Мазурия: История и География Северо-Восточной Польши

Введение

Мазурия (Mazury, Мазурский: Mazurÿ) — этнографический и географический регион в северной и северо-восточной Польше, известный своими 2000 озерами. Мазурия занимает большую часть Мазурского поозерья. Административно регион входит в состав Варминско-Мазурского воеводства. Крупнейший город, часто считающийся его столицей, — Элк. Территория региона составляет около 10 000 км², на которой проживает приблизительно 500 000 человек. Мазурия граничит с Вармией, Повисле и Хелминской землей на западе, Мазовией на юге, Подляшьем и Сувальским краем на востоке, и Жмудью на севере.

Доистория и ранняя история

Некоторые из самых ранних археологических находок в Мазурии были обнаружены на стоянках Дудка и Щепанки и принадлежали к субнеолитической культуре Зедмар. Индоевропейские поселенцы впервые появились в этом регионе в IV тысячелетии до нашей эры, и в балтийском регионе они разделились на сатемскую балто-славянскую ветвь, которая в конечном итоге дала начало балтам – носителям балтийских языков. Греческий исследователь Пифей (IV век до н. э.) мог упоминать эту территорию как Ментеномон, а её обитателей – как гуттонов (соседей тевтонов, вероятно, имея в виду готов). В 98 году н. э. Тацит описал одно из племен, живших у Балтийского моря (Mare Suebicum), как народы эстиев и собирателей янтаря.

Старопрусы

До XIII века территория была заселена древними (балтийскими) пруссами, балтийской этнической группой, проживавшей в Пруссии (область юго-восточного побережья Балтийского моря, расположенная вблизи Вислинского и Куршского заливов). Территория, позже известная как Мазурия, тогда называлась Гали́ндией и, вероятно, представляла собой периферийную, густо лесистую и малонаселённую область. Её жители говорили на языке, который сейчас известен как древнепрусский, и имели собственную мифологию. Несмотря на то, что немецкое политическое образование XIX века носило их название, они не были немцами. Они были обращены в католичество в XIII веке после завоевания Тевтонским орденом. По оценкам, около 170 000–220 000 древних пруссов проживало на всей территории Пруссии около 1200 года. Дикая природа служила им естественным барьером против вторжения. Во время Северных крестовых походов в начале XIII века древние пруссы использовали этот обширный лес как широкую полосу обороны. Они повторили это и против рыцарей Тевтонского ордена, которых в 1226 году в Польшу пригласил Конрад I Мазовецкий. Целью ордена было обращение коренного населения в христианство и крещение его силой, если потребуется. В последовавшем завоевании, продолжавшемся более 50 лет, коренное население было частично истреблено, особенно во время крупного прусского восстания 1261–1283 годов. Однако некоторые прусские дворянские семьи предоставили рыцарям убежище, чтобы сохранить свою власть и владения. После этого в область начали прибывать колонисты с северо-запада. Число польских поселенцев значительно возросло в начале XV века, особенно после первого и второго Торнских мирных договоров 1411 и 1466 годов соответственно, последовавших за Тринадцатилетней войной и окончательным поражением ордена. Западная Мазурия с Остродой, наряду с Хелминской землёй, была местом наиболее активного участия дворянства в основании Конфедерации. В 1454 году по просьбе Конфедерации король Казимир IV Польский подписал акт об инкорпорации всего региона, включая Мазурию, в состав Польши, а после последовавшей Тринадцатилетней войны Мазурия стала частью Польши в качестве феодального владения Великого магистра Тевтонского ордена. Позднее ассимиляция немецких поселенцев, польских иммигрантов и коренных прусских жителей привела к формированию новой прусской идентичности, хотя сохранялись субрегиональные различия между немецко- и польскоязычными частями.

