Введение
Австрийская школа экономической мысли – это неортодоксальное направление экономической мысли, выступающее за строгое следование методологическому индивидуализму, концепции, согласно которой социальные явления в первую очередь являются результатом мотивов и действий индивидов, обусловленных их собственными интересами. Теоретики австрийской школы полагают, что экономическая теория должна основываться исключительно на фундаментальных принципах человеческого действия. Австрийская школа зародилась в Вене благодаря работам Карла Менгера, Евгена фон Бём-Баверка, Фридриха фон Визера и других. Она методологически противопоставлялась Исторической школе (базирующейся в Германии) в споре, известном как Methodenstreit, или методологический спор. Современные экономисты, работающие в рамках этой традиции, находятся во многих странах, однако их работы по-прежнему относят к австрийской экономике. К теоретическим достижениям раннего периода австрийской школы относятся субъективная теория ценности, маржинализм в теории цен и формулировка проблемы экономического расчета, каждый из которых стал общепринятой частью мейнстримной экономики. В 1970-х годах австрийская школа вновь привлекла внимание после того, как Фридрих Хайек разделил Нобелевскую премию по экономическим наукам в 1974 году с Гуннаром Мюрдалем.
The Austrian School is a heterodox school of economic thought that advocates strict adherence to methodological individualism, the concept that social phenomena result primarily from the motivations and actions of individuals and their self interest. Austrian school theorists hold that economic theory should be exclusively derived from basic principles of human action. The Austrian School originated in Vienna with the work of Carl Menger, Eugen von Böhm Bawerk, Friedrich von Wieser, and others. It was methodologically opposed to the Historical School (based in Germany), in a dispute known as Methodenstreit, or methodology quarrel. Current day economists working in this tradition are located in many countries, but their work is still referred to as Austrian economics. Among the theoretical contributions of the early years of the Austrian School are the subjective theory of value, marginalism in price theory and the formulation of the economic calculation problem, each of which has become an accepted part of mainstream economics. In the 1970s, the Austrian School attracted some renewed interest after Friedrich Hayek shared the 1974 Nobel Memorial Prize in Economic Sciences with Gunnar Myrdal.
Этимология
Австрийская школа обязана своим названием представителям немецкой исторической школы экономики, которые спорили с австрийцами в конце XIX века в ходе Methodenstreit ("методологического спора"), в котором австрийцы отстаивали роль теории в экономике, в отличие от изучения или компиляции исторических обстоятельств. В 1883 году Менгер опубликовал «Исследования метода социальных наук с особым применением к экономике», в которых критиковал методы исторической школы. Густав фон Шмоллер, лидер исторической школы, ответил негативным отзывом, придумав термин «Австрийская школа» в попытке представить эту школу как отчужденную и провинциальную. Это название закрепилось и было принято самими последователями.
Первая волна
Школа возникла в Вене в Австрийской империи. Книга Карла Менгера «Принципы экономики» 1871 года обычно считается основополагающей для Австрийской школы. Эта книга была одним из первых современных трактатов, развивающих теорию предельной полезности. Австрийская школа была одним из трех ключевых течений маржиналистской революции 1870-х годов, её основным вкладом стало введение субъективистского подхода в экономику. Однако Джон Стюарт Милль использовал понятие «ценность в потреблении» в этом же смысле еще в 1848 году в «Принципах политической экономии», где он писал: «Ценность в потреблении, или, как называет её мистер Де Квинси, телеологическая ценность, является пределом ценности в обмене. Обменная ценность вещи может быть ниже её ценности в потреблении, но превысить её не может, что было бы противоречием; это означало бы, что люди готовы отдать за обладание вещью больше, чем максимальная ценность, которую они ей приписывают как средству удовлетворения своих потребностей». Хотя маржинализм оказал значительное влияние, вокруг работ Менгера начала формироваться более узкая школа, известная как «Психологическая школа», «Венская школа» или «Австрийская школа». Вклад Менгера в экономическую теорию тесно перекликался с работами Евгена Бёма-Баверка и Фридриха фон Визера. Эти три экономиста стали известны как «первая волна» Австрийской школы. Бём-Баверк написал обширную критику Карла Маркса в 1880-х и 1890-х годах и принимал участие от имени австрийцев в Методенштрите конца XIX века, в ходе которого они критиковали гегелевские доктрины исторической школы.
