Сон Бёнхи: Религиозный лидер и деятель за независимость Кореи

Введение

Сун Бён Хи (англ. Son Byong hi; 8 апреля 1861 – 19 мая 1922) – корейский религиозный деятель и активист за независимость. Его религиозное имя – Уям. Он был третьим лидером Дунхака, коренного религиозного движения, основанного в период с 1860 по 1864 год. Основатель Дунхака Чхве Чжэ У (религиозное имя Су Ын) и второй лидер, Чхве Си Хён (религиозное имя Хэволь), оба были казнены. Хэволь, наставник и предшественник Суна, участвовал в крестьянском восстании 1894 года (известном как Дунхакское крестьянское восстание) и был казнен в связи с ним в 1898 году. После этого Сун возглавил Дунхак, но в марте 1901 года был вынужден бежать в Японию. Его сопровождали брат и главный помощник Ли Ён Гу. В Японии Сун изучал современные западные методы, которые японцы переняли после реставрации Мэйдзи. До этого момента Дунхак был крайне традиционным, выступал против модернизации и иностранного вмешательства в Корею. Сун изменил свою точку зрения, приняв модернизацию и согласившись на помощь Японии для достижения этой цели. В 1902 году он отправил Ли обратно в Корею в качестве своего связного. По указанию Суна Ли основал политическую организацию, известную как Чуннипхве (Jungniphoe, «Общество нейтралитета»), которая позже была реорганизована в Чинбохве (Jinbohoe, «Прогрессивное общество»). Одной из наиболее заметных акций Чинбохве была организация массовых церемоний стрижки волос, во время которых корейские мужчины отрезали свои традиционные пучки волос. Модернизация посредством образования была её главным приоритетом. Организация также придерживалась паназиатских взглядов, которые побуждали добровольцев Чинбохве помогать японцам в русско-японской войне, особенно в строительстве железной дороги для переброски войск. Ли в конечном итоге пошел настолько далеко, что призвал Японию взять на себя управление делами Кореи, якобы полагая, что это соглашение будет временным и выгодным для Кореи. В любом случае, после того как Япония вынудила Корею стать своим протекторатом, Сун начал дистанцироваться от японской принадлежности Дунхака. Сун переименовал Дунхак в Чхондогё (Ch'ŏndogyo, «Религия Небесного Пути») 1 декабря 1905 года. Он предпринял конкретные шаги для его модернизации и расширения доктринальных концепций о величии Неба/Бога в человечестве. В сентябре 1906 года он отлучил Ли от церкви, который впоследствии основал другую ветвь Дунхака, известную как Сичжонгё (Sich'ŏn'gyo, «Религия служения Небу»). В 1910 году Япония аннексировала Корею. По мере того как японское правление становилось все более жестоким, корейцы стали считать ситуацию невыносимой. Наконец, в 1919 году была организована массовая демонстрация с требованием независимости Кореи, во главе которой стояли религиозные лидеры Чхондогё, христиане и буддисты. Была разработана Декларация независимости, и Сун первым подписал её. После прочтения декларации на протесте он добровольно сдался властям. Хотя первая фаза протеста была мирной, она переросла в насилие и была жестоко подавлена японцами. Сун заболел в тюрьме и был освобожден. Он умер дома в 1922 году.

Korean religious leader (1861–1922)