Before the 13th century, the territory was inhabited by Old (Baltic) Prussians, a Baltic ethnic group that lived in Prussia (the area of the southeastern coastal region of the Baltic Sea neighbouring of the Baltic Sea around the Vistula Lagoon and the Curonian Lagoon). The territory later called Masuria was then known as Galindia and was probably a peripheral, deeply forested and lightly populated area. Its inhabitants spoke a language now known as Old Prussian and had their own mythology. Although a 19th century German political entity bore their name, they were not Germans. They were converted to Roman Catholicism in the 13th century, after conquest by the Knights of the Teutonic Order. Estimates range from about 170,000 to 220,000 Old Prussians living in the whole of Prussia around 1200. The wilderness was their natural barrier against attack by would be invaders. During the Northern Crusades of the early 13th century, the Old Prussians used this wide forest as a broad zone of defence. They did so again against the Knights of the Teutonic Order, who had been invited to Poland by Konrad I of Masovia in 1226. The order's goal was to convert the native population to Christianity and baptise it by force if necessary. In the subsequent conquest, which lasted over 50 years, the original population was partly exterminated, particularly during the major Prussian rebellion of 1261–83. But several Prussian noble families also accommodated the Knights in order to hold their power and possessions. colonists entered the area afterward, from the northwest. The number of Polish settlers grew significantly again at the beginning of the 15th century, especially after the first and the second treaties of Thorn (Toruń), in 1411 and 1466 respectively, following the Thirteen Years' War and the final defeat of the order. Western Masuria with Ostróda, was, next to the Chełmno Land, the place of the most widespread participation of the nobility in the foundation of the Confederation. In 1454 upon the Confederation's request King Casimir IV of Poland signed the act of incorporation of the entire region including Masuria to Poland and after the subsequent Thirteen Years' War Masuria became a part of Poland as a fief held by the Grand Master of the Teutonic Order. Later assimilation of the German settlers as well as the Polish immigrants and native Prussian inhabitants created the new Prussian identity, although the subregional difference between the German and Polish speaking part remained.

Герцогская Пруссия

Секуляризация Тевтонского ордена в Пруссии и переход Альберта Прусского в лютеранство в 1525 году привели к протестантизму Пруссию, включая область, позднее известную как Мазурия. Рыцари разорвали связи с католической церковью и стали землевладельцами-дворянами, а герцогство Пруссия было учреждено как вассальное государство Польши. Польский язык преобладал из-за многочисленных иммигрантов из Мазовии, которые дополнительно заселили южные части герцогской Пруссии, до того времени нетронутые (позднее Мазурии), в XVI веке. В то время как южная сельская местность была населена этими протестантскими носителями польского языка, небольшие южные города представляли собой смешанное польско- и немецкоязычное население. Древний старопрусский язык сохранялся в сельской местности северной и центральной частей герцогской Пруссии до начала XVIII века, после чего его носители ассимилировались среди немецкоязычного сельского населения и фермеров. Районы с преобладанием польского языка назывались польскими департаментами. Мазурия стала одним из ведущих центров польского протестантизма. В середине XVI века Лик (Элк) и Ангербург (Венгожево) превратились в значительные польские типографские центры. В 1546 году в Эльке в восточной Мазурии Еронимом Малецким, польским переводчиком и издателем, была основана известная польская школа, привлекавшая польских студентов из разных регионов и внесшая вклад в создание стандартов и образцов польского литературного языка. Самая западная часть Мазурии, округ Остероде (Острода), в 1633 году перешла под управление одного из последних герцогов династии Пястов, Иоанна Кристиана Брига. В 1656 году, во время битвы при Простках, войска Речи Посполитой, включая 2000 татарских набежчиков, разгромили союзную шведско-бранденбургскую армию и взяли в плен Богуслава Радзивилла. Война привела к разрушению большинства городов, 249 деревень и поселений, а также 37 церквей. В период с 1656 по 1657 год погибло более 50% населения Мазурии: 23 000 человек были убиты, еще 80 000 умерли от болезней и голода, а 3400 человек были обращены в рабство и депортированы в Россию. С 1709 по 1711 год во всей герцогской Пруссии от чумы умерло от 200 000 до 245 000 из 600 000 жителей. В Мазурии смертность варьировалась в зависимости от региона: в районе Рейн (Рын) умерло 6789 человек, а в Зеехестене (Шестне) – всего 677. В Лётцене (Гижицко) умерло 800 из 919 человек. Потери населения были компенсированы миграцией протестантских поселенцев и беженцев из Шотландии, Зальцбурга (изгнание протестантов в 1731 году), Франции (гугенотские беженцы после Фонтенблёского эдикта 1685 года) и, особенно, из контрреформированной Речи Посполитой, включая польских братьев, изгнанных из Польши в 1657 году. Последней группой беженцев, эмигрировавших в Мазурию, были русские филиппоны (как "старообрядцы", противостоящие государственной церкви) в 1830 году, когда король Фридрих Вильгельм III Прусский предоставил им убежище. После смерти Альберта Фридриха, герцога Пруссии, в 1618 году его зять Иоанн Сигизмунд, маркграф Бранденбургский, унаследовал герцогство (включая Мазурию), объединив обе территории под одной династией и образовав Бранденбургскую Пруссию. Вехлауский договор в 1657 году отменил суверенитет короля Польши.