Начало XX века
Фрэнк Альберт Феттер (1863–1949) был одним из лидеров австрийской школы в Соединенных Штатах. Он получил степень доктора философии в 1894 году в Университете Галле, а затем в 1901 году стал профессором политической экономии и финансов в Корнеллском университете. В 1920-х годах в Венском университете обучались несколько видных австрийских экономистов, которые впоследствии участвовали в частных семинарах, проводимых Людвигом фон Мизесом. Среди них были Готфрид Хаберлер, Фридрих Хайек, Фриц Махлуп, Карл Менгер (сын Карла Менгера), Оскар Моргенштерн, Пол Розенштейн-Родан, Авраам Вальд и Майкл А. Хайльперин, а также социолог Альфред Шюц.
Позднее XX век
К середине 1930-х годов большинство экономистов признали важный вклад ранних австрийских экономистов. В середине XX века австрийская экономика была отвергнута или высмеяна основными экономистами из-за отказа от построения моделей и использования математических и статистических методов в изучении экономики. Студент Мизеса, Израиль Кирзнер, вспоминал, что в 1954 году, когда он учился в аспирантуре, отдельной австрийской школы как таковой не существовало. Когда Кирзнер решал, в какую аспирантуру поступить, Мизес посоветовал ему принять предложение от университета Джонса Хопкинса, поскольку это был престижный университет, и там преподавал Фриц Махлуп. После 1940-х годов австрийская экономия разделилась на две школы экономической мысли, и эта школа в определенной степени распалась к концу XX века. Одна группа австрийцев, представленная Мизесом, считает неоклассическую методологию принципиально ошибочной, в то время как другая группа, представленная Фридрихом Хайеком, принимает значительную часть неоклассической методологии и более лояльно относится к государственному вмешательству в экономику. Генри Хазлитт писал экономические колонки и редакционные статьи для различных изданий и опубликовал множество книг по австрийской экономике с 1930-х по 1980-е годы. Мышление Хазлитта находилось под влиянием Мизеса. Его книга «Экономика в одном уроке» (1946) была продана тиражом более миллиона экземпляров, и он также известен книгой «Провал «новой экономики»» (1959), представляющей собой построчную критику «Общей теории» Джона Мейнарда Кейнса. Репутация австрийской школы возросла в конце XX века, отчасти благодаря работам Израиля Кирзнера и Людвига Лахмана в Нью-Йоркском университете, а также благодаря возобновленному общественному интересу к работам Хайека после получения им Нобелевской мемориальной премии по экономическим наукам в 1974 году. Работа Хайека оказала влияние на возрождение идей невмешательства в экономику в XX веке.
