Введение

В христианской теологии "легализм" (или "номизм") – пренебрежительное обозначение представления о том, что "человек может заслужить и обрести спасение посредством добрых дел или соблюдения закона".

Обзор

В энциклопедии «Христианство в Соединенных Штатах» легализм определяется как пренебрежительное обозначение для «прямого или косвенного привязывания поведения, дисциплины и практик к вере с целью достижения спасения и оправдания перед Богом», подчеркивающее необходимость «совершать определенные дела для обретения спасения» (делами). Кроме того, легализм в негативном ключе относится к мнению, что христиане не должны участвовать в социальных практиках, считающихся противоречащими христианскому свидетельству, таких как азартные игры, танцы, употребление алкоголя, наслаждение светскими развлечениями или ношение непристойной одежды; воздержание от этого практикуется в фундаменталистских баптистских, консервативных анабаптистских и консервативных церквях святости. То, что считается «легалистичным», может зависеть от христианской конфессии; в отличие от лютеранской теологии, сосредоточенной на учении об оправдании верой, христиане анабаптистской традиции (которые учат спасению «верой, проявляющейся в делах») утверждают, что быть учеником Иисуса посредством тщательного соблюдения заповедей Нового Завета (таких как святой поцелуй, крещение, причастие, покрытие головы и омовение ног) является «важным свидетельством того, что человек раскаялся, уверовал и подчинился Христу». Анабаптистский богослов Менно Симонс отверг обвинение в легализме со стороны лютеран, ссылаясь на [источник]. Христианский толкователь Тони Кук, ссылаясь на [источник], заявил, что термин «легалист» часто неверно применяется к тем, кто следует библейским наставлениям «касающимся святости, послушания и благочестивой жизни», заключив, что «Божья благодать ведет нас к послушанию, а не от него». Фарисеи и саддукеи, описанные в Евангелиях, обычно рассматриваются христианами как законники. Антиномианство часто рассматривается как противоположность легализму, а ситуационная этика – как третья возможная позиция.