приходивших к вратам монастыря. Он оставался слугой в приорате до 1775 года, когда решил вести жизнь отшельника. Однако через восемь лет этот замысел был прерван: император Иосиф II, сторонник просвещённого абсолютизма, упразднил все отшельничества в Габсбургской империи. Хофбауэр переехал в Вену, чтобы вновь зарабатывать на жизнь пекарем. В 1782 году, после паломничества в Рим, Клемент Мария Хофбауэр прибыл в Тиволи, в Италии. Он возобновил жизнь отшельника в близлежащем святилище Богоматери Квинтилиоло, находившемся под покровительством местного епископа Варнавы Чиарамонте (впоследствии Папы Пия VII), который и облачил его в одеяние отшельника. Именно тогда Хофбауэр принял имя Клемент Мария: Клемент, вероятно, в честь святого Климента Римского, а Мария – в честь Пресвятой Девы Марии. Как отшельник, Хофбауэр сосредоточился на молитвенном бдении, ходатайствуя за себя и за тех, кто мог пренебрегать молитвой. Он помогал паломникам, прибывавшим в святилище. Однако менее чем через шесть месяцев он покинул Квинтилиоло; хотя сила молитвы за человечество была неоспорима, его постоянно звал к священству. Хофбауэр вернулся в приорат монастыря Лука, чтобы снова быть полезным, выпекая хлеб, и возобновить изучение латыни. В 29 лет, при поддержке двух дам, с которыми он познакомился во время службы в базилике приората (посвящённой Успению Богородицы и святому Вацлаву), Клемент Мария Хофбауэр поступил в Венский университет. Правительство императора Иосифа закрыло все семинарии. Желающие стать священниками должны были учиться в университетах, находящихся под контролем государства. Курсы теологии, пропитанные жозефинизмом, рационализмом и т.д., вызывали разочарование. Его учили многому, в чём он сомневался. Тем не менее, он завершил изучение философии к 1784 году. Но он не мог продвинуться дальше к рукоположению: император запретил религиозным общинам принимать новых кандидатов.

No longer studying, Hofbauer had to learn a trade. He was sent to become an apprentice in a bakery 8 km away in the local capital of Znojmo (in German called Znaim) in 1767. In 1770, he went to work 9 km from Taßwitz, in the bakery of the priory in Kloster Louka of the Premonstratensian canons regular, also known as the White Canons. At that time, war and famine had left many dependent on this priory for help. Hofbauer slaved around the clock to feed those at the priory door. He remained a servant at the priory until 1775, when he embarked on the life of a hermit. That, however, was aborted after eight years; the Emperor Joseph II, a proponent of enlightened absolutism, abolished all hermitages in the Habsburg Empire. Hofbauer moved to Vienna, once more to earn his keep as a baker. In 1782, after a pilgrimage to Rome, Clement Mary Hofbauer found his way to Tivoli, in Italy. He resumed the life of a hermit, at the nearby shrine of Our Lady of Quintiliolo. This was under the patronage of the local bishop, Barnabas Chiaramonte (later Pope Pius VII), who clothed him in the religious habit of a hermit. This was when Hofbauer took the name of Clement Mary: Clement, most likely after St. Clement of Rome, and Mary in honour of the Virgin Mary. As a hermit, Hofbauer focused on oversight in prayer, appealing for himself and anyone who might neglect to pray. He made himself useful at the shrine, assisting pilgrims arriving there. After less than six months, however, he left Quintiliolo; while the force of praying for mankind could not be gainsaid, persistent was a call to the priesthood. Hofbauer returned to the priory at Kloster Louka; to make himself useful baking bread again, and to resume studying Latin. At age 29, sponsored by two ladies he met while serving at Mass in the priory's basilica (dedicated to the Assumption and St. Wenceslas), Clement Mary Hofbauer enrolled at the University of Vienna. Emperor Joseph's government had closed all seminaries. Students for the priesthood had to study at government controlled universities. Theology courses permeated by Josephinism, rationalism etc were frustrating. He was taught much that he found questionable. This notwithstanding, he had completed his philosophy studies by 1784. But he could proceed no further toward ordination: the emperor had forbidden religious communities from accepting new candidates.

Редэмпторист

19 марта 1785 года, в день святого Иосифа, Хофбауэр и Хюбль были облачены в одеяние редемптористов, публично принеся обеты бедности, целомудрия и послушания. Десять дней спустя, в соборе Алатри, они были рукоположены в священники. Им предстояло вернуться и основать конгрегацию Пресвятейшего Искупителя к северу от Альп. Осознавая это, два редемпториста отправились в часть Речи Посполитой, которая ныне является Польшей. В пути к ним присоединился Петер Кунцманн, еще один обученный пекарь. Хофбауэр и он совершили совместное паломничество. Ему суждено было стать первым неитальянским редемптористским братом-мирянином.

