Такийя: сокрытие веры в условиях преследования в исламе.

Введение

Отрицание исламской веры в условиях преследования

В исламе такийя (تقیة) — это предосторожное сокрытие или отрицание религиозных убеждений и практики. Как правило, такийя — это совершение греховного поступка (например, показного неверия) ради благочестивой цели. Сокрытие своих убеждений является неотъемлемой частью ислама с самых ранних времен и признается мусульманами практически всех течений. Однако применение такийи различается, особенно между суннитами и шиитами. Сунниты со временем добились политического превосходства и поэтому лишь изредка испытывали необходимость практиковать такийю. С другой стороны, шиитские общины, составляющие меньшинство, развили такийю как инстинктивный метод самосохранения и защиты в неблагоприятной среде. Связанный термин — китман (лит. "действие по сокрытию, утаиванию"), который имеет более конкретное значение сокрытия посредством молчания или упущения. Позднее он приобрел особое значение для шиитов в связи с их опытом преследования как религиозного меньшинства. Согласно шиитской доктрине, такийя допустима в ситуациях, когда существует непосредственная угроза жизни или имуществу и при этом не возникает опасности для религии. Ярдэн Мариума, социолог Колумбийского университета, пишет: «Такийя — это исламский юридический термин, меняющееся значение которого связано с тем, когда мусульманину разрешено лгать в соответствии с законами шариата. Это понятие, значение которого значительно варьируется среди исламских сект, ученых, стран и политических режимов».

Такие

Термин такийя происходит от арабского трилитерального корня вав-каф-йа, обозначающего «осторожность, страх», «заботу, осмотрительность». В значении «благоразумие, страх» он может использоваться как синоним к терминам тука(н), тукат, таква и иттика, которые происходят от того же корня. Эти термины также имеют другие значения. Например, термин таква обычно означает «благочестие» (букв. «боязнь [Бога]») в исламском контексте.

Китман

Спутно связанный термин — китман (كتمان), «действие сокрытия, утаивания». Ибадиты использовали китман, чтобы скрыть свои мусульманские убеждения перед лицом преследований со стороны врагов.

Ния

В суннитском исламском праве, как и в исламском праве в целом, понятие намерения (ния) имеет большое значение. Простое совершение действия без надлежащего намерения считается недостаточным. Фетва, изданная Ибн Аби Джумой, подчеркивает важность внутреннего состояния и намерения человека в определении его идентичности как мусульманина. Согласно этой фетве, если такийя практикуется с правильным намерением, это не считается грехом, а скорее богоугодным деянием. Фетва подчеркивает, что Бог ценит намерение верующих выше их внешних действий, и такийя может рассматриваться как форма внешнего проявления, соответствующая верному намерению. Некоторые суннитские ученые предпочли поддержать точку зрения Мамуна о сотворенности Корана, несмотря на свои убеждения.

После завершения Реконкисты на Пиренейском полуострове в 1492 году мусульмане подверглись преследованиям со стороны католических монархов и были вынуждены принять христианство или столкнуться с изгнанием. Принцип такийи стал особенно важен для мусульман во время инквизиции в Испании в XVI веке, поскольку он позволял им формально принять христианство, оставаясь при этом тайными мусульманами (крипто-мусульманами), исповедующими ислам втайне. В 1504 году Убайд Аллах аль-Вахрани, маликитский муфтий в Оране, издал фетву, разрешающую мусульманам широко использовать сокрытие для сохранения своей веры. Это считается исключительным случаем, поскольку исламское право запрещает отступничество, за исключением случаев смертельной опасности, и даже тогда требует покаяния как можно скорее. Рассуждения аль-Вахрани отличались от взглядов большинства ранних маликитских факихов, таких как Аль-Ваншариси. Для шиитов центральными стали два основных аспекта осмотрительности: не раскрывать свою связь с имамами, когда это может подвергнуть их опасности, и защищать эзотерические учения имамов от тех, кто к ним не готов. В большинстве случаев шиитские общины-меньшинства использовали такийю, прикрываясь суннизмом в обществах, где доминировал суннизм, однако этот принцип допускает осмотрительность и по отношению к другим вероисповеданиям. Например, общины гупти-исмаилитских шиитов на Индийском субконтиненте притворяются индуистами, чтобы избежать кастовых преследований. Во многих случаях практика такийи глубоко укоренилась в сознании практикующих. Верующий мог прибегнуть к ней в моменты опасности или сделать ее образом жизни.

