BCCI: История международного банковского скандала

Введение

Международный банк, основанный в 1972 году Ага Хасаном Абеди

Банк кредита и торговли Международный (BCCI) был международным банком, основанным в 1972 году Ага Хасаном Абеди, пакистанским финансистом. Банк был зарегистрирован в Люксембурге, а его головные офисы находились в Карачи и Лондоне. Спустя десятилетие после открытия BCCI насчитывал более 400 филиалов в 78 странах и активы, превышающие 20 миллиардов долларов США, что делало его седьмым по величине частным банком в мире. В 1980-х годах BCCI привлек внимание финансовых регуляторов и спецслужб в связи с опасениями по поводу недостаточного регулирования. Последующие расследования выявили его причастность к масштабному отмыванию денег и другим финансовым преступлениям, а также незаконному получению контрольного пакета акций крупного американского банка. В 1991 году BCCI стал центром масштабной регуляторной борьбы, и 5 июля того же года таможенные и банковские регуляторы в семи странах провели обыски и заблокировали документацию его филиалов в рамках операции C Chase. Следователи в США и Великобритании установили, что BCCI был "создан намеренно для уклонения от централизованного надзора и активно действовал в юрисдикциях с банковской тайной. Его деятельность была чрезвычайно сложной. Его руководители были опытными международными банкирами, чьей очевидной целью было сохранение конфиденциальности, совершение мошенничества в огромных масштабах и уклонение от обнаружения". Ликвидаторы, Deloitte & Touche, подали иск против аудиторов банка, Price Waterhouse и Ernst & Young, который был урегулирован в 1998 году на сумму 175 миллионов долларов. К 2013 году Deloitte & Touche заявила о возмещении около 75% средств, потерянных кредиторами. BCCI по-прежнему рассматривается как предостерегающий пример для ведущих деятелей в мире финансов и банковского дела. В марте 2023 года исполняющий обязанности контролера валюты США Майкл Дж. Хсу заявил, что "существуют явные параллели между FTX и Банком кредита и торговли Международным (BCCI), более известным в банковских кругах как BCCI, который обанкротился в 1991 году и привел к значительным изменениям в системе надзора за глобальными банками".

The Bank of Credit and Commerce International (BCCI) was an international bank founded in 1972 by Agha Hasan Abedi, a Pakistani financier. The bank was registered in Luxembourg with head offices in Karachi and London. A decade after opening, BCCI had over 400 branches in 78 countries and assets in excess of US$20 billion, making it the seventh largest private bank in the world. BCCI came under the scrutiny of financial regulators and intelligence agencies in the 1980s, due to concerns that it was poorly regulated. Subsequent investigations revealed that it was involved in massive money laundering and other financial crimes, and had illegally gained controlling interest in a major American bank. BCCI became the focus of a massive regulatory battle in 1991, and, on 5 July of that year, customs and bank regulators in seven countries raided and locked down records of its branch offices during Operation C Chase. Investigators in the United States and the UK determined that BCCI had been "set up deliberately to avoid centralized regulatory review, and operated extensively in bank secrecy jurisdictions. Its affairs were extraordinarily complex. Its officers were sophisticated international bankers whose apparent objective was to keep their affairs secret, to commit fraud on a massive scale, and to avoid detection". The liquidators, Deloitte & Touche, filed a lawsuit against the bank's auditors, Price Waterhouse and Ernst & Young, which was settled for $175 million in 1998. By 2013, Deloitte & Touche claimed to have recovered about 75% of the creditors' lost money. BCCI continues to be cited as a lesson to be heeded by leading figures in the world of finance and banking. In March 2023, the United States' Acting Comptroller of the Currency Michael J. Hsu stated that "there are strong parallels between FTX and the Bank of Credit and Commerce International – better known in bank regulatory circles as BCCI – which failed in 1991 and led to significant changes in how global banks are supervised."