The secularization of the Teutonic Order in Prussia and the conversion of Albert of Prussia to Lutheranism in 1525 brought Prussia including the area later called Masuria to Protestantism. The Knights untied their bonds to the Catholic Church and became land owning noblemen and the Duchy of Prussia was established as a vassal state of Poland. The Polish language predominated due to the many immigrants from Mazovia, who additionally settled the southern parts of Ducal Prussia, till then virgin part of (later Masuria) in the 16th century. While the southern countryside was inhabited by these meanwhile Protestant Polish speakers, the very small southern towns constituted a mixed Polish and German speaking population. The ancient Old Prussian language survived in parts of the countryside in the northern and central parts of Ducal Prussia until the early 18th century. At that time they proved to be assimilated into the mass of German speaking villagers and farmers. Areas that had many Polish language speakers were known as the Polish Departments. Masuria became one of the leading centers of Polish Protestantism. In the mid 16th century Lyck (Ełk) and Angerburg (Węgorzewo) became significant Polish printing centers. A renowned Polish high school, which attracted Polish students from different regions, was founded in Ełk in eastern Masuria in 1546 by Hieronim Malecki, Polish translator and publisher, who contributed to the creation of the standards and patterns of the Polish literary language. The westernmost part of Masuria, the Osterode (Ostróda) county, in 1633 came under the administration of one of the last dukes of the Piast dynasty, John Christian of Brieg. In 1656, during the Battle of Prostki, the forces of Polish–Lithuanian Commonwealth, including 2,000 Tatar raiders, beat the allied Swedish and Brandenburg army capturing Bogusław Radziwiłł. The war resulted in the destruction of most towns, 249 villages and settlements, and 37 churches were destroyed. Over 50% of the population of Masuria died within the years 1656–1657, 23,000 were killed, another 80,000 died of diseases and famine, and 3,400 people were enslaved and deported to Russia. From 1709 to 1711, in all of Ducal Prussia between 200,000 and 245,000 out of 600,000 inhabitants died from the Black Death. In Masuria the death toll varied regionally; while 6,789 people died in the district of Rhein (Ryn) only 677 died in Seehesten (Szestno). In Lötzen (Giżycko) 800 out of 919 people died. Losses in population were compensated by migration of Protestant settlers or refugees from Scotland, Salzburg (expulsion of Protestants 1731), France (Huguenot refugees after the Edict of Fontainebleau in 1685), and especially from the counterreformed Polish–Lithuanian Commonwealth, including Polish brethren expelled from Poland in 1657. The last group of refugees to emigrate to Masuria were the Russian Philipons (as 'Old Believers' opposed to the State Church) in 1830, when King Frederick William III of Prussia granted them asylum. After the death of Albert Frederick, Duke of Prussia in 1618, his son in law John Sigismund, Margrave of Brandenburg, inherited the duchy (including Masuria), combining the two territories under a single dynasty and forming Brandenburg Prussia. The Treaty of Wehlau revoked the sovereignty of the King of Poland in 1657.

Королевство Пруссия

Регион вошёл в состав Королевства Пруссия с коронацией короля Фридриха I в 1701 году в Кёнигсберге. Мазурия стала частью недавно созданной административной провинции Восточная Пруссия после её образования в 1773 году. Название «Мазурия» начало официально использоваться после новых административных реформ в Пруссии, проведённых после 1818 года. В этот период мазуры называли себя «польскими пруссаками» или «старопруссами». Во время наполеоновских войн и польской национально-освободительной борьбы в 1807 году несколько городов северной и восточной Мазурии были заняты польскими войсками под командованием генералов Яна Генрика Домбровского и Юзефа Заячека. Некоторые мазуры оказали значительную поддержку польскому восстанию 1831 года и поддерживали многочисленные связи с территорией Польши, находившейся под властью России, за пределами Пруссии; эти области были связаны общей культурой и языком. До восстания люди посещали ярмарки друг у друга и велась активная торговля, включая широко распространённую контрабанду. Польские повстанцы бежали от русских в Мазурию и находили убежище в различных городах и деревнях. Некоторые повстанцы реорганизовывались в Мазурии, чтобы вернуться в российскую часть Польши и продолжить борьбу. Новые польские подразделения из прусской части Польши также проходили через Мазурию и даже сталкивались с прусскими войсками в этом регионе. Несколько местных участников сопротивления, контрабандистов и повстанцев были арестованы и заключены в тюрьму пруссаками. Местные жители протестовали против депортации повстанцев в российскую часть Польши.

