Kuleshov effect

Введение

Эффект Кулешова - это эффект монтажа, продемонстрированный российским кинематографистом Львом Кулешовым в 1910-х и 1920-х годах. Это ментальное явление, благодаря которому зрители получают больше смысла из взаимодействия двух последовательных кадров, чем из одного изолированного снимка.

Конкретные сведения

Кулешов отредактировал короткометражный фильм, в котором кадр безвыразимого лица царского утреннего кумира Ивана Мосжукина чередовался с различными другими кадрами (чашка с супом, девушка в гробу, женщина на диване). Фильм показывали зрителям, которые считали, что выражение лица Мосюкина отличалось каждый раз, когда он появлялся, в зависимости от того, "глядел" ли он на миску с супом, девушку в гробу или женщину на диване, показывая выражение голода, горя или желания соответственно. Кадр с Можукина был на самом деле один и тот же каждый раз. Всеволод Пудовкин (который позже заявил, что был соавтором эксперимента) в 1929 году описал, как зрители "любили актёра, тяжелую задумчивость его настроения над забытым супом, были тронуты и тронуты глубокой печалью, с которой он смотрел на мертвого ребенка, и отметил похоть, с которой он наблюдал за женщиной. Но мы знали, что в каждом случае лицо было точно таким же". Кулешов использовал эксперимент, чтобы показать полезность и эффективность монтажа фильмов. Это означает, что зрители привнесли свои собственные эмоциональные реакции на эту последовательность изображений, а затем, кроме того, приписывали эти реакции актеру, вкладывая в его безразличное лицо свои собственные чувства. Кулешов считал, что это, наряду с монтажем, должно было стать основой кино как самостоятельной формы искусства. Сам эксперимент был создан путем сборки фрагментов уже существующей пленки из царской киноиндустрии, без нового материала. Мосюкин был ведущей романтической "звездой" царского кино, знакомой зрителям. Кулешов продемонстрировал необходимость рассмотрения монтажа как основного инструмента кино. По мнению Кулешова, кино состоит из фрагментов и сборки этих фрагментов, сборки элементов, которые в действительности различны. Поэтому важно не содержание изображений в фильме, а их сочетание. Сырье такого произведения искусства не должно быть оригинальным, но это сделанные элементы, которые могут быть разобраны и восстановлены художником в новые сочетания. Эксперименты монтажа, проведенные Кулешовым в конце 1910-х и начале 1920-х годов, сформировали теоретическую основу советского монтажного кино, кульминацией которых стали знаменитые фильмы конца 1920-х годов таких режиссеров, как Сергей Эйзенштейн, Всеволод Пудовкин и Дзига Вертов, среди прочих. В их число входили такие фильмы, как "Корабель Потьемкин", "Октябрь", "Мать", "Конец Санкт-Петербурга" и "Человек с кинокамерой". Эффект также изучался психологами и хорошо известен среди современных кинематографистов. Альфред Хичкок упоминает этот эффект в своих беседах с Франсуа Труфо, используя в качестве примера актера Джеймса Стюарта. В знаменитом интервью "Определение счастья", которое было частью программы CBC Telescope, Хичкок также подробно объяснил многие типы редактирования Флетчеру Маркл. Окончательная форма, которую он называет "чистым редактированием", объясняется визуально с использованием эффекта Кулешова. В первой версии примера Хичкок заикается, и зрители видят кадры женщины с ребенком. Затем экран возвращается к улыбающемуся лицу Хичкока. На самом деле, он добрый старик. Второй пример: женщина и ребенок заменены женщиной в бикини, Хичкок объясняет: "Что он теперь? Он грязный старик".

