Введение

Библейское повествование в Евангелиях: искушение Христа – это библейское повествование, подробно описанное в Евангелиях от Матфея, Марка и Луки. После крещения Иисуса Иоанном Крестителем, по прошествии сорока дней и ночей поста в Иудейской пустыне, Иисус был искушен дьяволом. Тогда Сатана подошел к Иисусу и попытался искусить Его. Иисус отверг каждое искушение, после чего Сатана удалился, а Иисус вернулся в Галилею, чтобы начать Свое служение. На протяжении всего этого времени духовной борьбы Иисус постился. Автор Послания к Евреям также говорит, что Иисус был искушен «во всем, как и мы, но без греха». Повествование Марка об этом событии очень краткое, лишь упоминающее о нем. Матфей и Лука описывают искушения, подробно излагая содержание бесед между Иисусом и Сатаной. Поскольку элементы, присутствующие в Евангелиях от Матфея и Луки, но отсутствующие в Евангелии от Марка, в основном состоят из пар цитат, а не из подробного повествования, многие ученые полагают, что эти дополнительные детали происходят из гипотетического документа Q. В Евангелии от Иоанна искушение Христа не упоминается прямо, однако в этом Евангелии Иисус говорит о Дьяволе, «князе мира сего», не имеющем над Ним власти. В церковных календарях многих христианских деноминаций сорок дней поста Иисуса в Иудейской пустыне вспоминаются во время Великого поста, в течение которого многие христиане постятся, молятся и творят милостыню бедным.

Использование ссылок на Ветхий Завет

В Евангелии от Матфея используется язык Ветхого Завета. Эти образы были бы понятны современникам Матфея. В греческом переводе Септуагинты, в Захарии 3, имя Иесус и термин «диаволос» совпадают с греческими терминами из Матфея 4. Матфей представляет три цитируемых Иисусом места Писания (Втор 8:3 (31), 6:13 (31) и 6:16 (31)) не в том порядке, в котором они встречаются в Книге Второзакония, а в последовательности испытаний, которые пережил Израиль во время странствий по пустыне, как это описано в Книге Исход. Повествование Луки аналогично, хотя перестановка второго и третьего искушения "отражает более естественное географическое движение, от пустыни к храму". Заключительное замечание Луки о том, что дьявол "отошел от Него до благоприятного времени", может служить повествовательной связью с последующей попыткой в Назарете столкнуть Иисуса с высокой скалы, или предвосхищать роль Сатаны в Страстях Господних (ср. Луки 22:3).

Из камней хлеб

Искушение хлеба из камней происходит в той же пустыне, где Иисус постился, а место на горе Карантания традиционно считается точным местоположением. Пустыня рассматривалась как вне пределов общества и как обитель демонов, таких как Азазель (Левит 16:10). Роберт Гандри утверждает, что пустыня, вероятно, является аллюзией на пустыню, по которой скитались израильтяне во время Исхода, и в особенности на Моисея. Борьба Иисуса с голодом перед лицом Сатаны указывает на Его представительную роль по отношению к израильтянам, но Он не подводит Бога, поддавшись голоду. Возможно, это искушение было последним, направленным на Его голод. В ответ на предложение Сатаны Иисус говорит: «Написано: не одним хлебом жив человек, но всяким словом, исходящим из уст Божьих» (ссылка на Второзаконие 8:3). Полностью это предложение записано только в Евангелии от Матфея.

Гора

Для третьего и последнего искушения в Евангелии от Матфея (представленного как второе из трех искушений в Евангелии от Луки) дьявол ведет Иисуса на высокое место, которое Матфей явно определяет как очень высокую гору, откуда видны все царства мира. Место, которое традиционно считается вершиной, с которой Сатана предложил Иисусу власть над всеми земными царствами, – это "Кварантания", известняковая скала на дороге из Иерусалима в Иерихон. Гора может быть не буквальной, если искушения происходили лишь в сознании Иисуса, и Евангелия передают это видение, представленное в форме притчи, ученикам в какой-то момент во время Его служения. Сатана говорит: «Все это Я дам Тебе, если преклонишься и поклонишься мне». Иисус отвечает: «Ступай, Сатана! Написано: «Поклоняйся Господу Богу твоему и Ему одному служи»» (ссылаясь на Второзаконие 6:13 и 10:20). Читатели, вероятно, увидят в этом отголосок искушения к ложному поклонению, с которым столкнулись израильтяне в пустыне, как это произошло с золотым тельцом, упомянутым в Исходе 32:4. [Здесь подразумевается отсылка к тому, что Иисуса также кормили вороны]. Слово «служил» часто интерпретируется как ангелы, питавшие Иисуса, и традиционно художники изображали эту сцену как представление Иисусу пира, с детальным описанием которого можно встретиться в «Потерянном рае». Такое завершение повествования об искушении может быть распространенным литературным приемом – использование сцены пира для подчеркивания счастливого исхода.