История

Основатель BCCI, Ага Хасан Абеди, основал банк в 1972 году. Абеди, опытный банкир, ранее создал в 1959 году в Пакистане United Bank Limited, при поддержке Saigols. В преддверии национализации United Bank в 1974 году он стремился создать новое наднациональное банковское учреждение. BCCI был создан с капиталом, 25% которого принадлежало Bank of America, а остальные 75% – шейху Заиду бин Султану Аль Нахайяну, правителю Абу-Даби в Объединенных Арабских Эмиратах. В 1970-х годах BCCI быстро расширялся, отдавая приоритет долгосрочному росту активов над прибылью, привлекая состоятельных клиентов и крупные депозиты. Сама компания разделилась на BCCI Holdings, а банк, в свою очередь, на BCCI SA (Люксембург) и BCCI Overseas (Гранд-Кайман). BCCI также приобретала параллельные банки: Banque de Commerce et Placements (BCP) в Женеве в 1976 году, а также создала KIFCO (Kuwait International Finance Company), Credit & Finance Corporation Ltd и ряд компаний на Каймановых островах, объединенных в ICIC (International Credit and Investment Company Overseas, International Credit and Commerce [Overseas] и т.д.). В целом, BCCI расширилась с 19 филиалов в пяти странах в 1973 году до 27 филиалов в 1974 году и 108 филиалов к 1976 году, а активы выросли с 200 миллионов долларов до 1,6 миллиарда долларов. Этот рост вызвал серьезные проблемы с капиталом. Издание The Guardian утверждало, что BCCI использовало денежные средства от депозитов для финансирования операционных расходов, а не для инвестиций. Журналист-расследователь Джозеф Дж. Тренто утверждал, что преобразование банка было направлено главой саудовской разведки с целью обеспечить финансирование секретных операций американской разведки в период после Уотергейтского скандала, когда американские спецслужбы защищались от расследований внутренних органов. В 1973 году BCCI подала заявку на получение лицензии на оффшорное банковское обслуживание в Сингапуре, которая была отклонена Монетарным управлением Сингапура (MAS) в связи с тем, что банк был слишком молод (всего год) и недостаточно капитализирован. В 1980 году они повторно подали заявку, но MAS снова отказал, ссылаясь на его слабую международную репутацию. BCCI вышла на африканские рынки в 1979 году, а на азиатские – в начале 1980-х годов. BCCI стала одним из первых иностранных банков, получивших лицензию на деятельность в Китайской специальной экономической зоне Шэньчжэнь, что свидетельствовало о навыках Ага Хасана Абеди в области связей с общественностью, достижении, которое еще не было достигнуто такими компаниями, как Citicorp и JP Morgan. Некоторые из крупнейших государственных банков Китая были вкладчиками в Шэньчжэньском филиале BCCI. Существовала строгая разграниченность: 248 менеджеров и генеральных менеджеров отчитывались непосредственно перед Абеди и генеральным директором Swaleh Naqvi. Структура была организована таким образом, чтобы ни одна страна не осуществляла общего регуляторного надзора, чтобы не препятствовать потенциальному росту и расширению. Две холдинговые компании были зарегистрированы в Люксембурге и на Каймановых островах – юрисдикциях, где банковское регулирование было печально слабо развито. Банк также не находился под контролем страны с центральным банком. В нескольких случаях Управление контролера валюты, подразделение Министерства финансов США, регулирующее национальные банки, прямо заявило Федеральной резервной системе, что BCCI не должно быть разрешено покупать какой-либо американский банк из-за слабого регулирования. К 1980 году, как сообщалось, активы BCCI превышали 4 миллиарда долларов, а количество филиалов составляло более 150 в 46 странах. Bank of America был "в недоумении" от BCCI и сократил свою долю в 1980 году, после чего компания перешла под