Разделение среди современных австрийцев
Экономист Лиланд Йегер обсуждал раскол конца XX века и ссылался на дискуссию, написанную Мюрреем Ротбардом, Гансом Германном Хоппе, Джозефом Салерно и другими, в которой они критикуют и принижают Хайека. Йегер заявил: «Попытка провести различие между Мизесом и Хайеком в отношении [роли знания в экономическом расчете], особенно с целью дискредитации Хайека, несправедлива по отношению к этим двум великим ученым и искажает историю экономической мысли». Он продолжил утверждать, что этот раскол подрывает экономический анализ и историческое понимание падения коммунизма в Восточной Европе. В книге 1999 года, опубликованной Институтом Людвига фон Мизеса, Хоппе утверждал, что Ротбард был лидером «основного направления в австрийской экономике» и противопоставлял Ротбарда лауреату Нобелевской премии Фридриху Хайеку, которого он определял как британского эмпирика и оппонента идей Мизеса и Ротбарда. Хоппе признал, что Хайек был самым известным австрийским экономистом в академических кругах, но заявил, что Хайек был противником австрийской традиции, берущей начало от Карла Менгера и Бём-Баверка, продолжающейся через Мизеса и приводящей к Ротбарду. Австрийский экономист Уолтер Блок утверждает, что австрийскую школу можно отличить от других экономических школ по двум категориям: экономической и политической теории. По словам Блока, хотя Хайека можно считать австрийским экономистом, его взгляды на политическую теорию противоречат либертарианской политической теории, которую Блок считает неотъемлемой частью австрийской школы. Критика Хоппе и Блока в адрес Хайека применима и к Карлу Менгеру, основателю австрийской школы. Хоппе подчеркивает, что Хайек, принадлежащий, по его мнению, к английской эмпирической традиции, является противником предполагаемой рационалистической традиции австрийской школы; Менгер также подвергал рационализму резкой критике в своих работах, подобно Хайеку. Он подчеркивал идею о том, что существуют институты, которые не были созданы сознательно, обладают своего рода «высшей мудростью» и выполняют важные функции в обществе. Он также ссылался на Эдмунда Берка и английскую традицию поддержки этих позиций. Экономисты, придерживающиеся хайекианских взглядов, связаны с Институтом Катона, Университетом Джорджа Мейсона (GMU) и Нью-Йоркским университетом, среди других учреждений. Среди них Питер Боттке, Роджер Гаррисон, Стивен Хорвиц, Питер Лисон и Джордж Райсман. К экономистам, придерживающимся взглядов Мизеса и Ротбарда, относятся Уолтер Блок, Ганс Германн Хоппе, Хесус Хуэрта де Сото и Роберт П. Мерфи, каждый из которых связан с Институтом Мизеса, а некоторые также с академическими учреждениями.
Влияние
Многие теории, разработанные австрийскими экономистами «первой волны», давно вошли в мейнстримную экономическую науку. К ним относятся теории Карла Менгера о предельной полезности, теории Фридриха фон Визера об альтернативных издержках и теории Эйгена Бём-Баверка о временных предпочтениях, а также критика Менгера и Бём-Баверка марксистской экономики. Бывший председатель Федеральной резервной системы США Алан Гринспен заявил, что основатели Австрийской школы «заглянули далеко в будущее по сравнению с периодом их активной деятельности и оказали глубокое и, по моему мнению, вероятно, необратимое влияние на то, как мыслят большинство экономистов в этой стране». В 1987 году лауреат Нобелевской премии Джеймс М. Бьюкенен сказал в интервью: «Я не против, чтобы меня называли австрийцем. Хайек и Мизес, возможно, сочли бы меня австрийцем, но, безусловно, некоторые другие – нет». В настоящее время университетами с заметным австрийским влиянием являются Джордж Мейсонский университет, Нью-Йоркский университет, Гроув-Сити-колледж, Университет Лойолы в Новом Орлеане, Монмут-колледж и Обернский университет в Соединенных Штатах; Университет короля Хуана Карлоса в Испании; и Университет Франсиско Маррокина в Гватемале. Австрийские экономические идеи также продвигаются частными организациями, такими как Институт Мизеса и Институт Катона.
