Введение

Книга верований и мнений (كتاب الأمانات والاعتقادات) – книга, написанная Саадией Гаоном (завершена в 933 году), которая представляет собой первое систематическое изложение и философское обоснование догматов иудаизма. Изначально произведение было написано на иудео-арабском языке еврейскими буквами и содержит цитаты из Торы. Первый перевод на иврит был выполнен в 1186 году Иудой бен Саулом ибн Тиббоном под названием «Эмунот ве Деот» ('אמונות ודעות' – Верования и Мнения). Полный перевод на английский язык, осуществленный Сэмюэлем Розенблатом, был опубликован в 1948 году. Книга начинается с предисловия и состоит из десяти глав; она была завершена в 933 году.

Премьера и введение

В основном, труд был написан в защиту раввинистического иудаизма от взглядов караимов, отвергающих устный закон (Мишну и Талмуд). В своем подробном введении Саадия говорит о причинах, побудивших его к его составлению. Его сердце скорбело, видя царящую среди современников путаницу в религиозных вопросах, неразумные убеждения и невежественные взгляды среди тех, кто исповедовал иудаизм, в то время как отвергающие веру ликовали, выставляя напоказ свои заблуждения. Люди были поглощены морем сомнений и подавлены волнами духовной ошибки, и не было никого, кто мог бы им помочь; поэтому Саадия чувствовал себя призванным и обязанным спасти их от этой опасности, укрепив верующих в их вере и развеяв страхи сомневающихся. После общего изложения причин неопределенности и сомнений, а также сущности веры, Саадия описывает три естественных источника познания: а именно, чувственное восприятие, свет разума и логическую необходимость, а также четвертый источник познания, доступный богобоязненным – «истинное откровение», содержащееся в Писании. Он показывает, что вера в учения откровения не исключает самостоятельного поиска знания, но размышления на религиозные темы скорее направлены на доказательство истинности учений, полученных от пророков, и на опровержение нападок на догматы откровения, которые философское исследование должно возвести на уровень фактического знания.

i Создание мира

Для доктрины сотворения мира Саадия предлагает четыре доказательства; три из них демонстрируют влияние философии Аристотеля, которое можно проследить и в других его трудах. После того как его рациональные доводы привели его к заключению, что мир был создан из ничего, он излагает и опровергает двенадцать теорий о происхождении мира. Эта часть первого раздела дает весьма интересное представление о знаниях Саадии о греческих философах, которые он, вероятно, почерпнул из сочинений Аристотеля. В конце раздела Саадия опровергает определенные возражения против иудейского учения о Творении, особенно те, что основаны на представлениях о времени и пространстве.

ii Единство Создателя

Теория Бога основывается на развитии представления о том, что человеческое знание возникает постепенно, от самых простых чувственных впечатлений до самых тонких понятий; таким образом, идея Божественного, превосходящая все другие знания по своей тонкости, сама по себе является доказательством её истинности. Понятие Бога как Творца необходимо подразумевает атрибуты жизни, силы и знания. Аналогичным образом, понятие Творца доказывает единство Бога. Саадия приводит три прямых и три косвенных доказательства этой точки зрения, последние из которых заключаются в демонстрации абсурдности дуализма. См. апофатическую теологию и божественную простоту. Тезис об абсолютном единстве Бога обосновывается опровержением христианского учения о Троице, которое, по мнению Саадии, возникает из-за неверного толкования трех уже упомянутых атрибутов Бога: жизни, силы и знания. Наряду с опровержением догмы о Троице представлен обзор различных теорий относительно личности Иисуса, демонстрирующий глубокое знание христианских споров. См. еврейские принципы веры: Божественное единство. Чтобы обеспечить понимание монотеистической концепции Бога во всей её чистоте и освободить высказывания Писания от кажущихся противоречий в отношении духовности абсолютной идеи Бога, Саадия интерпретирует все библейские трудности, касающиеся этой проблемы, используя схему десяти аристотелевских категорий, ни одна из которых, как он показывает, не может быть применена к Богу. В заключение этого раздела автор с глубоким религиозным чувством описывает отношения между человеческой душой и Божеством, когда душа пронизана истинным знанием о Боге.

