Введение

Уинтерботтом против Райта (1842) 10 M&W 109 стало важным делом в английском общем праве, которое ограничило подход закона к небрежности в XIX веке.

Факты

Истец Уинтерботтом был нанят генеральным почтмейстером для управления почтовой каретой, предоставленной почтмейстером. Подсудимый Райт был нанят почтмейстером для поддержания кареты в безопасном состоянии. Карета сломалась во время управления ею Уинтерботтомом, и он получил травмы. Он утверждал, что Райт "действовал небрежно, полностью проигнорировал вышеупомянутый контракт и полностью не выполнил свои обязанности в этом отношении". В деле *Уинтерботтом против Райта* суд постановил, что истец не имеет права на возмещение ущерба. Принцип, установленный делом *Уинтерботтом*, означал, что потребители, пострадавшие от дефектной продукции в XIX веке, не могли предъявлять иски в связи с ненадлежащим исполнением договора, стороной которого они не являлись.

Суждение

В 1842 году закон признавал "халатность" только в контексте нарушения договорных обязательств. Поскольку истец не состоял в договорных отношениях с ответчиком, суд вынес решение в пользу ответчика, основываясь на доктрине вовлеченности в договор. Однако суд отверг эту позицию, сославшись на то, что рассматриваемое дело касалось оружия, безопасность которого была ложно представлена продавцом. На решение суда также могло повлиять соображение общественной пользы. Если бы истцу было разрешено подать иск, это привело бы к "неограниченному числу исков", а общественная значимость работы Генерального почтмейстера была настолько велика, что разрешение подобных исков было бы нежелательно для общества.

Значение

Хотя Мастер Роллов Уильям Бретт стремился установить общий принцип обязанности заботы в деле Heaven v. Pender (1883), его решение расходилось с мнением большинства судей. Аргумент о правопреемстве (привилегии договора) впоследствии был отвергнут в общем праве в Соединенных Штатах в деле MacPherson v. Buick Motor Co. (1916) и окончательно в Англии доктриной "принципа ближнего соседа" в деле Donoghue v. Stevenson (1932). Эволюция этого вопроса объясняется в статье об общем праве.