Son Byong hi (hangul=손병희; 8 April 1861 – 19 May 1922) was a Korean religious leader and independence activist. His religious name was Uiam. He was the third leader of Donghak, an indigenous religious movement founded from 1860 to 1864. The founder of Donghak, Choe Je u (religious name Su un), and the second leader, Choe Sihyeong (religious name Haewol), had both been executed. Haewol, Son’s mentor and predecessor, was involved in a peasant revolt in 1894 (referred to as the Donghak Peasant Revolution) and he was executed in connection with that in 1898. Thereafter, Son assumed leadership of Donghak but was forced to flee to Japan in March 1901. He was accompanied with his brother and chief lieutenant Yi Yong gu. In Japan, Son studied modern western ways which had been adopted by the Japanese after the Meiji Restoration. Up to that point Donghak was highly traditional, opposed to modernization and foreign intervention in Korea. Son pivoted from that world view by embracing modernization and accepting help from Japan to achieve that goal. In 1902, He sent Yi back to Korea to act as his liaison. At Son’s direction, Yi founded a political organization known as Jungniphoe (Chungniphoe “neutrality society”) which was later reorganized as the Jinbohoe (Chinbohoe "progressive society"). One of the most notable of Jinbohoe activities was the organization of mass hair cutting ceremonies in which Korean men cut off their traditional topknots. Modernization through education was its top priority. It also had a pan Asian outlook which encouraged Jinbohoe volunteers to aid the Japanese in the Russo Japanese War particularly in construction of a railroad to aid troop deployment. Yi eventually went so far as to call for Japan to take over Korea’s affairs ostensibly because he thought the arrangement would be temporary and beneficial to Korea. In any event, after Japan forced Korea to become its protectorate, Son began to distance Donghak from Japanese affiliation. Son renamed Donghak as Cheondogyo (Ch'ŏndogyo, Religion of the Heavenly Way) on 1 December 1905. He took concrete steps to modernize it and to extend its doctrinal concepts of Heaven's/God’s eminence in humankind. In September1906, he excommunicated Yi, who went on to form another branch of Donghak known as Sijeongyo (Sich'ŏn'gyo, Religion of Serving Heaven). In 1910 Japan annexed Korea. As Japanese rule became more harsh Koreans began to feel that the situation was intolerable. Finally in 1919, a mass demonstration was organized calling for Korean independence, with Cheondogyo, Christian and Buddhist religious leaders at the forefront of the movement. A Declaration of Independence was drafted and Son was the first to sign it. After reading the declaration at the protest, he was voluntarily arrested. Although the first phase of the protest was peaceful, it became violent and was brutally suppressed by the Japanese. Son became ill in prison and was released. He died at home in 1922.

Ранние годы

Сын родился 8 апреля 1861 года в Чонджу, провинция Чунчхон, Чосон. Он был сыном наложницы незначительного чиновника и, следовательно, не имел права занимать государственные должности. Однако он получил образование. С Донгаком его познакомил племянник, бывший проповедником, и он присоединился к нему в 1881 или 1882 году. Он посвятил себя новой религии и, как говорили, долгое время повторял заклинание Донгхака – 21-символьный текст Чумун. Он встретился с Хэволом и сопровождал его в 49-дневном уединении. Связь с Хэволом укрепилась, когда Хэволь женился на сестре Сона после смерти своей первой жены. На сайте Чхондогё есть историческая справка, описывающая преданность Сона: «После присоединения к Донгхаку Эсон Сунса интенсивно тренировался, читая (повторяя) Двадцать Один (символьное) Заклинание тридцать тысяч раз в день. Помимо чтения заклинания таким образом, он в свободное время ежедневно плел соломенные сандалии. Он ходил на пятидневную периодическую ярмарку в Чонджу и продавал эти сандалии. Он продолжал жить так три года». После этого Сон стал учеником Хэвола и посвятил себя учебе. Как отмечалось выше, одним из основополагающих принципов Чжинбохэ было оказание помощи Японии. В 1903 году был разработан план по устранению пророссийской фракции из корейского правительства. Члены Донгхака должны были возглавить японских солдат, которые проникли бы в Корею под видом купцов. После этого Донгхак и японские элементы должны были скоординированно атаковать Сеул. Брат Сона встретился с японским генералом, заместителем начальника штаба, и получил восторженную поддержку этой идеи. Однако план был заброшен после неожиданной смерти брата и генерала. Карл Юнг прокомментировал этот эпизод следующим образом: «Может показаться странным, что он [Сон] и его корейские друзья-реформаторы согласились вступить в сговор с японцами с целью свержения корейского правительства. Однако важно отметить, что те, кто стремился к переменам в корейском правительстве, часто рассматривали японскую Реставрацию Мэйдзи как пример для Кореи, и это часто приводило реформаторов к поиску японской помощи для реализации своего видения». В 1903 году Сон синтезировал свои новые идеи реформ в двух эссе: «Самчжоннон» (Теория трех войн) и «Мённиджон» (Эссе для объяснения доктрины). Они были включены в канон Донгхака/Чхондогё. В «Мённиджон» содержится концепция о том, что Донгхак «должен бороться на двух фронтах – политическом и моральном. Эта борьба должна начаться с морального просвещения народа в доктрине Донгхака». Он также подчеркнул важность национальной религии: «Каждая страна в мире оберегает религиозное просвещение, защищает свой народ и обучает его ремеслу, делая свои страны такими же безопасными, как горы Тай [в Китае]». «Самчжоннон» предложил три средства для укрепления нации: религию, армию и индустриализацию. Как резюмировала Юми Мун: «Даже если народ не мог немедленно преодолеть военную мощь Запада, он мог конкурировать с ним, добиваясь морального превосходства и накапливая экономическую силу посредством индустриализации». Сон рассматривал эту борьбу как общеазиатское усилие, которое выражалось в таких терминах, как «Мы, азиаты» и «Наша азиатская земля». Когда началась русско-японская война (1904–1905), Сон пожертвовал 10 000 вон японскому правительству для поддержки военных усилий. В одной из исторических книг Чхондогё говорится: «Эти деньги были символом его поддержки борьбы желтой расы за изгнание белой расы».