Откровение и заповеди

Мицвоты – «божественные заповеди», явленные в Торе, были даны человеку по милости Божьей как средство достижения высшего блаженства. Согласно классификации, заимствованной Саадией у мутазилитов, но основанной на исконно еврейском взгляде, заповеди делятся на заповеди разума и откровения, хотя даже последние могут быть объяснены рационально, что подтверждается многочисленными примерами. В отступлении, где Саадия критикует мнение индуистской секты «Барахима» (брахманов) о том, что человеку не нужны пророки, он представляет свой трактат о пророчестве и защиту пророков. Далее следуют тезисы о сущностном содержании Библии и достоверности библейского Предания, подробное опровержение христианской и исламской точки зрения об отмене Закона, явленного в Израиле, и полемика против ряда возражений Хиви аль-Балхи относительно авторитета Писания.

iv Свободная воля: послушание и непослушание

Основой этого раздела является теория свободы воли и ее согласование с всемогуществом и всеведением Бога. В начальной части Саадия излагает антропоцентрическое учение, согласно которому человек рассматривается как цель всего творения; а в заключительной части он объясняет в восьми разделах те места Писания, которые могут породить сомнения относительно свободы человеческих поступков. См. Свобода воли в еврейской мысли.

v Достоинства и недостатки

Людей можно разделить на десять категорий по степени их достоинств и недостатков, а также по их религиозным и моральным качествам. В описании первых двух – благочестивых и неблагочестивых – Саадия в основном сосредотачивается на проблеме страданий праведников и процветания нечестивцев, а описание последнего класса, состоящего из раскаивающихся, приводит его к детальному рассмотрению, основанному на Библии, вопросов покаяния, молитвы и других проявлений человеческой набожности.

VI Душа и смерть

Его взгляд на душу предваряется обзором шести других теорий. Этот список параллелен тем, что уже были представлены Аристотелем и Псевдо-Плутархом. Он рассматривает взаимоотношения души и тела, основу их соединения, их взаимодействие в человеческой деятельности, их совместное существование или продолжительность жизни, их разделение или смерть, а также состояние души после смерти. Раздел завершается опровержением учения о переселении душ.

vii Воскресение мертвых

Здесь Саадия опровергает возражения, выдвинутые на основании природы, разума и Библии, против доктрины воскресения мертвых, и представляет доказательства, содержащиеся в предании. Далее он рассматривает десять вопросов, касающихся этой доктрины, которые представляют интерес тем, что "позволяют понять распространенные взгляды того времени, и которые, несмотря на их необычность, не могли быть проигнорированы даже таким человеком, как Саадия" (Гуттманн).

VIII Мессианское искупление

Учения о мессианском искуплении основаны почти исключительно на высказываниях Библии и Талмуда, а точный год спасения устанавливается посредством толкования известных отрывков из Книги Даниила. В заключительной части автор опровергает тех, кто считает, что мессианские пророчества относятся ко времени Второго Храма, и также полемизирует с христианским учением о Мессии.

Мир, который придет

Саадия доказывает, что награды будущего мира обоснованы разумом, Писанием и традицией, и отвечает на различные вопросы, связанные с этой темой.

x нравственное поведение, мысли и убеждения

Система этики, представленная в приложении, в основном основана на описании и критике тринадцати различных жизненных целей, к которым Саадия добавляет свои наставления для разумной и нравственной жизни. Он также отмечает, что в отношении каждого из пяти чувств благотворным является лишь согласованное сочетание чувственных восприятий, тем самым демонстрируя, насколько важна гармоничная комбинация качеств и порывов человеческой души. В заключение он заявляет, что его книга призвана лишь очистить и возвысить сердца его читателей.

Ибн Тиббон

Хотя первоначально работа была написана на арабском языке, её перевёл раввин и врач Иуда бен Саул ибн Тиббон, который также переводил «Кузари» Иуды Халеви. Это издание впервые было напечатано в Константинополе в 1562 году и неоднократно переиздавалось, тогда как оригинал был отредактирован арабским алфавитом Сэмюэлем Ландауэром (Лейден, 1880), а другое (более качественное) издание на иудео-арабском языке подготовил Йосеф Кафих в 1970 году.

Другие

Другой перевод, или, скорее, перефразировка «Китаб аль-Аманат валь-И’тикадат», авторство которого не установлено, содержится в нескольких рукописях (наиболее важной из которых является MS. Vatican 266); значительные части этого перевода были изданы Голланцем (; см. "Monatsschrift", XLVI. 536). Это было основным способом ознакомления неарабоговорящих евреев с философией Саадии в XII и XIII веках. Данная парафраза являлась важным и влиятельным документом в развитии теологии раннесредневековых ашкеназских хасидов (не следует путать с хасидизмом XVIII века), маймонидских споров и ранней Каббалы. Ее язык отличается высокой поэтичностью. Седьмой раздел, посвященный воскресению, представлен в двух версиях, первая из которых, послужившая основой для перевода Ибн Тиббона, была издана Бахером в "Steinschneider Festschrift", с. 98–112, а вторая – Ландауэром. Эта парафраза, озаглавленная «Pitron Sefer ha Emunot ve Ḥerṣav ha Binot», будет опубликована в полном объеме Израильской академией наук и гуманитарных наук.