Предыстория

Более двух столетий Польско-Литовское Содружество было крупным и неуклюжим государством. После многих лет экономического и военного упадка, особенно по отношению к России, в 1787 году, когда прибыл Хофбауэр, наступили смуты. Под властью Екатерины II король Станислав II был фактически марионеткой. Пятнадцать лет назад страну разделили, земли были распределены между Австрией, Россией и Пруссией. В 1791 году была провозглашена парламентская конституция – исторически вторая письменная конституция после американской 1787 года. Конституция приобрела символическое значение. Она стала Биллем о правах польской традиции, воплощением всего просвещенного и прогрессивного в прошлом Польши, постоянным укором тирании держав, осуществивших разделы. Она стремилась создать современную, централизованную республику. Однако было уже слишком поздно противостоять окружающим враждебным силам самодержавия. Такие опасения высказал прусский государственный деятель Эвальд фон Герцберг: «Поляки нанесли смертельный удар прусской монархии, приняв конституцию». Если бы Польско-Литовское Содружество окрепло, на Пруссию было бы оказано давление с целью вернуть недавно захваченные земли. Новая конституция вызвала гнев императрицы Екатерины. Польский король был ее бывшим возлюбленным; она считала Польшу де-факто протекторатом. Главный автор российской внешней политики Александр Безбородко писал: «Из Варшавы пришли самые плохие известия: польский король почти стал суверенным». Для соседей Польши связи польских реформаторов с Французской Национальной Ассамблеей пахли революцией, бросая вызов абсолютным монархиям. Екатерина вмешалась. К счастью для России, она только что вышла из отдельных конфликтов с Турцией и Швецией. Поддержка была оказана польской антиреформенной группе – Тарговицкой конфедерации. Менее чем через год механизм новой конституции был разрушен российскими армиями, объединившимися с консервативной польской знатью. В войне в защиту Конституции польские лоялистские силы были разбиты. Еще один раздел, столь же тревожный, как и первый, произошел через шесть лет после прибытия Хофбауэра. В результате 10 миллионов (то есть 71%) из первоначального населения в 14 миллионов лишились прав; они больше не находились под польским правлением. Еще один раздел через два года (см. Разделы Польши) положил конец существованию Польши. Клемент Марий Хофбауэр и его команда провели в Варшаве двенадцать лет, когда 19 ноября 1799 года Наполеон совершил государственный переворот в далеком Париже. Через несколько лет он объявил себя императором, планируя создать империю. С 1803 года армии Франции под его командованием сражались почти со всеми европейскими державами и получили контроль над большей частью континентальной Европы либо путем завоеваний, либо путем союзов. В 1806 году Великая армия заняла город, где работали Хофбауэр и его команда. Было создано Варшавское герцогство как зависимое государство. Влияние правления короля Фридриха Августа подчинялось французским требованиям. То немногое, что осталось в Варшавском герцогстве, теперь должно было использоваться для военных амбиций в других местах. На протяжении 21 года пребывания Хофбауэра в Варшаве он не мог рассчитывать ни на общественную безопасность, ни на институциональную стабильность. Три раздела Польши привели к огромным кровопролитиям. Силы противника были подавляющими, несмотря на усилия Тадеуша Костюшко. Вскоре после победы при Рацлавице бои охватили Варшаву во время Страстной недели 1794 года. Последовала резня в варшавском районе Прага. В качестве возмездия или мести русская императорская армия убила до 20 000 мирных жителей, независимо от пола и возраста. «Вся Прага была усеяна трупами, кровь текла ручьями», – писал русский командующий Александр Суворов. Как и все жители Варшавы, редемптористы находились в постоянной опасности. Бомбы, пробившие крышу церкви, где они находились, не взорвались не менее трех раз.