Польская Мазурия округ Дзяльдово

Регион Дзяльдово (Солдау), где по официальной переписи населения 1910 года этнические немцы составляли меньшинство в 37,3%, был исключен из плебисцита и вошел в состав Польши. Это объяснялось необходимостью полного обеспечения польского суверенитета над железнодорожным сообщением между Варшавой и Данцигом (Гданьск), имевшим жизненно важное значение для Польши, поскольку оно соединяло центральную Польшу с ее недавно приобретенным морским побережьем. В самом Дзяльдово проживало около 24 000 человек, из которых 18 000 – мазуры. Согласно данным администрации города Рыбно, после Первой мировой войны поляки в Дзяльдово верили в скорое воссоединение с Польшей и организовывали тайные собрания, на которых обсуждался вопрос о воссоединении с польским государством при помощи польской армии. Историк Андреас Коссерт описывает, что включение в состав Польши произошло несмотря на протесты местного населения, муниципальных властей и правительства Германии. По словам Коссерта, вскоре после этого около 6000 жителей региона покинули его. В 1920 году кандидат от Немецкой партии в Польше, Эрнст Барчевский, был избран в Сейм, набрав 74,6% голосов, а в 1928 году – в польский Сенат с 34,6% голосов от Блока национальных меньшинств. Во время польско-советской войны Дзяльдово был ненадолго оккупирован Красной Армией, которую местное немецкое население рассматривало как освободителя от польской власти и поднимало немецкий флаг, однако вскоре польская армия восстановила контроль над городом. В межвоенный период многие коренные жители Дзяльдовского побережья покинули этот регион и эмигрировали в Германию.