контроль ряда групп, при этом International Credit and Investment Corp. ('ICIC') владела 70%. К 1989 году доля ICIC в акциях снизилась до 11%, а группы Абу-Даби владели почти 40%. Однако значительное количество акций принадлежало номинальным держателям BCCI. В 1982 году 15 инвесторов с Ближнего Востока приобрели Financial General Bankshares, крупную банковскую холдинговую компанию со штаб-квартирой в Вашингтоне, округ Колумбия. Все инвесторы были клиентами BCCI, но ФРС получила заверения, что BCCI никак не будет участвовать в управлении компанией, которая была переименована в First American Bankshares. Чтобы смягчить опасения регуляторов, Кларк Клиффорд, советник пяти президентов, был назначен председателем First American. Клиффорд возглавил совет, состоящий из него самого и нескольких других выдающихся американских граждан, включая бывшего сенатора США Стюарта Саймингтона. На самом деле, BCCI была вовлечена в покупку FGB/First American с самого начала. Абеди обратился к вопросу о покупке еще в 1977 году, но к тому времени репутация BCCI в Соединенных Штатах была настолько плохой, что она не могла рассчитывать на самостоятельную покупку американского банка (как упоминалось выше, OCC категорически выступало против приобретения BCCI американской банковской индустрии). Вместо этого он использовал инвесторов First American в качестве номинальных держателей. Более того, юридическая фирма Клиффорда была привлечена в качестве главного юрисконсульта и занималась большей частью юридических вопросов BCCI в США. BCCI также активно участвовала в кадровых вопросах First American. Связь между двумя компаниями была настолько тесной, что распространились слухи о том, что BCCI является фактическим владельцем First American. BCCI имела необычную систему ежегодного аудита: Price Waterhouse была аудитором BCCI Overseas, в то время как Ernst & Young проводили аудит BCCI и BCCI Holdings (Лондон и Люксембург). Другие компании, такие как KIFCO и ICIC, не проходили аудит ни одной из этих фирм. В октябре 1985 года Банк Англии и Монетарный институт Люксембурга (регулятор банковской деятельности Люксембурга) потребовали от BCCI сменить аудитора на единого, обеспокоенные зафиксированными убытками BCCI на рынках сырья и финансовых рынках. Price Waterhouse стала единственным аудитором банка в 1987 году. В 1990 году аудит BCCI, проведенный Price Waterhouse, выявил необъяснимые убытки в сотни миллионов долларов. Банк обратился к шейху Заиду бин Султану Аль Нахайяну, который покрыл убытки в обмен на увеличение доли в акциях до 78%. Большая часть документации BCCI была затем передана в Абу-Даби. Аудит также выявил многочисленные нарушения. Наиболее серьезным было то, что BCCI предоставила своим акционерам кредиты на сумму 1,48 миллиарда долларов, которые использовали акции BCCI в качестве залога. Аудит также подтвердил подозрения многих американцев, следивших за BCCI, что BCCI тайно (и незаконно) владела First American. Когда ФРС одобрила группу арабских инвесторов для покупки First American, она сделала это при условии, что они дополнят свои личные средства деньгами, взятыми в банках, не связанных с BCCI. Вопреки этому соглашению, несколько акционеров взяли значительные суммы в BCCI. Более того, они заложили свои акции First American в качестве залога. Когда они не смогли выплачивать проценты, BCCI взяла под контроль акции. Позже было подсчитано, что таким образом BCCI получила 60% или более акций First American. Несмотря на эти проблемы, Price Waterhouse подписала годовой отчет BCCI за 1989 год, во многом благодаря твердой приверженности Заида поддержке банка. Абеди был заменен Swaleh Naqvi в качестве главы банка, который, после споров вокруг BCCI, был заменен Zafar Iqbal Chaudhry в конце 1980-х годов.