Kuleshov edited a short film in which a shot of the expressionless face of Tsarist matinee idol Ivan Mosjoukine was alternated with various other shots (a bowl of soup, a girl in a coffin, a woman on a divan). The film was shown to an audience who believed that the expression on Mosjoukine's face was different each time he appeared, depending on whether he was "looking at" the bowl of soup, the girl in the coffin, or the woman on the divan, showing an expression of hunger, grief, or desire, respectively. The footage of Mosjoukine was actually the same shot each time. Vsevolod Pudovkin (who later claimed to have been the co creator of the experiment) described in 1929 how the audience "raved about the acting the heavy pensiveness of his mood over the forgotten soup, were touched and moved by the deep sorrow with which he looked on the dead child, and noted the lust with which he observed the woman. But we knew that in all three cases the face was exactly the same." Kuleshov used the experiment to indicate the usefulness and effectiveness of film editing. The implication is that viewers brought their own emotional reactions to this sequence of images, and then moreover attributed those reactions to the actor, investing his impassive face with their own feelings. Kuleshov believed this, along with montage, had to be the basis of cinema as an independent art form. The experiment itself was created by assembling fragments of pre existing film from the Tsarist film industry, with no new material. Mosjoukine had been the leading romantic "star" of Tsarist cinema, and familiar to the audience. Kuleshov demonstrated the necessity of considering montage as the basic tool of cinema. In Kuleshov's view, the cinema consists of fragments and the assembly of those fragments, the assembly of elements which in reality are distinct. It is therefore not the content of the images in a film which is important, but their combination. The raw materials of such an art work need not be original, but are prefabricated elements which can be disassembled and reassembled by the artist into new juxtapositions. The montage experiments carried out by Kuleshov in the late 1910s and early 1920s formed the theoretical basis of Soviet montage cinema, culminating in the famous films of the late 1920s by directors such as Sergei Eisenstein, Vsevolod Pudovkin and Dziga Vertov, among others. These films included The Battleship Potemkin, October, Mother, The End of St. Petersburg, and The Man with a Movie Camera. The effect has also been studied by psychologists and is well known among modern film makers. Alfred Hitchcock refers to the effect in his conversations with François Truffaut, using actor James Stewart as the example. In the famous "Definition of Happiness" interview which was part of the CBC Telescope program, Hitchcock also explained in detail many types of editing to Fletcher Markle. The final form, which he calls "pure editing", is explained visually using the Kuleshov effect. In the first version of the example, Hitchcock is squinting, and the audience sees footage of a woman with a baby. The screen then returns to Hitchcock's face, now smiling. In effect, he is a kind old man. In the second example, the woman and baby are replaced with a woman in a bikini, Hitchcock explains: "What is he now? He's a dirty old man."

Исследования

Эффект Кулешова был изучен психологами только в последние годы. Принс и Хенсли (1992) воссоздали оригинальный дизайн исследования, но не обнаружили предполагаемого эффекта. В исследовании приняли участие 137 человек, но это было одно испытание между субъектами эксперимента, которые склонны к шуму в данных. Дин Моббс и другие. В 2006 году провели исследование с использованием МРТ-интенсивности и обнаружили эффект отрицательной, положительной или нейтральной валентности. Когда нейтральное лицо показывалось за грустной сценой, оно казалось грустным; когда его показывали за счастливой сценой, оно казалось счастливым. В 2016 году Даниэль Барратт и др. Исследование проводилось с 36 участниками, в которых были показаны 24 последовательности фильмов, в которых были показаны пять эмоциональных состояний (счастье, печаль, голод, страх и желание) и состояние нейтральной группы. Опять же, они показали, что нейтральные лица были оценены в соответствии с материалом стимулов, подтверждая результаты 2006 года Mobbs et al. Таким образом, несмотря на первоначальные проблемы в экспериментальном тестировании эффекта Кулешова, исследователи теперь согласны с тем, что контекст, в котором показывается лицо, оказывает значительное влияние на то, как лицо воспринимается. Чтобы выяснить, может ли эффект Кулешова также быть вызван слухом, Андреас М. Барановски и Хайко Хехт пересекали различные клипы лиц с нейтральными сценами, включающими счастливую музыку, грустную музыку или вообще без музыки. Они обнаружили, что музыка значительно влияет на эмоциональные суждения участников по выражению лица.