Анархизм без определений

Введение

Доктрина анархизма без каких-либо определяющих характеристик

Анархизм без прилагательных – это плюралистическое направление в анархизме, выступающее против сектантства и поддерживающее сотрудничество между различными анархистскими школами мысли. Впервые сформулированный испанскими анархистами Рикардо Мельей и Фернандо Тарридой дель Мармолем как способ преодолеть идеологический раскол между коллективистами и коммунистами, он впоследствии был принят итальянским анархистом Эрико Малатестой и американским индивидуалистом Вольтерриной де Клейр. Анархисты без прилагательных с подозрением относятся к догматизму и критикуют предписанные модели общества после капитализма, считая их авторитарными. Вместо этого они полагают, что новое общество должно возникнуть спонтанно после социальной революции, которая, по их мнению, может привести к экспериментальному развитию различных экономических форм в разных регионах. Таким образом, они склонны сосредотачиваться на действиях в настоящем, а современные течения прямо отвергают утопизм.

Предыстория

Когда анархистский коммунизм был впервые сформулирован в 1876 году, споры о его достоинствах привели к расколу в Анархистском Интернационале, когда французские и итальянские коммунисты столкнулись с коллективистами из Испании. На конференции в Вервисе в 1877 году швейцарский анархистский лидер Джеймс Гийом попытался преодолеть раскол, утверждая, что "каждая группа должна быть свободна определять свои собственные решения". Эту позицию приняли некоторые испанские анархисты, которые выступали за терпимость к различным, сосуществующим анархистским школам мысли. В 1886 году каталонские анархисты, объединявшиеся вокруг периодического издания Acracia (periódico), начали пытаться разрешить раскол между коммунистами и коллективистами, распространяя своего рода "неконфессиональный" анархизм. Несмотря на оппозицию со стороны анархистских коммунистов, связанных с газетой Tierra y Libertad, эти анархисты стали называть себя "социалистическими анархистами" и использовали такие термины, как "безразличный анархизм" или "простой анархизм", чтобы преодолеть разногласия. В 1888 году антисектантская кампания была принята кругом анархистских интеллектуалов во главе с Антони Пеличером, который сформулировал позицию, отвергающую любые определяющие ярлыки для анархизма. Эту позицию развили политические теоретики Фернандо Таррида дель Мармоль и Рикардо Мелья, которые сформулировали "неограниченную форму анархизма", которую они назвали "анархизмом без прилагательных" (lang es).

Автор: Таррида

Ученик Ансельмо Лоренцо, Таррида изначально был привлечён к коллективистскому анархизму, через федерализм Пьера Жозефа Прудона и Франческа Пи и Маргаля. К 1889 году он стал плодовитым анархистским оратором и писателем для Acracia, завоевав поддержку многих рабочих Барселоны, которые делегировали его на Международные рабочие конгрессы в Париже. Опираясь на свой опыт в математике, Таррида считал анархизм универсальной философией с научно обоснованными принципами. Хотя сам он был коллективистом, он отверг жёсткую доктрину и отказался участвовать в дебатах между коллективистами и коммунистами, вместо этого поддерживая формулу Пелисера для анархизма, включающую разнообразие экономических систем. Исходя из этого, он впервые разработал свою теорию «анархизма без прилагательных». Таррида впервые использовал этот термин на встрече в ноябре 1889 года в Барселоне, призывая анархистов отвергнуть все формы догмы, чтобы быть ближе к принципам «природы, науки и справедливости». Коммунистическо-коллективистская вражда, доминировавшая в анархистском дискурсе того времени, побудила Тарриду выступить с призывом к экуменическому подходу к анархизму, призывая к терпимости между различными анархистскими течениями, чтобы сосредоточиться на деле революционного анархизма. Он заключил, что если анархисты хотят быть последовательными в своих антидогматических тенденциях, поддерживающих свободу мысли, они не должны навязывать другим свои собственные экономические программы. Тем не менее, вражда продолжалась, и французские коммунисты осуждали испанских коллективистов как авторитарных и подвергали тщательному анализу предложение Тарриды об «анархизме без прилагательных». В следующем году на страницах французской коммунистической газеты Le Révolté Таррида ответил, что стремление к анархии и отмене государства следует подчёркивать как общую основу анархизма. Он считал экономический вопрос «вторичным», отвергая любую жёсткую систематическую теорию и поддерживая взаимодополняющий потенциал различных анархистских экономических предложений. Французские коммунисты, утверждал он, стали слишком идеологически жёсткими и пуританскими, что изолировало их от других анархистских групп и сделало неэффективными в борьбе против буржуазии. Он заключил, призывая их отказаться от своих утопических тенденций к предвосхищению неизменного будущего анархистского общества, чтобы лучше адаптироваться к меняющимся социальным и экономическим условиям настоящего. Он также критиковал французских коммунистов за попытку навязать «чуждый стиль анархизма» испанским коллективистам, чьи организационные тенденции возникли из-за различных материальных условий и оказались эффективным ответом на эти условия. Хотя Таррида отвергал бескомпромиссную антиорганизационную позицию коммунистов, он также выступал против жёсткости в испанском коллективизме, утверждая, что Федерация рабочих испанского региона (FTRE) «изжила себя», став всё более бюрократической и приняв своё роспуска.

