Введение

Эналагия (/ɛ/'/n//æ//l//ə//dʒ//iː/; ἐναλλαγή, enallagḗ, "перемена") – один из типов схемы риторических фигур речи, используемый для обозначения употребления времени, формы или лица вместо грамматически правильных форм.

Форма

Одно из применений эналажа — намеренное придание предложению неправильной формы. Шекспир писал: «Разве нет войн? Разве нет работы?» (2-й Генрих IV, I, ii). В этих случаях он использует эналаж для достижения параллельной структуры. Байрон сказал: «Идолы разбиты в храме Ваала». Здесь он использовал форму прошедшего времени глагола «разбивать» вместо причастия прошедшего времени «разбитые», которое следовало бы использовать. В первых строках «Энеиды» Вергилий говорит о «стенах великого Рима». Дэниел Мендельсон в журнале «Нью-Йоркер» приводит это как пример эналажа: «Поэт знал, что делает: «высокие стены» — это об архитектуре, а «великий Рим» — об империи», хотя, возможно, эту фигуру следует рассматривать как гипаллагу — перестановку естественных отношений двух элементов в предложении. Другой известный пример — когда профессиональный менеджер по боксу Джо Джейкобс воскликнул: «Нас обворовали!», после того как его боксёр проиграл по решению судей в 1932 году. Благодаря этому высказыванию Артур Куинн утверждал, что Джейкобс «достиг лингвистического бессмертия». Рекламный слоган Apple «Думай иначе» можно рассматривать как намеренно некорректную грамматическую конструкцию.

Лицо

Лимий, царь из Книги Мормона, продемонстрировал пример эналажа, меняя лица при обращении в одной из своих речей. Лимий начал свою речь, обращаясь к народу с использованием местоимений второго лица «вы»: «О вы, народ мой, поднимите головы ваши и утешьтесь» (Мосия 7:18). Однако позже в своей речи Лимий перешел к третьему лицу, говоря о своем народе: «Но вот, они не хотели внимать его словам; и возникли между ними распри, до такой степени, что они проливали кровь друг друга» (Мосия 7:25). Одна из возможных причин, по которой Лимий перешел от второго к третьему лицу, заключалась в том, чтобы создать дистанцию между его народом и их поступками, позволяя им стать отстраненными наблюдателями собственного поведения. В заключение своей речи Лимий вернулся ко второму лицу: «И вот, обещание Господне исполнилось, и вы поражены и смирены. Но если вы обратитесь к Господу всем сердцем, уповаете на Него и будете служить Ему со всем усердием ума, то, если сделаете это, Он, по Своей воле, избавит вас из неволи» (Мосия 7:32–33). Возврат ко второму лицу позволил Лимию персонализировать послание об освобождении для своего народа, давая им понять, что, несмотря на совершенные серьезные ошибки, они все еще могут покаяться и быть избавлены из неволи.