Джон Уэстланд Марстон: Жизнь и творчество английского драматурга и критика.

Введение

Английский драматург и критик (1819–1890)
драматург позднего елизаветинского и раннего якобинского периодов

Джон Уэстленд Марстон (30 января 1819 – 5 января 1890) был английским драматургом и критиком.

Жизнь

Родился в Бостоне, Линкольншир, 30 января 1819 года, был сыном преподобного Стивена Марстона, пастора баптистской общины. В 1834 году он был отдан в ученики к своему дяде по материнской линии, лондонскому юристу; однако, хотя он и не пренебрегал обязанностями конторы, получив неплохие знания в области права, литература и театр привлекали его гораздо больше. Вечера он посвящал театру и знакомству с Гераудом, Фрэнсисом Бархэмом и другими членами круга, собиравшегося вокруг Джеймса Пьерпонта Гривса. Он сотрудничал с журналом Герауда "Солнечный луч" и сам стал редактором мистического периодического издания "Психея". Среди его главных сторонников были состоятельные дамы в окрестностях Челтенема, благодаря которым он познакомился с Элеонорой Джейн Поттс, старшей дочерью владельца газеты "Saunders’s News Letter", вышедшей на пенсию в Челтенеме. Она не была, как утверждалось, членом семьи графа Майо. В результате возникла взаимная теплая и прочная привязанность, которая привела к браку в мае 1840 года, несмотря на сильнейшее сопротивление со стороны семьи невесты. Марстон идеализировал и перевернул свою историю любви в своей первой пьесе "Дочь патриция" (1841, 8vo), поставленной в декабре 1842 года. Ранее Марстон опубликовал небольшой сборник "Джеральд, драматическая поэма и другие стихотворения" (1842, 12mo), достойный, как и все, что он писал. Булвер и Ноулз перестали писать, и на протяжении многих лет Марстон был почти единственным драматургом, чьи пьесы ставились с определенной художественной целью. "Сердце и мир" (1847) не имел успеха, но в 1849 году Марстон, временно отложив свои теории, представил историческую драму "Стратмор", которая пользовалась большим успехом и которую он сам считал своим лучшим произведением. Она обладает прекрасными литературными качествами, хотя неспособность автора вжиться в эпоху, которую он изображает, является серьезным недостатком. То же самое можно сказать о "Филиппе Францском и Марии де Мерани" (1850) – "захватывающей трагедии, стих которой звучит воинственно", и в которой Хелен Фосит произвела большое впечатление. Она в некоторой степени основана на романе Г. П. Р. Джеймса "Филипп Август". В 1862 году вышла "Энн Блейк", еще одна бытовая драма, остроумная, но омраченная ситуациями и развязками, которые встречаются только на сцене. В "Жизни за жизнь" (1857) бытовые и исторические элементы в некоторой степени переплетены, действие происходит во время революции 1688 года. Такую пьесу мог легко создать человек с литературными способностями Марстона, но его следующая трагикомедия "Трудная борьба" (1858) требовала от автора искренних чувств и большого мастерства в области сценического искусства. Написанная в прозе, она производит большее впечатление реалистичности, чем его более амбициозные работы; она вызвала слезы и восторженные отзывы Диккенса и имела больший успех, чем любая из его пьес, отчасти благодаря мощной игре Диллона. После женитьбы Марстон жил исключительно в Лондоне, за исключением случайных поездок во Францию и коротких лекционных