Введение

Британский промышленник и член парламента от радикалов Джон Фильден 1845 г. Один из самых опытных, богатых, умных и гуманных людей в королевстве. Начав работать на хлопковой фабрике своего отца, когда ему было чуть больше десяти лет, он был твердым и щедрым сторонником движения за фабричную реформу. Он также призвал отменить новый закон о бедных и потребовал принять меры для облегчения "неприятных условий в стране" (в частности, бедственное положение ткацких ткацких станков), но в парламенте он не нашел поддержки по этим вопросам. Отчаявшись в том, что "десятифунтовый парламент" (избранный по франшизе 1832 года) никогда не уделяет должного внимания проблемам бедных, он стал "моральной силой" чартистов. После неудачи Национальной петиции он призвал движение организовать дальнейшие петиции; когда этот совет был отвергнут, он перестал появляться на мероприятиях Chartist: поддерживая цели Chartism, он сосредоточился на отдельных вопросах, стремясь привлечь более широкую поддержку реформы (в том числе тех, кого сдержит какая-либо связь с Chartism или его полной повесткой дня). В 1847 году он представил и провел через палату общин Закон о десятичасовом рабочем дне, ограничивающий часы работы женщин и детей на текстильных фабриках. "Побуждаемый исключительно человечностью и чувством справедливости, он потратил много драгоценного времени, много усердного труда и большую часть своих денежных средств, чтобы добиться принятия парламентом закона о сокращении рабочих часов женщин и детей на фабриках".

Частная жизнь

В 1811 году он женился на Энн Гриндрод из Рочдейла и купил и преобразовал публичный дом "Кодриж и лошади" (напротив мельницы Филдэнса в Уотерсайде) в семейный дом под названием Доусон Уэйр. У них было 7 детей: Джейн (1814), Сэмюэл (1816), Мэри (1817), Энн (1819), Джон (1822), Джошуа (1827) и Эллен (1829). Энн умерла в 1831 году; Джон женился на Элизабет Дирден из Галифакса в 1834 году; она пережила его, умерла в 1851 году. Фильден был глубоко религиозным человеком, но всегда неконформист в своих пристрастиях. Родился в семье квакеров, в семнадцать лет был учителем в методистской воскресной школе. Когда методисты-унитарианцы (позднее просто унитарианцы) отделились от методистов, Джон пошел с ними. В 1823 году на Банковской улице Тодмордена была построена унитарианская часовня, но она испытывала финансовые трудности. В 1828 году Джон купил часовню, погасил долги и пожизненно оплачивал ее эксплуатацию. Он много лет преподавал в воскресной школе, в конце концов став ее начальником. Он основал несколько других воскресных школ (и чтобы обеспечить подлинное соблюдение требований заводского законодательства об образовании детей мельниц, была школа на мельнице Фильден в Тодмордене). Он похоронен в небольшом кладбище часовни (которая сейчас является квартирой).

Политика

Хотя их отец был тори, Джон и его братья были радикалами. Джон, в частности, последователь Уильяма Коббетта. и реформы заводов (включая десятичасовой законопроект Майкла Томаса Сэдлера).

Парламентская реформа

Джон участвовал в агитации против законопроекта о реформе в Манчестере. Он был членом делегации, которая доставила в Лондон петицию, призывающую Палату общин отказаться от голосования по предложению до принятия законопроекта о реформе. Для разрешения разногласий между местными сторонниками радикалов и вигов он впоследствии разработал законопроект, и на большом собрании по реформе он принял обращение к королю, заявив о предпочтении всеобщего мужского избирательного права, но выразив готовность согласиться с законопроектом о реформе лорда Грей. Поскольку предполагалось создать Манчестерскую ассоциацию реформ, был создан подкомитет для разработки правил и заявления о возражениях: Фиелден был членом подкомитета и отвечал за разработанный проект. После принятия закона о реформе, братья Фильден устроили ужин для всех своих сотрудников "Две тысячи фунтов говядины из самых лучших кусков от трех до четырехсот пудингов весом 7 или 8 фунтов каждый, и пропорциональное количество других блюд, хлеба и овощей. Было 24 бочки или 3456 литров хорошего коричневого толстого господа Филдэнс помогали за столами. После того как рабочие пообедали, почти 2000 человек, не связанных с работой, приняли участие в остатке обеда".