A pupil of Anselmo Lorenzo, Tarrida had initially been attracted to collectivist anarchism, through the federalism of Pierre Joseph Proudhon and Francesc Pi i Margall. By 1889, he had become a prolific anarchist speaker and writer for Acracia, winning support from many of Barcelona's workers, who delegated him to the International Workers Congresses of Paris. Drawing from his background in mathematics, Tarrida considered anarchism to be a universal philosophy with scientifically validated principles. Although himself a collectivist, he rejected rigid doctrine and refused to engage in the debate between the collectivists and communists, instead upholding Pellicer's formula for an anarchism that included a diversity of economic systems. From this position, he first developed his theory of "anarchism without adjectives". Tarrida first used the term at a November 1889 meeting in Barcelona, when he called for anarchists to reject of all forms of dogma in order to conform closer with the principles of "nature, science and justice". The communist collectivist feud, which dominated the anarchist discourse of the time, had encouraged Tarrida to issue an appeal for an ecumenical approach to anarchism, calling for tolerance between different anarchist tendencies in order to focus on the cause of revolutionary anarchism. He concluded that if anarchists were to be consistent with their anti dogmatic tendencies, which upheld freedom of thought, they ought not to impose their own economic programmes on others. Nevertheless, the feud persisted, with French communists denouncing the Spanish collectivists as authoritarian and scrutinising Tarrida's proposal for an "anarchism without adjectives". The following year, in the pages of the French communist newspaper Le Révolté, Tarrida replied that the pursuit of anarchy and the abolition of the State ought to be emphasised as the common foundation of anarchism. He held the economic question to be of "secondary importance", rejecting any rigid systematic theory and upholding the complimentary potential of different anarchist economic propositions. The French communists, he argued, had become too ideologically rigid and puritanical, which had isolated them from other anarchist groups and rendered them ineffective as a force against the bourgeoisie. He concluded by encouraging them to drop their utopian tendencies to preconceive an immutable future anarchist society, so that they could better adapt to the changing social and economic conditions of the present. He also criticised the French communists for attempting to impose a "foreign style of anarchism" on Spanish collectivists, whose organisationalist tendencies had arisen from different material conditions and had proven an effective response to those conditions. Although Tarrida rejected the communists' indiscriminate anti organizational stance, he was also opposed to rigidity within Spanish collectivism, arguing that the Federation of Workers of the Spanish Region (FTRE) had "outlived its usefulness" by growing increasingly bureaucratic and accepting its dissolution.