For more than two centuries the Polish–Lithuanian Commonwealth had been a large and unwieldy polity. After years of economic and military decline, vis à vis Russia in particular, there was turmoil when Hofbauer arrived in 1787. Under Catherine II's thumb, King Stanislaus II was virtually a puppet. Fifteen years earlier, a partition had been forced on the country, land being distributed between Austria, Russia, and Prussia. In 1791, a parliamentary constitution was promulgated; historically the second written constitution after that of the United States in 1787. The constitution “assumed a symbolic importance It was the Bill of Rights of the Polish tradition, the embodiment of all that was enlightened and progressive in Poland’s past, a permanent reproach to the tyranny of the partitioning powers.” It “sought to create a modern, centralized republic.”. It was too late, however, to withstand the encircling hostile forces of autocracy. Such fears were voiced by the Prussian statesman Ewald von Hertzberg: "The Poles have given the coup de grâce to the Prussian monarchy by voting a constitution". Were the Polish–Lithuanian Commonwealth to grow in resilience, pressure would come to return what Prussia had recently purloined. The new constitution infuriated Empress Catherine. Poland's king was her former lover; she considered Poland a de facto protectorate. A chief author of Russian foreign policy, Alexander Bezborodko wrote "The worst possible news has arrived from Warsaw: the Polish king has become almost sovereign". For Poland's neighbours, the links of Polish reformers with the French National Assembly reeked of revolution; throwing down the gauntlet before the absolute monarchies. Catherine intervened. By chance, Russia had just extricated herself from separate entanglements with Turkey and Sweden. Support was lent to a Polish anti reform group, the Targowica Confederation. After barely a year, the machinery of the new constitution had been wrecked by Russian armies allied with conservative Polish nobility. In the War in Defence of the Constitution Polish loyalist forces were routed. Another partition, as unsettling as the first, was to occur six years after Hofbauer arrived. This left 10 million (i. e. 71%) of the original population of 14 million disenfranchised; no longer under Polish rule. At yet another partition two years later (see Partitions of Poland), Poland ceased to exist. Clement Mary Hofbauer and his team had been in Warsaw twelve years when, on 19 November 1799, Napoleon led a coup d'état in faraway Paris. Within a few years he announced he was an emperor, planning to claim an empire. From 1803 the armies of France under his command fought almost every European power, and acquired control of most of continental Europe, whether by conquest or alliance. In 1806 the Grande Armée took over the city where Hofbauer and his team were working. The Duchy of Warsaw was established as a client state. The impact of King Frederick Augustus' rule was subordinated to French requirements. What little remained in the Warsaw Duchy was now to resource military ambitions elsewhere. Throughout Hofbauer's 21 years in Warsaw, he can have counted upon neither public security nor institutional stability. The three partitions of Poland brought about great bloodshed. Enemy forces were overwhelming, notwithstanding the endeavours of Tadeusz Kościuszko. Soon after his victory at Racławice, the fighting engulfed Warsaw during Holy Week of 1794. There followed the massacre of Warsaw's Praga district. Whether in reprisal or revenge, the Russian imperial army killed up to 20,000 civilians, regardless of gender and age. "The whole of Praga was strewn with dead bodies, blood was flowing in streams" wrote the Russian commander, Alexander Suvorov. Along with all Warsaw's residents, the Redemptorists' lives were in constant danger. Crashing through the church roof where they were based, bombs failed to explode on no less than three occasions.

Бедность

В феврале 1787 года, когда трио прибыло в Варшаву, население города составляло почти 120 000 человек. Несмотря на наличие около 160 церквей и 20 религиозных учреждений, нужда в благотворительности была острой: многие люди были бедны и необразованны, а их дома приходили в упадок. Они прибыли в Варшаву без средств; Клемент Марий Хофбауэр отдал свои последние три серебряные монеты нищим по пути. Они встретились с апостольским делегатом, архиепископом Салуццо. Из-за плохих дорог и зимней погоды он посоветовал гостям остаться в столице на некоторое время. Епископ Познани, в чьей диоцезе находилась Варшава, поручил им заботу о церкви, посвященной святому Бенно, для обслуживания немецкоговорящего населения Варшавы. Одновременно под их опеку были переданы приют для сирот и школа для детей ремесленников. Обремененные этими обязанностями, Хофбауэр и его спутники должны были довести начатое до конца. В итоге они остались в Варшаве. После аудиенции у короля Станислава Августа Понятовского Хофбауэр и его товарищи получили материальную поддержку. Помощь была обещана также Комиссией национального просвещения и Сеймом (парламентом) в Гродно. Тем не менее, Клементу Марию Хофбауэру иногда приходилось просить милостыню. Рассказывают, что однажды он зашел за подаянием в местную таверну. Когда он попросил пожертвования, один из посетителей презрительно плюнул ему пивом в лицо. Вытерев пиво, он ответил: "Это было для меня. А что у вас есть для моих ребят?" Говорят, что изумленные посетители таверны были настолько полны раскаяния, что отдали Хофбауэру все свои выигрыши – более 100 серебряных монет. Увидев на улице бездомного мальчика, Клемент Марий Хофбауэр привел его в приходской дом, вымыл, накормил, а затем обучил ремеслу и наставил на христианский образ жизни. Когда число мальчиков стало слишком большим для прихода, Хофбауэр открыл приют Иисуса Младенца для своих бездомных воспитанников. Хофбауэра любили не только его ученики, но и представители интеллигенции. Сообщается, что он поддерживал своих учеников в их трудностях, давал им советы, обучал, кормил и направлял в повседневной жизни.

