Введение

Традиционалистский консерватизм, преимущественно в Великобритании

В Соединенном Королевстве и других странах высокий торизм – это старый традиционалистский консерватизм, восходящий к торизму, зародившемуся в XVI веке. Высокие тори и их мировоззрение нередко вступают в противоречие с модернизирующими элементами Консервативной партии. Исторически консерватизм конца XVIII века, берущий начало в идеях вигов Эдмунда Берка, Ли Манро и Уильяма Питта-младшего, знаменует собой разрыв с «высшим» или легитимистским торизмом, связанным с якобитизмом. Эндрю Хейвуд описал высокий торизм как неофеодализм, поскольку он отдает предпочтение традиционному иерархическому и патриархальному обществу, нежели современной свободе и равенству, а также считает традиционное дворянство более высоким культурным эталоном, чем буржуазия и те, кто добился своего положения посредством торговли или труда. В экономическом плане высокие тори, как правило, склоняются к патерналистскому торийскому корпоративизму и протекционизму, а не к неолиберализму и неоконсерватизму, возникшим в 1960-х годах.

Исторические

В XVIII веке сторонники направления "хай-тори" предпочитали снижение налогообложения и осуждали поддержку вигами постоянной армии, расширяющейся империи и флота, а также заморской торговли. Основная причина заключалась в том, что эти расходы оплачивались или субсидировались новым английским земельным налогом, введенным в 1692 году. В религиозных вопросах "хай-тори" обычно объединялись под лозунгом "Церковь в опасности", предпочитали англиканство Высокой церкви, и многие тайно поддерживали якобитов. Длительное и в целом успешное премьерство сэра Роберта Уолпола и Уильяма Питта Старшего, а также сохранение Ганноверской династии, привели к постепенному изменению взглядов в соответствии с тем, что сейчас называют "вигистской историографией". Эти изменения стали заметны с 1760-х годов, во время премьерства Джона Стюарта, 3-го графа Бьюта, и Уильяма Питта-младшего. Закон о продлении земельного налога 1798 года уменьшил влияние этого налога, хотя привилегии землевладельческой аристократии были ограничены Законом о реформе 1832 года. В период правления королевы Виктории "хай-тори" стали поддерживать империю и флот, и их олицетворяли премьер-министры лорд Дерби и лорд Солсбери.

Современный

Высокие тори предпочитают ценности исторического землевладельческого дворянства и аристократии, с присущим им благородством и самоналоженным чувством долга и ответственности перед всем обществом, включая низшие классы. Хотя они не выступают против частной инициативы, они отвергают ценности современного коммерческого класса, который, по их мнению, движим индивидуалистическим, бесконтрольным эгоизмом и жадностью, разрушающими чувство общности и игнорирующими религиозные и высокие культурные ценности. Их цель – сохранение традиционного, укорененного общества и образа жизни, которому угрожает современный капитализм не меньше, чем государственный социализм. Высокий тори также выступает за сильное органическое сообщество, в отличие от индивидуализма, свойственного вигам, либералам и неоконсерваторам. Консерватизм "одной нации", находящийся под влиянием Дизраэли и воплощенный в таких лидерах, как Бальфур, способствовал социальной сплоченности, а его сторонники поддерживают социальные институты, обеспечивающие гармонию между различными группами интересов и классами. Примерами взглядов английских высоких тори, начиная с двадцатого века, могут служить взгляды романистов Эвелина Во и Энтони Пауэлла, поэта Т. С. Элиота, философа сэра Роджера Скрутона и членов парламента, таких как сэр Джон Биггс Дэвисон, лорд Эмери, сэр Джон Хейдон Стоукс, Алан Кларк, Энох Пауэлл и сэр Питер Тапселл. Ведущей лоббистской группой Высокого торизма, возможно, был Консервативный клуб понедельника, который премьер-министр от лейбористов Гарольд Уилсон назвал «Совестью партии тори»; однако с начала 1980-х годов в группе доминировало крыло, придерживающееся политики Тэтчер, которое выступало против традиционных Высоких тори. Журнал The Spectator ассоциируется с современным высоким торизмом. Современная фракция Высоких тори в Британской консервативной партии – Группа «Корнерстоун».

Позиционирование и религиозная принадлежность

"Высокий тори" имеет некоторое сходство с традиционными консерваторами в Соединенных Штатах, особенно с палеоконсерваторами, такими как представители Республиканского исследовательского комитета. В Канаде термин "красный тори" ранее обозначал нечто похожее на "высокого тори", хотя в настоящее время он ассоциируется с умеренным крылом Консервативной партии Канады. Сравнивать высокий торизм с другими политическими течениями на международном уровне сложно и ненадежно. "Высокий тори" – это не просто политический термин, он также используется для описания культуры и образа жизни. "Высокий тори" должен ценить религию и высокую культуру. До XIX века высокие тори обычно были сторонниками англиканской церкви с высокими церковными традициями и резко выступали против католицизма. Однако, начиная с конца XIX века и все более заметно в XX веке, высокие тори часто ассоциировались с англо-католицизмом и традиционным католицизмом. Высокий торизм также связан с аграризмом и джентльменскими добродетелями.