BCCI's founder, Agha Hasan Abedi, established the bank in 1972. Abedi, a prolific banker, had previously set up the United Bank Limited in Pakistan in 1959 sponsored by Saigols. Preceding the nationalization of the United Bank in 1974, he sought to create a new supranational banking entity. BCCI was created with capital of which 25% was from Bank of America and the remaining 75% from Sheikh Zayed bin Sultan Al Nahyan, the ruler of Abu Dhabi in the United Arab Emirates. BCCI expanded rapidly in the 1970s, pursuing long term asset growth over profits, seeking high net worth individuals and regular large deposits. The company itself divided into BCCI Holdings with the bank under that splitting into BCCI SA (Luxembourg) and BCCI Overseas (Grand Cayman). BCCI also acquired parallel banks through acquisitions: buying the Banque de Commerce et Placements (BCP) of Geneva in 1976, and creating KIFCO (Kuwait International Finance Company), Credit & Finance Corporation Ltd, and a series of Cayman based companies held together as ICIC (International Credit and Investment Company Overseas, International Credit and Commerce [Overseas], etc.). Overall, BCCI expanded from 19 branches in five countries in 1973 to 27 branches in 1974 and 108 branches by 1976, with assets growing from $200 million to $1.6 billion. This growth caused extensive underlying capital problems. The Guardian alleged that BCCI was using cash from deposits to fund operating expenses, rather than making investments. Investigative journalist and author Joseph J. Trento has argued that the bank's transformation was guided by the head of Saudi intelligence with a view to enabling it to finance covert American intelligence operations at a time, in the aftermath of Watergate, when the American intelligence agencies were defending themselves from investigations by domestic authorities. In 1973, the BCCI applied for an offshore banking licence in Singapore that was rejected by the Monetary Authority of Singapore (MAS) on the basis that the bank was too new at just a year old and low in capitalisation. In 1980, they attempted to reapply but were yet again turned down by the MAS on the basis of its weak international regard. BCCI entered the African markets in 1979, and Asia in the early 1980s. BCCI was among the first foreign banks awarded a license to operate in the Chinese Shenzhen Special Economic Zone which bore testament to Agha Hasan Abedi's public relations skills, a feat that had yet to be achieved by the likes of Citicorp and JP Morgan. Some of China's largest state banks were depositors in BCCI's Shenzhen branch. There was rigid compartmentalization; the 248 managers and general managers reported directly to Abedi and the CEO Swaleh Naqvi. It was structured in such a way that no single country had overall regulatory supervision over it so as not to hinder potential growth and expansion opportunities. Its two holding companies were based in Luxembourg and the Cayman Islands two jurisdictions where banking regulation was notoriously weak. It was also not regulated by a country that had a central bank. On several occasions, the Office of the Comptroller of the Currency, a bureau within the U. S. Department of the Treasury that regulates national banks, told the Federal Reserve in no uncertain terms that BCCI must not be allowed to buy any American bank because it was poorly regulated. By 1980, BCCI was reported to have assets of over $4 billion with over 150 branches in 46 countries. Bank of America was "bewildered" by BCCI and reduced its holding in 1980, and the company came to be held by a number of groups, with International Credit and Investment Corp ('ICIC') owning 70%. By 1989, ICIC's shareholding was reduced to 11% with Abu Dhabi groups holding almost 40%. However, large numbers of shares were held by BCCI nominees. In 1982, 15 Middle Eastern investors bought Financial General Bankshares, a large bank holding company headquartered in Washington, D. C. All the investors were BCCI clients, but the Fed received assurances that BCCI would be in no way involved in the management of the company, which was renamed First American Bankshares. To alleviate regulators' concerns, Clark Clifford, an adviser to five presidents, was named First American's chairman. Clifford headed a board composed of himself and several other distinguished American citizens, including former United States Senator Stuart Symington. In truth, BCCI had been involved in the purchase of FGB/First American from the beginning. Abedi had been approached about buying it as early as 1977, but by this time BCCI's reputation in the United States was so poor that it could not hope to buy an American bank on its own (as mentioned above, the OCC was adamantly opposed to BCCI's being allowed to buy its way into the American banking industry). Rather, it used the First American investors as nominees. Moreover, Clifford's law firm was retained as general counsel, and also handled most of BCCI's American legal work. BCCI was also heavily involved in First American personnel matters. The relationship between the two was so close that rumors spread BCCI was the real owner of First American. BCCI had an unusual annual auditing system: Price Waterhouse were the accountants for BCCI Overseas, while Ernst & Young audited BCCI and BCCI Holdings (London and Luxembourg). Other companies such as KIFCO and ICIC were audited by neither. In October 1985, the Bank of England and the Monetary Institute of Luxembourg (Luxembourg's bank regulator) ordered BCCI to change to a single accountant, alarmed at reported BCCI losses on the commodities and financial markets. Price Waterhouse became the bank's sole accountant in 1987. In 1990, a Price Waterhouse audit of BCCI revealed an unaccountable loss of hundreds of millions of dollars. The bank approached Sheikh Zayed bin Sultan Al Nahyan, who made good the loss in exchange for an increased shareholding of 78%. Much of BCCI's documentation was then transferred to Abu Dhabi. The audit also revealed numerous irregularities. Most seriously, BCCI had made a staggering $1.48 billion worth of loans to its own shareholders, who used BCCI stock as collateral. The audit also confirmed what many Americans who watched BCCI long suspected that BCCI secretly (and illegally) owned First American. When the Fed cleared the group of Arab investors to buy First American, it did so on condition that they supplement their personal funds with money borrowed from banks with no connection to BCCI. Contrary to that agreement, several stockholders had borrowed heavily from BCCI. Even more seriously, they pledged their First American stock as collateral. When they failed to make interest payments, BCCI took control of the shares. It was later estimated that in this manner, BCCI had ended up with 60% or more of First American's stock. Despite these problems, Price Waterhouse signed BCCI's 1989 annual report, largely due to Zayed's firm commitment to propping up the bank. Abedi was succeeded by Swaleh Naqvi as the bank's chief, who, in the aftermath following controversy over BCCI, was replaced by Zafar Iqbal Chaudhry in the late 1980s.