Автор: Мелла

Другой подход к "анархизму без прилагательных" был предложен плодовитым анархистским теоретиком Рикардо Мелла. В отличие от Тарриды, который рекомендовал синтезировать различные анархистские системы, Мелла призывал к свободному экспериментированию для определения наилучшей системы в конкретных обстоятельствах. Мелла считал, что главный раскол в анархизме лежит не между коммунизмом и коллективизмом, а между терпимостью и нетерпимостью, последняя из которых порождала разногласия из-за превосходства различных форм догмы. Когда Мелла начал писать для Acracia, он изначально призывал к терпимости между анархистскими течениями, чтобы предотвратить доминирование коммунистических идей в Испании. В своей статье «La reacción y la revolución» Мелла выступил против догматических экономических предписаний для будущего анархистского общества, утверждая, что революционное движение может возникнуть только из разнообразия взглядов, которые могли бы «развиваться в соответствии с традициями и обычаями, наилучшим образом подходящими для данных обстоятельств». Хотя Мелла оставался убежденным коллективистом и антикоммунистом, он тем не менее выступал против междоусобной вражды между двумя фракциями, стремясь поддерживать здоровый спор между ними, продолжая пропагандировать внеконфессиональный анархизм. Со временем он стал более терпимо относиться к коммунизму, считая возможным его сосуществование с другими экономическими системами. Он даже стал защищать анархистов-коммунистов от нападок итальянского криминолога Чезаре Ломброзо и переводил работы Петра Кропоткина, хотя до конца жизни ему было трудно полностью одобрить коммунистические взгляды. В 1889 году Мелла опубликовал апогей своего развития анархизма без прилагательных: свою утопическую новеллу «La Nueva Utopía», в которой рассматривались возможные социальные и экономические формы будущего анархистского общества. В книге Мелла изображает общество, пережившее социальную революцию, в результате которой были полностью удовлетворены их потребности и достигнуто гармоничное сотрудничество между его обитателями. Такая экономическая и социальная реорганизация общества была достигнута после многих столетий экспериментов и упорного труда, обусловленных научным и технологическим прогрессом, который устранил как изнурительный труд, так и загрязнение окружающей среды.

A different approach to "anarchism without adjectives" was taken up by the prolific anarchist theorist Ricardo Mella. In contrast to Tarrida, who recommended that different anarchist systems be synthesised, Mella called for free experimentation to determine the best system for a given circumstance. Mella believed that the great divide within anarchism wasn't between communism and collectivism, but between tolerance and intransigence, the latter of which created divisions over the supremacy of different forms of dogma. When Mella began writing for Acracia, he initially called for tolerance between anarchist tendencies as a way to prevent communist ideas from becoming predominant in Spain. In his article La reacción y la revolución, Mella argued against dogmatic economic prescriptions for a future anarchist society, declaring that a revolutionary movement could only arise from a diversity of perspectives that could "proceed according to whatever traditions and customs best suited the circumstances at hand." Although Mella remained a staunch collectivist and anti communist, he nevertheless opposed the internecine split between the two factions, attempting to keep the debate between them healthy by continuing his advocacy of non denominational anarchism. As time went on, he became more tolerant of communism, considering it to be possible for it to coexist alongside other economic systems. He even went on to defend anarchist communists from attacks by the Italian criminologist Cesare Lombroso and translated the work of Peter Kropotkin, although he remained uncomfortable fully endorsing communist views for the rest of his life. In 1889, Mella published the apotheosis of his development of anarchism without adjectives: his utopian novella La Nueva Utopía, which examined the possible social and economic forms of a future anarchist society. In the book, Mella depicts a society that had undergone a social revolution, resulting in the complete satisfaction of their needs and a harmonious cooperation between its inhabitants. Such an economic and social reorganization of society had been achieved after multiple centuries of experimentation and hard work, driven by scientific and technological progress, which had eliminated both toil and environmental pollution.