Son was born on 8 April 1861 in Cheongju, Chungcheong Province, Joseon. He was of the Son was the son of the concubine of a minor official, and as such he was ineligible for government office. However, he was able to attain an education. He was introduced to Donghak by his nephew who was a preacher and he joined in 1881 or 1882. He devoted himself to the new religion and was said to engage in long recitations of the Donghak incantation, the 21 character Jumun. He met Haewol and accompanied him on a 49 day retreat. His ties to Haewol were strengthened when Haewol married Son’s sister after his first wife died. The Cheondogyo website includes a history with this description of Son’s dedication: "After joining Donghak, ESon Sungsa . trained [extensively] reading [reciting] the Twenty One [Character] Incantation thirty thousand times a day. In addition to reading the incantation in this way he made . straw sandals every day in his spare time. He went to the five day periodic market in Cheongju and sold these sandals. He continued this life for three years." After this period, Son became the student of Haewol and entered a life of devoted study. As noted above one of the founding principles of Jinbohoe was to aid Japan. In 1903, a plan was devised for driving the pro Russian faction from the Korean government. Donghak members would lead Japanese soldiers who would enter Korea disguised as merchants. Donghak and Japanese elements would then make a coordinated attack on Seoul. Son’s brother met with a Japanese general, the deputy chief of staff, and received enthusiastic support for the idea. However, the plan was abandoned before it could be carried out when the brother and general died unexpectedly. Carl Young made the following comment about this episode: “[It] might seem strange that he [Son] and his Korean reformist friends actually agreed to plot with the Japanese to overthrow the Korean government. It is important to note, however, that those desiring change in Korean government often looked to Japan's Meiji Restoration as an example that Korea could follow, and this often led reformists to seek Japanese help to implement their vision”. In 1903, Son synthesized his new reform ideas in two essays called Samjonnon (The theory of the three wars), and Myongnijon (The essay for explaining the doctrine). These were incorporated into the Donghak/Cheondogyo canon. Myongnijon includes the concept that Donghak "should fight on two frontiers, the political and the moral. This struggle should begin with moral enlightenment of the people in Donghak doctrine. He also stressed the importance of a national religion: "Each country in the world safeguards religious enlightenment, protects its people and teaches them an occupation, making their countries as safe as the Tai Mountains [in China]"