туров по Шотландии и Ланкаширу. Он стал хорошо известен в лондонских литературных кругах, особенно Диккенсу и его окружению, и принял участие в комедии Булвера "Не так плохо, как кажется", поставленной в пользу Гильдии литературы и искусства. Примерно в то же время была написана и приобретена Чарльзом Кином трагедия об истории Монтесумы, которая могла бы предоставить широкие возможности для сценических эффектов, но так и не была поставлена. В 1857 году Марстон стал редактором журнала "National Magazine" совместно с Джоном Сондерсом. Первые выпуски содержали отличные материалы Сидни Добелла, миссис Кроу и других известных авторов, а также иллюстрации молодых талантливых художников, таких как Артур Хьюз и У. Л. Виндус, и при наличии достаточного капитала предприятие, вероятно, преуспело бы. Отказавшись от него и отказавшись от безуспешных попыток в области художественной прозы, к которой, как ни странно, он, казалось, не имел никакого таланта, Марстон вернулся к театру и последовательно поставил "Портрет жены" (1862) и "Чистое золото" (1863) – прозаические драмы, не имеющие большого значения; "Донна Диана" (1863) – лучшая из всех его пьес, но в основном заимствованная из шедевра Морето "Эль-Десден-кон-Эль-Десден"; и "Любимец Фортуны" (1866). Она имела большой успех после постановки. То же самое можно сказать о "Герое романтики", адаптированной по Октаву Фейе в 1867 году, и о "Жизни за жизнь" (1869), написанной для мисс Нильсон. "Разрушенные чары" последовали в 1873 году, но с его последней пьесой "Под огнем" (1885) он потерпел сокрушительное фиаско. Пьеса была самой слабой из всех, что он когда-либо писал, и он полностью потерял связь со временем. Примерно с 1863 года Марстон много писал критических статей о поэзии для "Athenaeum". Знаменитый обзор "Аталанты в Калидоне" был написан им. Критика, действительно, была его сильной стороной, чем оригинальное творчество. Его теоретические знания в области сценического искусства также были глубокими; однако, хотя он и не проявлял особого желания развивать их на практике, он был отличным мимиком, и мисс Нильсон, как и многие другие актеры и актрисы, многим обязана его обучению. Никто не судил актеров точнее, и советы немногих были столь ценны. Он продемонстрировал свой талант критика актерского мастерства в своей книге "Наши недавние актеры: Воспоминания о покойных выдающихся исполнителях обоих полов", 1888 год. С 1860 по 1874 год материальное положение Марстона было благополучным, и его дом возле Риджентс-парка был любимым местом встреч поэтов, актеров и литераторов. Последние годы его жизни были омрачены несчастьями, особенно последовательной смертью его жены в 1870 году, двух дочерей, Элеоноры, жены Артура О’Шонесси, в феврале 1879 года, и Сисилии в июле 1878 года, и его талантливого единственного сына Филипа Бурка Марстона. Его финансовое положение также ухудшилось; но его друг, мистер Генри Ирвинг, великодушно организовал (1 июня 1887 года) специальный спектакль "Вернера" в его пользу в театре "Лицеум". Все поступления, составившие 928 фунтов 16 шиллингов, были выплачены Марстону, а все расходы взял на себя мистер Ирвинг. Марстон умер в своей квартире на Юстон-роуд 5 января 1890 года после продолжительной болезни и был похоронен рядом со своей женой и детьми на восточной стороне кладбища Хайгейт (участок № 28199).

