Введение

Французский классический либеральный теоретик, политический экономист и член французского собрания Клод Фредерик Бастиа (/b//ɑː//s//t//i/'/ɑː/; klod fʁedeʁik bastja; 30 июня 1801 года – 24 декабря 1850 года) был французским экономистом, писателем и видным представителем Французской либеральной школы. Член Французской Национальной ассамблеи, Бастиа разработал экономическую концепцию издержек упущенных возможностей и представил притчу о разбитом окне. Экономический теоретик Йозеф Шумпетер назвал его «самым блестящим экономическим публицистом, когда-либо жившим». Как сторонник классической экономики и экономики Адама Смита, его взгляды поддерживали свободный рынок и оказали влияние на Австрийскую школу. Он наиболее известен своей книгой «Закон», где он утверждал, что закон должен защищать такие права, как частная собственность, а не допускать «грабеж» чужой собственности.

Биография

Бастиа родился 29 июня 1801 года в Байоне, Аквитания, портовом городе на юге Франции в Бискайском заливе. Его отец, Пьер Бастиа, был известным предпринимателем в городе. Его мать умерла в 1808 году, когда Фредерику было семь лет. Его отец переехал вглубь страны, в город Мугрон, а Фредерик последовал за ним вскоре после этого. Имение Бастиа в Мугроне было приобретено во время Французской революции и ранее принадлежало маркизу де Поянн. Пьер Бастиа умер в 1810 году, оставив Фредерика сиротой. Его воспитывали дед по отцовской линии и его незамужняя тетя Жюстин Бастиа. Он учился в школе в Байоне, но тетя сочла её недостаточно хорошей и перевела его в школу Сен-Север. В 17 лет он бросил учёбу в Сорезе, чтобы работать у своего дяди в семейном экспортном бизнесе. Это была та же фирма, в которой его отец был компаньоном. Среди его наиболее известных работ – «Экономические софизмы», серия эссе (первоначально опубликованных в Journal des économistes), содержащая защиту свободной торговли. Бастиа написал эту работу, живя в Англии, чтобы дать советы создателям Французской Республики об опасностях, которых следует избегать. «Экономические софизмы» были переведены и адаптированы для американских читателей в 1867 году экономистом и историком денежного обращения Александром дель Маром, писавшим под псевдонимом Эмиль Вальтер.

Экономические софизмы и петиция свечников

В "Экономических софизмах" содержится сатирическая притча, известная как петиция свечников, в которой свечники и производители жира обращаются в Палату депутатов французской июльской монархии (1830–1848) с просьбой заблокировать Солнце, чтобы предотвратить его нечестную конкуренцию с их продукцией. Также в "Софизмах" содержится шутливое прошение к королю о законе, запрещающем использование правой руки всеми, основанное на предположении некоторых его современников, что большая сложность означает больше работы, а больше работы – больше богатства.

Закон (1850)