Samjonnon proposed three means for attaining a stronger nation: religion, the military and industrialization. As summarized by Yumi Moon: "Even if the people could not immediately overcome the military strength of the West, they could compete with the West by pursuing moral superiority and by accumulating economic power by industrialization." Son viewed this struggle as a pan Asian effort that was expressed through the use of terms such as “We Asians” and “Our Asian Land”. When the Russo Japanese War (1904–1905) broke out, Son contributed 10,000 won to the Japanese government to aid its war efforts. A Cheondogyo history notes: "that this money was a token of “his support for the yellow race fighting to expel the white race.”

Around the time that Jinbohoe was formed, the Japanese sponsored another reform organization called the Iljinhoe (Advancement Society, or Advance in Unity Society). Both societies had similar objectives, but the latter was more pro Japanese and had the protection of the Japanese authorities. The Ilchinhoe was composed primarily of elites and was centered in Seoul. The Jinbohoe was composed primarily of people of lower status and was centered in the provinces. Leaders in each organization realized that it would be advantageous to collaborate, and the collaboration eventually led to their merger in early December 1904. Yi became president of the provincial assemblies. The synergies led to Ilchinhoe becoming the largest popular organization in the country. Its main activities included promotion of education, economic development, defense of people’s rights and aid to the Japanese in the Russo Japanese War. A prime example of the latter was the contribution of three thousand volunteers during the construction of a railway to facilitate troop movements. However, Ilchinhoe’s increasing cooperation with the Japanese caused it to become a target of those opposed to Japanese presence in Korea, most notably by members of the Uibyeong or Righteous Armies. The righteous armies were composed of soldiers, peasants and conservative scholars with a neo Confucian worldview. They staged attacks on Ilchinhoe in 1904 and 1905. In response, Ilchinhoe organized self defense units and became more attached to the Japanese for protection. Son was still in Japan at the time but the union of Jinbohoe and Ilchinhoe must have had his tacit approval at least in the beginning.

Примерно в то же время, когда был сформирован Чжинбохэ, японцы спонсировали другую реформистскую организацию под названием Ильджинхэ (Общество прогресса, или Общество прогресса в единстве). У обеих организаций были схожие цели, но последняя была более прояпонской и находилась под защитой японских властей. Ильджинхэ состоял в основном из элиты и был сосредоточен в Сеуле. Чжинбохэ состоял в основном из людей низкого социального статуса и был сосредоточен в провинциях. Лидеры обеих организаций осознали, что сотрудничество будет выгодным, и это сотрудничество в конечном итоге привело к их слиянию в начале декабря 1904 года. И стал президентом провинциальных собраний. Синергия привела к тому, что Ильджинхэ стала крупнейшей народной организацией в стране. Основными направлениями деятельности были содействие образованию, экономическому развитию, защита прав народа и помощь японцам в русско-японской войне. Ярким примером последнего является вклад трех тысяч добровольцев в строительство железной дороги для облегчения передвижения войск. Однако растущее сотрудничество Ильджинхэ с японцами сделало его мишенью для тех, кто выступал против японского присутствия в Корее, в частности, членов Ыйбён или Праведных армий. Праведные армии состояли из солдат, крестьян и консервативных ученых с неоконфуцианским мировоззрением. Они совершали нападения на Ильджинхэ в 1904 и 1905 годах. В ответ Ильджинхэ организовал отряды самообороны и стал больше полагаться на японцев в плане защиты. Сон в то время находился в Японии, но объединение Чжинбохэ и Ильджинхэ, по крайней мере, вначале, должно было получить его молчаливое одобрение.