Теория
Австрийская школа утверждает, что субъективные выборы индивидов, включая индивидуальные знания, время, ожидания и другие субъективные факторы, обуславливают все экономические явления. Австрийцы стремятся понять экономику, исследуя социальные последствия индивидуального выбора, подход, называемый методологическим индивидуализмом. Он отличается от других школ экономической мысли, которые фокусировались на агрегированных переменных, анализе равновесия и общественных группах, а не на индивидах. В XX и XXI веках экономисты, восходящие методологически к ранней Австрийской школе, разработали множество разнообразных подходов и теоретических ориентаций. Людвиг фон Мизес систематизировал свою версию субъективистского подхода, которую он назвал «праксиологией», в книге, опубликованной на английском языке под названием «Человеческое действие» в 1949 году. В ней Мизес утверждал, что праксиология может быть использована для дедуктивного вывода априорных теоретических экономических истин и что дедуктивные экономические мысленные эксперименты могут приводить к выводам, которые неопровержимо следуют из лежащих в основе предпосылок. Он писал, что выводы нельзя получать из эмпирических наблюдений или статистического анализа и возражал против использования вероятностей в экономических моделях. После Мизеса некоторые австрийские мыслители приняли его праксиологический подход, в то время как другие выбрали альтернативные методологии. Например, Фриц Махлуп, Фридрих Хайек и другие не приняли строгий априорный подход Мизеса к экономике. Людвиг Лахман, радикальный субъективист, также в значительной степени отверг формулировку праксиологии Мизеса в пользу «понимающего метода» («интерпретирующего метода»), разработанного Максом Вебером. В XX веке различные австрийские экономисты включали модели и математику в свой анализ. Австрийский экономист Стивен Хорвиц утверждал в 2000 году, что австрийская методология совместима с макроэкономикой и что австрийская макроэкономика может быть выражена в терминах микроэкономических основ. Австрийский экономист Роджер Гаррисон пишет, что австрийская макроэкономическая теория может быть корректно выражена с помощью диаграммных моделей. В 1944 году австрийский экономист Оскар Моргенштерн представил строгую схематизацию функции ординальной полезности (теорема полезности фон Неймана — Моргенштерна) в книге «Теория игр и экономического поведения».
Опционные издержки
Доктрина об альтернативных издержках была впервые четко сформулирована австрийским экономистом Фридрихом фон Визером в конце XIX века. Альтернативные издержки – это стоимость любой деятельности, измеренная в терминах ценности наилучшей из отвергнутых (невыбранных) альтернатив. Это упущенная выгода, связанная со вторым по привлекательности вариантом, доступным лицу или группе, сделавших выбор между несколькими взаимоисключающими возможностями. Помимо ощутимой нехватки ресурсов, необходимо учитывать и ожидания относительно будущего. Количественно оцениваемые как ставка временных предпочтений, альтернативные издержки также должны учитываться при оценке предпочтения настоящего по отношению к будущим инвестициям. Альтернативные издержки – ключевое понятие в современной экономической теории, описываемое как выражение "базовой взаимосвязи между ограниченностью ресурсов и выбором". Понимание альтернативных издержек играет важную роль в обеспечении эффективного использования ресурсов.
Капитал и проценты
Австрийская теория капитала и процента была впервые разработана Эйгеном Бём-Баверком. Он утверждал, что процентные ставки и прибыль определяются двумя факторами: спросом и предложением на рынке конечных товаров и предпочтением настоящего (временными предпочтениями). Теория Бёма-Баверка отождествляет капиталоёмкость со степенью косвенности производственных процессов. Бём-Баверок также доказывал, что закон убывающей предельной полезности неизбежно влечёт за собой классический закон издержек. Однако многие австрийские экономисты, такие как Людвиг фон Мизес, Израиль Кирзнер, Людвиг Лахман и Хесус Уэрта де Сото, полностью отвергают продуктивность как объяснение процентных ставок, считая средний период производства неудачным наследием искажённой классической экономической мысли, связанной с Бёмом-Баверком. Таким образом, в отличие от неоклассической и марксистской теории капитала, австрийская теория капитала не подвержена влиянию Кембриджских споров о капитале и капитальных "парадоксов", таких как переключение. В связи с этим австрийские экономисты в целом отвергают представление о том, что процентные ставки определяются предпочтением ликвидности, переосмысливая его как частное проявление предпочтения настоящего.