В Европе

В течение 1890-х годов Таррида и Мелла продолжили свою кампанию за принятие несектантской формы анархизма, в конечном итоге добившись некоторого успеха. Многие другие анархисты, включая Ансельмо Лоренцо и Жоана Монтсеньи, начали призывать к прекращению догматического раскола между коммунистами и коллективистами, причем сами прилагательные даже приобрели негативные коннотации среди тех, кто устал от этого разделения. Вдохновленные Тарридой и Меллой, многие другие европейские анархисты начали избегать ярлыков с дефисами и ссылаться исключительно на анархию как на свою конечную цель, отвергая предписания для будущего общества как по своей сути авторитарные. Анархизм без прилагательных был подхвачен Элизе Реклюсом и Максом Неттлау, последний из которых призывал к несектантскому анархизму, учитывающему как коммунизм, так и индивидуализм, не универсализируя ни то, ни другое, и оставляя место для экспериментов с различными возможностями экономической организации. Эту позицию также принял итальянский коммунист Эрико Малатеста, который также выступал против догматизма в анархистском движении, заявляя: "Давайте избавимся от всякого исключительства школ мысли". Малатеста предупреждал, что "необходимо остерегаться, рискуя неминуемой катастрофой, полагать, что своя система – единственно верная и безошибочная, и что ее успех должен быть обеспечен любой ценой, средствами, отличными от убеждения, основанного на очевидных фактах". Малатеста утверждал, что поскольку анархизм опирается на спонтанность, анархистам было бы неправильно навязывать экономические предписания. Он заключил, что различные анархистские течения должны, следовательно, объединиться в рамках единой организации, основанной на общих анархистских принципах. Малатеста также начал называть себя "анархическим социалистом", чтобы способствовать инклюзивности различных анархистских школ. На страницах журнала "Le Révolté" Малатеста заявил, что "[н]едопустимо, по крайней мере, вступать в споры из-за простых гипотез". К началу XX века анархизм без прилагательных распространился за пределы Европы в Америку, куда все больше анархистов эмигрировали. В Буэнос-Айресе Антони Пеллисер утверждал, что аргентинские рабочие должны отвергнуть догматизм и принять анархизм без прилагательных. Он также проник в Соединенные Штаты, где американских анархистов убедили в этой идее аргументы Тарриды дель Мармоль.

Throughout the 1890s, Tarrida and Mella continued their campaign for the adoption of a non sectarian form of anarchism, eventually achieving some success. Many other anarchists, including Anselmo Lorenzo and Joan Montseny, began calling for an end to the dogmatic schism between communists and collectivists, with the adjectives themselves even taking on negative connotations among those that had tired of the split. Inspired by Tarrida and Mella, many other European anarchists began to eschew hyphenated labels and refer solely to anarchy as their end goal, rejecting prescriptions for a future society as inherently authoritarian. Anarchism without adjectives was taken up by Élisée Reclus and Max Nettlau, the latter of whom called for a non sectarian anarchism that accounted for both communism and individualism, without universalizing either, leaving room for experimentation in different possibilities of economic organization. The position was also adopted by the Italian communist Errico Malatesta, who likewise argued against dogmatism within the anarchist movement, declaring: "Let us do away with all exclusivism of schools of thinking." Malatesta warned that "one must beware, at the risk of certain disaster, of supposing that one’s system is the only, and infallible, one [ ] and that its success must be assured at all costs, by means other than those which depend on persuasion, which spring from the evidence of facts." Malatesta posited that as anarchism centres spontaneity, it would be wrong for anarchists to impose economic prescriptions. He concluded that different anarchist tendencies should therefore unite within a single organisation, which centred a shared anarchist method. Malatesta also began referring to himself as an "anarchist socialist", in order to promote inclusivity of different anarchist schools. In the pages of Le Révolté, Malatesta declared that "[i]t is not right for us, to say the least, to fall into strife over mere hypotheses". By the turn of the 20th century, anarchism without adjectives had spread beyond Europe to the Americas, where many anarchists were increasingly migrating. In Buenos Aires, Antoni Pellicer argued that Argentine workers ought to reject dogmatism and embrace anarchism without adjectives. It also found its way to the United States, where American anarchists were brought over to the idea by the arguments of Tarrida del Marmól.