Веймарская Республика и нацистская Германия

Мазурия была единственным регионом Германии, непосредственно затронутым сражениями Первой мировой войны. Поврежденные города и деревни были восстановлены при помощи нескольких городов-побратимов из западной Германии, таких как Кельн и Найденбург (Нидица), Франкфурт и Лётцен (Гижицко), а также Вена и Ортэльсбург (Шцитно). Архитектура до сих пор удивительно самобытна, представляя собой характерный образец современной центральноевропейской архитектуры. Однако Мазурия оставалась преимущественно аграрным регионом и страдала от экономического упадка после Первой мировой войны, усугубленного созданием так называемого Польского коридора, что привело к увеличению транспортных расходов на традиционные рынки в Германии. Позднее введенная программа помощи Osthilfe оказала незначительное влияние на Мазурию, поскольку она отдавала предпочтение крупным помещикам, в то время как мазурские фермы были, как правило, небольшими. Межвоенный период характеризовался продолжающейся политикой германизации, особенно усилившейся при нацистах. В 1920-х годах Мазурия оставалась оплотом консерватизма, где Немецкая национальная народная партия была самой сильной, добившись наилучших результатов в беднейших районах Мазурии с самым высоким процентом польского населения. Особенно на выборах 1932 и 1933 годов партия получила до 81% голосов в округе Найденбург и 80% в округе Лик. Нацисты использовали экономический кризис, который сильно повлиял на отдаленную Мазурию, а также традиционные антипольские настроения, при этом нацистские политические митинги проводились на мазурском диалекте во время предвыборной кампании. В 1938 году нацистское правительство (1933–1945) изменило тысячи существующих топонимов (особенно названий городов и деревень) прусского, литовского и польского происхождения, заменив их новыми немецкими названиями; было изменено около 50% существующих названий, то есть шесть тысяч названий, однако сельское население продолжало использовать традиционные названия. После перехода Мазурии к Польше в 1945 году произошло новое переименование, в ходе которого было восстановлено большинство исторических польских названий. По словам немецкого автора Андреаса Коссерта, польские партии финансировались и поддерживались польским правительством в Варшаве и оставались разрозненными группами, не имеющими политического влияния; например, на выборах 1932 года Польская партия получила 147 голосов в Мазурии. По словам Войцеха Вржесинского (1963), польские организации в Мазурии решили снизить свою активность, чтобы избежать террора со стороны нацистских активистов, направленного против активистов и организаций польского меньшинства. Ежи Ланц, учитель и поляк по национальности, переехал в Мазурию в 1931 году, чтобы основать польскую школу в Пиассуттен (Пясутно), и умер у себя дома от отравления угарным газом, скорее всего, убитый местными немецкими националистами. Из-за жестоких преследований с 1936 года польские организации вели свою деятельность частично в подполье. До войны нацистское немецкое государство направило тайных агентов для слежки за польскими организациями и составило списки людей, подлежащих казни или отправке в концентрационные лагеря. В 1939 году антипольская деятельность нацистов еще более усилилась. Летом 1939 года немецкий террор против поляков даже превысил террор, царивший во время плебисцита 1920 года. Польские церковные службы были запрещены в период с июня по июль в Вармии и Мазурии. Директора и учителя польских школ были заключены в тюрьму, как и сотрудники польских дошкольных учреждений в регионе Мазурия, в то время как мазуров иногда насильно включали в Volksliste. С этого момента призывники из Мазурии должны были служить без исключения в немецкой армии, вторгшейся в Польшу, а два года спустя – в Россию. Кроме того, в оккупированный немцами Дзядово вошли Einsatzgruppe V, нацистские военизированные отряды смерти, чтобы совершить преступления против польского населения. Немцам удалось задержать лишь немногих польских активистов из округа Дзялдово, поскольку большинству удалось бежать и скрыться под вымышленными именами в Генеральном правительстве (оккупированная немцами центральная Польша). Арестованные польские активисты из довоенной немецкой части Мазурии в основном были депортированы в концентрационные лагеря, в том числе в Хоэнбрук, Солдау, Штутхоф, Саксенхаузен, Гузен и Равенсбрюк. В 1939 году немецкие оккупанты создали в Дзялдово лагерь для военнопленных, захваченных польских солдат. В декабре 1939 года он был преобразован в лагерь для польских гражданских лиц, арестованных во время Intelligenzaktion. Польское сопротивление в Мазурии было организовано Павелом Новаковским "Лесником", командиром окружного штаба Армии Крайовой в Дзялдово. Сопротивление контролировало один из основных пунктов контрабанды польской подпольной прессы в регионе Элк. Нацисты считали, что в будущем мазуры, как отдельная негерманская группа, "естественным образом" исчезнут, а те, кто будет цепляться за свою "инаковость", как говорилось в одном нацистском отчете, будут депортированы. Местное еврейское население нацисты считали неполноценным и подлежащим уничтожению. Нацистские власти также казнили польских активистов в Мазурии, а выживших отправили в концентрационные лагеря. В Мазурии Германия также создала и эксплуатировала лагеря для военнопленных Stalag I B и Oflag 63 для польских, бельгийских, французских, итальянских, сербских и советских военнопленных, а также построила "Логово Волка", первую восточнофронтовую военную штаб-квартиру Адольфа Гитлера, где в 1944 году произошло покушение 20 июля. В августе 1943 года Ударные кадровые батальоны атаковали деревню Миттенхайде (Туросль) в южной Мазурии. В 1943 году "Związek Mazurski" был тайно реактивирован мазурскими активистами Польского подпольного государства в Варшаве под руководством Кароля Маллёка. Związek Mazurski выступал против нацистской Германии и просил польские власти во время войны ликвидировать крупных немецких землевладельцев после победы над нацистской Германией, чтобы помочь в аграрной реформе и заселении Мазурии. Мазурские иконоборцы, выступавшие против нацистской Германии, требовали удалить немецкие памятники наследия "независимо от их культурной ценности". Кроме того, в 1943 году мазурские активисты основали Мазурский институт в Радости недалеко от Варшавы. В финальных этапах Второй мировой войны Мазурия была частично разрушена отступающими немецкими и наступающими советскими армиями во время Висло-Одерской операции. Уже 23 мая 1945 года Советы согласились на создание польской администрации в регионе, что вызвало протест британцев и американцев. Однако, в соответствии с решениями, принятыми на Ялтинской конференции и Потсдамской конференции, регион перешел к Польше, хотя и с установленным Советским Союзом коммунистическим режимом, в ожидании окончательной мирной конференции с Германией. Большинство населения бежало в Германию или было убито во время или после войны, а оставшиеся подверглись "национальной проверке", организованной коммунистическим правительством Польши. В результате количество коренных мазуров, оставшихся в Мазурии, первоначально было относительно высоким, в то время как большая часть населения впоследствии была выслана. В Мазурию были переселены поляки из центральной Польши и польских территорий, аннексированных Советским Союзом, а также украинцы, изгнанные из южной Польши в ходе операции "Висла".

