Введение

В древние времена comitatus был вооружённым сопровождением или свитой, особенно в контексте германской воинской культуры – военным отрядом, связанным с вождём присягой на верность. Это понятие описывает отношения между господином и его дружинниками, или тэнами (древнеангл. þegn); учёные обычно рассматривают его скорее как литературный троп, чем как исторически достоверное явление. Учёные Брюс Митчелл и Фред К. Робинсон дают более полное описание comitatus: героический воин, воспитанный в этой традиции, проявлял бы безрассудную пренебрежительность к своей жизни. Независимо от судьбы, мужество ценилось превыше всего, ведь храбрый воин мог заслужить лоф [славу среди людей], а трус мог умереть преждевременно. Именно этот дух вдохновил кодекс comitatus. Пока его господин жив, воин был ему верен до самой смерти. Если господин был убит, воин должен был отомстить за него или погибнуть в попытке. В свою очередь, господин был обязан щедро одаривать своих воинов. Он должен был быть выдающимся воином, чтобы привлекать людей, человеком благородного характера и щедрым устроителем пиров и дарителем сокровищ, чтобы удержать их. Идеал comitatus отражён в древнеанглийской героической литературе, такой как «Битва при Малдоне», «Беовульф», «Битва при Брунанбуре», «Битва при Финнсбуре» и история о «Циневульфе и Цинехарде». Comitatus также рассматривается в христианском контексте в таких произведениях, как «Мечта о роде», где Христос предстаёт скорее как воин-король, сражающийся с Дьяволом и принимающий физическое поражение ради духовной победы. В поэме трость, или крест, выступает в роли дружинника, «вынужденного своей верностью стать орудием казни своего любимого Господа». В наше время это (нео)латинский термин для округа (см. Comes). (См. Comitatus.) Posse comitatus («сила/власть округа»; comitatus относится к четвёртому склонению, поэтому родительный падеж имеет окончание ūs), обычно сокращаемое до posse, – это группа людей, помогающих шерифу или другому должностному лицу в обеспечении соблюдения закона.

Попечительство и родственники

В ранней средневековой Англии лорд мог брать на воспитание детей и родственников союзных вождей, что подразумевало отправку собственных сыновей ко двору другого родственника или лорда. Сыновья воспитывались вместе со сверстниками и обучались военному искусству. Они жили при дворе с семи или восьми лет до достижения четырнадцати или пятнадцати лет. По достижении четырнадцати или пятнадцати лет им вручалось оружие, соответствующее их положению, и они приступали к военной службе в дружине (comitatus). Воспитание способствовало укреплению лояльности между вождествами, часто потому, что лорд отправлял своих сыновей на воспитание в другие дворы, или потому, что воспитанники лорда вырастали и сами становились лордами. Семья лорда также часто составляла значительную часть его дружины. Обязанности вассала перед лордом считались приоритетнее родственных связей. Например, в истории о "Цинеульфе и Цинехарде" дружина оказалась важнее кровного родства для представителей воинского сословия, воины предпочитали оставаться верными своим лордам, даже если это означало убийство некоторых из своих сородичей, перешедших на сторону врага.

Феодальное развитие

Комитат, будучи соглашением между германским вождем и его последователями (его Gefolge или дружиной), является особым случаем клиентской зависимости и связан с практикой феодализма. Отчасти под влиянием римской практики покровительства (patrocinium), как это видно на примере Lex Appuleia agraria, где генерал распределял землю своим офицерам после выхода в отставку, а также более поздней практики буцеллариев – частных телохранителей, германский комитат в конечном итоге эволюционировал в систему всеобъемлющего обмена между социально превосходящим и подчиненным. Феодальный подчиненный, или вассал, обязывался военной службой и защитой своему господину (лорду). Взамен господин вознаграждал подчиненного землей, выплатами или привилегиями.

Номенклатура

Германский термин для comitatus реконструируется как *druhtiz, с древнеанглийскими формами dryht и druht, и скандинавским drótt. Эквиваленты, подчеркивающие различные аспекты отношений между вождем и его дружиной, включают элемент доверия в раннефранкском antrustio – королевской гвардии; датский vederlag, обозначающий общину, и норвежский hird – свиту или домочадство.

Женщины

В "Женском плаче" из Эксетерской книги используется язык комитата, чтобы заострить внимание на конфликте между притязаниями жены на её возлюбленного и притязаниями лорда и его дружины на братство: "Родственники этого человека начали тайно думать, что они разлучат нас". Насколько это типично для средневекового жанра фрауенлид – с романтической темой женщины, оставленной мужем, потому что ему необходимо быть со своим сюзереном – однако, является предметом споров. Таким образом, "Ткачиха мира" (женщина, выданная замуж для урегулирования вражды) королева Веалтео делает нормативное заявление, что “Здесь каждый товарищ верен другому, предан господину, любя душой. / У воинов одна цель, народ готов: / выпив и присягнув, ряды поступают по моему велению”. Тацит отмечает, что женщины помогали германским воинам сражаться в битвах в конце I века. По словам Тацита, воинские дружины часто состояли из мужчин одной семьи или клана и держали рядом с собой своих женщин и детей во время сражений. Матери и жены воинов перевязывали раны и сравнивали боевые повреждения своих мужчин с ранами других воинов. Женщины также оказывали воинам в бою поддержку и давали им пищу. Если германские воины проигрывали битву, Тацит утверждает, что женщины помогали делу, "выставляя напоказ свои обнажённые груди и заставляя [германских воинов] осознавать неминуемую перспективу порабощения – судьбу, которой германцы боялись для своих женщин больше, чем для себя". Германцы также верили, что женщины обладают "элементом святости и даром пророчества; поэтому они [германские воины] не стесняются спрашивать у них [женщин] совета или легкомысленно игнорировать их ответы". Кроме того, большая часть информации Тацита не является знанием, полученным из первых рук, а сведениями, собранными им от других. Значительная часть доказательств, подтверждающих комитат, появляется спустя столетия после трудов Тацита и представлена в форме устной героической поэзии. В результате комитат обычно рассматривается учеными скорее как литературный идеал, чем как историческая реальность. Что касается источников, поддерживающих концепцию комитата, Стивен Морилло утверждает: "Мало тем в ранней средневековой истории столь же туманны, как комитат, или воинская дружина, возможно, основная социальная и военная единица организации среди пост-римской правящей знати. Поскольку почти все члены дружины были неграмотны, их мир должен доходить до нас либо через героическую устную поэзию (часто записанную лишь спустя долгое время после расцвета устной традиции), либо через враждебных церковных летописцев, не испытывающих особого сочувствия к ценностям дружины". Стивен С. Эванс, изучающий комитаты в Англии в период между пятым и восьмым веками, признает: "Учитывая недостаток источников за этот период, а также различные темпы развития отдельных королевств, невозможно определить точную степень, в которой образ комитата проявился в исторических записях в какое-либо конкретное время или место". Хотя в трудах Тацита описывается Германия в конце I века, нет гарантии, что германские общества были такими же, когда они прибыли в Англию в V веке.