He was born at Boston, Lincolnshire, on 30 January 1819, was son of the Rev. Stephen Marston, minister of a Baptist congregation. In 1834, he was apprenticed to his maternal uncle, a London solicitor; but although he was not inattentive to the duties of the office after obtained a fair knowledge of law, literature and the theatre had much greater attractions for him. His evenings were devoted to the theatre and becoming acquainted with Heraud, Francis Barham, and other members of the group which gathered around James Pierrepont Greaves. He contributed to Heraud's magazine The Sunbeam, and himself became editor of a mystical periodical entitled The Psyche. Among its chief supporters were some wealthy ladies near Cheltenham, Through them he made the acquaintance of Eleanor Jane Potts, eldest daughter of the proprietor of Saunders's News Letter, who had retired to Cheltenham. She was not, as has been stated, a member of the Earl of Mayo's family. A warm and durable attachment on both sides was the consequence, which resulted in marriage in May 1840, notwithstanding the strongest opposition on the part of the lady's family. Marston idealised and inverted his love story in his first play, The Patrician's Daughter (1841, 8vo), performed in December 1842. Marston had already produced a little volume entitled Gerald, a Dramatic Poem, and other Poems (1842, 12mo), respectable, like everything he wrote. Bulwer and Knowles had ceased to write, and for many years Marston was almost the only acted dramatist who wrought with any elevation of purpose. The Heart and the World (1847) was a failure, but in 1849 Marston, laying his theories aside for a time, appeared with a historical drama, Strathmore which obtained great success, and which he himself regarded as his best work. It has fine literary qualities, although the author's inability to think himself into the age he exhibits constitutes a grave defect. The same may be said of Philip of France and Marie de Meranie (1850), 'a stirring tragedy, of which the verse has an appropriate martial ring,' and in which Helen Faucit produced a great impression. It is based to some extent on G. P. R. James's novel Philip Augustus. In the interim (1862) had appeared Anne Blake another domestic drama, clever, but marred by such situations and denouements as only occur on the stage. In A Life's Hansom (1857) the domestic and historical elements are in some measure blended, the action being laid at the revolution of 1688. Such a piece might be easily produced by a man of Mareton's literary ability, but his next tragi comedy, A Hard Struggle (1858), required genuine feeling in the author and great command over the resources of the stage. Being written in prose, it produces a greater impression of reality than his more ambitious efforts; it drew tears and enthusiastic praise from Dickens, and obtained a greater success than any of his pieces, owing in part to the powerful acting of Dillon. After his marriage, Marston lived entirely in London, except for occasional visits to France and short lecturing tours in Scotland and Lancashire. He had become well known in London literary society, especially to Dickens and his circle, and had taken a part in Bulwer's comedy of Not so bad as we seem, acted for the benefit of the Guild of Literature and Art. About the same time a tragedy on the history of Montezuma, which would have afforded ample scope for scenic display, was written for and purchased by Charles Kean, but never produced. In 1857, Marston undertook the editorship of the National Magazine in conjunction with John Saunders. The early numbers had excellent contributions from Sydney Dobell, Mrs. Crowe, and other writers of mark, and illustrations after young artists of genius like Arthur Hughes and W. L. Windus, and with adequate capital the enterprise would probably have succeeded. Relinquishing it, and also renouncing vain attempts in fiction, for which, strangely enough, he did not appear to possess the slightest qualification, Marston returned to the theatre, and produced successively The Wife's Portrait (1862) and Pure Gold (1863), prose dramas of little account; Donna Diana (1863), the best of all his plays, but mainly taken from Moreto's masterpiece, El Desden con el Desden; and The Favourite of Fortune (1866). It achieved a conspicuous success upon its production. The same remark applies to A Hero of Romance, adapted from Octave Feuillet in 1867, and Life for Life (1869), written for Miss Neilson. Broken Spells followed in 1873, but with his last play, Under Fire (1885), he experienced a mortifying failure. The piece was the weakest he ever wrote, and he had entirely lost touch with the time. From about 1863, Marston contributed much poetical criticism to the Athenæum. The celebrated review of Atalanta in Calydon was written by him. Criticism, indeed, seemed rather his forte than original composition. His theoretical knowledge of the histrionic art was also profound; but though he showed little disposition to cultivate it practically, he was an excellent mimic, and Miss Neilson, like many other actors and actresses, owed much to his tuition. No one judged an actor more accurately, and the admonitions of few were more valuable. He proved his power as a critic of acting in his Our Recent Actors: Recollect ions of late distinguished Performers of both Sexes, 1888. From 1860 to about 1874, Marston's circumstances were prosperous, and his house near the Regent's Park was a favourite meeting place for poets, actors, and literary men. The latter years of his life were clouded by calamity, especially the successive deaths of his wife in 1870, of his two daughters, Eleanor, wife of Arthur O'Shaughnessy, in February 1879, and Cicely in July 1878, and of his gifted and only son, Philip Bourke Marston. His circumstances also became much impaired; but his friend Mr. Henry Irving generously organised (1 June 1887) a special performance of Werner for his benefit at the Lyceum Theatre. The full receipts, amounting to £928 16s., were paid to Marston; all the expenses being borne by Mr. Irving. Marston died at his lodgings in the Euston Road, 5 January 1890, after a long illness, and was interred with his wife and children on the eastern side of Highgate Cemetery (plot no.28199).