Выборы в парламент

Портрет Уильяма Коббетта Джорджа Кука, около 1831 г. В июле 1831 года, надеясь, что законопроект о реформе будет вскоре принят, "Манчестер Таймс" (радикальный орган) обратился к тому, кто должен быть кандидатами от радикалов в Манчестере и других близлежащих недавно получивших право голоса районах, спросив: "Могут ли жители Рочдейла послать лучшего представителя, чем их сосед, мистер Джон Филдэн?". В самом Манчестере считалось, что только очень умеренный радикальный имеет шанс на избрание. Что касается Уильяма Коббетта, то он не должен претендовать на избрание: он будет потрачен впустую в парламенте; он был лучшим оратором, чем дебатистом, и лучшим писателем, чем оба. и пригласил Коббетта на ужин в его честь. Фильден был убежден (несмотря на его возражение, что для этой задачи были другие, более подходящие) занять место председателя на заседании. Его приветственная речь и вступление Коббета показали, что он был близким сторонником взглядов Коббета. Коббет посчитал его умелым выступлением, сказал так же в своей речи и напечатал его две недели подряд в своем еженедельном политическом реестре. (The Manchester Guardian раскритиковал его взгляды на банковское дело и бумажные деньги; он ответил серией из трех писем, которые были незамедлительно опубликованы (вместе с его речью) как "Неправильности и несправедливости бумажных денег".) В то время как подготовка к выборам Коббетта в Манчестере шла вперед, Филдэн решил выдвинуться не в Рочдейле (который выберет только одного депутата), а в Олдхэме (который выберет двух). Он заявил, что не хотел бы быть депутатом, если Коббет не был бы также избран в Олдхэм или в какое-то другое место. Коббет надеялся на то, что его выберут в Манчестере (а не в Престоне), но позволил своему имени выдвинуться в качестве другого кандидата от радикалов в Олдхэме. "И разве не честь быть избранным таким человеком, как мистер Джон Филдэн, в качестве его коллеги, больше чем награда за все, что адские торговцы и их низкая и кровавая пресса смогли нанести мне и моей семье?" Филдэн затем посвятил свою энергию, влияние и ресурсы обеспечению избрания как себя, так и Коббетта в Олдхэм. Фильден и Коббет были должным образом избраны в Олдхэм, Фильден возглавлял опрос. Коббет оказался внизу в опросе в Манчестере, получив половину голосов успешных (вигов) кандидатов: он обвинил в этом результат выборов в Олдхэме, известный на раннем этапе опроса в Манчестере.

"Проклятие фабричной системы"