Евангелие от Марка

В Евангелии от Марка повествование очень краткое. Большая часть рассказа Марка встречается также в Евангелиях от Матфея и Луки, за исключением упоминания о том, что Иисус был "с дикими зверями". Несмотря на отсутствие общего текста в трех Евангелиях, язык и толкования, используемые Марком, позволяют проводить параллели между ними. Греческий глагол, который использует Марк, является синонимом изгнания бесов, а пустыня порой символизирует место борьбы. Два стиха в Марке, описывающие искушение Иисуса, быстро переходят к началу Его проповеднической деятельности. Фома Аквинский утверждал, что Иисус допустил искушение Себя как для примера, так и для предостережения. Он приводит слова из Сираха 2: "Сын, когда приступишь к служению Богу, стой в правде и страхе, и приготовь душу свою к искушению". Далее он цитирует Евреям 4:15: "Ибо у нас есть Первосвященник великий, прошедший в небеса, Иисус, Сын Божий, Который не может сочувствовать нашим немощам, но Сам был искушен во всем, как и мы, только без греха".

Евангелие от Иоанна

В Евангелии от Иоанна нет повествования об искушении Христа. Однако некоторые читатели обнаружили параллели в тексте Иоанна, которые позволяют предположить, что автор Иоанна мог быть знаком с историями об искушении в той или иной форме. Превращение камней в хлеб: Иоанна 6:26, 31 – сотворить хлеб в пустыне. Прыжок с храма: Иоанна 2:18 – явить мессианский знак в храме. Власть над царствами мира: Иоанна 6:15 – взять царство силой.

Католические интерпретации

Если понимать искушение в смысле побуждения ко злу, то оно не может быть отнесено непосредственно к Богу или ко Христу. Например, в Быт. 12:1, «Бог испытал Авраама», и в Ин. 6:6, «Это [Иисус] сказал, искушая [Филиппа]», эти выражения следует понимать как испытание или проверку. По словам св. Иакова, источник искушений человека – его склонность ко злу, являющаяся следствием грехопадения Адама, которая сохраняется в человеческой природе и после крещения, и даже когда душа находится в состоянии освящающей благодати. Похоть (или склонность ко злу) становится греховной лишь тогда, когда ей свободно поддаются; когда же ей сопротивляются с помощью Божией, она становится поводом к обретению заслуг. Главная причина искушений – Сатана, «искуситель», стремящийся к вечной погибели человека. В искушениях, согласно Бенедикту XVI, Сатана стремится отвлечь Иисуса от мессианства самопожертвования к мессианству власти: «в этот период "пустыни" Иисус подвергается опасности и подвергается нападению искушения и соблазна Злого, который предлагает Ему иной мессианский путь, далекий от Божьего плана, поскольку он проходит через власть, успех и господство, а не через полное самоотречение на Кресте. Это альтернатива: мессианство власти и успеха или мессианство любви и самоотдачи». Юст Кнехт дает типичный комментарий к различным видам искушений Христа, говоря: «В первом искушении Сатана хотел побудить Спасителя, вместо того чтобы уповать на Бога и терпеливо переносить голод, сотворить хлеб Своей собственной силой, против воли Отца Своего. Таким образом, он стремился заставить Господа нашего согрешить чувственностью и невоздержанным желанием пищи, иными словами, чревоугодием. Во втором искушении Сатана пытался пробудить в Иисусе духовную гордость, говоря: «Бросься вниз; Бог поможет Тебе и позаботится о том, чтобы с Тобой не случилось никакого зла!» Коварный искуситель хотел таким образом превратить смиренное и покорное упование на милость Божию в гордое самонадеянность. В третьем искушении Сатана хотел возбудить в Иисусе похоть очей, то есть желание богатства, власти и удовольствий. Он соблазнил первого человека, побудив его к этим трем злым страстям. Слова: «Зачем Бог повелел вам не есть от всякого дерева рая?» – были побуждением к чревоугодию или похоти плоти. Слова: «Откроются глаза ваши» – были искушением к гордости, а слова: «Будете, как боги» – побуждением к похоти очей и желанию власти и славы. Наши прародители поддались этим искушениям, потому что послушались Сатану, вступили с ним в общение и воззрили на запретный плод. Но Иисус победил искушение и победил Сатану».

