Целестин и Пелагий: спор об изначальном грехе.

Введение

Римский богослов и оратор Келестий (или Селестий) был главным последователем христианского учителя Пелагия и христианской доктрины пелагианства, которая противопоставлялась учению Августина Гиппонского о первородном грехе и впоследствии была объявлена ересью.

Развитие доктрин Келестия

Считается, что Келестий встретился с Пелагием в конце IV века в городе Риме. Пелагий подчеркивал, что Бог требует от христиан бороться со злым поведением, используя учения Библии и пример христианских святых (хотя он также неоднократно утверждал в церковных разбирательствах и в письме папе, что благодать содействует воле во всех добрых делах). За несколько десятилетий до того, как доктрина о грехе была полностью разработана Римско-католической церковью, это учение втянуло их обоих в многочисленные богословские споры о природе греха с рядом лидеров христианской церкви. Среди них были епископ римской провинции Гиппон в Северной Африке Августин (позже известный как святой Августин) и богослов Иероним. Августин, в особенности, внес больший вклад, чем любой другой Отец Церкви, в развитие доктрины первородного греха, главным образом в ответ на его споры с Пелагием и Келестием, которые сохранились в многочисленных трудах Августина. При оценке предполагаемых учений и высказываний Келестия и Пелагия следует учитывать, что трудов ни одного из них не существует в настоящее время, хотя фрагменты, которые считаются их сочинениями, цитируются в трудах Августина и Иеронима. Келестий также зашел гораздо дальше Пелагия, утверждая, что грех Адама, описанный в библейской книге Бытия, навредил лишь ему самому, а не всему человечеству, как учил Августин в своих трудах и проповедях. (Пелагия обвиняли в зарождении этого учения, но на самом деле он осудил мнения Келестия на Лидском синоде в 415 году, а также в письме папе вскоре после этого.) В нескольких книгах на эту тему Августин также утверждал, что Пелагий и Келестий не учли Божью благодать. Августин полагал, что грехопадение Адама в Эдемском саду лишило людей способности не грешить ("non posse non peccare" на латыни), и поэтому все добрые дела, совершаемые христианами, происходят от того, что Бог наделяет их возможностью творить добро. В отличие от этого, Пелагий считал, что Бог даровал свободу воли всем людям, а не только христианам, таким образом, что никто не был принужден к греху (Августин даже писал высказывания, которые, казалось, подразумевали, что любое принудительное действие на самом деле не было бы грехом). Келестий, по-видимому, снова пошел дальше и отрицал, что христианская добродетель обусловлена благодатью, мотивируя это тем, что это означало бы, что если какой-либо христианин согрешит, то это произошло бы из-за того, что Божья благодать потерпела неудачу; еще раз на Лидском синоде Пелагий анафематизировал эту позицию (хотя он заявил, что не имел в виду указать, были ли это мнения Келестия или нет).