Русско-японская война

После того как Япония одержала победу в русско-японской войне, Россия признала господство Японии в Корее. Другие страны, включая Соединенные Штаты, последовали этому примеру, по крайней мере, неявно. В этот момент И и Ильчинхоэ призвали Корею стать протекторатом Японии. И, возможно, был мотивирован сделать это, чтобы сохранить Ильчинхоэ, свою власть и влияние, а также способствовать реализации программы Ильчинхоэ. Этот шаг И шокировал Сына, и он вызвал его в Японию для объяснений. И не отказался от своих действий, утверждая, что статус протектората принесет пользу корейской нации. Привлекательность статуса протектората заключалась в том, что Япония поможет модернизировать Корею, а затем предоставит ей независимость в будущем. 17 ноября 1905 года Япония вынудила к подписанию Договора Японии и Кореи 1905 года, также известного как Договор Юльсы, который сделал Корею японским протекторатом. Его законность оспаривается. По словам Карла Янга, политика [Сона] заключалась в союзе с Японией, а не в японском контроле над корейскими делами. [Он] вероятно, чувствовал себя преданным и с этого времени начал все больше дистанцироваться от них. Чтобы восстановить свое лидерство и отделить Донгхак от Ильчинхоэ и его японской связи, Сон переименовал его в Чхондогё (Религию Небесного Пути) 1 декабря 1905 года. Новое название подчеркивало его религиозный характер и приуменьшало его прежнюю политическую активность. Это обеспечило ему юридическую защиту в соответствии с японской политикой свободы вероисповедания. Однако он не мог просто отделиться от И и его последователей в тот момент. Многие последователи И были лидерами Донгхака, и резкий разрыв, вероятно, привел бы к их переходу на сторону И. Когда в феврале 1906 года была объявлена конституция Чхондогё, И получил руководящую должность в центральном штабе. В январе 1906 года Сон вернулся в Корею, чтобы лично руководить Чхондогё. Он прибыл в Пусан, где его встретили 40 000 последователей. В Сеуле его приветствовали 80 000 последователей. По прибытии в Корею он реорганизовал административную структуру Чхондогё. Конституция или устав был провозглашен обязательным в феврале. Этот 41-страничный документ известен как Чхондогё Дэхён (Ч'ондогё Тэхон, Устав Религии Небесного Пути). Карл Янг обобщил управление и обязанности, содержащиеся в уставе, в организационной схеме. Во главе стоял Тэдоджу (Вождь Великого Пути), должность, которую занимал Сон. Управлением по вопросам администрации и доктрины руководил Ким Ён Гук, один из бывших членов Самам Хэвольса, который к тому времени был освобожден из тюрьмы. И Ён Гу получил должность в четырехчленном бюро советников. В уставе было указано, что штаб-квартира будет находиться в Сеуле, что приближало ее к национальному центру власти. Как отметил Джордж Калландер: «Под руководством [Сона] церковные лидеры больше не скрывались глубоко в горах или в буддийских храмах, создавая проблемы для государства или вызывая тревогу у иностранного сообщества или правительств. Вместо этого они были вовлечены в социальную и политическую жизнь». Хотя Сон предоставил И видное место в руководстве Чхондогё, его связь с Ильчинхоэ становилась все более проблематичной. Ильчинхоэ начало преследовать тех, кто не согласен с его политикой модернизации, и проводить негативные кампании против политиков, которые не полностью его поддерживали. Воспринимаемая связь Чхондогё с Ильчинхоэ стала катастрофой в области связей с общественностью и даже привела к насильственным нападениям на Чхондогё со стороны Армии Праведных. Сон инициировал серию действий, которые ослабили влияние И в Чхондогё и в конечном итоге отлучили его в сентябре 1906 года. Писания Сона в то время подчеркивали четкую преемственность от основателя Су Уна, Хаевола, избранного вторым лидером, и самого себя. В доктринальном тексте Чхондогё того периода говорится: «Великий Учитель Су Ун является основателем Чхондогё». Тем не менее, он сместил акцент в некоторых религиозных концепциях, разработанных этими предыдущими лидерами. Например, различие между небом и Богом стало менее четким. Он наполнил небо духовностью, используя такие утверждения, как: «Небо божественно. Поскольку есть только один дух, он является источником Пути. Небесный Путь – это самое чистое и искреннее». Его концепция неба отличалась от неоконфуцианской, приближаясь к христианской, хотя тексты старались подчеркнуть «размытые» различия. Корейцы занимали особое место в божественном порядке; он заявил, что, хотя Господь Высокий является отцом всех людей, он любит «нашу страну». Он также описал Су Уна как «дитя Господа Высокого Бога». Его письма также приняли более эгалитарный тон. В то время как письма Су Уна часто обращались к своим ученикам как к «господам», Сон использовал более общее слово, обозначающее «людей». Он также заявил о равенстве между высшими и низшими классами, хотя и не выступал за отмену различий. Были приняты ритуалы, похожие на обычные христианские службы. Службы проводились раз в неделю по воскресеньям, дню отдыха. Ранее ритуалы посвящения в Донгхак обычно проводились на вершинах гор в первый и пятнадцатый дни месяца, за которыми следовали пение и танцы. Новые ритуалы были стандартизированы, и более шаманские элементы были устранены. Ключевыми элементами были декламация талисмана Донгхак, представление чаши с чистой водой, символизирующей ясность неба, и приношение. Молитва не была обращена к внешнему Богу, а была медитацией, чтобы приблизиться к Богу/Небу, имманентному в человеческом сердце.