Практика кредитования

BCCI утверждала, что ее рост был обусловлен постоянно растущим объемом депозитов со стороны нефтедобывающих государств, владевших акциями банка, а также суверенных развивающихся стран. Однако это заявление не смогло успокоить регуляторов. Например, Банк Англии приказал BCCI ограничить свою филиальную сеть в Соединенном Королевстве 45 отделениями. Особую обеспокоенность вызывал кредитный портфель BCCI из-за его укорененности в регионах, где современное банковское дело оставалось чуждым понятием. Так, значительная часть клиентов банка составляли набожные мусульмане, выступающие против начисления процентов по кредитам – краеугольного камня современной банковской системы, поскольку они считают это риба, или ростовщичеством. Во многих странах третьего мира финансовое положение человека имело меньшее значение, чем его отношения с банкиром. Ярким примером является семья Гокаль, известная семья судовладельцев. Три брата Гокаль – Аббас, Мустафа и Муртаза – были владельцами Gulf Group. Их отношения с Абеди восходили ко временам его работы в United Bank. Абеди лично занимался их кредитами, практически не обращая внимания на такие детали, как кредитная документация или кредитоспособность. В определенный момент кредиты BCCI компаниям Гокаль достигли 1,2 миллиарда долларов США, что в три раза превышало капитал банка. Широко освещалась также ситуация с Назму Вирани, британским магнатом, который взял в долг 500 миллионов фунтов стерлингов без обеспечения. Общепринятая банковская практика предписывает банку не выдавать одному клиенту кредиты, превышающие 10% его капитала. Полиция и специалисты по разведке прозвали BCCI «Банком мошенников и преступников международного уровня» за его склонность обслуживать клиентов, занимавшихся торговлей оружием, наркотиками и «грязными» деньгами. И Саид А. Хуссейн (род. 1960 или 1961) и Амджад Аван (род. 1946 или 1947) – пакистанский банкир, возглавлявший панамское отделение BCCI в начале 1980-х годов, оказывали помощь Нориеге в управлении его счетами в BCCI. Уильям фон Рааб, бывший комиссар таможенной службы США, также сообщил Комитету Керри, что Центральное разведывательное управление США имело «несколько» счетов в BCCI. Согласно статье в журнале Time за 1991 год, Совет национальной безопасности также имел счета в BCCI, которые использовались для проведения различных секретных операций, включая переводы денег и оружия во время дела «Иран-Контрас».