В 1833 году Фильден поддержал законопроект лорда Эшли о десяти часах. Вместо этого был принят Закон Альторпа (Закон о фабриках 1833 года), в котором Алторп прокомментировал, что если взрослые работники мельницы хотят ограничить свои часы работы, они должны сделать это сами. Фильден вместе с другими создал Национальное общество возрождения, которое намеревалось собрать достаточное количество приверженцев, чтобы настоять на том, чтобы взрослые, а также дети работали не более восьми часов в день. Это привело к расколу с теми лидерами фабричной реформы, которые все еще надеялись обеспечить десятичасовой акт законодательством. План по координации представления требований владельцам мельниц весной 1834 года не принес результатов. Это означало создание национального профсоюза; это было трудно в лучшие времена (которым не был 1834 год, год осуждения мучеников Толпудла), и профсоюз был распущен превентивными действиями работодателей. В 1835 году он предложил правительству установить минимальные ставки за штуку для ручного ткацкого дела. В ответ на то, что ткачи ручных станков сомневались в его искренности и предлагали вместо этого другие меры, включая налог на станки, Фиелден согласился с желательностью многих других мер, но считал, что лучшим налогом на машины было ограничение часов, которые они могли работать. В 1836 году он выступил против законопроекта Пуле Томсона, выступив против него в парламенте и выпустив брошюру "Проклятие фабричной системы" ("Краткий рассказ о происхождении фабричных жестокостей; о попытках защитить детей законом; о их нынешних страданиях; наша обязанность по отношению к ним; несправедливость законопроекта г-на Томсона; безумие политических экономистов; предупреждение против отправки детей Юга на фабрики Севера"), целью которого он обобщил как "показать, что с рабочими обращались и обращаются жестоко; что они не бездумно просили о защите, но что человечество и справедливость требуют этого; что мы не навредим себе, предоставляя ее им; но всегда признавая, что я бы бросил фабрики на ветер, а не видел рабочей рабством, калечением и разорением сердца и пороком, как это будет доказано на этих страницах, но теперь они слишком много ". Он рассказал о своем опыте работы в фабрике сорок лет назад и показал, почему работа была такой же (или более) обременительной для детей в 1830-х годах, как он обнаружил ее в 1790-х годах: "Поскольку я лично и с раннего возраста занимался операциями, связанными с фабричным трудом; то есть, около 40 лет, краткий отчет о моем собственном опыте может быть не бесполезен в этом месте, поскольку именно этот опыт учит меня насмехаться над представлениями тех, кто говорит о труде на фабриках как о "очень легком" и "так легком, что не требует мышечных усилий". Я хорошо помню, как был поставлен на работу в мельнице моего отца, когда мне было чуть более десяти лет; мои партнеры, тоже в труде и в отдыхе свежи в моей памяти. Только несколько из них сейчас живы, некоторые умирают очень молодые, другие живут, чтобы стать мужчины и женщины, но многие из тех, кто жил умерли до они достигли возраста пятидесяти лет, имея вид, что гораздо старше, преждевременный вид возраста, который я действительно считаю, было вызвано характером занятости, в которой они были воспитаны. В течение нескольких лет после того, как я начал работать на мельнице, часы труда на наших работах не превышали десяти в день, зимой и летом, и даже с трудом этих часов, я никогда не забуду усталость я часто чувствовал, прежде чем день закончился, и беспокойство всех нас, чтобы быть освобожденным от неизменных и досадный труд мы прошли через прежде чем мы могли получить облегчение такими играми и развлечениями, как мы прибегали, когда освобождены от нашей работы. Я ссылаюсь на этот факт, потому что нередко люди делают вывод, что, поскольку дети, которые работают на фабриках, играют, как другие дети, когда у них есть время, труд, следовательно, легкий и не утомляет их. Я знаю, что обратное этому заключению - правда. Я знаю, что влияние десять часов труда было на себя, я, который был внимание родителей лучше, чем те из моих товарищей, чтобы позволить мне необыкновенный случайный потакание. И он знает очень мало о человеческой природе, кто не знает, что, для ребенка, развлечение так важно, что он будет подвергаться, даже истощение в своих развлечениях. Поэтому я протестую против рассуждений, что, поскольку ребенок не настолько угнетен, чтобы не иметь ...

Чартизм

Фильден соглашался с целями чартизма и на протяжении всего времени был хорошим другом движения и его более умеренных лидеров. Однако он отказался быть связанным с чем-либо, что выходит за рамки "моральной силы" (встречи и петиции). Следовательно, он был активно связан с движением Чартистов в 1838-1839 годах, видя его Национальную петицию как более надежный путь к реформам, чем его усилия в Парламенте: "Ему было надоело это piecemeal трудиться в течение последних шести лет на благо людей. Во всех своих попытках он потерпел неудачу". В сентябре он был председателем чудовищного собрания чартистов в Керсал-Мур (Манчестерский ипподром), на котором он предупреждал своих слушателей о том, чтобы не поддаваться подкупу по частям реформ. Это достигло кульминации в его участии в представлении Национальной петиции в Парламент. Когда Национальная петиция была отклонена, Фильден посоветовал, чтобы была представлена другая петиция, но на этот раз с большей осторожностью, чтобы собрать только действительные подписи; ни один представительный законодательный орган не мог долго выдерживать повторное петиционирование. Его совет был отвергнут как медленный и неопределенный путь к успеху, и чартисты обратились к методам "физической силы" (общая забастовка или приобретение оружия с присущей им угрозой их возможного использования, а не неминуемого восстания). Фильден выступал против таких методов и разорвал все формальные связи с движением. С тех пор он посещал только собрания по реформе по одному вопросу и выступал против любого введения других чартистских требований в резолюции собрания: любое соотношение конкретной реформы с Хартией оттолкнуло бы нехартистских сторонников.

