Введение

Лука 10 — десятая глава Евангелия от Луки в Новом Завете Христианской Библии. В ней повествуется об отправлении Иисусом семидесяти учеников, знаменитой притче о добром самаритянине и его посещении дома Марии и Марфы. Автор этого Евангелия, который также написал Деяния апостолов, не указан, но в ранней христианской традиции единогласно отождествляется с евангелистом Лукой.

Текст

Первоначальный текст был написан на койне греческом языке. Эта глава разделена на 42 стиха.

Рассказ о семидесяти

Евангелие от Луки – единственное, содержащее это повествование. Возвращение семидесяти завершает этот раздел (стихи 17–20). В этом отрывке содержится утверждение Иисуса о том, что «рабочий достоин своей платы», что отражено в сходных формулировках в 1 Тимофею 5:18: «Не зарывай пасть волу, когда он молотит, и рабочий достоин своей платы». Первое из этих утверждений встречается в Второзаконии 25:4, а второе не найдено в Ветхом Завете, что наводит на мысль, что автор послания к Тимофею мог ссылаться на Евангелие от Луки или на соответствующий стих в Евангелии от Матфея. В некоторых рукописях упоминается семьдесят два. Рукописные свидетельства «достаточно противоречивы, и трудно сделать вывод о том, что именно написал Лука. Textus Receptus указывает число 70, но другие критические издания отмечают слово δύο, duo, как возможное добавление. Обе альтернативы связаны с двумя эпизодами Ветхого Завета, которые, по мнению Эрика Франклина, могли найти отражение в рассказе Луки: в Бытие 10 содержится список семидесяти народов мира, хотя в Септуагинте (LXX) их семьдесят два. В Числах 11 говорится о том, что Моисей избрал семьдесят старейшин, на которых должна была сойти часть духа, пребывавшего на нем, но поскольку дар был разделен еще между двумя, это можно интерпретировать как семьдесят два. Франклин предполагает, что в этом стихе «принятие» Царства Божьего достигает тех, кто положительно отвечает на весть. Кеннет Н. Тейлор, в своем перефразировании Евангелия от Луки, представляет предложение Царства, особенно дарованное исцеленным: «Исцеляйте больных и, исцеляя их, говорите: «Царство Божье очень близко к вам». В стихе 11 повторяется: «Царство Божье приблизилось к вам», но этот же стих указывает на то, что оно близко и к тем, кто отвергает посланников. Майер полагает, что этот стих в принципе подтверждает, что Иисус приравнял города, отвергающие семидесяти, к городам, отвергающим Его самого. Во второй части высказывание достигает кульминации: углубление чувства, торжественное заключение. Повествование Луки сохраняет позитивный аспект потенциального принятия семидесяти, но делает больший акцент на негативном.

Стих 17

Семьдесят учеников вернулись с радостью и сказали: «Господи, даже бесы подчиняются нам во имя Твое!» Майер отмечает, что, учитывая характер их миссии в этой главе, маловероятно, что все семьдесят вернулись к исходной точке одновременно. Иисус подтвердил, что ответ юриста был верным. Изложение этой великой заповеди у Луки отличается от изложения у Марка и Матфея, где Иисус прямо учил Своих учеников, что это величайшие заповеди в Законе. Тогда юрист спросил, кто его «ближний». В ответ Иисус рассказал притчу о путешественнике, предположительно иудее, которого избили, ограбили и оставили полумертвым на дороге. Сначала проходил священник, затем левит, но оба сторонились этого человека. Наконец, мимо проходил самаритянин. Самаряне и иудеи обычно презирали друг друга, но самаритянин помог раненому. Эта притча встречается только в этой главе Нового Завета. Изображение самаритянина в положительном свете могло бы шокировать слушателей Иисуса. Некоторые христиане, такие как Августин и Джон Ньютон, истолковали притчу аллегорически, считая, что самаритянин представляет Иисуса Христа, спасающего грешную душу. Однако другие отвергают эту аллегорию, считая ее не связанной с первоначальным смыслом притчи.

Притча вдохновила живопись, скульптуру, поэзию и кинематограф. Разговорное выражение «добрый самаритянин», означающее человека, помогающего незнакомцу, происходит из этой притчи, и многие больницы и благотворительные организации названы в честь доброго самаритянина.

Мария и Марфа (10:38-42)

В повествовании от Луки дом Марфы и Марии расположен в "определённой деревне". Вифания не упоминается и не согласуется с топографией пути Иисуса в Иерусалим, который на данном этапе повествования только начинается, когда Он покидает Галилею. Джон Дж. Килгаллен предполагает, что "Лука изменил место действия истории о Марфе и Марии".