В Соединенных Штатах

В Соединенных Штатах также шли острые дебаты между индивидуалистическими анархистами, группировавшимися вокруг Бенджамина Таккера, и анархо-коммунистами, группировавшимися вокруг Иоганна Моста, которые отвергали идеи друг друга, считая их неанархистскими. Обеспокоенные «ожесточенными спорами» между анархистами, придерживавшимися различных экономических школ, те, кто не считал необходимым ограничиваться какой-либо одной школой, призывали к большей терпимости в анархистской среде, а некоторые прямо называли это «анархизмом без прилагательных». Начиная с 1880-х годов, многие американские анархисты стали отдавать приоритет общему антиавторитаризму над своими разногласиями в экономических методах, которые они считали второстепенными и подлежащими решению в будущем. В 1893 году Уильям и Лиззи Холмс организовали международную анархистскую конференцию в Чикаго, где попытались сформулировать общую программу, вокруг которой могли бы объединиться анархисты. К ним присоединились Вольтерен де Клер, Оноре Джексон, К. Л. Джеймс, Люси Парсонс и Уильям Генри ван Орнум, но конференцию бойкотировали Бенджамин Таккер и Иоганн Мост, все еще находившиеся в идеологическом конфликте. В последующие годы супруги Холмс и их сторонники продолжали пытаться примирить различные анархистские фракции, вплоть до того, что выступали за антиавторитарный единый фронт с георгистами, социалистами и националистами. В 1895 году еврейский анархист Дж. А. Марисон начал призывать к «чистому и простому» анархизму, который поддерживал свободу мнений, утверждая, что разнообразие является существенным компонентом свободы. К 1900-м годам наиболее заметным американским сторонником анархизма без прилагательных была Вольтерен де Клер, которая заимствовала этот термин у Тарриды дель Мармоля и также выступала за сотрудничество между различными анархистскими философиями и стратегиями. Она критиковала экономический догматизм, полагая, что после отмены государства различные местные общины будут свободны экспериментировать с различными экономическими формами анархизма, от мутуализма до коммунизма. В последние годы жизни де Клер страстно выступала против анархистского сектантства, выражая желание избавить анархистское движение от «этих возмутительных отлучений, которые уместны скорее в Римской церкви и не служат никакой цели, кроме как вызвать у посторонних заслуженное презрение». Скептически относясь к «громким теориям», которые она считала признаком интеллектуального элитизма, де Клер предпочитала поддерживать действия в настоящем, а не заниматься дебатами о будущем. Она считала, что будущее свободное общество невозможно предсказать из-за неопределенности того, как может развиваться общество, и поэтому поддерживала все эксперименты в направлении большей свободы как внутренне ценные. Поскольку она видела недостатки в каждой анархистской школе мысли, утверждая, что лучшие элементы каждой должны быть синтезированы в более прагматичную философию, историк Пол Аврих утверждал, что де Клер «невозможно отнести к какой-либо одной анархистской категории». До конца жизни она настаивала на том, чтобы называть себя просто «анархисткой», даже когда лично перешла от американского индивидуализма к анархо-коммунизму, пропагандируемому Эммой Гольдман. Вдохновленная индивидуалистическим анархизмом Макса Штирнера, Гольдман также отказалась от утопического мышления о «чертежах будущего», вместо этого заявив, что анархистские методы должны быть адаптированы к обстоятельствам разных мест и времен. Анархизм без прилагательных позже был подхвачен Луиджи Галлеани и галлеанистами, которые зашли так далеко, что отвергли формальные организационные структуры, утверждая, что конечная цель любой организации — скатиться к консерватизму и в конечном итоге стать реакционной. Другие итальянские американские анархисты, не являвшиеся последователями Галлеани, также стали считать себя анархистами без прилагательных, отвергая конкретные течения и отдельных лидеров.