Инфляция
В определении Мизеса инфляция – это увеличение денежной массы: в теоретических исследованиях к выражению «инфляция» может быть рационально отнесено только одно значение: увеличение количества денег (в широком смысле этого термина, включая и кредитные деньги), которое не сопровождается соответствующим увеличением спроса на деньги (также в широком смысле этого термина), что приводит к падению объективной обменной стоимости денег. Хайек утверждал, что инфляционное стимулирование эксплуатирует временной лаг между увеличением денежной массы и последующим ростом цен на товары и услуги: и поскольку любая инфляция, даже умеренная вначале, может способствовать занятости только до тех пор, пока она ускоряется, а если она используется как средство снижения безработицы, то будет делать это лишь до тех пор, пока ускоряется. «Мягкая» стабильная инфляция не может помочь – она может привести лишь к открытой инфляции. Тот факт, что инфляция с постоянным темпом вскоре перестает оказывать стимулирующее воздействие и в конечном итоге оставляет после себя лишь накопление отложенных корректировок, является решающим аргументом против «мягкой» инфляции, которую преподносят как полезную даже в стандартных учебниках по экономике. Даже известные австрийские экономисты оказывались в заблуждении, поскольку австрийцы определяют инфляцию как «увеличение денежной массы», а большинство людей, включая большинство экономистов, – как «рост цен».
Проблема экономического расчета
Проблема экономического расчета – это критика плановых экономик, впервые сформулированная Максом Вебером в 1920 году. Мизес впоследствии обсудил идею Вебера со своим учеником Фридрихом Хайеком, который развил её в различных работах, включая «Дорогу к рабству». Суть проблемы экономического расчета заключается в том, что без ценовых сигналов факторы производства не могут быть распределены наиболее эффективным образом, что делает плановую экономику неэффективной. Австрийская школа экономики подчеркивает организационную роль рынков. Хайек утверждал, что рыночные цены отражают информацию, совокупность которой неизвестна ни одному отдельному лицу, и именно эта информация определяет распределение ресурсов в экономике. Поскольку социалистическим системам не хватает индивидуальных стимулов и механизмов ценообразования, посредством которых люди используют свою личную информацию, Хайек полагал, что социалистическим экономическим планировщикам не хватает всех необходимых знаний для принятия оптимальных решений. Те, кто согласен с этой критикой, рассматривают её как опровержение социализма, демонстрирующее, что социализм не является жизнеспособной или устойчивой формой экономической организации. Данные дебаты приобрели известность в 1920-х и 1930-х годах, и этот конкретный период дискуссии вошёл в историю экономической мысли как дебаты о социалистическом расчете. Мизес утверждал в эссе 1920 года «Экономический расчет в социалистическом Содружестве», что системы ценообразования в социалистических экономиках неизбежно несостоятельны, поскольку, если правительство владеет средствами производства, цены на капитальные товары не могут быть установлены, так как они представляют собой лишь внутренние перемещения товаров в социалистической системе, а не «объекты обмена», в отличие от конечных товаров. Следовательно, они не имеют цены, и, как следствие, система будет неэффективной, поскольку центральным планировщикам будет неизвестно, как эффективно распределять имеющиеся ресурсы.
Экономические циклы
Австрийская теория делового цикла (ABCT) фокусируется на кредитной эмиссии банками как причине экономических колебаний. Хотя впоследствии была развита Хайеком и другими, впервые теория была сформулирована Мизесом, который утверждал, что банки с частичным резервированием расширяют кредитование по искусственно заниженным процентным ставкам, побуждая предприятия инвестировать в относительно сложные производственные процессы, что приводит к искусственному "буму". Мизес утверждал, что этот искусственный "бум" затем ведет к неэффективному распределению ресурсов, которое он назвал "неправильными инвестициями" – и которое в конечном итоге неизбежно завершается "кризисом". Австрийский экономист Фриц Махлуп обобщил австрийский взгляд, заявив: "Денежные факторы вызывают цикл, но реальные явления его формируют". Это может быть нереалистично, поскольку дальновидные предприниматели осознают искусственность низких процентных ставок и будут корректировать свои инвестиционные решения, основываясь на прогнозах долгосрочных процентных ставок.