Предусмотрительный Такией

Колберг ввёл термин "осторожная такийя" для описания предосторожности, обусловленной страхом перед внешними врагами. Она подразделяется на две различные формы: сокрытие и диссимуляция. Например, исторические свидетельства рассказывают о том, как некоторые имамы скрывали свою личность в качестве меры предосторожности. В одной истории имам Джафар ас-Садик похвалил поведение последователя, который предпочёл избегать прямого взаимодействия с имамом, даже узнав его на улице, вместо того чтобы выдать его, и даже проклял тех, кто называл его по имени. Религиозная диссимуляция, или такийя, при сохранении внутреннего убеждения, считается допустимой в шиизме "в ситуациях, когда существует непосредственная угроза жизни или имуществу и при этом не возникает опасности для религии". Шииты в основном жили как меньшинство среди часто враждебного суннитского большинства до возвышения династии Сефевидов. Это положение сделало доктрину такийи важной для шиитов. Однако некоторые шииты рассматривают такийю как форму джихада, своего рода борьбу против своих противников. Другие связывают её с эзотерической природой раннего шиитского ислама. Знание (‘Ильм), дарованное имамам Богом, должно было быть защищено, а истина – сокрыта от непосвящённых или их врагов до прихода Двенадцатого имама, когда это знание и высший смысл станут доступны каждому. Религиозные постановления шиитских имамов также испытывали влияние такийи. Некоторые предания, передаваемые от имамов, делают такийю центральным элементом шиизма: "У кого нет такийи, у того нет веры"; "кто отказывается от такийи, подобен тому, кто отказывается от молитвы"; "такийя – щит верующих, и если бы не такийя, Богу не поклонялись бы". Неясно, относятся ли эти предания только к такийе в условиях угрозы или также к такийе, используемой для сокрытия эзотерических доктрин шиизма.

Исламистские шииты

Для исмаилитов после монгольского нашествия на государство Аламут в 1256 году н.э. необходимость практиковать такийю стала жизненно важной, не только для защиты самой общины, которая теперь осталась без государства, но и для сохранения линии Низарийского исмаилитского имамата в этот период смуты. В соответствии с этим, шиитский имам Джа'фар ас-Садик сказал: «Такийя – это моя религия и религия моих предков».

Такие периоды, когда имамы скрыты, известны как сатр, однако этот термин может относиться и к временам, когда имамы не были физически скрыты от взора, а скорее, когда община была вынуждена прибегать к осторожному сокрытию своей веры. Во время сатра доступ к имаму был возможен только для членов его общины, а в условиях крайней опасности – лишь для высших рангов исмаилитской иерархии (ḥudūd), чьей функцией было передавать учения имама общине. Шиитский имам Джа'фар ас-Садик, как сообщается, сказал: «Наше учение – это истина, истина истины; это внешнее и внутреннее, и внутреннее внутреннего; это секрет и секрет секрета, охраняемый секрет, сокрытый секретом». Действительно, для исмаилитов сохранение и процветание общины в наши дни во многом обусловлено тщательной охраной верований и учений имамов во времена Илханата, династии Сефевидов и других периодов преследований. Исмаилитский автор XVI века Хваджа Мухаммад Рида б. Султан Хусейн, также известный как Хайрхвах и Харати, ссылаясь на период Анджудана, пишет о завершении эпохи такийи. Он объясняет, что до сих пор «на лицо истины была наброшена завеса», но теперь имам «разрешил снять эту завесу». Поскольку имам разрешил письменную переписку со своими последователями, он фактически положил конец эпохе такийи. Община Гупти считала Ага Хана III своим духовным лидером и имамом, но скрывала эти убеждения, чтобы защитить себя. Однако гупты использовали уникальную форму такийи: они не выдавали себя за суннитов, суфиев или итна-ашаритов, что было более распространенной практикой. Вместо этого они идентифицировали себя как индуисты, и это стало важной частью их самосознания. Гупты рассматривают свою такийю как исполнение и кульминацию их внешне исповедуемой веры, а не как противоречие ей. Имя «Гупта» на санскрите означает «тайный» или «скрытый», что идеально отражает сокрытие их веры и истинной идентичности. Алавиты склонны скрывать свои убеждения (такийю) из-за исторических преследований. Некоторые догматы веры являются тайными, известными лишь немногим избранным; поэтому их описывают как мистическую секту. Алавиты отмечают исламские праздники, но считают самым важным праздник Ид аль-Гадир.