After Japan emerged victorious in the Russo Japanese war, Russia acknowledged Japanese dominance in Korea. Other nations including the United States followed suit, at least implicitly. At that point Yi and Ilchinhoe called for Korea to become a protectorate of Japan. Yi was perhaps motivated to do so in order to maintain Ilchinhoe and his own power and influence and to help implement the Ilchinhoe agenda. This action by Yi shocked Son and he summoned him to Japan to explain. Yi did not back away from his action and argued that the protectorate status would be a benefit to the Korean nation. The lure of the protectorate status was that Japan would help modernize Korea and then grant it independence at some future time. On 17 November 1905, Japan forced the signing of the Japan–Korea Treaty of 1905, also known as the Eulsa Treaty, that made Korea a Japanese protectorate. Its legality has been disputed. According to Carl Young “[Son’s] policy had been alliance with Japan not Japanese control over Korean affairs. [He] probably felt betrayed and from this time on he began to increasingly distance himself from them.”

In order to regain his leadership roll and to distance Donghak from the Ilchinhoe and its Japanese connection, Son renamed it Cheondogyo (Religion of the Heavenly Way) on 1 December 1905. The new name emphasized its religious status and de emphasized its previous political activism. That shift qualified it for legal protection under Japan’s freedom of religion policy. However, he was not in a position to simply break away from Yi and his followers at that point. Many of Yi’s followers were Donghak leaders and an outright break would have likely led them to defect. When the Cheondogyo constitution was announced in February 1906, Yi was given a leadership position in its central headquarters. In January 1906, Son returned to Korea to personally supervise Cheondogyo. He arrived in Pusan where he was greeted by 40,000 followers. In Seoul, he was greeted by 80,000 followers. Once in Korea, he reorganized the Cheondogyo administrative structure. The constitution or charter was proclaimed as binding in February. This 41 page document is referred to as the Cheondogyo Daeheon (Ch'ŏndogyo Taehŏn, Charter of the Heavenly Way Religion). Carl Young summarized the governance and responsibilities contained in the charter in an organizational chart. At the top was the Taedoju (Leader of the Great Way), the position filled by Son. The office of Administration and Doctrine was presided over by Kim Yon guk, one of the previous members of Haewol’s Samam and who had been released from prison by that time. Yi Yong gu was assigned a position in the four member Bureau of Advisors. The charter specified that the headquarters would be in Seoul, which placed it closer to the national center of power. As noted by George Kallander: "Under [Son’s] leadership, church leaders no longer hid deep in the mountains or at Buddhist temples, creating problems for the state or alarming the foreign community or governments. Instead, they were drawn into the social and political fold." Although Son had given Yi a prominent position in the Cheondogyo leadership, Yi’s association with Ilchinhoe became increasingly problematic. Ilchinhoe had begun to harass those who did not agree with its modernization policies and to carryout negative publicity campaigns against politicians that were not in full agreement with it. Cheondogyo’s perceived association with it became a public relations disaster and even led to violent attacks on it by the Righteous Armies. Son initiated a series of actions that diminished Yi’s influence in Cheondogyo and ultimately excommunicated him in September 1906. Son’s writings at that time emphasized that there was a clear lineage from the founder Su un, Haewol the chosen second leader and himself. A Cheondogyo doctrinal text from the period states: “The Great Teacher Su un is the founder of Cheondogyo.” Nevertheless, he shifted the focus of some religious concepts developed by these previous leaders. For example, the division between heaven and God became less distinct. He instilled heaven with spirituality by using declarations such as: “Heaven is divine. “As there is only one spirit, it is the source of the Way”. The Heavenly Way is the utmost pure and sincere.” His