BCCI contended that its growth was fueled by the increasingly large number of deposits by oil rich states that owned stock in the bank as well as by sovereign developing nations. However, this claim failed to mollify the regulators. For example, the Bank of England ordered BCCI to cap its branch network in the United Kingdom at 45 branches. There was particular concern over BCCI's loan portfolio, because of its roots in areas where modern banking was still an alien concept. For instance, a large number of its customers were devout Muslims who are against charging interest on loans a major pillar of modern banking because they consider it to be riba, or usury. In many third world countries, a person's financial standing did not matter as much as his relationship with his banker. One particularly notable example is the Gokal family, a prominent family of shipping magnates. The three Gokal brothers, Abbas, Mustafa and Murtaza, were owners of the Gulf Group. They had a relationship with Abedi dating back to his days at United Bank. Abedi personally handled their loans, with little regard for details such as loan documents or creditworthiness. At one point, BCCI's loans to the Gokal companies were equivalent to US$1.2 billion, three times the bank's capital. The case of Nazmu Virani, the UK based property tycoon who borrowed £500 million unsecured, which was widely reported. Longstanding banking practice dictates that a bank not lend more than 10% of its capital to a single customer. Police and intelligence experts nicknamed BCCI the "Bank of Crooks and Criminals International" for its penchant for catering to customers who dealt in arms, drugs, and hot money. Both Syed A. Hussain (b. 1960 or 1961) and Amjad Awan, (b. 1946 or 1947) a Pakistani banker that headed the Panamanian branch of BCCI in the early 1980s, assisted Noriega with Noriega's accounts at BCCI. William von Raab, a former U. S. Commissioner of Customs, also told the Kerry Committee that the U. S. Central Intelligence Agency held "several" accounts at BCCI. According to a 1991 article in Time magazine, the National Security Council also had accounts at BCCI, which were used for a variety of covert operations, including transfers of money and weapons during the Iran–Contra affair.

Начало расследования

Смерть BCCI началась в 1986 году, когда тайная операция таможенной службы США под руководством специального агента Роберта Мазура внедрилась в подразделение по работе с частными клиентами банка в Тампе, штат Флорида, и выявила их активное участие в привлечении депозитов от наркоторговцев и отмывателей денег. Эта двухлетняя операция под прикрытием завершилась в 1988 году фиктивной свадьбой, на которой присутствовали сотрудники BCCI и наркоторговцы со всего мира, установившие личную дружбу и рабочие отношения с агентом Мазуром, работавшим под прикрытием. Одновременно, работая под прикрытием с руководителями BCCI, Мазур использовал свою операцию для установления связей с иерархией Медельинского картеля в качестве одного из каналов для отмывания доходов от наркоторговли. Роль Мазура и других участников операции была показана в фильме "Инфильтратор" (2016). В 1988 году банк был вовлечен в крупномасштабную схему отмывания денег. После шестимесячного судебного разбирательства BCCI, находясь под огромным давлением со стороны властей США, признал себя виновным в 1990 году, но лишь по принципу ответственности за действия подчиненных. В то время как федеральные регуляторы бездействовали, регуляторы штата Флорида вынудили BCCI покинуть штат.