Самым известным произведением Бастиа является «Закон», первоначально опубликованный в виде брошюры в 1850 году. В ней определяется справедливая система законов и демонстрируется, как такие законы способствуют созданию свободного общества. В книге «Закон» Бастиа писал, что каждый имеет право защищать «свою личность, свободу и собственность». Государство должно быть лишь «заменой общей силы на индивидуальные силы» для защиты этого права. Согласно Бастиа, справедливость (то есть защита жизни, свободы и собственности) имеет четкие границы, но если власть правительства распространяется на благотворительность, правительство становится настолько безграничным, что может бесконечно расти. В результате возникший этатизм «основан на тройном предположении: полной инертности человечества, всемогуществе закона и непогрешимости законодателя». Общество становится объектом социальной инженерии со стороны законодателя и должно подчиняться его воле «как глина гончару», поскольку социализм, подобно древним идеям, из которых он происходит, путает различие между правительством и обществом. В результате, каждый раз, когда мы возражаем против действий правительства, социалисты заключают, что мы возражаем против любых действий вообще. Мы не одобряем государственное образование – тогда социалисты утверждают, что мы против любого образования. Мы возражаем против государственной религии – тогда они говорят, что мы не хотим никакой религии. Мы возражаем против принудительного равенства – тогда они заявляют, что мы против равенства. И так далее, и так далее. Это все равно, что социалисты обвиняют нас в нежелании, чтобы люди ели, потому что мы не хотим, чтобы государство выращивало зерно. Я не оспариваю их право изобретать социальные модели, рекламировать их, отстаивать их и испытывать на себе за свой счет и риск. Но я оспариваю их право навязывать нам эти планы законом – силой – и заставлять нас платить за них из наших налогов. Бастиа утверждает, что закон извращается, когда наказывает право человека на самооборону (его жизни, свободы и собственности) в пользу права другого на легализованный грабеж, который он определяет как «если закон отнимает у одних людей то, что им принадлежит, и передает другим, которым это не принадлежит. Посмотрите, приносит ли закон пользу одному гражданину за счет другого, совершая то, что сам гражданин не может сделать, не совершив преступления», включая в это налоговую поддержку «защитных тарифов, субсидий, гарантированной прибыли, гарантированных рабочих мест, программ помощи и социального обеспечения, государственного образования, прогрессивного налогообложения, беспроцентных кредитов и общественных работ». По словам Бастиа, законный грабеж может быть совершен «бесконечным числом способов. Таким образом, у нас есть бесконечное число планов по его организации: тарифы, протекционизм, льготы, субсидии, поощрения, прогрессивное налогообложение, государственные школы, гарантированные рабочие места, гарантированная прибыль, минимальная заработная плата, право на помощь, право на инструменты труда, бесплатный кредит и так далее, и так далее. Все эти планы в целом, с их общей целью законного грабежа, составляют социализм». Бастиа также остроумно заметил: «Если естественные склонности человечества настолько плохи, что небезопасно позволять людям быть свободными, то почему склонности этих организаторов всегда хороши? Разве законодатели и их назначенные агенты тоже не принадлежат к человеческому роду? Или они полагают, что они сами слеплены из более благородной глины, чем остальные люди?»

"Видимое и невидимое"

В своем эссе 1850 года "Ce qu'on voit et ce qu'on ne voit pas" ("Что видно и что не видно") Бастиат представил через притчу о разбитом окне концепцию альтернативных издержек, фактически не дав ей названия. Сам термин был введен Фридрихом фон Визером в 1914 году, более чем через шестьдесят лет после смерти Бастиата.

Дискуссия с Пьером-Жозефом Прудоном

Бастиа также широко известен дебатами с Пьером Жозефом Прудоном, проходившими между 1849 и 1850 годами, касающимися законности процентной ставки. Как утверждал Роберт Леру, Бастиа был убежден, что антипроцентная доктрина Прудона "являлась полной противоположностью любому серьезному подходу". Прудон, как известно, вышел из себя и прибег к личным нападкам: "Твой интеллект спит, или, скорее, он никогда и не пробуждался. Ты человек, для которого не существует логики. Ты ничего не слышишь, ничего не понимаешь. У тебя нет ни философии, ни науки, ни человечности. Твоя способность рассуждать, равно как и способность обращать внимание и проводить сравнения, равна нулю. С научной точки зрения, господин Бастиа, ты мертв".

Взгляды

Бастиа утверждал, что единственная цель правительства – защищать право человека на жизнь, свободу и собственность, и что вмешательство правительства в другие личные дела человека опасно и морально неприемлемо. Исходя из этого, Бастиа заключил, что закон не может защищать жизнь, свободу и собственность, если он поощряет законный или узаконенный грабеж, который он определял как использование государственной силы и законов для отъема чего-либо у одного человека и передачи этого другим (в отличие от передачи собственности посредством добровольных соглашений, не включающих мошенничество или угрозы насилием в отношении другой стороны, которую Бастиа считал законной передачей собственности). Бастиа был убежденным сторонником свободной торговли, вдохновлялся и регулярно переписывался с Ричардом Кобденом и Английской лигой против кукурузных законов, а также сотрудничал с ассоциациями свободной торговли во Франции.

Могила Бастиа

Бастиат умер в Риме и похоронен в церкви Сан-Луиджи-деи-Франчези в центре города.