concept of heaven diverged from the Neo Confucian toward the Christian concept, although the texts took pains to emphasize the “blurry” differences. Koreans held a special place in the divine order; he stated that although the Lord on High is the father of all people he loves “our country”. He also described Su un as the “child of the Lord High God”. His writing also adopted a more egalitarian tone. While Su un’s writing often referred to his disciples as “gentlemen”; Son used a more generic term connoting “people”. He also stated that there was equality between high and low classes, although he did not advocate the elimination of the distinction. Rituals similar to mainstream Christian services were also adopted. Services were held once a week on Sundays, a day of rest. Previously, Donghak initiation rituals were held usually on mountaintops on the first and fifteenth days of the month, followed by singing and dancing. The new rituals were standardized, and the more shamanistic elements were eliminated. Key elements included recitation of the Donghak talisman, presentation of a bowl of pure water to represent the clarity of heaven and an offering. Prayer was not directed to an external God but was a meditation to draw closer to God/Heaven immanent in the human heart.

Первомаршевое движение

В течение пяти лет протектората и даже после аннексии в 1910 году многие корейцы восприняли контроль Японии как неизбежный и временный этап, который позволит Корее модернизироваться. Однако, по мере того как японское правление становилось все более жестким и негибким, корейцы начали проявлять недовольство. Религиозные организации, защищенные политикой свободы вероисповедания в Японии, стали важным каналом для выражения националистических настроений, поскольку политические партии, такие как Ильчинхоэ, были запрещены. Особенно активными в этом отношении были Чондогё и протестантские группы (пресвитериане и методисты). Чондогё под руководством Сона смогло занять более националистическую позицию, не вызывая подозрений у японских властей, отчасти потому, что они по-прежнему считали эту организацию лояльной Японии. Протестанты, поощряемые иностранными миссионерами, продвигали демократические идеалы, схожие с теми, что были приняты на Западе. Они также апеллировали к образу детей Израиля, находящихся в чужом плену. Буддисты также стали более националистичными, частично из-за возмущения попытками японцев использовать их в качестве инструмента японской политики. Первая мировая война, которая в то время шла, могла послужить вдохновением для праведного крестового похода против тирании. После войны Парижские мирные соглашения и философия Вудро Вильсона о «самоопределении народов» стали важными мотивами. Чондогё под руководством Сона оказало финансовую поддержку движению, настаивая на том, что движение за независимость должно быть массовым и ненасильственным. Была подготовлена Декларация независимости, которую подписали 33 религиозных лидера, 15 из которых были членами Чондогё. Сон был самым известным из них и первым подписал документ. Кульминацией стало 1 марта 1919 года, когда во время всеобщего траура по недавно скончавшемуся императору Коджону Декларация независимости была публично провозглашена в парке Пагода в Сеуле – это событие известно как Марш первого марта, или Движение Самиль. Сон зачитал декларацию в присутствии других подписантов в известном ресторане недалеко от парка. Закрытое помещение было выбрано, чтобы избежать насилия. Они отправили копию декларации японскому генерал-губернатору и позвонили в полицию, чтобы сообщить о своих действиях и выразить готовность к аресту. В парке собралась большая толпа, включая пять-шесть тысяч студентов. Протест начался мирно, но вскоре перерос в столкновения. Люди вышли на улицы, требуя независимости Кореи. Это положило начало общенациональному движению, в котором приняли участие многие люди, независимо от места жительства и социального статуса, но японцы немедленно мобилизовали полицию и армию и жестоко подавили демонстрации. Более 7500 корейцев были убиты, около 17000 ранены и примерно 47000 арестованы, в том числе Сон. Находясь в тюрьме, Сон заболел и в конечном итоге был освобожден под залог по состоянию здоровья. Однако его болезнь усугубилась, и в 1922 году он скончался дома в Санчунвон, недалеко от ворот Дондэмун.

