Введение

Закон о государственной измене 1495 года, официально именуемый Законом 11 Генр. VII, гл. 1 и неофициально – статутом Rex de facto, является актом Парламента Англии, принятым в период правления Генриха VII.

Предыстория

После поражения Ричарда III в битве при Босворте 22 августа 1485 года Генрих VII был коронован королём Англии. Однако Генрих VII задним числом отнес начало своего правления к 21 августа, дню, предшествовавшему битве, что позволило ему привлекать к суду и казнить за измену всех, кто сражался на стороне его соперника. Это было крайне спорно, поскольку означало, что любой, кто сражался за законного короля против узурпатора, рисковал казнью в случае поражения, что могло подорвать их храбрость и верность. Тем не менее, Генрих VII настоял на своем, поскольку парламент Англии не мог ему противостоять, хотя позднее в том же году было издано всеобщее помилование для сражавшихся за Ричарда III. Однако к 1495 году положение Генриха VII на троне стало достаточно прочным, чтобы он мог позволить парламенту принять закон, предотвращающий злоупотребления законами об измене в будущем.

Закон

В законе указано, что лицо, фактически служащее действующему королю, не виновно в государственной измене или каком-либо другом преступлении, если оно ведет войну против короля по праву. Уильям Блэкстон писал, что данный закон является "объявлением общего права".

Наследие

В 1662 году акт был процитирован сэром Гарри Вейном на его суде по обвинению в государственной измене после Реставрации. Он был одним из обвиняемых в службе Оливеру Кромвелю против короля во время Английской гражданской войны, и в своей защите он ссылался на этот акт. Однако суд постановил, что акт предназначался лишь для защиты тех, кто сражался за короля, а не для защиты мятежников, боровшихся за упразднение монархии. Он был признан виновным и казнен. Акт остается в силе и сегодня и был применен в Шотландии после принятия Закона о государственной измене 1708 года.

Другие страны

В Новой Зеландии Закон о преступлениях 1961 года предусматривает, что повиновение законам лица, фактически обладающего верховной властью, защищает от уголовной ответственности.