Жизнь детей

Джейн (1814) умерла 11 октября 1846 года. Сэмюэл ("Черный Сэм") (1816-1889): Основной партнер семейной фирмы. После его смерти Манчестерский гвардейский отметил, что он был от "первого до последнего радикальным реформатором", но "не был и никогда не хотел быть "общественным человеком". Вместе со своими братьями Джоном и Джошуа он построил и обновил великолепную унитарианскую церковь в Тодмордене, которая обошлась ему в 45 000 фунтов стерлингов, а также городскую ратушу в Тодмордене, которая обошлась ему в еще большее количество. (Оба здания теперь относятся к категории I). Он щедро жертвовал средства национальным, региональным и местным благотворительным организациям (включая Национальный институт спасательных шлюпок и колледж Оуэнса в Манчестере). Он был директором и крупнейшим акционером железной дороги Ланкашир и Йоркшир и оставил имущество стоимостью 1,1 млн фунтов стерлингов, что примерно эквивалентно покупательной способности в 120 млн фунтов стерлингов в 2011 году. Мэри: вышла замуж (1851) за Джона Моргана Коббетта, который дважды безуспешно выступал за Олдхэм. Коббет был адвокатом, судейским судьей Сассекса и в последние годы председателем Квартальных сессий для Западного Сассекса. Он был депутатом от Олдхэма в 1852 - 1865 годах: за пределами Олдхэма он обычно считался либералом, несмотря на то, что был избран в 1852 году как радикальная половина радикального альянса тори, а в 1857 году, признаваясь в поддержке лорда Палмерстона, осторожно отметил, что главный либеральный вип не доверял ему. В 1865 году он безуспешно выдвинулся в союз с консерватором и был сопротивлен двум признанным либералам. Он был вновь избран одним из депутатов от Олдхэма в 1872 году и служил до своей смерти в 1877 году как признанный консерватор (но призывал к ежегодному парламенту и избирательному праву). Женат на Генри Броклхерсте, сыне Джона Броклхерста, депутата от Макклсфилда. И Энн, и Генри умерли в 1870 году; их двое младших детей были фактически усыновлены их дядей Джоном Фильденом из Гримстон-парка. Один из других детей брака (Джон Фильден Броклхерст) был возведен в пэрство как лорд Рэнксборо в 1914 году. Председатель местного совета Тодмордена и член парламента. Дважды замужем; во-первых, унитарианская ткачиха, во-вторых, дочь англиканского священника. Несчастный случай на собрании Бедейл Хант в 1873 году привел к тому, что он остался на инвалидной коляске. Не общественный человек, но купив усадьбу Гримстон Парк возле Тадкастера, служил в течение года шерифом Йоркшира и запустил сироту Броклхерст в общество графства Йоркшир. Консерватор и англиканец в последние годы жизни. Женился на Эллен Броклхерст, племяннице Джона Броклхерста. С 1868 по 1880 год он был депутатом от консервативной партии в Западном Райдинге, утверждая, что консервативность была лучшим домом для коббетовского радикала, такого как он, чем гладстонский либерализм. Куплен и переведен в Натфилдский монастырь, недалеко от Рейгейт в начале 1870-х годов. Недолго был директором Юго-Восточной железной дороги, но подал в отставку после возражений против автократического режима председателя. Ушел из парламента из-за плохого здоровья, что вызвало длительное отсутствие в парламенте в 1876 и 1877 годах и преследовало его до смерти в 1887 году, что привело к тому, что он зимовал в Каннах и путешествовал на своей паровой яхте Zingara для своего здоровья. В результате этого экстравагантного образа жизни его имущество, когда он умер, оценивалось всего лишь чуть более полумиллиона фунтов. Эллен: замужем за Уильямом Чардж Бутом из Оран-Холл Каттерик, две дочери (1862, 1864); умер в 1864 году.