Back in February 1787, when the trio reached Warsaw, it had almost 120,000 people. Despite some 160 churches and 20 religious houses, charitable work cried out for attention: lots of people were poor and uneducated, their houses in disrepair. They had arrived in Warsaw with no money; Clement Mary Hofbauer had given their last three silver coins to beggars along the way. They met the apostolic delegate, Archbishop Saluzzo. With bad roads and wintery weather, he signalled his guests should stay in the capital for the time being. The bishop of Poznań, in whose diocese Warsaw lay, entrusted them with the church dedicated to St Benno, to serve the German speaking people of Warsaw. At the same time, an orphanage and a school for the families of manual craftsmen were put under their care. Charged with all this, Hofbauer and his companions had to see things through. They ended up remaining in Warsaw. After an audience with King Stanisław August Poniatowski, Hofbauer and his companions gained material assistance. Help was promised also from the Commission of National Education, and the Sejm (Parliament) in Grodno. This notwithstanding, sometimes Clement Mary Hofbauer had to seek alms. The story goes that on one occasion he went begging at a local pub. When he asked for a donation, one of the customers scornfully spat beer into Hofbauer's face. Wiping off the beer, he responded, "That was for me. Now what do you have for my boys?" It is said that the astounded men in the bar were so full of remorse that they gave Hofbauer all their winnings, more than 100 silver coins. When he saw a homeless boy on the street, Clement Mary Hofbauer brought him to the rectory, cleaned him up, fed him, and then taught him a trade and instructed him in the christian way of life. When the number of boys grew too large for the rectory, Hofbauer opened the Child Jesus Refuge for his homeless boys. Hofbauer was loved not only by his pupils, but also in more intellectual circles. It is reported that he accompanied the struggles of his pupils, advising them, teaching them, feeding them and guiding them through everyday life.

Евангелизация

Когда редемптористы впервые открыли свою церковь, они проповедовали перед пустыми скамьями. Очевидно, людям было трудно доверять этим иностранным священникам. Многие другие отпали от католицизма, некоторые обратились к масонству. Чтобы помочь восстановить католическую веру, Хофбауэр и его соратники взялись за дело. Уличные бои должны были достичь Варшавы (см. выше). Хофбауэр и его соратники призывали к миру. Это лишь усилило подозрения, и их стали называть предателями. Преследования начались в 1795 году, когда Варшава попала под прусскую оккупацию. Хофбауэр обратился непосредственно к прусскому королю. В меморандумах, представленных Хофбауэром, указывалось, что в начальной школе обучалось 256 мальчиков и 187 девочек; что это была единственная школа для девочек в Варшаве; что дети были бедными и получали бесплатное образование; что многие из них были бездомными и сиротами, проживающими в школе бесплатно. Все это не дало результатов. Последовал указ о закрытии школы. Со временем церковь Святого Бенно стала процветающим центром католической церкви в Варшаве. К 1800 году рост был ощутим как в деятельности церкви, так и в общине редемптористов. Количество причащающихся возросло с 2000 (в 1787 году) до более чем 100 000. Из числа мальчиков, находящихся под его опекой, Клемент Марий Хофбауэр начал набирать будущих редемптористов. После поступления в гимназии он сам взялся за преподавание философии и теологии, продолжая это до момента рукоположения. Через восемь лет у него было семь священников. Также был основан новициат. К 1803 году число священников достигло 18. В 1808 году насчитывалось 36 редемптористов. После захвата власти французами в 1806 году был принят закон, запрещавший местным пасторам разрешать редемптористам проводить миссии в своих приходах. За этим последовал еще более строгий запрет на проповедь и исповедь в их собственной церкви Святого Бенно. Король Фридрих Август I был бессилен остановить тех, кто желал избавиться от редемптористов. По просьбе маршала Давута Наполеон подписал приказ (9 июня 1808 года) об их переводе (20 июня) в крепость Костшин-над-Одрой. Их освободили через месяц, но не разрешили вернуться в Польшу. В 1809 году, когда войска Наполеона атаковали Вену, Хофбауэр работал больничным капелланом, заботясь о множестве раненых солдат. Архиепископ, увидев рвение Хофбауэра, попросил его позаботиться о небольшой итальянской церкви в Вене. Он оставался там четыре года, пока в июле 1813 года не был назначен капелланом монахинь Урсулинок. Заботясь о духовном благополучии монахинь и мирян, приходивших в их часовню, Хофбауэр приобрел репутацию мощного проповедника и кроткого исповедника. В начале XIX века Вена была крупным культурным центром Европы. Хофбауэр любил проводить время со студентами и интеллектуалами. Он заботился о молодых людях, особенно о студентах университета, всегда был готов оказать поддержку, как духовную, так и материальную. Студенты приходили к нему поодиночке и группами, чтобы поговорить, пообедать или получить совет. Многие из них впоследствии стали редемптористами. Вокруг Клемента Мария Хофбауэра собрался кружок ученых и образованных венцев. Благодаря им оказывалось преобразующее влияние на других, разжигая религиозное возрождение в Австрии. Среди известных и творческих людей, которых он обратил в католическую веру, были Карл Вильгельм Фридрих Шлегель, Доротея фон Шлегель (дочь философа Моисея Мендельсона), художник Фридрих Август фон Клинковстрем, Иосиф фон Пилат (личный секретарь Меттерниха) и Захарий Вернер, в честь которого названа часовня католического студенческого центра.