In the United States, there was also an intense debate between individualist anarchists around Benjamin Tucker and the anarchist communists around Johann Most, who dismissed each other's ideas as un anarchistic. Troubled by the "bitter debates" between anarchists from divergent schools of economic thought, those who did not see a need to confine themselves to one particular school of thought called for more tolerance among anarchists, with some of them explicitly terming it "anarchism without adjectives". Starting in the 1880s, many American anarchists began to prioritize their commonly held anti statism over their differing economic methods, which they saw as of secondary importance and something to be left until the future. In 1893, William and Lizzie Holmes organized an international anarchist conference in Chicago, where they attempted to formulate a common programme for anarchists to unite behind. They were joined by Voltairine de Cleyre, Honoré Jackson, C. L. James, Lucy Parsons and William Henry van Ornum, but the conference was boycotted by Benjamin Tucker and Johann Most, who were still locked in an ideological conflict. Over the subsequent years, the Holmes couple and their circle continued attempting to reconcile the different anarchist factions, even going as far as to advocate for an anti authoritarian united front with Georgists, socialists and nationalists. In 1895, the Jewish anarchist J. A. Maryson began calling for a "pure and simple" anarchism that upheld freedom of opinion, arguing that diversity was an essential component of freedom. By the 1900s, the most visible American exponent of anarchism without adjectives was Voltairine de Cleyre, who adopted the term from Tarrida del Mármol, and likewise advocated for cooperation between different anarchist philosophies and strategies. She criticised economic dogmatism, believing that after the state was abolished, different localities would be free to experiment in different economic forms of anarchism, ranging from mutualism to communism. During the last years of her life, de Cleyre argued passionately against anarchist sectarianism, declaring her desire to rid the anarchist movement of "those outrageous excommunications which belong properly to the Church of Rome, and which serve no purpose but to bring us into deserved contempt with outsiders." Skeptical of "high sounding theories", which she considered to be indicative of intellectual elitism, de Cleyre preferred to support action in the present rather than indulge in debates over the future. She believed that a future free society could not be forecast, due to the uncertainty of how society might evolve, and thus upheld all experiments in the direction of greater freedom as intrinsically good. As she saw shortcomings in each anarchist school of thought, arguing for the best elements of each to be synthesized into a more pragmatic philosophy, historian Paul Avrich argued that de Cleyre "cannot be fitted into any single anarchist category". Until the end of her life, she insisted on labelling herself simply as an "anarchist", even as she personally moved from American individualism towards the anarchist communism advocated by Emma Goldman. Herself inspired by Max Stirner's individualist anarchism, Goldman also came to reject visionary thinking of "blueprints for the future", instead declaring that anarchist methods must be adapted depending on the circumstances of different places and times. Anarchism without adjectives was later taken up by Luigi Galleani and the Galleanisti, who went so far as to reject formal organizational structures, claiming the end point of any organization was to move towards conservatism and eventually become reactionary. Other Italian American anarchists, who were not followers of Galleani, also came to consider themselves anarchists without adjectives, rejecting specific currents and individual leaders.

Современные события

В конечном итоге термин "анархизм без прилагательных" во многом вышел из употребления, хотя его антисектантские принципы по-прежнему неявно поддерживались некоторыми современными анархистами, вслед за развитием разнообразных новых социальных движений. Исследование Даны М. Уильямс показало, что североамериканские анархисты чаще отвергают ярлыки "красный" или "зелёный анархист", предпочитая просто идентифицировать себя как "анархист", "антиавторитарный" или некую форму "анархиста без прилагательных". Вклад Вольтерны де Клер в развитие анархизма без прилагательных оказал особое влияние на современный анархизм, который часто игнорировал предписывающие модели альтернатив глобализации и неолиберализму. Концепция анархизма без прилагательных, предложенная де Клер, была принята анархистским историком Питером Маршаллом, который выступал против ложных дихотомий, разделяющих экономические системы или противопоставляющих индивида и общество. Анархо-коммунист Уэйн Прайс также предположил, что пост-капиталистический переход будет осуществлен в "экспериментальном, плюралистическом и децентрализованном обществе", которое будет использовать различные решения для конкретных проблем, с которыми оно сталкивается. Пост-анархизм, хотя и добавляет прилагательное к анархизму, также выступает за политетическую классификацию различных анархистских школ мысли, предлагая "анархизм со множеством возможных прилагательных".