It is believed Caelestius met Pelagius in the late 4th century in the city of Rome. Pelagius emphasized that Christians were required by God to struggle against evil behavior using the teachings of the Bible and the example of the Christian saints (although he also affirmed repeatedly in Church proceedings and in a letter to the pope that grace assisted the will in all good actions). For several decades before the doctrine of sin was fully worked out by the Roman Catholic Church, this teaching brought both of them into numerous theological disputes about the nature of sin with several leaders in the Christian church. Among them were the Bishop of the northern African Roman province of Hippo, Augustine (later known as Saint Augustine) and the theologian Jerome. Augustine especially did more than any other Father of the Church to develop the doctrine of original sin, mostly in reaction to his disputes with Pelagius and Caelestius, which remain in Augustine's numerous writings. It should be mentioned when assessing the alleged teachings and sayings of Caelestius and Pelagius that the works of neither exist today, although fragments of what is believed to be their writings are quoted in the works of Augustine and Jerome. Caelestius also went much further than Pelagius in stating that the sin of Adam, as chronicled in the Biblical Book of Genesis, had only harmed himself, and not all of humanity, as Augustine had taught in his writings and sermons. (Pelagius has been accused of starting this teaching, but in fact he anathematized the opinions of Caelestius at the Synod of Lydda in 415, as well as in a letter to the pope shortly afterwards.) In several books on the topic, Augustine also argued that Pelagius and Caelestius neglected to take God's divine grace into account. Augustine believed Adam's sin ("Fall") in the Garden of Eden had caused human beings to lose the ability to not sin ("non posse non peccare" in Latin) and therefore, all good deeds done by Christians come from them being enabled by God to do good. In contrast, Pelagius believed that God gave the power of free will to all men, not just Christians, in such a way that no one was forced into sin (Augustine even wrote certain remarks that seemed to imply that any such forced action would not in fact be sinful). Caelestius again appears to have gone beyond this and denied that Christian goodness is due to grace, on the grounds that this would imply that if any Christian sinned, it was because God's grace had failed; once again at the Synod of Lydda Pelagius anathematized this position (although he stated that he did not mean to indicate whether they were Caelestius' opinions or not).

Преследование

После того как они покинули Рим, который был атакован и сожжен вестготами в 410 году, Пелагий и Каэлестий столкнулись с постоянными нападками на свои учения со стороны Августина, Иеронима и их последователей, которые стремились добиться от Папы объявления их взглядов "еретическими", то есть противоречащими христианскому учению. В 411 году, в том же году, когда они прибыли в Северную Африку, Каэлестий предстал перед собором в Карфагене для защиты своих взглядов. Его обвинитель, миланский дьякон Паулин, представил шесть положений Каэлестия, которые он считал ересями, однако стоит отметить, что нет никаких документальных подтверждений того, что Каэлестий сам определял свои взгляды именно так:

Даже если бы Адам не согрешил, он всё равно умер бы. Грех Адама не нанёс вреда всему человеческому роду. Дети рождаются в том же состоянии, в котором родился Адам. Всё человечество не умирает из-за греха Адама и не спасается благодаря воскресению Христа. Закон даёт вход в Царство Небесное, как и Евангелие. До Иисуса некоторые люди жили без греха. Фрагменты протоколов этого собора можно найти в разделе "Ссылки и источники", представленном ниже.

Карфагенский собор

Каэльстий отказался отречься от своих взглядов, и когда вышеуказанные шесть пунктов были осуждены, синод отказал ему в рукоположении. Сначала он намеревался возразить и обратиться к папе, но вместо этого отправился в Эфес и был там рукоположен. На протяжении всей своей деятельности Пелагий и Каэльстий нашли более благосклонный прием для своих учений в Восточной Римской империи, чем на Западе. Такую же точку зрения разделяет немецкий протестантский богослов Ханс фон Кампенгаузен в своей книге «Отцы Церкви», обсуждая взаимоотношения пелагианства с православным защитником святым Августином. Позднее Пелагий заявил на синоде, что не согласен со всеми учениями Каэльстия. В Карфагене состоялись два местных собора, которые осудили Пелагия и Каэльстия в их отсутствие. После изгнания из Константинополя и осуждения папой Иннокентием, Каэльстий обратился к папе Зосиму, который был первоначально впечатлен исповеданием веры Каэльстия. Однако после получения нового синодального письма африканского собора от 1 мая 418 года, адресованного папе, и предпринятых императором Гонорием мер против пелагианцев, Зосим убедился, что и Каэльстий, и Пелагий были еретиками. Зосим издал свою «Тракторию», в которой пелагианство и его авторы были окончательно осуждены. Дальнейшей информации о Каэльстии не известно. Каэльстий был вновь осужден на Первом Эфесском соборе в 431 году. Учения Пелагия и Каэльстия были восприняты епископом Юлианом Экланским (ок. 386 – 454 гг.).