Центральные банки
По мнению Людвига фон Мизеса, центральные банки позволяют коммерческим банкам выдавать кредиты по искусственно заниженным процентным ставкам, что приводит к неустойчивому расширению банковского кредита и препятствует последующему его сокращению. Он выступал за золотой стандарт для ограничения роста фидуциарных денег. Некоторые экономисты утверждают, что деньги являются эндогенными, и считают, что это опровергает австрийскую теорию экономического цикла. Однако это лишь переложит основную ответственность за кредитную экспансию с центральных банков на частные банки; фундаментальная проблема останется прежней, и решение по-прежнему заключается в создании системы полных резервов на свободном рынке.
Общий
Основные экономисты в целом отвергают современную австрийскую экономическую школу и утверждают, что современные австрийские экономисты недостаточно охотно используют математику и статистику в экономических исследованиях. Австрийская школа публикует немного статей в ведущих журналах, поскольку их положениям не хватает проверяемых гипотез. Австрийские экономисты также относительно редко публикуются в ведущих журналах из-за редкого использования математических методов. Экономист Пол Кругман заявил, что австрийцы не осознают слабые места в своих рассуждениях, поскольку не применяют "явные модели". На самом деле, во время рецессии сильный отрицательный мультипликатор снижает объём производства во всех секторах экономики. Экономист Тайлер Коуэн написал, что теория предпринимательства Кирцнера в конечном итоге может быть сведена к неоклассической модели поиска и, следовательно, не соответствует радикальной субъективистской традиции австрийской праксиологии. Коуэн утверждает, что предпринимателей Кирцнера можно моделировать, используя общепринятые методы поиска. Экономист Брайан Каплан отметил, что Мизеса критиковали за преувеличение обоснованности его утверждений о невозможности социализма, вместо того чтобы признать, что для его реализации потребуется создание нерыночных институтов для решения проблем неэффективности.
Налогообложение и социальные услуги
Экономист Джеффри Сакс утверждает, что среди развитых стран те, которые характеризуются высокими ставками налогообложения и значительными расходами на социальное обеспечение, демонстрируют лучшие результаты по большинству показателей экономической эффективности по сравнению со странами с низкими налогами и скромными социальными выплатами. Он заключает, что Фридрих Хайек ошибался, полагая, что высокий уровень государственных расходов наносит вред экономике, и что "щедрое социальное государство – это не путь к крепостничеству, а скорее к справедливости, экономическому равенству и международной конкурентоспособности". Скандинавские страны – Дания, Финляндия, Норвегия и Швеция – стимулируют гибкость промышленности за счет государственного образования и переподготовки кадров, что позволяет устранять устаревающие отрасли. Эти страны также активно занимаются исследованиями и разработками, создавая новые сектора экономики. Уровень занятости в скандинавских странах выше, чем в англоязычных. Австрийские экономисты могут лишь утверждать, что невозможно определить влияние государства на "социальную полезность". Поскольку при вмешательстве одни люди проигрывают, а другие выигрывают, нельзя говорить о социальной полезности без сопоставления уровня благосостояния разных людей, что австрийская экономическая школа считает невозможным. Если нельзя обосновать государственное вмешательство ссылкой на эффективность, то и отвергать его на том же основании тоже нельзя. Австрийская экономика в лучшем случае приводит к полной неопределенности относительно потенциальных выгод от государственного регулирования.