Masuria was the only region of Germany directly affected by the battles of World War I. Damaged towns and villages were reconstructed with the aid of several twin towns from western Germany like Cologne to Neidenburg (Nidzica), Frankfurt to Lötzen (Giżycko) and even Vienna to Ortelsburg (Szczytno). The architecture still is surprisingly distinct, being of modern Central European character. However, Masuria was still largely agrarian oriented and suffered from the economic decline after World War I, additionally badly affected by the creation of the so called Polish Corridor, which raised freight costs to the traditional markets in Germany. The later implemented Osthilfe had only a minor influence on Masuria as it privileged larger estates, while Masurian farms were generally small. The interwar period was characterised by ongoing Germanisation policies, intensified especially under the Nazis. In the 1920s Masuria remained a heartland of conservatism with the German National People's Party as strongest party. and received its best results in the poorest areas of Masuria with the highest rate of Polish speakers. Especially in the elections of 1932 and 1933 they reached up to 81 percent of votes in the district of Neidenburg and 80 percent in the district of Lyck. The Nazis used the economic crisis, which had significant effects in far off Masuria, as well as traditional anti Polish sentiments while at the same time Nazi political rallies were organised in the Masurian dialect during the campaigning. In 1938, the Nazi government (1933–1945) changed thousands of still existing toponyms (especially names of cities and villages) of Old Prussian, Lithuanian and Polish origin to newly created German names; six thousand, that meant about 50% of the existing names were changed, but the countryside population stuck to their traditional names. Another renaming would take place after Masuria passed to Poland in 1945, with the bulk of the historic Polish names restored. According to German author Andreas Kossert, Polish parties were financed and aided by the Polish government in Warsaw, and remained splintergroups without any political influence, e. g. in the 1932 elections the Polish Party received 147 votes in Masuria proper. According to Wojciech Wrzesiński (1963), the Polish organisations in Masuria had decided to lower their activity in order to escape acts of terror performed against Polish minority activists and organisations by Nazi activists. Jerzy Lanc, a teacher and Polish national who had moved to Masuria in 1931 to establish a Polish school in Piassutten (Piasutno), died in his home of carbon monoxide poisoning, most likely murdered by local German nationalists. Due to severe persecution, from 1936 Polish organizations carried out their activities partly in conspiracy. Before the war the Nazi German state sent undercover operatives to spy on Polish organisations and created lists of people that were to be executed or sent to concentration camps. The Nazi anti Polish activities further intensified in 1939. In summer 1939 the German terror against the Poles even exceeded the terror from the period of the 1920 plebiscite. Polish church masses were banned between June and July in Warmia and Masuria. Directors of Polish schools and teachers were imprisoned, as was the staff of Polish pre schools in the Masuria region. while Masurians were sometimes forcefully placed on Volksliste. From now on conscripted Masurians had to serve without exception in the German army invading Poland, and Russia two years later on. In addition, the Einsatzgruppe V Nazi paramilitary death squads entered German occupied Dziadowo to commit crimes against the Polish population. Only some of the Polish activists from Działdowo County were caught by the Germans, as most managed to flee and hide under assumed names in the General Government (German occupied central Poland). Arrested Polish activists from the pre war German part of Masuria were mostly deported to concentration camps, incl. KZ Hohenbruch, Soldau, Stutthof, Sachsenhausen, Gusen and Ravensbrück. In 1939, the German occupiers established a prisoner of war camp for captured Polish soldiers in Działdowo. In December 1939 it was converted into a camp for Polish civilians arrested during the Intelligenzaktion, Polish resistance in Masuria was organised by Paweł Nowakowski "Leśnik" commander of the Home Army's Działdowo district. The resistance operated one of the region's main smuggling points for Polish underground press in Ełk. The Nazis believed that in future, the Masurians, as a separate non German entity, would 'naturally' disappear in the end, while those who would cling to their "foreigness" as one Nazi report mentioned, would be deported. Local Jews were considered by the Nazis to be subhuman and were to be exterminated. The Nazi authorities also executed Polish activists in Masuria and those who remained alive were sent to concentration camps. In Masuria, Germany also established and operated the Stalag I B and Oflag 63 prisoner of war camps for Polish, Belgian, French, Italian, Serbian and Soviet POWs, and built the Wolf's Lair, Adolf Hitler's first Eastern Front military headquarters where the 20 July assassination attempt occurred in 1944. In August 1943 the Uderzeniowe Bataliony Kadrowe attacked the village of Mittenheide (Turośl) in southern Masuria. In 1943, "Związek Mazurski" was reactivated secretly by Masurian activists of the Polish Underground State in Warsaw and led by Karol Małłek. Związek Mazurski opposed Nazi Germany and asked Polish authorities during the war to liquidate German large landowners after the victory over Nazi Germany to help in agricultural reform and settlement of Masurian population, Masurian iconoclasts opposed to Nazi Germany requested to remove German heritage sites "regardless of their cultural value". Additionally a Masurian Institute was founded by Masurian activists in Radość near Warsaw in 1943. In the final stages of World War II, Masuria was partially devastated by the retreating German and advancing Soviet armies during the Vistula Oder Offensive. Already on May 23, 1945, the Soviets granted that a Polish administration be established in the region, which aroused British and American protest. However, per the decisions made at the earlier Yalta Conference and the Potsdam Conference the region passed to Poland, although with a Soviet installed communist regime, pending a final peace conference with Germany. Most of the population fled to Germany or was killed during or after the war, while those which stayed were subject to a "nationality verification", organised by the communist government of Poland. As a result, the number of native Masurians remaining in Masuria was initially relatively high, while most of the population was subsequently expelled. Poles from central Poland and the Polish areas annexed by the Soviet Union as well as Ukrainians expelled from southern Poland throughout the Operation Vistula, were resettled in Masuria.

