Введение
Вариант социальной науки, стремящийся к интерпретации и изменению мира.
Критическая география – это теоретически обоснованное географическое исследование, продвигающее социальную справедливость, освобождение и левые политические взгляды. Критическая география также используется как общий термин для марксистской, феминистской, постмодернистской, постструктуралистской, квир-теории, левой и активистской географии. Критическая география является одним из вариантов критической социальной науки и гуманитарных наук, использующим тезис Маркса для интерпретации и изменения мира. Фэй (1987) определяет современную критическую науку как стремление понять угнетение в обществе и использовать это понимание для продвижения социальных изменений и освобождения. Аггер (1998) выделяет ряд характеристик критической социальной теории, применяемой в таких областях, как география, включая: отказ от позитивизма; признание возможности прогресса; утверждение о структурной динамике господства; аргумент о том, что господство происходит из форм ложного сознания, идеологии и мифа; веру в способность повседневных изменений и самопреобразования, а также соответствующий отказ от детерминизма; и отказ от революционной прагматичности.
Происхождение
Критическая география используется по крайней мере с 1749 года, когда в книге «География, реформированная: новая система общей географии», изданной в четырех частях, была выделена глава под названием «О критической географии». В этой книге критическая география была предложена как процесс, посредством которого географы выявляют ошибки в работах других и исправляют их в последующих публикациях. Середина и конец 1970-х годов ознаменовались нарастающей критикой «количественной революции» и принятием марксистских подходов в рамках марксистской географии. 1980-е годы характеризовались разногласиями между гуманистическим, феминистским и марксистским направлениями, а также отказом от структурного избытка. В конце 1980-х годов сформировалась критическая география, которая постепенно стала самостоятельной областью. Хотя критическая и радикальная география тесно связаны, они не являются взаимозаменяемыми. Критическая география имеет два ключевых отличия от радикальной географии: (1) отказ от структурного избытка марксизма в соответствии с постмодернистским поворотом; и (2) возрастающий интерес к культуре и репрезентации, в отличие от акцента радикальной географии на экономике. Тем не менее, Бломли (2006) выделяет шесть общих тем критической географии: приверженность теории и отказ от эмпиризма. Критические географы сознательно используют те или иные теории, но опираются на разнообразные теоретические источники, такие как политическая экономия, правительственность, феминизм, антирасизм и антиимпериализм. Стремление раскрыть процессы, порождающие неравенство. Критические географы стремятся выявить власть, обнаружить неравенство, разоблачить сопротивление и способствовать освобождающей политике и социальным изменениям. Акцент на репрезентации как средстве доминирования и сопротивления. Распространенной задачей критической географии является изучение того, как репрезентации пространства поддерживают власть, или, наоборот, как их можно использовать для оспаривания власти. Оптимистическая вера в силу критической науки. Критические географы полагают, что научные исследования могут быть использованы для противостояния доминирующим репрезентациям, и что ученые способны преодолеть это доминирование и помочь освободить угнетенных. Существует скрытая уверенность в способности критической науки донести информацию до непосвященных и в способности людей преодолеть отчуждение посредством рефлексивного самообразования. Приверженность прогрессивной практике. Критические географы стремятся изменить ситуацию посредством практики, заявляя о своей солидарности с социальными движениями и активистами, приверженными социальной справедливости. Фактические взаимоотношения между критической географией и активизмом активно обсуждаются. Понимание пространства как важного инструмента. Критические географы уделяют особое внимание тому, как пространственные структуры и репрезентации могут использоваться для создания угнетения и неравенства. Критические географы в различной степени определяют, как пространство может служить как вуалью, так и инструментом власти.
A commitment to theory and a rejection of empiricism. Critical geographers consciously deploy theories of some form, but they draw from a variety of theoretical wells, such as political economy, governmentality, feminism, anti racism, and anti imperialism. A commitment to reveal the processes that produce inequalities. Critical geographers seek to unveil power, uncover inequality, expose resistance, and cultivate liberating politics and social changes. An emphasis on representation as a means of domination and resistance. A common focus of critical geography is to study how representations of space sustain power; or on the contrary, how representations of space can be used to challenge power. An optimistic faith in the power of critical scholarship. Critical geographers believe that scholarship can be used to resist dominant representations, and that scholars can undo said domination and help free the oppressed. There exists an implicit confidence in the power of critical scholarship to reach the uninformed, and in the capacities of people to defeat alienation by means of reflexive self education. A commitment to progressive practices. Critical geographers want to make a difference through praxis. They claim to be united with social movements and activists with commitments to social justice. The actual relationship between critical geography and activism has been much debated. An understanding of space as a critical tool. Critical geographers pay special attention to how spatial arrangements and representations can be used to produce oppression and inequality. Critical geographers identify to varying degrees how space can be used as both a veil and tool of power.
Критика
Существует множество критических замечаний в адрес критической географии. Эти географы утверждают, что критические географы исходят из незнания в отношении количественной географии. Более того, некоторые полагают, что критические географы настроены против науки. Многие количественные географы признают раннюю критику, высказанную критическими географами, и утверждают, что новые технологии и методы решили эти проблемы, и они больше не актуальны. Обсуждение общих принципов критических географов было относительно ограниченным, за исключением нескольких работ, таких как Харви (2000). Необходимо ответить на вопросы о том, что именно критикуют географы и с какой целью. Некоторые критические географы обеспокоены институционализацией критической географии. Несмотря на то, что критические географы воспринимают себя как бунтарей и маргиналов, критическое мышление стало широко распространено в географии. Критическая география теперь находится в самом центре географической науки. В связи с этим, Mizuoka et al. (2005) представили обзор японской критической географической практики, начиная с 1920-х годов. Кроме того, критической географии следует укреплять связи с критически настроенными учеными из других областей знаний.