Искусство, литература, кино и музыка

Искушение Христа было частой темой в искусстве и литературе христианских культур. Сцена, обычно интерпретируемая как третье искушение Иисуса, изображена в Книге Келлса. Третья и последняя часть староанглийской поэмы «Христос и Сатана» посвящена «Искушению Христа» и может рассматриваться как предшественник «Потерянного рая» Джона Мильтона. В книге «Потерянный рай, восстановленный рай» Мильтон рассказывает об искушении Христа. Дж. М. В. Тернер создал гравюру «Искушение на горе» для издания 1835 года «Поэтических произведений Джона Мильтона». Сатана и Иисус стоят в силуэте на скале, с которой открывается вид на широкий пейзаж, переходящий в море. «Изображение изображает искушение Христа Сатаной, в частности момент, когда Сатана предлагает Христу царства мира. Это представление об искушении, простирающемся до открытого моря, жутко напоминает возможности завоевания, как это обычно изображалось в британском и американском искусстве эпохи романтизма». «Карантин» – роман Джима Крейса, в котором семь персонажей находятся в пустыне, постятся и молятся, а Иисус выступает в роли второстепенного персонажа. В книге часов XV века «Très Riches Heures du Duc de Berry» изображена иллюстрированная сцена, на которой Иисус стоит на вершине готического замка, основанного на замке герцога в Мехун-сюр-Евре. Даниэла Зсупан Джером считает это вызовом герцогу и намерена призвать его к смирению и обращению. «Братья Карамазовы» Федора Достоевского, часть романа «Великий инквизитор», содержит развернутое рассмотрение искушения Христа. Кэтлин Гиллиган проводит параллели с «Властелином колец» Дж. Р. Р. Толкина, в котором персонажи Гандальф и Галадриэль, оба могущественные фигуры, каждый по-своему, испытывают искушение приобрести кольцо и стать более могущественными из лучших побуждений, но с вероятными катастрофическими последствиями. В «Иисусе Христе Суперзвезде» Эндрю Ллойда Уэббера есть краткие упоминания об искушении Христа смертными удовольствиями, а Стивен Шварц посвящает этому сцену в «Божественном заклинании». В «Крайности бритвы» У. Сомерсета Моэма рассказчик использует Евангелие от Матфея, чтобы представить свой собственный финал, в котором Иисус принимает смерть на кресте, «ибо нет больше той любви», в то время как дьявол смеется в восторге, зная, что человек отвергнет это искупление и совершит зло, несмотря на эту великую жертву, если не из-за нее. В фильме 1989 года «Иисус из Монреаля» актера, играющего Иисуса, поднимают на вершину небоскреба и предлагают ему выгодные контракты, если он будет служить ему. В телевизионном мини-сериале 2019 года «Хорошие предзнаменования» искушение Христа приписывается демону Кроули, который утверждает, что показал Христу царства мира как простые возможности для путешествий. Искушение Христа в пустыне показано в следующих театральных и телевизионных фильмах: «Король царей» (США, 1961, Николас Рэй), «Евангелие от Матфея» (Италия, 1964, режиссёр Пьер Паоло Пазолини), «Самая великая история, когда-либо рассказанная» (США, 1965, Джордж Стивенс), «Иисус» (США, 1979, Питер Сайкс и Джон Криш), «Последнее искушение Христа» (США, 1988, Мартин Скорсезе), «Иисус» (телевизионный фильм, 1999, Роджер Янг), «Создатель чудес» (Великобритания, США, 2000), «Библия» (США, 2013, телевизионный мини-сериал, Рома Дауни и Марк Бернетт), «Последние дни в пустыне» (США, 2015, Родриго Гарсия) и «40: Искушение Иисуса Христа» (США, 2020, Дуглас Джеймс Вейл). Сингл «Save Me» Дэва Мэтьюса из альбома Some Devil рассказывает о времени, проведенном Христом в пустыне с точки зрения Сатаны.