Мазурия после Второй мировой войны

По данным Мазурского института, мазурские участники сопротивления нацистской Германии, пережившие войну, активизировались в 1945 году в регионе, работая в Ольштыне в сотрудничестве с новыми государственными органами в сфере администрации, образования и культуры. Для того чтобы считаться "автохтонным" поляком, было достаточно иметь польскую фамилию или предка, говорящего по-польски. В октябре 1946 года 37 736 человек были "верифицированы" как польские граждане, в то время как 30 804 остались "неверифицированными". Центром таких "неверифицированных" мазуров был район Мронгово, где в начале 1946 года из 28 280 человек 20 580 были "неверифицированы", а в октябре 16 385 по-прежнему отказывались принять польское гражданство. Однако даже те, кто поддавался давлению польских властей, фактически считались немцами из-за своей лютеранской веры и часто поверхностного знания польского языка. Имена были "полонизированы", а использование немецкого языка в публичном пространстве было запрещено. В конце 1940-х годов давление с целью подписания "верификационных документов" усилилось, и в феврале 1949 года бывший начальник сталинской тайной полиции (UB) в Лодзи, Мечислав Мочар, начал кампанию "Великой верификации". Многие "неверифицированные" мазуры были заключены в тюрьму и обвинены в пронацистской или проамериканской пропаганде, даже бывшие пропольские активисты и узники нацистских концлагерей подвергались тюремному заключению и пыткам. После завершения этой кампании в районе Мронгово "неверифицированными" остались лишь 166 мазуров. В 1950 году 1600 мазуров покинули страну, а в 1951 году 35 000 человек из Мазурии и Вармии получили декларации о своей немецкой национальности в посольствах США и Великобритании в Варшаве. 63 процента мазуров в районе Мронгово получили такие документы. В декабре 1956 года пропольски настроенные активисты из Мазурии подписали меморандум руководству Коммунистической партии: "История народа Вармии и Мазурии полна трагедий и страданий. Несправедливость, тяготы и боль часто давили на плечи вармиан и мазуров. Неприязнь, несправедливость и насилие окружают нас. Они (вармиане и мазуры) требуют уважения к их самобытности, сформировавшейся на протяжении семи веков, и свободы в сохранении своих традиций". Вскоре после политических реформ 1956 года мазурам предоставили возможность воссоединиться со своими семьями в Западной Германии. Большинство (более 100 тысяч) постепенно уехали, а после улучшения германо-польских отношений благодаря немецкой политике Ostpolitik в 1970-х годах с 1971 по 1988 год в Западную Германию переехали 55 227 человек из Вармии и Мазурии. Сегодня в этом районе проживает от 5000 до 6000 мазуров, примерно 50 процентов из которых являются членами немецкого меньшинства в Польше, а остальные – этнические поляки. Как заявил польский журналист Анджей К. Вроблевский, послевоенная политика Польши добилась того, чего не смогло прусское государство: формирования немецкого национального самосознания среди мазуров.