Such periods in which the Imams are concealed are known as satr, however the term may also refer to times when the Imams were not physically hidden from view but rather when the community was required to practice precautionary dissimulation. During satr the Imam could only be accessed by his community and in extremely dangerous circumstances, would be accessible only to the highest ranking members of the Ismaili hierarchy (ḥudūd), whose function it was to transmit the teachings of the Imam to the community. Shi'a Imam Ja'far al Sadiq is reputed to have said, "Our teaching is the truth, the truth of the truth; it is the exoteric and the esoteric, and the esoteric of the esoteric; it is the secret and the secret of a secret, a protected secret, hidden by a secret." Indeed, for the Ismailis, the persistence and prosperity of the community today owes largely to the careful safeguarding of the beliefs and teachings of the Imams during the Ilkhanate, the Safawid dynasty, and other periods of persecution. The 16th century Ismaili author Khwāja Muḥammad Riḍā b. Sulṭān Ḥusayn, also known as Khayrkhvah i Harati, referring to the Anjudan period, writes about the end of an era of taqiyya. He explains that thus far "a veil was drawn over the visage of truth," but now the Imam "allowed the veil to be lifted". Since the Imam had allowed written correspondence with his followers, he had effectively ended the era of taqiyya. The Gupti community viewed the Aga Khan III as their spiritual leader and Imam, but concealed these beliefs to protect themselves. However, the Guptis used a unique form of taqiyya, they did not appear as Sunni, Sufi, or Ithna ashari, which were the more common identities to take on. Rather they identified as Hindus, and this became a significant aspect of who they were. The Guptis view their taqiyya as a fulfillment and culmination of their outwardly professed faith, rather than contrary to it. The name ‘Gupta’ in Sanskrit, means secret or hidden, which perfectly embodies the concealment of their faith and true identity. Alawites tend to conceal their beliefs (taqiyya) due to historical persecution. Some tenets of the faith are secret, known only to a select few; therefore, they have been described as a mystical sect. Alawites celebrate Islamic festivals but consider the most important one to be Eid al Ghadir.

Вид друзов

В силу исмаилитского шиитского происхождения друзов, их также связывают с такийей. Когда друзы были меньшинством, подвергавшимся преследованиям, они демонстрировали приверженность другой религии внешне, как правило, религии, доминирующей в данном регионе, и в значительной степени соблюдали мусульманские обычаи, используя эту практику.

Современные дебаты

В начале XXI века такия стала предметом дискуссий. По словам С. Джонатона О’Доннела, некоторые теории выдвигают "идею о том, что у мусульман есть религиозный долг обманывать немусульман, если это способствует делу" ислама. Он утверждает, что "это утверждение основано на неверном прочтении концепции такийи, посредством которой верующие могут скрывать свою веру, если им угрожает насилие. Это неверное толкование широко распространено в исламофобской литературе". Этот термин использовался писателями и сторонниками контр-джихада, такими как Патрик Сукхдео, которые полагают, что мусульмане используют эту доктрину как ключевую стратегию в исламизации западных стран, скрывая свои истинные насильственные намерения. В 2008 году Раймонд Ибрагим опубликовал в журнале Jane's Islamic Affairs Analyst статью под названием "Доктрины обмана в исламе". Ибрагим представил свой собственный перевод.

В 2019 году Майкл Райан вновь подверг критике взгляды Ибрагима на такию, исламский ученый Усама Хасан в Jewish Chronicle. Ибрагим также ответил Хасану в статье для FrontPage Magazine под названием "Закат такийи: разоблачение тьмы, скрывающей исламский обман". Стефан Виммер утверждает, что такия – это не инструмент для обмана немусульман и распространения ислама, а защитный механизм для сохранения жизни в условиях непосредственной угрозы (приводя в пример Реконкисту). Схожие взгляды высказывает Якоб Сковгаард Петерсен из Копенгагенского университета.