When the Redemptorists first opened their church they preached to empty benches. People apparently found it hard to trust these foreign priests. Many others had lapsed from Catholicism, some to adopt Freemasonry. To help restore the Catholic faith, Hofbauer and his companions set to work. Street battles were to reach Warsaw (see above). Hofbauer and his companions appealed for peace. This only served to fuel suspicion and they became labelled as traitors. Persecutions started in 1795, when Warsaw came under Prussian occupation. Hofbauer appealed directly to the Prussian king. Memoranda to him from Hofbauer record that attending the elementary school were 256 boys and 187 girls; that this was Warsaw's only school for girls; that the children were poor and receiving their tuition free; that many were homeless and orphans, housed at school free of charge. All to no avail. The decree arrived to close the school. In time St. Benno's became the thriving centre of the Catholic Church in Warsaw. By the year 1800, growth was palpable, both in the work at the church and in the Redemptorist community. Reception of the sacraments had risen from 2,000 (in 1787) to over 100,000. From among the boys under his care, Clement Mary Hofbauer started to recruit future Redemptorists. After ensuring they got into junior high schools, he himself undertook teaching them philosophy and theology, maintaining this until presented for ordination. He had seven priests after eight years. A novitiate was also founded. There were 18 priests by 1803. In 1808 there were 36 Redemptorists. After the French took over in 1806 a law was passed that forbade local pastors from letting the Redemptorists preach missions in their parishes. There followed an even harsher prohibition from preaching and hearing confessions in their own church of St. Benno's. King Frederick Augustus I was powerless to stop those who wished rid of the Redemptorists. At the request of Marshal Davout, Napoleon signed an order (9 June 1808) that they be transported (20 June) to the fortress in Kostrzyn nad Odrą. They were released after a month, but not allowed to return to Poland. In 1809, when the forces of Napoleon attacked Vienna, Hofbauer worked as a hospital chaplain caring for the many wounded soldiers. The archbishop, seeing Hofbauer's zeal, asked him to care for a little Italian church in Vienna. He remained there for four years until he was appointed chaplain to the Ursuline Sisters in July 1813. Attending to the spiritual welfare of the nuns and lay people who came to their chapel, Hofbauer gained a reputation as a powerful preacher and gentle confessor. In the early days of the 19th century, Vienna was a major cultural centre of Europe. Hofbauer enjoyed spending time with the students and the intellectuals. Hofbauer took care of young people, especially students at the university. He was always ready to offer support, both spiritual and material. Students came, singly and in groups, to his quarters to talk, share a meal, or get advice. A good many of them later became Redemptorists. A coterie of the learned and educated among the Viennese gathered around Clement Mary Hofbauer. Through them there developed a redeeming influence on others, fuelling religious revival in Austria. Notable and artistic people he shepherded into the Catholic Church included Karl Wilhelm Friedrich Schlegel, Dorothea von Schlegel (daughter of the philosopher Moses Mendelssohn), Friedrich August von Klinkowström the artist, Joseph von Pilat (Metternich's private secretary), Zacharias Werner where the Catholic student centre's chapel bears his name.

Наследие

Хофбауэр – одна из фигур, запечатлённых на картине Яна Матейко «Конституция 3 мая 1791 года».