According to the Masurian Institute, the Masurian members of resistance against Nazi Germany who survived the war became active in 1945 in the region, working in Olsztyn in cooperation with new state authorities in administration, education and cultural affairs. A Polish sounding last name or a Polish speaking ancestor was sufficient to be regarded as "autochthonous" Polish. In October 1946, 37,736 persons were "verified" as Polish citizens while 30,804 remained "unverified". A center of such "unverified" Masurians was the district of Mrągowo, where in early 1946 out of 28,280 persons, 20,580 were "unverified", while in October, 16,385 still refused to adopt Polish citizenship. However, even those who complied with the often used pressure by Polish authorities were in fact treated as Germans because of their Lutheran faith and their often rudimentary knowledge of Polish. Names were "Polonised" and the usage of the German language in public was forbidden. In the late 1940s the pressure to sign the "verification documents" grew and in February 1949 the former chief of the stalinist secret Police (UB) of Łódź, Mieczysław Moczar, started the "Great verification" campaign. Many unverified Masurians were imprisoned and accused of pro Nazi or pro American propaganda, even former pro Polish activists and inmates of Nazi concentration camps were jailed and tortured. After the end of this campaign in the district of Mrągowo only 166 Masurians were still "unverified". In 1950, 1,600 Masurians left the country and in 1951, 35,000 people from Masuria and Warmia managed to obtain a declaration of their German nationality by the embassies of the United States and Great Britain in Warsaw. Sixty three percent of the Masurians in the district of Mrągowo received such a document. In December 1956, Masurian pro Polish activists signed a memorandum to the Communist Party leadership:
"The history of the people of Warmia and Masuria is full of tragedy and suffering. Injustice, hardship and pain often pressed on the shoulders of Warmians and Masurians Dislike, injustice and violence surrounds us They (Warmians and Masurians) demand respect for their differentness, grown in the course of seven centuries and for freedom to maintain their traditions". Soon after the political reforms of 1956, Masurians were given the opportunity to join their families in West Germany. The majority (over 100 thousand) gradually left, and after the improvement of Germano Polish relations by the German Ostpolitik of the 1970s, 55,227 persons from Warmia and Masuria moved to West Germany in between 1971 and 1988. Today, between 5,000 and 6,000 Masurians still live in the area, about 50 percent of them members of the German minority in Poland; the remaining half is ethnic Polish. As the Polish journalist Andrzej K. Wróblewski stated, the Polish post war policy succeeded in what the Prussian state never managed: the creation of a German national consciousness among the Masurians.

Современная Мазурия

В современной Мазурии коренное население практически исчезло. Сегодня в Мазурии проводятся многочисленные летние музыкальные фестивали, включая крупнейший в Польше регги-фестиваль в Остроде, крупнейший в Польше кантри-музыкальный фестиваль в Мрагово и один из крупнейших в Польше хип-хоп фестивалей в Гижицко и Элке. Международный аэропорт Шиманы-Щытно в Мазурии привлек международное внимание, поскольку в прессе сообщалось, что аэропорт является так называемым "чёрным объектом", связанным с сетью тайных операций по экстрадиции ЦРУ.

Пейзаж

Мазурия и Мазурский озерный край известны в Польше как Kraina Tysiąca Jezior, что означает «земля тысячи озёр». Эти озёра были образованы ледниками в плейстоценовый ледниковый период примерно 14 000 – 15 000 лет назад, когда лед покрывал северо-восточную Европу. К этому периоду относится рог северного оленя, найденный в окрестностях Гижицко. К 10 000 году до нашей эры лёд начал таять. Произошли значительные геологические изменения, и даже за последние 500 лет карты, изображающие лагуны и полуострова на Балтийском море, сильно изменились. Этот непрерывный озерный район пользуется большей популярностью у туристов, чем другие части северной Польши, например, Померания (от реки Одер до реки Висла). Местность довольно холмистая, с чередованием озёр, рек и ручьёв. Леса занимают около 30% территории. Северная часть Мазурии покрыта преимущественно широколиственными лесами, а южная – сосновыми и смешанными лесами. Два крупнейших озера Польши, Снярдвы и Мамры, находятся в Мазурии.