During the five years of the protectorate period and even after annexation in 1910, many Koreans had accepted Japan’s control as unavoidable and a temporary state of affairs which would allow Korea to modernize. However as Japanese rule became increasingly harsh and inflexible, Koreans became restive. Religious organizations, which were protected under Japan’s freedom of religion policy, became an important channel for expression of nationalistic sentiments because political parties like Ilchinhoe had been banned. Cheondogyo and Protestant groups (Presbyterians and Methodists) were particularly active in this respect. Cheondogyo under the leadership of Son was able to adopt a more nationalistic stance without arousing Japanese suspicion in part because the authorities still considered it pro Japanese. Protestants under encouragement from foreign missionaries were promoting Democratic ideals similar to those espoused in the West. They also invoked images of the Children of Israel under foreign bondage. Buddhist also became more nationalistic in part because they were resentful of Japanese attempts to pressure them to be instruments of Japanese policy. World War I, then underway, may have given inspiration for a righteous crusade against tyranny. After the war, the Paris Peace accords and Woodrow Wilson’s philosophy of “self determination of peoples” became important motivations. Son's Cheondogyo gave financial support to the movement, and he insisted that the independence movement must be popular in nature and non violent. A Declaration of Independence was prepared which was signed by 33 religious leaders, 15 of which were members of Cheondogyo. Son was the most prominent of these, and he was the first to sign. The climax came on 1 March 1919 when, during a period of public mourning for the recently deceased Emperor Gojong, the Declaration of Independence was publicly proclaimed at Pagoda Park in Seoul—this was known as the March 1st Movement, or Samil Movement. Son read the declaration in the presence of the other signers at a well known restaurant near the park. The indoor location was chosen to avoid violence. They sent a complimentary copy to the Japanese governor general and telephoned the police to report what they had done and that they were waiting for arrest. A large crowd gathered at the park including five or six thousand students. The protest was initially peaceful but turned violent. The public took to the streets and demonstrated, calling for Korean independence. This initiated a nationwide movement in which many people took part, regardless of locality and social status, but the Japanese immediately mobilized their police and army and brutally put down the demonstrations. More than 7,500 Koreans were killed, nearly 17,000 wounded, and around 47,000 arrested, including Son. While in prison, Son became ill and was eventually released from custody on sick bail. His illness worsened, however, and in 1922 he died at home in 상춘원, just outside the Dongdaemun gate.

Наследие

Сын Бён Хи стал символом корейского национализма. Он изображён на большой статуе у входа в парк Независимости (ранее парк Пагода в центре Сеула, где была провозглашена Декларация независимости). Однако, акцент на националистических аспектах Чондогё, по-видимому, ослабил его идентичность как религии. Менее 1% южнокорейцев считают себя приверженцами Чондогё. По данным правительства на 1998 год, число членов составляло около 26 тысяч человек. Комплекс движений таэквондо Ый Ам был назван в честь Сон Бён Хи, в память о его почётном титуле Ый Ам Сонса.