Доклад о песчаной буре

В марте 1991 года Банк Англии попросил компанию Price Waterhouse провести расследование. 24 июня 1991 года, используя кодовое название "Sandstorm" для BCCI, Price Waterhouse представила отчет "Sandstorm", в котором было показано, что BCCI имела дело с "широкомасштабными мошенническими действиями и манипуляциями", что делало реконструкцию ее финансовой истории затруднительной, если не невозможной. В отчете "Sandstorm", части которого были опубликованы в The Sunday Times, содержались подробности о том, как террористическая группировка Абу Нидала манипулировала данными и, используя поддельные удостоверения личности, открывала счета в лондонском филиале BCCI на Слоан-стрит. Внутренняя служба безопасности Великобритании, МИ5, завербовала двух информаторов внутри филиала для передачи копий всех документов, касающихся счетов Абу Нидала. Одним из информаторов был сирийский менеджер филиала Гассан Касем, а вторым – молодой британский сотрудник. Связным Абу Нидала по счетам BCCI был человек, базировавшийся в Ираке, по имени Самир Наджмеддин или Наджмедин. На протяжении 1980-х годов BCCI открыла аккредитивы на миллионы долларов для Наджмеддина, в основном для поставок оружия в Ирак. Касем позже дал показания под присягой, что Наджмеддина часто сопровождал американец, которого Касем впоследствии опознал как финансиста Марка Рича. Рич позже был обвинен в США в уклонении от уплаты налогов и рэкете в, казалось бы, не связанном деле и бежал из страны. Касем также рассказал журналистам, что однажды сопровождал Абу Нидала, который, предположительно, использовал имя Шакир Фархан, по городу за покупкой галстука, не подозревая, кто он такой. Это открытие в 1991 году привело к появлению на первой полосе лондонской газеты Evening Standard одного из самых известных заголовков: "Я ходил с Абу Нидалом по магазинам".

Американские расследования и судебные иски

В 1991 году Роберт Мюллер заявил, что правительство расследовало деятельность BCCI с 1986 года, что вызвало широкое освещение в СМИ. В 1992 году сенаторы США Джон Керри и Хэнк Браун стали соавторами доклада о BCCI, который был представлен Комитету по международным отношениям. Скандал, связанный с BCCI, стал одним из ряда событий, повлиявших на разработку Закона о раскрытии информации в общественных интересах (PIDA) 1998 года. В докладе было установлено, что Клиффорд и его юридический/деловой партнер Роберт А. Альтман были тесно связаны с банком с 1978 года, когда их познакомили с BCCI бывший директор Управления по бюджету и управлению Берта Лэнс, до 1991 года. Ранее выяснилось, что Фараон являлся подставным владельцем Национального банка Джорджии, который ранее принадлежал Лэнсу, а затем был продан обратно компании First American (до этого он был дочерней компанией FGB, прежде чем Лэнс его приобрел). Клиффорд и Альтман заявили, что не замечали никакой подозрительной деятельности и сами были введены в заблуждение относительно контроля BCCI над First American. Однако федеральное правительство и Моргентау утверждали, что эти двое знали или должны были знать о контроле BCCI над First American. Также было установлено, что Фараон являлся подставным контролирующим владельцем банка CenTrust в Майами, штат Флорида. Моргентау и федеральное правительство предъявили обвинения Клиффорду и Альтману, но не стали преследовать Клиффорда из-за его возраста и ухудшающегося здоровья (он умер в 1998 году). Альтмана обвинили и судили в Нью-Йорке, но в конечном итоге присяжные признали его невиновным. Позже Альтман согласился на фактический пожизненный запрет занимать какие-либо должности в банковской сфере, чтобы урегулировать гражданский иск, поданный Федеральной резервной системой.

Британское расследование и судебные разбирательства

Британское правительство учредило независимую комиссию по расследованию под председательством лорда судьи Бингема в 1992 году. Доклад комиссии, опубликованный в виде парламентских бумаг Палаты общин под названием «Расследование надзора за Банком кредита и коммерции Интернэшнл», вышел в свет в октябре того же года. После публикации доклада ликвидаторы BCCI, Deloitte Touche, подали иск против Банка Англии на сумму 850 миллионов фунтов стерлингов, утверждая, что Банк допустил халатность при исполнении служебных обязанностей. Судебное разбирательство продолжалось 12 лет и завершилось в ноябре 2005 года, когда Deloitte отозвала свои исковые требования после того, как Высокий суд Англии постановил, что дальнейшее ведение дела «не отвечает наилучшим интересам кредиторов». В конечном итоге Deloitte выплатила Банку Англии 73 миллиона фунтов стерлингов в качестве компенсации судебных издержек. По сообщениям прессы того времени, это был самый дорогостоящий судебный процесс в истории британской юриспруденции.