Методология
Критики обычно утверждают, что австрийской экономике не хватает научной строгости и она отвергает научные методы и использование эмпирических данных при моделировании экономического поведения. Некоторые экономисты описывают австрийскую методологию как априорную или неэмпирическую. Экономист Марк Блауг критиковал чрезмерную зависимость от методологического индивидуализма, утверждая, что она исключает все макроэкономические положения, которые нельзя свести к микроэкономическим, и, следовательно, отвергает почти всю общепринятую макроэкономику. Экономист Томас Майер заявил, что австрийцы выступают за отказ от научного метода, который предполагает разработку эмпирически фальсифицируемых теорий. Хотя экономист Лиланд Йегер симпатизирует австрийской экономике, он отвергает многие из любимых взглядов мисесовской группы австрийцев, в частности "специфику их теории деловых циклов, ультрасубъективизм в теории ценности и особенно в теории процентных ставок, их настойчивость на однонаправленной причинности, а не на общей взаимозависимости, и их склонность к методологическим размышлениям, бессмысленным рассуждениям и словесной эквилибристике". Экономист Пол Сэмюэлсон писал в 1964 году, что большинство экономистов считают, что экономические выводы, полученные путем чисто логического вывода, ограничены и слабы. По мнению Сэмюэлсона и Каплана, дедуктивная методология Мизеса, также принятая Мюрреем Ротбардом и в меньшей степени учеником Мизеса Израилем Кирзнером, сама по себе была недостаточной. Милтон Фридман и Пол Кругман заявили, что считают эту теорию ошибочной. Австрийский экономист Людвиг Лахманн отметил, что австрийская теория была отвергнута в 1930-х годах: обещание австрийской теории торгового цикла, которое также могло бы объяснить тяжесть Великой депрессии – особенность начала 1930-х годов, создавшую фон для успешного появления Хайека на лондонской сцене, – вскоре оказалось обманчивым. Три гиганта – Кейнс, Найт и Сраффа – выступили против незадачливых австрийцев, которым в середине этого мрачного десятилетия пришлось вести борьбу на три фронта. Естественно, это оказалось задачей, превосходящей их силы.
The promise of an Austrian theory of the trade cycle, which might also serve to explain the severity of the Great Depression, a feature of the early 1930s that provided the background for Hayek's successful appearance on the London scene, soon proved deceptive. Three giants – Keynes, Knight and Sraffa – turned against the hapless Austrians who, in the middle of that black decade, thus had to do battle on three fronts. Naturally it proved a task beyond their strength.|author=Ludwig M. Lachmann|title=The Market as an Economic Process|source=p. ix
Теоретические возражения
Некоторые экономисты утверждают, что австрийская теория деловых циклов предполагает некую иррациональность со стороны банкиров и инвесторов, поскольку эта теория утверждает, что инвесторы будут неоднократно вводиться в заблуждение (временно низкими процентными ставками) и принимать невыгодные инвестиционные решения. Милтон Фридман возражал против политических последствий этой теории, заявив в интервью 1998 года следующее:
"Я считаю, что австрийская теория деловых циклов принесла миру большой вред. Если вернуться в 1930-е годы, что является ключевым моментом, то австрийцы Хайек и Лайонел Роббинс, находившиеся в Лондоне, утверждали, что нужно просто позволить экономике рухнуть. Нужно позволить ей самовосстановиться. Ничего нельзя сделать, чтобы помочь, это только ухудшит ситуацию. Ротбард говорил, что было большой ошибкой не допустить крах всей банковской системы. Я думаю, что, поощряя такую политику бездействия в Великобритании и Соединенных Штатах, они нанесли вред."
I think the Austrian business cycle theory has done the world a great deal of harm. If you go back to the 1930s, which is a key point, here you had the Austrians sitting in London, Hayek and Lionel Robbins, and saying you just have to let the bottom drop out of the world. You've just got to let it cure itself. You can't do anything about it. You will only make it worse. You have Rothbard saying it was a great mistake not to let the whole banking system collapse. I think by encouraging that kind of do nothing policy both in Britain and in the United States, they did harm.|author=Milton Friedman|title=Barron's Magazine|source=1998
Эмпирические возражения
В 1969 году Милтон Фридман изучил историю деловых циклов в Соединенных Штатах и написал, что "не представляется существенной систематической связи между масштабом экономического подъема и последующего спада", что противоречит теориям деловых циклов (таким как австрийская теория деловых циклов), которые основываются на этом предположении. Рынки менее эффективны, чем это утверждает австрийская школа, что подтверждается многочисленными случаями рыночных провалов, например, бурный рост рынка субстандартных ипотечных кредитов и секьюритизации, приведший к кризису ипотечного рынка в 2008 году.